Альтер юнивёрс или похождения Беатрисы за гранью реальности

- То есть ты посмела украсть деньги у матери и потратить их на себя?! - отец, в доме которого мы находились негодовал. - Транжира! Воровка! Руки бы тебе оторвать! - визжала от гнева мачеха. Не доводи их до греха, Триса, а то опять придётся вправлять кости, а второй раз я этот ад не переживу. - Я тратила их на врача... - Молчать! Воровкам слова на давали! - мачеха уже начала подпрыгивать от ярости. Надеюсь, она лопнет. - И давно ты этим промышляешь? Много наворовала? - спросил отец, - Ты не подумай, что мы твои родители! Если надо будет, мы тебя и отхлыстаем, и руки вывернем так, что тебе ни один врач не поможет. - Я не воровала... Я же сама их заработала. - Сама?! - мачеха замахнулась, но я вовремя отскочила. Не доводи до греха, Триса, не спорь с ними! - Вот что мы с тобой сделаем... - мачеха потянулась к топору. - Стой, - отец неожиданно заговорил, - у меня есть идея получше. Как насчёт того, чтобы провести все летние каникулы у бабушки? - Но она же умерла, - я недоумевала. - И что? На кладбище есть чем заняться: можно поливать цветы, мыть могильные камни, да и бабушкину оградку давно никто не протирал, на ней завитков слишком много... Я прикусила губу. -... Если будешь облагораживать кладбище, сможешь отработать украденное. В тройном размере. Как бы мне не хотелось послать всё и всех к лебедям, это было лучше, чем лишиться рук или снова остаться с переломанными костями. Так что выбирать не приходилось. - И да, - продолжил отец, - ты лишаешься возможности вернуться в тот мир до конца лета. - И к тому же, мы заберём твои гаджеты, так что ты не сможешь связаться со своими друзяшками, - сказала мачеха противным голосом, - и они поймут, что ты им не нужна. К горлу подкатил ком. Держать себя в руках становилось всё сложнее и сложнее. И тут мысль. Соломинка, за которую хватается утопающий! - А как же экзамены? Если я буду здесь, то не смогу их сдать и можно сказать, я зря училась этот год. - Я даже больше скажу, - ответила мачеха, - ты зря родилась. Отец никак не отреагировал. - Но тогда я не смогу никуда поступить! Это же выпускной класс! Кем мне потом работать? - Уборщицей кладбищ, - равнодушно ответил отец, - или воровкой. Тебе ведь этому даже учиться не нужно. Было уже очень поздно. Ярко светила луна. Где-то вдалеке ухала сова. Завывал ветер. Было холодно. Всю дорогу сюда я беззвучно плакала. Я не хотела лишиться мамы, подруг и будущего. Я не хотела лишиться своего имени. Своей жизни. Ох, Один, как же уязвима жизнь. Сегодня у тебя есть всё, завтра не будет ничего. Жизнь становится серой бесполезной и всё, что тебе остаётся - это отрабатывать долг, который ты никому не должна и быть послушной для тех, кому угодить невозможно. Если бы можно было закрыть глаза и очутиться в другом месте, я бы так и сделала, но я больше не могла. Отец забрал мои силы и заключил их в стеклянный сосуд, который висит на тонком волоске над пропастью в лесу Отчаянья в Гамма-вселенной - вселенной смерти, в которой томятся сотни душ в поисках прощения. Мне никак туда не добраться без своих сил. Связаться с близкими я теперь тоже не могла. В этом мире развитие пошло по другому пути - тут нет ни фабрик, ни заводов, ни техники. В лучшем случае, в доме может быть электричество и свет, но не более того. Воздух конечно свежий, но с ним не наговоришься, а бабушка после смерти стала какой-то неразговорчивой. В темноте было тяжело найти нужную могилу, так что я достала из своего походного рюкзачка сферу с светлячками и потрясла. Я разглядывала имена и даты смерти, иногда останавливаясь, чтобы списать пару новых слов с эпиграфов на могилах этих людей. Не помню, сколько времени прошло, но я всё же добралась до нужного места. Ещё никогда перспектива провести лето у бабушки в деревне меня так не пугала. Всё обросло ядовитым мхом и полу-гигантской паутиной. К счастью, на могилке хотя бы были стол и два стула, будто приготовленные специально для меня. Я ужасно устала и хотела есть, так что достала огурцы в шоколадной глазури, фаршированные живыми червями (ням!) и пакетик молочного молока. На этом моя еда закончилась и дальше мне придётся как-то выживать самой, ведь моя бабушка не очень любит печь пирожки с начинкой из пирожков, которые бабушки так часто пекут внукам, ведь она того... вегетарианка. Когда с ужином было покончено, я расстелила простынь прямо на бугорок земли и в душе молилась, чтобы яд из мха не просочился прямо ко мне. Накрывшись трупом сороки, я заснула. Было около трёх часов утра. Я спала беспокойным сном. Мне снились кошмары о том, как за мной гонится булка хлеба - зомби. Как вдруг я почувствовала что-то на плече. Я сразу же проснулась но не подала виду. Медленно притянула свою руку к плечу и вонзила свои коготочки в то, что было на нём. - ААААА!!! - раздалось у меня за спиной, - ты ненормальная! - Вы кто? - я моментально обернулась. - Я сторож, я тут работаю, - а вот ты кто? - он держался за больную руку. - Я к бабушке в гости приехала... - я указала на могилу. - Точно ненормальная, - сказал он и ушёл. Остаток ночи прошёл без происшествий.