Я проти тебе стою та слiв не згадую

Ты слышишь, как бьется мое сердце? Оно бьется только для тебя. Прислушайся, мое сердце говорит: «Тина, я люблю тебя».

Громкая музыка оглушала людей, которые находились в баре. Дан сидел за барной стойки и выпивал уже пятый…седьмой…стакан водки. Первая крупная ссора с Тиной далась ему не легко. Экран лежащего рядом телефона включался каждые несколько секунд, оповещая хозяина о входящих звонках и сообщениях. — Эй, парень, — бармен окликнул уже достаточно пьяного Дана и забрал у него рюмку. — Давай я тебе вызову такси, ты уже хороший. — Не…не надо, — Балан взял телефон со стойки и пошатываясь пошел к выходу. Каким-то образом поймал такси и поехал в квартиру, которую он когда-то давно купил в Киеве. *** Тина лежала на кровати, вокруг были разбросаны осколки вазы, перемешанные с осколками зеркала. Порезы на ее ладонях оставляли кровяные разводы на белой постели, но девушке было абсолютно все равно. Потоки слёз размазывали тушь по щекам. — Сука! — вырвалось из её уст и она вновь расплакалась. Спустя некоторое время Кароль заснула. Прям так, лёжа на перепачканной в крови постели. Вот и отступает ночь, сменяясь предрассветными сумерками. Из сереющей темноты постепенно проступают неясные очертания окружающего мира — силуэты домов, деревьев. Небо на востоке светлеет. Вокруг царит сонная тишина. Светлое пятно на горизонте становится больше и больше. Дует легкий ветерок. Утренняя прохлада стелется над землей. Природа замирает, будто готовясь к чуду. Все четче становятся окружающие предметы, все дальше видно. Наконец, около самого горизонта вспыхивает ослепительная каемка солнечного круга. Она еще совсем маленькая, но уже поразительная яркая. В тот момент, когда она зажигается на востоке, просыпаются первые птицы. Слышится шорох в кустах и ветвях деревьев, первое несмелое чириканье. А солнце все больше выглядывает из-за горизонта, вот уже половина его диска видна над землей. Зашевелились в траве мурашки, слетела с дерева птица, колыхнув ветку. Где-то залаяла собака, скрипнула дверь, зазвучали голоса людей. Солнечный диск разгорается все ярче, поднимается все выше, рассылая во все стороны свои теплые лучи. Вот уже показался полный круг, и стало до слез больно на него смотреть. А еще через несколько мгновений солнце будто оторвалось от земли и поплыло в голубом небе, наполнив все живое силой и энергией. Наступил новый день. Автомобиль Павла остановился перед воротами. Он надеялся, что Тина сейчас выйдет, но прошло пятнадцать минут и никто не вышел. Мужчина въехал на территорию и вошёл в дом. — Тина! — с кухни вышла помощница и удивленно посмотрела на Пашу. — Good morning, Paul. (Доброе утро, Павел.) — Why isn't Tina coming out? (Почему Тина не выходит?) — She had a very big fight with a man yesterday, something I heard before she went to bed, it was how she screamed very loudly. (Она вчера очень сильно поругалась с мужчиной каким-то, последнее что я слышала, прежде чем уйти спать, это как она очень громко кричала.) — Did you go down this morning? (Утром не спускалась?) — No. (Нет.) — А вот это уже плохой знак, — он за несколько секунд поднялся в комнату Тины и та картина, которую он увидел, мягко говоря шокировала его. — Тина… — он подлетел к кровати и легонько ударил девушку по щекам. — Тиночка, открой глаза пожалуйста. — но девушка никак не отреагировала на движения. Орлов ещё несколько минут просидел у кровати, пытаясь привести девушку в чувства. И как только он поднялся на ноги и собирался вызывать скорую, Тина открыла глаза и испугавшись, подскочила на кровати. — Что ты делаешь тут? — она посмотрела на Пашу, потом оглядела комнату и вернула взгляд на Орлова. — Что произошло? — Это я у тебя хочу спросить! Что это? — он взял руки Тины в свои и посмотрел на порезы. — Я…я не