До встречи.

С утра Мария проснулась первой, точнее, она практически не спала. Женщина всю ночь размышляла над словами мужа. Нет, она, конечно, хотела ребенка от Максима, даже очень. Она знала, что он будет хорошим отцом, но они никогда не разговаривали об этом. Сейчас это было вообще неожиданно. Приняв душ, женщина направилась готовить завтрак себе и мужу. Конечно, она могла сейчас включить "обиженку" за то, что муж не ночевал вместе с ней, ведь такого никогда не было. Но она сама понимала, что каждый должен был побыть один. Каждому нужно было все переосмыслить. Да и бабушка учила Марию, что как бы муж и жена не ссорились, мужчина всегда должен быть сытым. Блондинка спустилась в кухню, и увидела записку на столе. «Меня срочно вызвали на студию. Я тебе в холодильнике оставил два яйца, салат в контейнере, доешь. Не забудь, тебе сегодня на ногти. Как буду ехать домой, позвоню.» Мария открыла холодильник, и увидела там два яйца и контейнер, и расплылась в улыбке. Она точно помнит, что вчера кроме этого в холодильнике ничего не оставалось. Они с мужем так много работали, что времени на готовку практически не оставалось. Это значит, что Максим не поел, и оставил все ей, а сам поехал голодный на работу. Сейчас женщина была очень тронута. Мария понимала, что голодным Максиму будет очень трудно работать, а сам он ничего не купит, потому что не захочет тратить время, и скорее помчится на съемки. Она решила сделать супругу приятное и отвезти еду прямо на студию. Куликова быстренько позавтракала, привела себя в порядок, вызвала машину и направилась в город. По дороге женщина попросила заехать в один хороший ресторан, где готовили вкусное жаркое, которое любил Максим, так же заказала выпечку, и, расплатившись, Мария отправилась к съемочному павильону. На вахте ее пропустили без лишних вопросов, потому что все в курсе чья она жена. Зайдя внутрь, блондинка направилась к знакомой гримерке мужа, чтобы там оставить все, что привезла. Заглянув внутрь, Максима она там не наблюдала. Оставила пакеты, сумку, и пошла на поиски супруга. Быстренько пройдя через длинные коридоры, пообщавшись со знакомыми коллегами, Мария наконец-то услышала знакомый голос. Женщина приблизилась к ширме, и ждала команды «Стоп-мотор». Вскоре процесс съемки завершился, и молоденькая ассистент подбежала к Максиму. - Максим Викторович! – воскликнула девушка. - Слушаю тебя внимательно, Анюта! – улыбнулся Аверин, но не отвлекался от чтения сценария. - Вас там ожидают, кажется! - Скажи, что я занят. Не нужно меня отвлекать, - серьезно сказал мужчина. - Но… Это жена… Мария Григорьевна вас ждет! – сообщила та самая Анюта. - Маша? Где? Сейчас я выйду, - Аверин начал снимать с себя аппаратуру. Мария все это время стояла за ширмой, а после выглянула из-за нее. - Ой, привет, Машуля, - мужчина направился в сторону любимой, широко улыбаясь. - Привет, - поздоровалась блондинка, а Максим, приобняв жену за талию, развернул в сторону выхода и чмокнул в щечку. - А ты чего тут? – спросил он, когда они направлялись в гримерку. - Да так, просто. Спасибо за завтрак, - широко улыбнулась Куликова, заглядывая в глаза Максиму. - Пожалуйста, - как-то просто ответил мужчина, поджав губы. Они молча вошли в гримерку, Максим обессилено сел на диван, откинув голову назад. - Устал? - Да, - честно ответил Аверин, прикрыв глаза. - Вот, тебе привезла, ты же голодный, наверное, - она протянула ему контейнер с едой и пару кусочков хлеба. - Маааааш, - протянул Максим, - моя ж ты хорошая, - он расплылся в улыбке, и принялся завтракать. – Боже, как же я мечтал об этом, - причмокивая губами, проговорил Аверин. Когда Максим доел, он поставил посуду на столик, и притянул к себе женщину, усадив к себе на колени. - Спасибо тебе, - шепнул, целуя ее в скулу, в шею, затем в уголок губ, - огромное, - а после начал со вкусом целовать ее прямо в губы. Мария с удовольствием отвечала. Руки