Когда ты попала в отоме-игру

Попасть в суку-мать книги жанра хоррор было просто мечтой всей твоей жизни, ха-ха. Нет. Чертов гололед, чертова сессия, чертовы каблуки, чертово Мироздание! Ну вот за что, а? В чем же стоило так провинится, чтобы в качестве нового шанса получить это. Придирчиво рассматриваешь смазливое молодое лицо первой стервы романа, из-за которой главный герой в итоге и стал серийным убийцей. Боже, какое счастье, даже непонятно, что же лучше: повеситься или жить дальше. Конец-то один! Хотя, если так рассуждать у всех и всегда один конец, Земля-Матушка всех примет в свои объятия... Так что теперь терять? Слышишь неуверенный стук и резко разворачиваешься в сторону двери. Испуганный ребенок едва ли не отскакивает от тебя. -О...ока-сама, с тобой все хорошо? Глаза сами по себе распахиваются в удивлении. Бож...нет, Ками-сама, что это за чудо!? Большие карамельные глаза в ореоле светлых пушистых ресниц, смотрели на тебя с легким испугом. Явно мягкие, светло-каштановые волосы слегка вились на концах, превращая сие очаровательное создание в самого настоящего ангелочка. Кава-а-а-аи~ Ты едва сдерживаешь умилительный писк. И это чудо – убийца столетия? Автора в Тартар за подобное скинуть, и того мало будет! Однако ты быстро берешь эмоции под контроль. Спокойно подходишь к ребенку, неловко дернувшегося в сторону от тебя, и опускаешься на колени. Бледную кожу опаляет прохладой холодный кафель. — Ну-ну, Тсу-кун, ты чего, золотце? Нежно расправляешь пальчики, сжатые в кулачки, задевая подушечками края цветных пластырей. С искренним недовольством вглядываешься в детское личико, подмечая всё новые и новые ранки; крохотный, едва заметный шрамик рассекал светлую бровь. Мальчик, теперь уже твой новоявленный сын, немного наклоняет корпус назад, неосознанно прячась от непривычных прикосновений. Ещё и это обращение...ока-сама. Будто не родные, честное слово. Надо срочно исправлять. Причем всё. *** Когда это произошло, ты уже как пять лет являлась хозяйкой дома Савада. Муж, как выяснилось, умер через год после рождения Тсунаёши по неизвестным для тебя причинам (после же, наводя на старом, до того пыльном чердаке, что серый пух лез даже в рот и глаза, порядок, ты отыскала шкатулку с документами, в которых говорилось, что Иемицу любезно проломили череп). После себя состоятельный мужчина оставил просто колоссальную кучу денег, на которую, к удивлению, не нашлось никаких родственников помимо жены и сына. Отдавая дань приличия или просто желая хоть в какой-то мере отблагодарить усопшего за безбедную жизнь, ты стала регулярно посещать его могилу, ухаживала за ней и следила, чтобы никакая высокоинтеллектуальная личность ничего не поломала или даже испачкала. Только его похороны и обошлись в полмиллиона. Страшно представить, сколько уйдёт денег, если кому-то все же хватит мозгов испортить чужую могилу. И вот, на десятую годовщину смерти Иемицу, судьба, решившая, что уж больно легко тебе живётся, решила подослать подарочков. Прямо на могиле мужа. — Дрянь! Немедля сматывайся, верни мне моё тело, ты, слышишь!? Кто заказывал личную шизофрению? Ками-сама, ну почему она такая говорливая?.. Вот уже на протяжении месяца, как думалось, давно почившая хозяйка тела решила дать о себе знать. Или это просто у кого-то крыша потекла. И все бы ничего, ведь мы, русские, закаленные в длинющих очередях на обследование, где со всех сторон тебя зажимают милые старушки, а пугающаяся одного только вида шприца мелочь бегает от родителей и истошно вопит, терпение впитываем едва ли не с молоком матери. Перетерпеть её ор было вполне возможно, пускай и сложно. Но эта шиза пыталась навредить Тсуне! Стервозная дама всего на долю секунды, но все же смогла перехватить управление телом, и тогда она едва ли не ошпарила мальчику лицо водой из только что закипевшего чайника! Было ясно одно: от неё стоит избавиться, пока ребёнок все еще не покалечен. Не для того ты любила и заботились о нем все эти годы. *** Решение нашлось, как ни странно, само собой: голос в голове затих и больше не сжимал черепную коробку своим бубнежем. Но сомнений не было, что это лишь временно. Не могла же она просто взять и... исчезнуть. Ведь не могла же? Эх, а как хотелось бы... — Ка-сан, я дома! От перелистывания буклетов и статей о найме работников (ну честное слово, не всё же время цветочки сажать да хату убирать) тебя отвелек звонкий, но немного уставший голосок сына. Впрочем, отвлек он только от очередного самокопания, мысли, как бы ты того не хотела, никак не могли направить свой поток в нужное русло. Аккуратно сложив стопочкой разноцветные листы на столе, ты спокойно встала, и уже собиралась накормить наверняка проголодавшегося мальчика, как озарение ушатом ледяной воды обдало твою уставшую голову. Я забыла его забрать!? Испуганные, налитые янтарным пламенем глаза метнулись в сторону настенных часов. Нет, рано... — Тсуна! Не успела ты и подумать, как уже стояла возле лестницы прямо перед избитым сыном. Костяшки пальцев кровоточили, красный, опухший нос на переносице украшал неровно прилепленный зелёный пластырь, а куча ссадин и грязи лишь дополняли сложившийся образ. Самой серьёзной проблемой был побитый нос, даже не сломанный. Но когда испуганная мама не преувеличивала проблемы, когда прямо перед ней стоял побитый ребёнок? Куда только смотрят учителя!? Только после «обработки боевых ранений», уже за столом, накладывая Тсуне побольше его любимого блюда, ты смогла выронить слово: — Как? Мальчик виновато поднял слезившиеся глаза. — Подрался. Ты-то!? Но не прошло и минуты, как ты залилась звонки смехом, откинувшись на спинку стула, едва с него не свалившись. Обидившийся ребёнок спустя время и сам уже не мог скрыть весёлой улыбки. — Сумасшедшие отморозки... Тихое, пропитанное ядом и ненавистью предложение вмиг отравлило только поднявшееся настроение. Молчала бы и дальше.