Бог не мил, и Кит тоже

Если бы Кит не признавал, что он та еще сволочь, он был бы самым глупым человеком на планете, если не во вселенной. Да, у него были некоторые проблемы с гневом, и может, склонностью пугать до усрачки всех, кого он припирал к стенке, но ведь не был же он настолько плох? Неужели он действительно заслужил вот это вот все? Кит, будучи самым невезучим козлом двадцать первого века, умудрился быть схваченным в заложники во время ограбления круглосуточного магазина. И что еще хуже: единственный человек, которого поймали вместе с ним, был идиотом. Голубоглазым, красивым идиотом. — Пс-с-ст! Эй. Эй! — Что? — резко бросил в ответ Кит, выныривая из своих мыслей и уставившись на парня напротив. Тот самый идиот, которого он только что поминал недобрым словом, тот самый дебил, который решил, что если три подозрительных типа врываются в магазин и начинают его грабить, то надо обязательно заорать и тем самым привлечь к себе внимание, а заодно и к Киту. Вот почему тот сейчас сидел, привалившись к холодильнику с замороженными продуктами, а парень напротив — у стойки с чипсами, оба со связанными за спиной руками и под бдительным взглядом одного из преступников. Телефоны у них забрали давным-давно, и теперь те лежали у того в кармане, потому что стать хоть немного лучше вся эта ситуация, конечно, не могла. — Ты все еще злишься на меня? — несмело улыбнулся парень, почему-то выглядя радостным, несмотря на их положение. По правде говоря, вид у него был отчасти виноватый, но поверьте, роль заложника в магазине совсем не располагала Кита к прощению. — О, конечно же нет, — рыкнул он. — С хрена ли мне злиться на человека, из-за которого нас поймала кучка придурков, хотя мы могли выбраться из магазина до того, как они нас заметили? Это ж смешно было бы, правда? Да кто, блин, вообще будет злиться из-за такого? Грабитель, стоявший рядом, бросил на него угрожающий взгляд, передернув затвор пистолета. Кит хмуро глянул в ответ. Между тем, тупому ослу напротив хватило наглости выглядеть оскорбленно и привлекательно одновременно. Засранец. — Ну ладно, боже ж ты мой, — проворчал он, шаркнув ботинком по грязному кафелю. — Только не надо из-за этого вести себя как придурок. И из всего, что он мог сказать, ему надо было сказать именно это. — Да ты, блин, издеваешься?! — взорвался Кит. — Я бы вообще не попал в это дерьмо, если бы не ты и не твоя тупая идея завизжать как девчонка, которая… — Эй, ты! — гаркнул их «охранник». — Хорош орать на ребенка! Парень нахмурился, открыв было рот, чтобы возмутиться такому прозвищу, но тут же захлопнул его, когда ему сунули дуло пистолета в лицо. — Ладно-ладно, понял, — буркнул он и принялся искоса поглядывать на грабителя, пока внимание того не переключилось на что-то другое. Тогда он украдкой глянул на Кита, который с помощью силы воли и отчаяния изо всех сил пытался разорвать грубую веревку на руках, чтобы он наконец смог подползти к этому кретину и лично задушить его. К несчастью для его подскочившего давления, парня совершенно не волновало его угрожающее поведение, глаза у него оставались спокойными и дружелюбными. — Э-э, знаешь, — тихо протянул он, — мне как-то не особо хочется называть тебя «эмо-бой», так что… как тебя звать-то хоть? Кит смерил его взглядом, который, по слухам, мог растопить лед с целой дюжины замороженных вафель, однако парень даже не шелохнулся, продолжая выжидательно смотреть на него своими отвлекающими голубыми глазами. К счастью, упрямство Кита было слишком сильно, и он не удостоил его ответом. — Меня Лэнс зовут, — с надеждой улыбнулся тот, выжидающе посмотрев на него. — Плевать я хотел, заткнись уже. — Воу, ладно. Как грубо, — фыркнул Лэнс, растеряв все дружелюбие, и угрюмо уставился на свои ботинки. Он снова шаркнул ногой по полу, и черт возьми, как же Киту хотелось, чтобы он прекратил