мужчины, до этого находившиеся на талии, начали скользить по телу блондинки. Мария сейчас расслаблялась, а Аверин наоборот постепенно напрягался, стараясь углубить поцелуй, и уже забрался руками под одежду, намереваясь вовсе ее расстегнуть. Тут постучали в дверь. Оба резко обернулись, потом женщина встала и отошла от супруга, а-то как-то неудобно. - Да, войдите, - сказал Аверин и поправил на себе одежду. - Макс, здорова, - вошел директор Максима. – Ой! Я, конечно, дико извиняюсь, что прерываю. – улыбнулся Николай. - Давай быстрей, чего хотел? - В общем. Завтра нужно будет поехать в Питер, и доработать ту сцену. Решили прямо на этом мосту вас заснять, чтобы было красивее. - Ты серьезно? – устало сказал Максим, - и на сколько? - Ну, я думаю, дня два – не больше, - заверил Николай, - кстати, придется вылетать сегодня вечером, если завтра, то мы по времени не успеем. Машина за тобой в семь подъедет. Будь готов. - Понял-принял, - устало ответил Аверин, и посмотрел на жену, которая почему-то загрустила. Коренев ушел, а Максим подошел к Марии и прижал ее к себе, женщина спрятала лицо в его шее. - Ну, ты чего, - ласково спросил мужчина, поглаживая ее по волосам. - Ничего, - словно обиженное дитя сказала блондинка, и крепче прижалась к мужу. Оба стояли и молчали, как будто боялись спугнуть этот милый момент. Они любили молчать в объятьях друг друга перед расставанием, чтобы наполниться теплом. Дверь снова распахнулась, от чего оба вздрогнули. - Твою мать! – громко шикнул Аверин, - че опять? – в дверях стоял Николай. - Слушай, а давай выпуск с Николаем Ц. сразу запишем? Чтобы потом не ездить снова. У них как раз ремонт прошел, там пока не учатся, вроде. Давай? – предложил Коренев. ( Максима в это время над проектом "Живая жизнь", также над фильмом, для которого и нужны были кадры из Петербурга) - Ладно, - недовольно сказал Максим, - все, иди, давай, - и выпроводил мужчину за дверь, которую после громко захлопнул и закрыл на замок изнутри. - Заколебали уже! –он снова притянул любимую к себе. Снова стояли в обнимку, и обоим было хорошо. Максим прижался лбом ко лбу супруги, а после, поглаживая ее шею, заглянул ей в глаза. Начал медленно целовать жену, постепенно углубляя поцелуй. Аверин сначала целовал нежно, трепетно, но позже его поцелуи стали более требовательны, а руки уже смелее гуляли по телу любимой женщины. Мужчина начал двигаться в сторону дивана, но по пути ему попался стол, поэтому он прижал жену к нему, что она почти села на него. Максим все больше наваливался на блондинку, руки уже пытались стянуть с нее кардиган, губы целовали любимые шею, ключицы, губы. Руки Марии скользили по его груди, плечам, и начали ловко расстегивать пуговицы его рубашки, и оба не переставали друг друга целовать, а их дыхание уже забыло о спокойствии. Максим уже снял с нее блузку, и обжигал дыханием кожу. - Не говори сейчас ничего, пожалуйста, - шепнул Аверин и в предвкушении продолжил свои ласки. Внутри супругов играло страстное желание. Обоим сейчас было абсолютно наплевать на то, что они не дома, а где-то в непонятной комнате, что в любой момент могут постучаться, что он вообще на работе. Как же им сейчас было все равно. Раскаленный до невозможности мужчина нетерпеливо поднял любимую, и перенес на диванчик, пока все это безумие не растворилось. Он стал стаскивать с нее одежду, целовать, она прижимала его все ближе к себе. По телу бежали мурашки от прикосновений любимого мужчины, а у него от ее соблазнительных и нетерпеливых слов. . . После всего оба обессилено лежали, пытались отдышаться и купались в эйфории. - А че, до дома вообще никак, да? – Мария прервала тишину, и рассмеялась. Максим снова потянулся за поцелуем, как будто хотел продолжения, но женщина все-таки мыслила разумнее. - Поехали домой, тебе собраться нужно, а га ногти я потом поеду, - предложила Мария. - Ой, ну как всегда! Вся романтика к чертям! – наиграно