Тайны семейства Холмс

День выдался на редкость скучным — дел не было, Джон ушел на работу и даже миссис Хадсон не заглянула к великому детективу, занятая уборкой. От очередных дыр от пуль многострадальную стену квартиры на Бейкер-стрит спас телефонный звонок. Звонил Майкрофт. — Да, — недовольным тоном отозвался Шерлок. Только скука заставила его принять вызов. — Шерлок, ты не забыл, что завтра важный день? Мы будем ждать тебя к полудню, предупреди доктора Ватсона, что не будешь ночевать дома. Сначала Шерлок чуть не ляпнул: » Что за день?», но в Чертогах разом всплыла дата, отмеченная красным. За всеми делами он почти забыл о самом важном и странном дне, который ему предстояло пережить. — Конечно, я ничего не забыл! — ответил он брату и отключил звонок. *** Дело было в том, что у Холмсов, как у любой старой уважающей себя семьи, были свои скелеты в шкафу. И самым большим из этих скелетов-секретов было их прошлое. Родоначальник их династии как-то раз побывал в Японии, где и повстречал прекрасную девушку. Они влюбились друг в друга и вскоре молодой дворянин увез свою невесту в Великобританию. Лишь много позже, когда их сыну исполнилось 27 лет, иностранка раскрыла свою тайну — она была Бакэнэко. Несмотря на то, что их часто путали с демонами, ее род давно уже не являлся таковыми — да и превращаться в кошек могли лишь некоторые, в остальном от людей их отличали лишь усиленные пять чувств и удивительная живучесть. Была еще одна мелочь — в определенном возрасте у имеющих в себе кровь бакэнэко появлялись кошачьи ушки и хвост. Но и это проблемой не было — подобные атрибуты появлялись уже во взрослом возрасте и его владельцы обычно через день-два достаточно хорошо учились их убирать. У девушек это происходило в 17 лет, у мужчин — в 27. При этом независимо от даты рождения появление этих атрибутов происходило в ночь на 22 февраля. Видимо не зря в Японии этот день отдали кошкам… *** И вот именно этот день чуть не пропустил забывшийся в делах, расследованиях и Джоне, Шерлок. Шерлок немного подумав, все же отправил Джону сообщение: «Уехал по делам. ШХ» Холмс вышел из дома, сев в подъехавшую черную машину с правительственными номерами. — Ну что ж, вот мой брат и повзрослел. Шерлок лишь фыркнул, недовольно скривившись на покровительственный тон Майкрофта. Весь вечер Шерлок оставался в своей комнате, переживая не очень приятные метаморфозы, и только к ночи все закончилось. Совершенно обнаженный детектив разглядывал себя в большом зеркале. Небольшие аккуратные ушки с черной мягкой шерсткой дернулись в ответ на прикосновение. Хвост — тоже черный и очень активный, мотался из стороны в сторону, бессовестно выдавая настроение хозяина. На протяжении остатка ночи, Шерлок учился управлять новыми конечностями. Кошачьи уши были очень чуткими, а поэтому детектив планировал иногда пользоваться этим во время засад или поимки преступников. Кудрявая шевелюра позволяла спрятать необычные атрибуты. «На случай чего, есть еще шляпы» — подумал Шерлок, оставив уши в покое и недовольно посмотрел на хвост. Вот с ним могли быть проблемы — так как для появления отдельно ушек требовалась многолетняя практика, то стоило научиться не только убирать все кошачьи атрибуты, что он мог сделать очень быстро, но и научиться контролировать хвост, чтобы тот не вертелся, а смирно прятался в штанине или под полами пальто. Потренировавшись, Холмс-младший понял, что этот пушистый негодник еще не раз доставит ему неприятности, поэтому оделся и попробовал сначала убрать все лишнее, а потом просто спрятать. Таким — шевелящим ушами и ругающимся на нежелающий смирно спрятаться хвост, его и обнаружила мама, пришедшая позвать его на завтрак. — Шерлок, дорогой, ты так вырос! Тебе очень идут эти ушки! Она обняла сына, не преминув погладить его за пушистым ушком, отчего тот чуть не замурчал и покраснел. *** Когда Шерлок вернулся домой, Джон сидел в кресле у камина и печатал что-то на ноутбуке. Любопытный взгляд детектива прошелся по экрану — заставка блога — значит Джон описывает их последнее дело. Внезапно что-то привлекло внимание Холмса: этот запах… — Шерлок! Все в порядке? — обеспокоенный вопрос Ватсона заставил детектива отмереть. Он и не заметил, что уже минут пять стоит рядом с Джоном, впитывая его запах, отчего-то