Изгой

После убийства Драго Блудвиста. Кровь. Много крови. Поле битвы было залито кровью, когда всё кончилось. Тёмный Левиафан ушёл обратно под воду и все сражающие не понимали почему, пока Астрид не посмотрела на место, где Иккинг схлестнулся в битве с Драго. На этом самом месте лежал сам Блудвист с клинком в горле, а совсем рядом Хэддок с выпирающим на полтора метра древком из тела. Драконы остановили битву после потери Смутьяном над ними контроля, а люди, уставшие от сражения, опустили оружие. Хофферсон запрыгнув на своего дракона подлетела к Хэддоку, который не подавал никаких признаков жизни, вскоре подлетели и остальные. Нужно было отвести того на Олух к Готти. Валка загрузила Иккинга на Грозокрылаи поднявшись в воздух вся команда понеслась домой. POV Иккинг. Тьма. Я не видел ничего кроме тьмы, слабо слыша крики людей. — Иккинг, очнись, мы победили, рано умирать. — Было не ясно чей это голос, да и не важно в тот момент. Был слышен гул ветра, было понятно, что я где-то в воздухе, но куда лечу? Не знаю, сколько времени прошло, но почувствовался толчок, что означал приземление, похоже прибыли. После началась боль, ещё более сильная чем до этого, скорее всего начали извлекать жезл Драго. POV Автор. По прибытию на остров там уже собралось куча народа, они увидели уставших, валившихся с ног всадников в броне, что покрылась кровью от сражения, но лица были слишком печальные, могло показаться, что это было поражение, но, когда к ним вышел Стоик и начал спрашивать результат битвы, выяснилось другое. — Мы победили, но… — Астрид не успела договорить, потому что в этот момент Валка слезла с дракона с их сыном в руках, древко жезла обрезали, но убирать его полностью было слишком опасно для жизни Хэддока. — О, Один… — Стоик обомлел. — Быстро, к Готти! Драконы донесли Икка до дома целительницы, и та ничего не спрашивая сразу указала на стол, чтобы раненого положили туда. В ход пошли травы, которые уменьшат боль, пульс был, но слишком слабый, старейшина выгнала всех из дома, чтобы не мешались, так что никто не видел, что она делает, но наверно это даже хорошо. Готти стянула с Хэддока доспехи и подложила под него ткань, обработав рану пришло время для извлекания наконечника, проблема была в том, что наконечник оказался загнутым, что затрудняло его вытаскивание, но и Готти не новичок в этом деле, крови стало ещё больше и она не хотела останавливаться, наконечник был убран, осталось обработать снова и зашить, бинты, что были наложены после зашивания за секунду пропитались кровью, которая так и не остановилась. Больше она ничего сделать не могла, оставалось надеяться только на него и на Богов. Старейшина вышла к остальным и подошла к песку, на котором обычно чертила руны для общения. Рыбьеног начал читать. — Я сделала всё, что могла, осталось только молиться. Все разошлись, все ждали, все надеялись. Две недели тянулись долго, Иккинга то и дело проведывали, то его команда, то мать с отцом, но улучшений не наблюдалось, и вот, на третьей недели он очнулся. В домике тогда никого не было кроме Готти, которая подошла и сразу сунула тому, какой-то отвар. POV Иккинг. И где это я? Как же всё болит, похоже я у Готти, а значит на Олухе. А вот и сама хозяйка хижины. Готти протянула кружку со скверно пахнущим содержимым, но делать особо было нечего. Вкус напоминал, что-то жутко горькое, да ещё и горячее, что даже пар поднимался, но пить пришлось. — Спасибо. — получив в ответ кивок. — Сколько я тут пролежал? Готти вытянула на руке три пальца. — Дня? Та помотала головой. — Недели? Вновь кивок. — Чёрт. Когда я смогу ходить? — На такой вопрос Готти надавила мне на рану и получив порцию боли я понял, что довольно нескоро и лучшим