наконец, потому что это не только неимоверно раздражало, но и, возможно, даже было немного мило. Возможно. И, раз уж речь зашла о том, что Лэнсу стоило бы прекратить — ему обязательно выглядеть таким расстроенным из-за того, что ему сказали заткнуться? И таким несчастным, как какой-то побитый щенок? Вопреки всему, выражение его лица утихомирило метель в ледяной тундре, где покоилось сердце Кита (по крайней мере, так говорила его подруга Пидж), и натолкнуло его на мысль, что пожалуй — пожалуй — он не очень-то справедливо отнесся к Лэнсу. Большинство людей начинает кричать от страха, едва завидев пистолет, и если детство Кита прошло в военной школе, после которой его уже ничто не могло удивить, то это еще не означало, что другие люди были такими же стойкими. Кит издал раздраженный стон и прислонился к стеклянной дверце холодильника позади себя. Затем громко вздохнул и опустил голову, уставившись на Лэнса из-под челки. Господи, как же он ненавидел извиняться. — Лэнс. — Тот поднял на него глаза — эти глупые, голубые глаза, — и вопросительно хмыкнул, попытавшись отодвинуться от неудобной стойки за спиной. Кит понаблюдал, как он корчится, и мысленно застонал. — Я… прости. Я правда веду себя как придурок. Перемена в настроении произошла так молниеносно, что Кит даже моргнуть не успел. Лицо Лэнса озарилось широкой улыбкой, даже несмотря на их треклятое положение заложников, ведь, разумеется, то, что стоит в приоритете у людей, когда на них смотрит дуло пистолета, — это извинения. — Ну да, есть такое. — Кит на это лишь фыркнул. — Но спасибо, что извинился, э-э… — Лэнс изогнул бровь, сменив тон на вопросительный, и уставился на него в ожидании. Кит пожалел, что не может слиться со стеной. Он вздохнул. — Кит. — Кит, — медленно повторил Лэнс, выделяя каждый звук, будто пробуя имя на вкус. — Кит, а дальше? — Когане. — Ну привет, Кит Когане, — прямо в глаза посмотрел ему Лэнс. Взгляд был таким пристальным, что Киту захотелось отбросить челку с глаз, но увы, его руки были связаны за спиной. Он раздраженно вздохнул, погрузившись в мрачные мысли об их незавидном положении, и почти пропустил мимо ушей следующие слова Лэнса. Хотя лучше бы и правда пропустил. — Не скажешь мне свой телефончик? Кит поперхнулся, округлив глаза. Он согнулся и закашлялся так сильно, что один из грабителей оглянулся на него, предупреждающе взводя курок. И это должно было испугать Кита до ужаса, но он был слишком занят, пытаясь понять, что же, мать его, не так с этим Лэнсом. — Что? Лэнс нахмурился. — Ты что, не расслышал меня? — Чег… — Кит снова осекся и вскинул в неверии брови. — Да, блин, я прекрасно тебя расслышал! А ты себя? — Ну да? — То есть мы посреди долбаного ограбления, и тебе хватает ума спрашивать номер моего телефона? — Ну… да? — И ты думаешь, это совершенно нормально? — Ну да? — Да хватит уже «нудакать»! — не выдержал Кит. Лэнс удивленно моргнул, как если бы и правда не понимал, почему он так реагирует. Будто это Кит тут спятил. Он зажмурился и с чувством приложился затылком о дверцу холодильника. Спокойствие, только спокойствие. Все в полном порядке. Это всего лишь самый обыкновенный вторник. — Э-эм, Кит? Он открыл глаза и тоскливо глянул на приглушенный свет ламп над головой, втайне надеясь, что все это просто безумный сон и что если он будет смотреть предельно пристально, то свет заставит его проснуться. Не повезло, к сожалению. — Кит? Ки-и-ит. — Что? — резко отозвался он, отказываясь встречаться с Лэнсом взглядом. Было в этой голубой лазури что-то завораживающее, а Кит был совершенно не в настроении восхищаться чьими-то глазами. Даже если это самые красивые глаза, что он когда-либо… Так, стоп, не в этом дело. — Хочешь ли ты сказать, — Лэнс вытянул шею, пытаясь перехватить его взгляд, — что, если мы выберемся отсюда живыми, ты все-таки дашь мне свой телефон? «Да ни хрена», — тут