казавшийся таким приятным… — Все нормально, — бросил Шерлок, отворачиваясь и направляясь на кухню. Джон заметил полыхнувшие румянцем скулы и решил продолжить наблюдения — пусть он и привык к странностям друга, но это было слишком даже для него. Его очень удивил Шерлок, с непонятным выражением лица принюхивающийся к чему-то. «Он меня… обнюхивал?» — пронеслась мысль. А посмотреть и впрямь было на что — странности детектива одним этим не ограничились. Посудите сами: Шерлок прошел в кухню-лабораторию, и заглянул в холодильник. Увидев там человеческое сердце, которое уже как неделю должен был вернуть в морг Молли, он внезапно наморщил нос и недовольно фыркнул. И это было только начало! После этого Джон мог наблюдать удивительную картину: «Шерлок наводит уборку!» И пусть уборка в понятии детектива сводилась к выкидыванию давно испортившихся образцов и продуктов для изучения в мусорный пакет — но даже этого Джон не мог от него добиться! При этом детектив морщил нос, фыркал и иногда чихал, брезгливо выкидывая очередной заплесневелый образец. Доктора не покидало чувство, что у его соседа внезапно обострился нюх. Сначала Ватсон подумал, что Холмс нашел какие-то наркотики, усиливающие обоняние, но тот не выглядел, как наркоман, да и некоторые движения казались странными. Пусть Джон и не был гением, но за время жизни с Шерлоком он научился замечать детали и делать выводы. Вот и сейчас, наблюдая за уборкой, он услышав очередной фырк Шерлока подумал: «Совсем, как кот!» И тут картинка наконец сложилась. Вывод был странный, невероятный, нереальный, поэтому делиться им бывший военный врач не собирался. По крайней мере до того, как соберет все факты. Когда-то у Джона и Гарриет был кот. Точнее кот был дворовый, а детишки прикармливали его иногда, но им было приятно думать, что это их кот. Заводить в доме животных родители строго запретили, ведь это:"блохи, микробы, болячки и куча проблем!» Но этот кот жил рядом с их домом и позволял себя гладить, пусть детишкам и пришлось долго его приручать, притаскивая разные вкусности. Именно с той поры Джон точно запомнил — коты не любят тухлое мясо, плесневелые продукты и цитрусовые. При виде обычной мандаринки, с трудом стащенной с рождественского стола, кот зашипел и сбежал в мгновение ока. Поэтому сейчас, видя, как Шерлок, заварив себе чай (не как обычно — черный, а с молоком!), сел в свое кресло, Джон встал и направился на кухню. Открыв шкафчик с надписью:"Только для еды!!!», он достал оттуда пакет с мандаринами и взяв пару, вернулся в свое кресло. Посмотрев на Шерлока, он протянул ему одну мандаринку: — Будешь? Когда Джон протянул ему мандарин, Шерлок ни о чем не подозревая по привычке взял предложенное, но стоило ему только надорвать шкурку, как сильная ароматическая атака буквально заставила его с шипением подскочить на месте, отбросив опасный фрукт подальше от себя и расчихаться. Видя, что ничего не помогает избавиться от этого ужасного запаха, Холмс скрылся в ванной комнате, долгое время пытаясь смыть с себя цитрусовый запах и заодно выяснив, что теперь ему потребуется менять почти все шампуни и гели для душа, потому что те, которыми он пользовался, пусть и не вызывали такой резкой реакции, но все равно пахли не очень приятно. Спас только гель для душа, которым обычно пользовался Джон — мягкий травяной аромат пришелся по душе кошачьему нюху. Когда Шерлок наконец смог хоть немного успокоиться, он в панике прислушался к тому, что происходило в комнате — как отреагировал на его действия Джон? Тихие шаги подсказали, что доктор прибрал мандарин, выкинув его в мусор, потому что от резкого удара тот совсем испортился. — Шерлок? Как ты? — заботливый голос друга чуть не заставил бакенэко замурчать, но он подавил странную реакцию, холодно отозвавшись: — Все в порядке, наверное у меня появилась аллергия на цитрусовые. Такое объяснение, казалось, успокоило доктора, хотя он все же спросил: — Может тебе стоит выпить лекарство? Я посмотрю, что у нас есть от аллергии. Сначала Шерлок хотел отказаться — он терпеть не мог таблетки, но все же решил, что хуже не будет, и согласился, принимая из рук Ватсона антигистаминное и стакан воды. Сам доктор меж тем размышлял, что же все же происходит с его другом — ведь должна же быть причина того, что детектив