помню, — она вырвала руки и закрыла ладонями лицо, будто прячась ото всего мира. — Тиночка, не пугай меня. Что у вас с Даном вчера произошло? — Кароль вздрогнула и Павел услышал, как девушка начала плакать. — Да что случилось! — как-то резко для себя воскликнул Орлов и поднялся на ноги. — Я…Я беременна, — шёпотом сказала девушка и заплакала с новой силой. — Беременна?! Так это же прекрасно! Ты так давно хотела! Вы из-за этого поругались? — Паша сел на кровать рядом с девушкой и посмотрел прямо в заплаканные глаза. — Я не успела ему об этом сказать, мы поругались и я выгнала его. Теперь он никогда не узнает об этом. — Не узнает о чём? — сидевшие в комнате друзья вздрогнули от грубого голоса. — Дан? — Орлов обернулся и взглянул на вошедшего. — А ты? — Я всего лишь за вещами, — он вытащил из шкафа чемодан и начал собирать вещи, а слезы из глаз Тины начала катиться с каждой секундой всё сильнее и сильнее. Через час входная дверь хлопнула и девушка услышав то, что Дан ушёл громко выдохнула. — Почему ты ему не сказала? — Кароль уже успокоилась и обрабатывая раны на руках сидела на полу, с которого помощница уже убрала все осколки. — Потому что сука ебанутая, не может быть матерью его ребёнка, — она поднялась с пола и взглянула на менеджера. — Удивлен? — тот лишь махнул головой в знак согласия. — Ну вот, я тоже. *Два месяца спустя* Закат солнца — одно из самых волшебных явлений природы. Лучше всего наблюдать его летом на море или в степи, там, где хорошо просматривается линия горизонта. Во время заката солнца облака невероятных цветов в небе отражает морская вода, и еще по ней бежит дорожка солнечного света. В городе закат красивый по-своему. Подходит к концу летний день. Солнце медленно клонится к горизонту. Оно уже не такое обжигающее и ослепительное, как днем, а мягко пригревает теплыми вечерними лучами. Становится все тише и тише — природа замирает. Почти не слышно гула автомобилей и гомона человеческих голосов. Диск солнца приобретает ярко-оранжевый цвет и, чем ближе спускается к земле тем становится больше. Теперь солнце подсвечивает тучи на небе снизу, расцвечивая золотом. Когда солнце касается нижним краем горизонта, начинаются вечерние сумерки. Если в небе много облаков, они расцвечаются всеми красками радуги — от ярко-желтой до фиолетовой. На другом края неба появляется блеклый серп месяца. Большое оранжевое солнце прощально пылает, медленно исчезая из вида. Сначала кажется, что оно двигается очень медленно, пробегая лучами по ветвям деревьев и окнах домов, а затем резко прячется за горизонт. Сумерки окутывают землю. А в небе где спряталось солнце ещё некоторое время видно слабое зарево. Быстро темнеет, и в небе вспыхивают первые звезды. Наступает ночь… — Тина, я понимаю весь твой порыв выступить на этом концерте, но давай хотя бы без всех трюков, это как минимум не безопасно, — серьезно посматривая на артистку сказал Паша. — Где та, переживающая обо всём Тина? Тебе совершенно плевать на ваше в ребенком здоровье? И вообще я считаю, что потенциальный папаша должен знать, — девушка резко оторвалась от телефона и посмотрела на Орлова. — И не смотри на меня так, я два месяца тебе об этом говорю, но как об стенку горохом. — Тебя меня не переубедить, я не хочу, чтоб у моего ребенка был такой отец, как это мудило, — Кароль вновь уставилась в телефон. — А на счёт выступления я согласна просто спеть, да. — Фух, ну хоть с чем-то ты согласилась. Мне кажется это успех! — воскликнул мужчина. — Я поеду, завтра утром встретимся, я заеду за тобой в десять, пока. — Пока! — входная дверь хлопнула и девушка вздрогнула, потом поняла что осталась в доме совершенно одна и голубого вдохнув и выдохнув, приложила руку к животу, который ещё совсем не был виден. Тина отложила телефон, но тут же на него начали приходить СМС, от