вариантом в данный момент посчитал лечь спать. Месяц спустя. Я смог встать на ноги, за этот месяц меня много кто посещал, была и моя «команда», и отец, и мать, и даже Плевака забегал поспрашивать, как у меня дела и как я всё-таки смастерил тот пылающий меч. И когда я более-менее окреп я понял, пора уходить. Не особо хотелось всех этих прощаний, поэтому нужно было сделать всё тихо, сказав максимум Готти, хотя, как без этого, я ведь живу у неё. Она дала добро та то, чтобы я уходил, но как я понял из её жестов, хотела, чтобы я попрощался. В каком-то смысле она была права, но не очень и хотелось это делать, поэтому написав пару записок, отцу с матерью, Плеваке и Астрид я отправился на поиски Беззуба. Тот преспокойно дрых в пещере, в том самом овраге, который мы оборудовали под жилище и увидев меня накинулся со своим драконьими объятиями и кучей слюней. — О Один, а можно было не слюнявить меня с ног до головы? — Можно, но так было бы неинтересно. Ты как? — Вроде неплохо, рана почти зажила. — Видел бы ты свою рожу. — рыкнул Беззуб с рокотанием, которое означало смех. — А что не так? — Да у тебя шрам на пол лица. Посмотрев в отражение в озере, я понял о чём он, шрам и правда был ужасен. — Ладно, шрамы украшают мужчину, так что ничего. У меня к тебе вопрос братец, ты ещё согласен бороздить со мной эту вселенную? — Вообще… После этой битвы, меня взяли сомнения, но… Две, нет пять сельдей в день, и я Хель тебя подери в деле. — Торгуешься ящер? Хах, ладно, я согласен. — Тогда, прощаемся со всеми и в путь? — Почти, Беззуб, я не хочу прощаться, раскидаем записки и отправляемся. — Странный ты, столько всего сделал, а даже не выслушаешь своё спасибо. Они вообще-то хотели устроить пир, когда ты окрепнешь, чтобы выразить благодарность от всего острова. — Ничего, переживу, давай на взлёт, ещё записки закинуть надо. Первая записка, которую они доставили была матери и отцу. Здравствуйте, мам, пап, когда вы прочтёте это я уже буду на пути на Юг, простите, что не попрощался нормально, но все эти прощания далеко не моё, так мне легче. Не знаю, встретимся ли мы ещё, но даже, если да, я надеюсь не так, как в этот раз и я буду здесь не по контракту. Да, я не завяжу с этим, я ведь ничего и не умею больше. Спасибо, пап, что принял тут, хоть и вначале называл меня перед деревней просто наёмником, я понимаю, им бы не понравилось, что я тот самый изгой, поэтому обиды не держу. Мам, теперь ты, сдружи деревню с драконами, я знаю, ты сможешь, хватит этой бессмысленной войны, всё-таки не для этого я проторчал полтора месяца с дырой в груди. На этом всё, прощайте. После шло письмо Плеваке. Ну что старый кузнец, я улетаю, но я же не мог просто так тебя оставить без подарков, правильно? Здесь чертежи и рецепты, Инферно, мой огненный клинок, всё расписано в подробностях и рецепт железа громмеля, я попросил маму сдружить вас с драконами, так что думаю проблемы с добычей этого металла не будет. Прощай. Оставалось письмо к Астрид. Я забрался к ней на чердак, чтобы оставить письмо на столе, тот самый чердак чёрт возьми, место, где всё началось. Ас, я улетел, не попрощался, да, не хотел. Хочу попросить тебя об одном, не находи себе больше неприятности, чтобы я вновь не вернулся за тобой с контрактом, хорошо? Удачи, надеюсь больше не встретимся, а не то в следующий раз, я буду куда тише. Ах да, ещё кое-что, ты, должна мне кучу золота, потому что контракт из-за кое-кого не буду называть имени (тебя) не выполнен. Наконец все письма были доставлены и можно было отправиться в полёт, уже вечерело, так что мы с Беззубом, как настоящие герои красиво ушли в закат, зная, что их история не закончена и на их пути ещё куча приключений, войн, крови и веселья.