ведет себя, как кот? Может быть, он опять экспериментировал на себе? И с чем? Пытался ввести себе гены кошки? Но еще одной мыслью было — а будет ли он гоняться за лазерной указкой? и как теперь проводить расследования? — Шерлок, нам нужно поговорить, — решил все же не гадать, а спросить прямо Джон. — И о чем? — настороженно поглядел на него Холмс. Джону на миг показалось, что зрачки детектива вытянулись в вертикальные щелки. — Что с тобой происходит? — приказным тоном спросил доктор, напоминая другу, что он вообще-то военный врач. — Не понимаю, о чем ты… — несмотря на дрожь, прошедшую по позвоночнику, попытался уйти в отказ Шерлок. — Шерлок! — стальные нотки в голосе Джона стали явственнее. Холмс невольно почувствовал, как волосы на затылке встают дыбом, как шерсть у кота, а нематериальные сейчас уши прижимаются к голове. Видя, что ему не собираются отвечать, Джон решил немного надавить — должен же он знать, во что опять вляпался этот неугомонный гений! Подойдя ближе к стоящему у стены Шерлоку, он положил руки по обе стороны от него, уперевшись в стену и отрезав детективу пути отхода. — Рассказывай! Я может быть и не гений, но понять, что с тобой что-то не так и ты ведешь себя, как кот, я могу, — тихим, низким голосом произнес Джон, наклонившись к Шерлоку, отчего тот замер, как кролик перед удавом. Холмс, ощущая, как объект его давней, но безнадежной влюбленности, находится так близко, старательно сдерживал себя, чтобы не прижаться ближе к этому обманчиво компактному телу, прекрасно зная, что под мягкими свитерами Джона скрываются мышцы, а сам он достаточно силен, чтобы при желании скрутить Шерлока так, что тот не сможет освободиться. От этих мыслей Шерлок настолько распалился, что не успел заметить, как его новоприобретенные кошачьи атрибуты показались на свет, представляя себя удивленному взору доктора. Теперь Шерлок понял, что имелось в виду в семейных хрониках, когда рекомендовалось некоторое время после преображения провести в закрытом от людей доме без излишних волнений. Джон меж тем в прострации созерцал, как на макушке Шерлока появились вполне себе кошачьи ушки, почти спрятавшиеся в кудрях. Сейчас они были прижаты к голове, словно у нашкодившего кота, но стоило Джону протянуть руку, чтобы коснуться их, как оба треугольных черных бархатистых ушка встали торчком, а сам Холмс издал какой-то странный звук. Тут Ватсон ощутил странное прикосновение к своей ноге и, опустив взгляд с еще большим изумлением воззрился на черный пушистый хвост, обвитый вокруг его ноги! Молчание затянулось: Шерлок боялся даже дышать, завороженный близостью Джона, а сам врач тем временем внимательно рассматривал обвивший его ногу черный пушистый хвост. Не удержавшись, Ватсон опустил левую руку и прикоснулся к мягкой теплой шерстке на самом кончике хвоста. В ответ на это действие Шерлок издал непонятный звук, напоминающий стон и мурчание одновременно. — Шерлок? — вспомнил о начальной цели столь близкого контакта Джон. — А? — с трудом сфокусировав взгляд, бакэнэко попытался взять себя в руки, проклиная повысившуюся чувствительность всех органов чувств. — Откуда это? — Джон попытался сделать тон строже, но увидев, как поднявшиеся заинтересованно ушки прижались к голове, словно опасаясь его, не выдержал и погладил детектива по голове, успокаивая. — Это наследственное, — наконец смог выдавить из себя Холмс, старательно сдерживая неподобающее взрослому серьезному мужчине мурлыканье. — То есть это не опасно? — облегченно выдохнул Джон, только сейчас заметив, что его левая рука все еще бессознательно поглаживает хвост Шерлока, в то время как вторая мягко прикасается к бархатистому ушку. Шерлок не мог ответить, слишком занятый сдерживанием своей реакции на все действия Джона, потому только кивнул. Ватсон наконец заметил расползающийся по скулам гения румянец и хотел было отстраниться, смутившись собственных действий, но в последний момент передумал — когда еще у него будет возможность прикоснуться к Шерлоку? Дело было даже не в новоприобретенных тем кошачьих чертах, а в самом детективе — проще говоря, Джон сам не заметил, когда начал смотреть на Шерлока по другому. Ему уже не хотелось ходить на свидания с женщинами, потому что ему было скучно с ними общаться. После жизни рядом с такой