же отрезал мозг Кита. — Ладно, — выдал его рот. Лэнс просиял и… стойте-ка. Этого не должно было случиться. Кит яростно покраснел, округлив глаза, и принялся мысленно проклинать свой предательский язык. Он с силой сжал челюсти, борясь с желанием спрятать лицо. Господи, ну какого хрена. Пока он раздумывал над тем, как убить себя, чтобы больше никогда не разговаривать, Лэнс, похоже, тоже успел подумать и теперь вдруг начал корчиться на полу, словно одержимый. Со смесью ужаса и любопытства Кит смотрел, как Лэнс стонет, свернувшись в клубок на противном, заляпанном жвачкой полу. Один из преступников, явно сбитый этим с толку, подошел и пихнул его ногой в бок, приказав подняться. Когда в ответ не раздалось ничего, кроме еще одного стона, грабитель присел рядом и, положив мясистую ладонь на плечо Лэнса, перевернул его. — Что за херня с тобой творится? Киту тоже было интересно узнать ответ на этот вопрос. Лэнс заскулил, зажмурив глаза от боли и дернув головой, когда ему стало еще хуже. — Больно, — пожаловался он и сжал губы в тонкую линию. Он слегка захрипел, сделав несколько судорожных вдохов, прежде чем заговорить снова: — Съел там несколько печенек, — он кивнул на стеллаж позади грабителя, — и живот заболел. Грабитель повернул голову, видимо, гадая, какое печенье может вызвать столько проблем, и именно в этот момент Лэнс нанес удар, со всей силы выбросив вперед ноги. Кит с разинутым ртом смотрел, как ботинок заехал преступнику по голове и тот, даже не успев вскрикнуть, рухнул на пол в отключке. Лэнс довольно ухмыльнулся, заметив ошарашенный взгляд Кита, а затем поднялся и вытащил из-за спины несвязанные руки. У Кита практически челюсть отвисла, но он быстро взял себя в руки, пока его восхищение не успело отразиться на лице. — Веревки-то не особо тугие, — шепнул Лэнс, словно почувствовав полнейшее замешательство Кита. — Легко выскользнуть. Впечатляет, да? Кит просто посмотрел на него в ответ и решил отныне следить за выражением лица, чтобы Лэнс не стал еще более самоуверенным, чем уже был. — Как скажешь, гений. Может, уже развяжешь меня? Лэнс кивнул, и уже через полминуты Кит был на ногах, прячась за холодильниками и потирая пострадавшие запястья. Оказавшийся полезным Лэнс — та еще неожиданность, причем приятная, хотя Кит ни за что бы в этом не признался. Ну да не суть. У него на повестке дня были куда более важные дела, например, сбежать из этого гребаного магазина, и желательно так, чтобы их с Лэнсом не изрешетили пулями в процессе. Теперь, когда его руки больше не были связаны, а сам он не прикован к загаженному полу, Кит почувствовал, как на первый план вышел инстинкт самосохранения; ум его обострился, а тело напряглось в ожидании боя. Он лихорадочно соображал, пытаясь найти способ выбраться из этой ситуации, ведь не зря же он, черт возьми, провел большую часть своей жизни, страдая в военной школе. Перемены в его мыслях, должно быть, отразились и снаружи, потому что Лэнс стал смотреть на него как-то иначе, и Кит слегка смутился, совершенно не зная, что чувствовать по этому поводу. Но с краснеющим от одного взгляда Лэнса лицом он мог разобраться и позже: теперь был его черед надирать задницы. Жестом показав Лэнсу, чтобы сидел тихо, Кит на цыпочках принялся красться по проходу. Заметив двух оставшихся преступников через брешь между упаковками с едой, он прищурился, ища у них оружие. У каждого было по пистолету, но с этим легко можно было справиться, учитывая, что они понятия не имели, что их приятель подозрительно затих. Стараясь не задеть целлофановые пакеты, Кит повернулся к Лэнсу, который выудил их телефоны из кармана лежавшего на полу грабителя. Он бесшумно приблизился к Киту, отдав ему телефон, и кивнул, когда тот жестом велел ему оставаться на месте. — Будь осторожен, — одними губами и со всей серьезностью произнес Лэнс, и Кит поймал