номера, который она так и не смогла удалить. Ведь когда-то её ребенок спросит про отца и что она ему ответит? Космонавт — бред, уехал и обещал вернуться — ещё больший бред. А тем временем Дан уже два месяца пытался дозвониться до девушки, понимая что если он явится, то она не пустит его даже во двор. *Ещё шесть месяцев спустя* Начало Апреля. Воскресенье. Пасха. — Мама, я пойду встречу Пашу, он должен был забрать Веню из аэропорта. Девушка захватила со стола красивую коробочку, которая была предназначена для Павла и направилась ко входу. Автомобиль въехал на территорию и первым из нее выскочил Вениамин, обнимая маму. Он был осведомлён о её беременности, поэтому никаких вопросов не было. — Ты чего не выходишь? — Орлов опустил стекло автомобиля. — Это кстати тебе. — Ты убьешь меня, но я должен был это сделать, уже восьмой месяц всё-таки, — Кароль удивлённо взглянула на сына, потом на менеджера и вновь на сына. — Да что такого ты сделал, за что я должна тебя убить? — в ворота, которые были не закрыты вошёл Дан, держа в руках букет и огромный красивый пакет. Паша не сказал ему, что Тина ждёт ребенка и его удивление было заметно просто невооружённым взглядом. — Ты… — он подошёл ближе и молчал переводил взгляд от одного человека к другому. Первой очнулась Тина и совершенно не обращая внимания на пришедшего Дана, развернулась и ушла в дом. — Постой! — Дан обернулся к Павлу. — Почему ты не сказал, что она беременна! Я сейчас выглядел полным идиотом! — Она вообще не хотела чтоб ты знал, я привез тебя сюда без ее ведома! И вообще, решайте теперь свои проблемы сами, но учти, если она хоть на грамм пострадает, я с тебя шкуру спущу! — Орлов сдал назад и выехав со двора Кароль, скрылся за воротами. — Иди, ты ей сейчас нужен, — Веня сказал это совсем тихо и взяв свой чемодан направился к бабушке, которую увидел из далека. Дан вошёл в дом, в котором была гробовая тишина и только всхлипы Тины выдавали ее местонахождение. Мужчина поднялся в комнату. Девушка сидела на кровати и плакала. По щекам текли слёзы и черная тушь оставалась на ладошках, которыми Тина стирала слезы с лица. — Я войду? — он подошёл медленно и сел на колени перед плачущей Кароль. — Зачем ты приехал, мы тебя не ждали, — она выглядела сейчас такой хрупкой и беззащитной, что Балан просто не выдержал и пересев на кровать, рядом, обняла её. И поняв всю безвыходность ситуации, девушка просто продолжила плакать, но уже в мужское плечо. — Тише, родная, пожалуйста не плачь, малышу это не понравится, — она отпрянула от него и посмотрела в глаза. — Я приехал, что извиниться. Знала бы ты, какая я скотина. Все что я тогда говорил, это все бред. Ты не достойна меня и таких слов в свой адрес. — он вновь спустился на пол. — Если сейчас ты мне скажешь уйти и больше не появляться на пороге твоего дома, то я пойму, — Балан опустил голову вниз и ждал ответа. — Я не скажу так… — Тина взяла его за подбородок и подняла голову наверх, чтоб посмотреть в глаза. — Ты отец этого ребенка, а я не хочу чтобы он рос без отца. Да, возможно тогда ты сделал оплошность и мы друг друга не поняли. Прошло уже почти восемь месяцев и я надеюсь, что в итоге, те грабли остались в прошлом. — Мальчик или девочка? — Я не знаю, у меня в тумбочке лежит записка, но я так хотела разделить эту радость с кем-нибудь… — Так давай посмотрим сейчас? — не дождавшись ответа, он открыл тумбочку и обнаружил то, что кроме записки там ничего не лежит. — Смотрим? — Тина кивнула и Дан развернул листок, на котором было написано одно слово…

Девочка

B французском языке нет фразы «я скучаю по тебе», ты говоришь «tu mе mаnques», что переводится как «ты отсутствуешь у меня». Я люблю это «ты отсутствуешь у меня», ты как будто моя часть или орган или кровь текущая по моим венам. Я не могу функционировать без тебя.