обиделся Аверин. - Ага, романтика – не то слово, - рассмеялась блондинка, и начала одеваться, - у тебя есть еще дела сегодня? - Да нет, вроде, - ответил Максим, и помог собраться Марии, застегивая все застежки, и помогая надеть кардиган. Оба собрались, попрощались с коллегами, и покинули павильон. Максим сегодня был на машине, поэтому супруги сели в свой автомобиль, Аверин, конечно же, сам открыл дверь для Марии, затем закрыл ее. Джентельмен, однако. На улице хлынул проливной дождь и начались бесконечные пробки, оба жутко нервничали, потому что хотелось поскорее домой. Когда пара застряли в очередной пробке, мужчина, чтобы немного успокоиться, нежно взял руку жены и стал тереться о нее своей щекой, положив голову ей на плечо. Мария с умилением наблюдала, и тоже облокотилась на него. Потом Аверин приблизился, и начал целовать блондинку. Медленно, ласково, со всей любовью. Обоим было сейчас в кайф. - Ну все, достаточно, - пыталась отстраниться Мария, улыбнувшись. Он снова приблизился и начал целовать. - Ну Макс, скоро тронемся уже, хватит, - но мужчина снова улыбнулся, и почти навалился на ее, пытаясь поцеловать. - Ну Макс, ну хватит! – она смеялась, пытаясь увернуться, но он прикусил ее щеку. - Ну, любимый, ну хватит! Ай! - блондинка продолжала хихикать, а он заглянул ей в глаза. - Что ты сейчас сказала? – он думал, что ему послышалось. - Хватит, говорю! – женщина шутливо щелкнула его по носу, и улыбнулась. До дома они не обмолвились ни словом. Всю дорогу Максим улыбался, бросал незаметные взгляды на жену, а внутри него происходило невероятное ощущение. Она назвала его любимым. Нет, он, конечно, знал, что она его любит, но услышать подобное вот так, сидя в пробке, было чем-то неожиданным, неловким, но дико приятным. Аверин тоже ее любил. Очень. Вскоре супруги были уже дома, мужчина ходил с поднятым настроением, несмотря на то, что через несколько часов ему нужно было уезжать. Мария сложила всю нужную одежду, положила с собой его книгу, блокнот, любимую кепку. Также приготовила мужу в дорогу пирог с мясом, который он очень любит. В общем, упаковала все необходимое для Максима. - Мань, а зачем носки-то теплые? – спросил мужчина, наблюдая за женой. - Ну пусть будут, не лето все-таки. - Ну Маш, а картошку-то зачем, пирог? - Ну как зачем? С собой возьмешь! - Ну да, шобы любимый не голодал, - произнес Аверин с ярко выраженным украинским акцентом, и поспешил уйти. Блондинка широко улыбнулась своим мыслям, и пошла за любимым, который стоял на террасе и наблюдал за дождем. Она коснулась его плеча, после чего Аверин сразу же ее сгреб в объятья со спины. - Ничего не забыл? - Не-а, - промычал мужчина, положив подбородок на плечо любимой. Снова молчали и наслаждались этим редким, но таким ценным моментом. - Машка, какая ты у меня, -прошептал Максим, и зарылся носом в ее волосы. - Спасибо тебе, что ты есть, - он продолжал своим хриплым голосом, а Мария внимательно слушала. - Такая уютная, нежная, такая…- Аверин говорил это с таким обаянием в голосе, что у Марии мурашки побежали, - любимая… - тут он был искренен, как никогда. Мария развернулась к нему, провела ладонью по его шершавой щеке, бровям, заглянула в родные глаза, и прижалась к нему всем телом. Слов не нужно было. . . Дни тянулись медленно, но все-таки настал момент, когда Аверин уже наконец-то дома. Максим вернулся сам не свой. Он постоянно ходил с поднятым настроением, улыбался, во всем искал только плюсы, и Марию начало это настораживать. - Ты че такой довольный то? – спросила жена, когда они лежали на диване. - Да нет, ниче, - шатен расплылся в улыбке.. - Че, с любовницами своими наконец-то встретился? – блондинка пыталась его подколоть, но оба понимали, что это просто шутка. - Ну так, - мужчина подтвердил, как что-то элементарное, от чего Мария закатила глаза. - Колись, давай, - жена ткнула Максима под бок, а он продолжал улыбаться как чеширский кот.