себя на том, что ободряюще улыбается в ответ. Он взглянул на Лэнса еще раз, прежде чем снова двинуться по проходу. Петляя между стеллажами и используя многочисленные полки как прикрытие, он направился ко входу в магазин, радуясь, что грабители до сих пор не заметили, что что-то не так. Должно быть, они не очень хорошо знали друг друга, но это было Киту только на руку. Теперь он был совсем близко, от цели его отделяли лишь несколько футов да стойка со жвачкой. Беззвучно втянув в себя воздух, Кит взял себя в руки, выпрямился и, кашлянув, вышел из-за стойки. Грабители вздрогнули и начали оборачиваться, но это уже не имело значения. Было слишком поздно. Кит рванул с места еще до того, как они успели моргнуть. Оттолкнувшись ногами от пола, он прыгнул на первого и, вцепившись в ствол пистолета, с яростным рыком вывернул оружие из его хватки. Воспользовавшись шоком грабителя, Кит занес кулак и с размаху врезал тому по носу. Громкий хруст эхом пронесся по магазину, и да, носы, наверное, не должны сгибаться под углом девяносто градусов. Грабитель завалился на спину, больно ударившись головой о кафель и закатив глаза. Кит поморщился, но колебаться долго не стал — вместо этого развернулся и смерил гневным взглядом последнего преступника, уставившегося на него с расстояния нескольких футов. Кит яростно сверкнул глазами, откинув челку с глаз, и шагнул вперед. Грабитель вздрогнул и выронил пистолет, и, черт подери, если это не могло быть поводом для гордости, то ничто не могло. Однако Киту уже не стоило ни о чем беспокоиться, поскольку Лэнс, оказавшийся весьма сообразительным парнем, додумался позвонить в полицию. Кит почувствовал себя виноватым за то, что мысленно называл того идиотом. Полицейские ворвались в магазин, освещаемые мигающими сиренами, и наставили оружие на единственного оставшегося стоять преступника. Тот выглядел так, будто вот-вот расплачется, и Кит уже было пожалел его, но потом вспомнил, что именно он оставил ему синяк на плече, когда пихнул его к холодильнику с замороженным мясом. Пока полицейские наводняли магазин, Кит вздохнул и, встряхнув рукой, которой вырубил грабителя, обернулся к Лэнсу с легкой торжествующей улыбкой и… воу, это еще что за нахрен? Лэнс в открытую пялился на него, распахнув глаза в полнейшем изумлении. Киту даже стало немного неловко, но неловкость эта была… приятной? Он не знал, на него в принципе мало кто без ненависти смотрел, ясно? Словно почувствовав его растерянность, Лэнс вырвался из оцепенения и с бешеной скоростью протараторил: — Обожемойпошлинасвидание. Кит моргнул, ощутив, как к щекам прилила краска. — Эм, что? Лэнс подскочил к нему и нетерпеливо протянул руку. — Дай-ка сюда телефон. Кит, благоразумно промолчав, послушно отдал ему свой телефон, и Лэнс заметно оживился. Он быстро вернул телефон обратно, и Кит опустил взгляд на экран, заметив в мессенджере новый диалог с неким «Лэнси Лэнсом». И знаете что: Киту уже было по барабану. Он даже посмеялся чуток, наслаждаясь восторженным лицом Лэнса, когда тот понял, что он не против. Полицейские смотрели на них немного странно, конечно, но они его не волновали. Все случившееся казалось каким-то нереальным, а он умудрился даже извлечь из всего этого выгоду и заполучить номер Лэнса. Тот с улыбкой прочистил горло, заставив Кита отвлечься от раздумий. — Ну что, Кит, как собрат-заложник ты был не так уж и плох. Десять из десяти. Кит заулыбался — на удивление добродушно для того, кто несколько раз чуть не помер. — Да. Из нас вышла хорошая команда. Лэнс усмехнулся: — Хочешь, купим что-нибудь поесть и обсудим, как мы надрали им задницы? Обведя взглядом опрокинутые стойки с дешевой едой, полицейских, заполонивших магазин, и два лежавших на полу тела, Кит посмотрел наконец в полные надежды глаза Лэнса и понял: во всем мире не было ничего, что он желал бы сделать больше.