яркой, пусть немного грубой, но очень интересной личностью, как консультирующий детектив, все эти женщины казались серыми и глупыми. Но Джон помнил, что его сосед «женат на работе», потому старался скрывать изменившееся отношение. Но сделать это сейчас — когда любовь (уж себе-то можно было признаться!) к детективу сплелась с умилением и нежностью от его нового вида… Джон решил рискнуть всем, в надежде на то, что в случае неудачи просто спишет все на шок и любовь к кошкам. Продолжая поглаживать ушки, иногда проходясь по кудрям и зарываясь в них пальцами, Джон медленно сжал хвост, усиливая нажим и двигаясь от середины к кончику, не причиняя боли. Потеребив самый кончик, Ватсон наконец добился стона и поднял голову, встречаясь с потемневшим взглядом Шерлока. — Джон? Аахх...— как-то беспомощно выдохнул детектив. — Да, Шерлок? — решив немного поиздеваться за все хорошее, невинно спросил Джон, делая вид, что не понимает, отчего тело Шерлока вдруг задрожало. — Джон! — возмущенный взгляд портил румянец и расплывшиеся зрачки. — Мне перестать? — серьезно спросил доктор, замирая, но не убирая рук от детектива. Шерлоку пришлось приложить усилие, чтобы осознать вопрос, продумать ответ и его последствия. — Нет, но лучше продолжить в спальне, — поборов сомнения и смущение, ответил Шерлок, обняв Джона и потянув его в сторону своей комнаты. Доктор счастливо улыбнулся, когда почувствовал, что его тянут не только руками… Джон, не отпуская Шерлока, зашел в его комнату. Мельком оглядевшись, он потянул немного притихшего детектива к кровати. Хвост Шерлока взволнованно мотался из стороны в сторону, бился об его ноги и ноги Джона, пока они наконец-то не оказались на кровати. Доктор опёрся одной рукой о постель, где-то рядом с коленом Шерлока, второй же ласково коснулся прижатых к голове ушек прежде, чем поцеловать его. Это почему-то успокоило детектива, он расслабился, охотно отвечая на поцелуй, а его хвост сам собой обвился об руку Джона. Тот чуть сместился, чтобы не потерять равновесие, и принялся поглаживать чужую пушистую конечность, второй рукой по-прежнему трогая кошачьи ушки, настойчиво, но аккуратно. — Джоон, — то ли тихо выдохнул, то ли мурлыкнул Шерлок, неосознанно млея от прикосновений, и потянулся за новым поцелуем к довольному военному врачу. Шерлок недовольно фыркнул, когда рука с хвоста исчезла, и зашипел от переизбытка эмоций, стоило той переместиться на свободное ушко — теперь каждое из них увлечённо массировали, слегка потягивая. Услышав лёгкий хриплый смешок, он совершил быстрый рывок в сторону Джона и укусил его за плечо, не сильно, но внушительно. Врач застонал, и Шерлок с удивлением понял, что это был не болезненный стон и не звук раздражения. Потемневший от возбуждения ещё сильнее взгляд мужчины лишь подтвердил его догадки. Ватсон не мог больше терпеть, ему хотелось перейти к главному — заставить Холмса стонать, царапаться и, возможно, даже кусаться. Шерлок неловко покраснел в ответ на тихий вопрос Джона: — У тебя есть смазка? Быстро извернувшись, он приоткрыл тумбочку, стоящую у кровати и, не глядя на доктора, протянул ему едва начатый тюбик лубриканта. Он не мог ничего сказать в ответ на удивленно-вопросительный взгляд Ватсона. Ну не скажет же он: «Когда ты в прошлом месяце ходил на собрание ветеранов в своей военной форме, я устал ходить со стояком и решил изучить вопрос секса, купив даже смазку!» Решив, что сейчас не время для вопросов, Джон отложил смазку на кровать и быстрыми отточенными еще в армии движениями снял с себя свитер, рубашку и брюки, оставшись в одних трусах. Пока он раздевался, Шерлок лежал на кровати, жадно оглядывая подтянутое тело доктора, любуясь перекатывающимися под кожей мышцами и спешно занося в Чертоги каждую деталь — от сосков и светлой дорожки на животе, до шрама, что звездой выделялся на плече. Видя направленный на него взгляд доктора, Шерлок очнулся и немного неловко стал стаскивать с себя одежду. Джон решил помочь, что вылилось в новую череду поцелуев и поглаживаний. Неожиданно для Шерлока, Джон подмял его под себя, распластав на постели. Провёл по его груди, чуть царапнув соски, ниже, провёл по животу, чтобы в итоге одной рукой схватиться за чужой полностью вставший член, а второй скользнуть дальше, к сжатому колечку мышц, умудрившись как-то незаметно для Шерлока, захватить своими пальцами смазку. Он осторожно растягивал мужчину, отвлекая того ласками, бесконечно гладя, лаская, целуя, пока Шерлок бессистемно покусывал доступные участки кожи военного врача, распаляя и так огромное возбуждение Джона. — Ну же! — потребовал Шерлок, когда ему надоела неторопливость, и толкнулся навстречу растягивающим его пальцам. — Нетерпеливый, — хмыкнул Джон, вынимая пальцы и заменяя их чем-то посерьёзнее. Шерлок пребывал в лёгкой прострации, потерявшись в ощущениях — то ли Джон по случайности так удачно попал, что с первого толчка задел простату, то ли он попросту был весьма умелым любовником — тут Шерлок мельком ощутил ревность к его бывшим и лёгкую досаду, но те быстро были прогнаны точными и верными движениями чужого члена внутри него. Джон толкался в тёплую глубину, сжимал Шерлока в объятьях, гладил ушки и хвост, беспорядочно целовал того, чувствуя себя более уверенным, чем детектив, способный сейчас только стонать и пытаться дарить ответные ласки. Чувствуя подступающий оргазм, Шерлок, не сумев взять себя под контроль, уткнулся Джону в шею, и именно это толкнуло его в бездну удовольствия — военный врач пах своим естественным ароматом, столь любимым детективом, желанием и словно нежностью… домом. Хотя, возможно, на силу его сокрушительного оргазма повлияли и тихие, едва слышные слова Джона, когда тот из последних сил вбивался в его нутро: «Люблю… мой…». Они достигли пика почти одновременно и какое-то время просто лежали, сплетясь конечностями, пытаясь отдышаться. Шерлок инстинктивно потёрся щекой о щёку военного врача и чуть прикусил его шею напоследок, прежде чем окончательно затихнуть у того на плече. *** Джон волновался — сегодня был первый день, когда они с Шерлоком вышли из дома как пара. Прошло почти две недели с того момента, когда, проснувшись в одной постели с Джоном, жутко краснеющий детектив признался, что он не настолько бесчувственный, как кажется. Оказалось, подобная холодность ко всем, кто не является членом семьи — одна из кошачьих особенностей. А другой чертой Холмсов было то, что они влюблялись один раз на всю жизнь. « - Значит Майкрофт тоже так влюбится? — вспомнив вечно холодное лицо старшего брата Шерлока, спросил Ватсон. — Я подозреваю, что братец уже нашел свою пару, — со смешком ответил гений. — Ничего себе! И кто же эта несчастная? — Несчастный, — поправил Шерлок. — Это инспектор Лестрейд, думаю, Майкрофт заметил его еще когда в первый раз вытаскивал меня из Ярда. Пока Джон переваривал новость, Шерлок рылся в памяти, пытаясь найти имя Лестрейда, но тщетно — он удалял эту информацию каждый раз, как узнавал. — Черт, придется все-таки не удалять его имя… — пробормотал он. Джон рассмеялся, видя как по кровати раздраженно мотается хвост бакенэко. — Я хотел заказать столик в кафе, но подумал — нам с тобой стоит пойти туда, где все начиналось, — выходя из дома заговорил Джон. — В Бартс? — удивился Шерлок. — Нет, в тот ресторанчик к твоему знакомому — «У Анжело», — ответил Джон. Шерлок задумался, он вспомнил тот день, когда они охотились за таксистом. О, если бы он тогда не наговорил Джону тех глупостей про «женат на работе»! Но его наследие тогда еще спало, поэтому эти инстинкты дремали, а мозг был занят загадкой расследования… — Хорошо, — согласился Холмс. Когда они зашли в кафе, к ним сразу подошел хозяин заведения. — О, мистер Холмс и доктор Ватсон, как я рад, что вы наконец вновь посетили мое скромное заведение! Я сейчас же распоряжусь принести ваши любимые блюда, — улыбчивый итальянец с темным прошлым обнял дорогих гостей. — А пока — принести вина? — спросил он. — Да, — ответил Джон, — вина и свечу. — О! Ни слова больше! — счастливая улыбка на лице ресторатора стала еще шире. — Анжело сделает все, чтобы ваше свидание было самым лучшим и романтичным! Шерлок немного смущаясь посмотрел на Джона, тот ответил ему мягким любящим взглядом. На слова Анжело про свидание на этот раз никто и не думал возражать — ведь это действительно было их первое свидание. *** И жили они долго и счастливо, а Майкрофт, видя эту пару, вскоре признался Грегу в своих чувствах, и инспектор не смог отказаться от своей любви к этому представительному мужчине с парой рыжих ушек и коричневым хвостом.