Я проти тебе стою та слiв не згадую

— Я не могу сказать никаких утешительных новостей, Павел, — Орлов опустился на стул и взглянул на врача. — Тина Григорьевна в критическом состоянии на данный момент и мы конечно же делаем всё возможное, но показатели только падают. Девушка сама не хочет работать над собой. — Я вас понял… спасибо… — Павел медленно вышел из кабинета лечащего врача и направился к Тине в палату. Нелюбовь девушки к больницам и врачам была видна невооружённым взглядом. Она постоянно просила Орлова забрать её домой, но при таком диагнозе, её конечно же никто отпускать не собирался. Кровать с центра палаты медленно перекочевала к окну. Девушка сидела в позе лотоса и что-то рисовала, превратив подоконник в стол. Павел вошёл и остановился в дверях. Он был знаком с ней тринадцать лет и переживал за неё как будто она была самым близким ему человеком. Хотя так порой и было… — Доброе утро, Тина, — Паша натянул на своё лицо улыбку и прошел в палату. Кароль обернулась и отложив свое занятие, полностью повернулась к Орлову. — Оно было бы добрым, если бы ты наконец забрал меня отсюда. Неужели я не могу отсидеться дома? — она удивлённо подняла брови. — Тиночка, я понимаю твоё возмущение, но осложнения которые дала твоя простуда, не позволяет врачам, ни мне нарушить режим. Я должен тебе сообщить, одну не очень приятную новость. Сейчас глубоко вдохни и выдохни. — Да что случилось, говори уже! — не выдержала та и стукнула кулаком по ноге. — Твоя простуда перешла в пневмонию, сейчас у тебя фиброз лёгких, — девушка открыла рот, чтоб что-то сказать, но никакого звука издать таки не смогла. — Врачи бьются за то, чтоб сохранить тебе жизнь. — А, голос…мой голос? — девушка смотрела на менеджера и из глаз начали течь слезы. — Я не могу ничего обещать… — Тина стёрла с лица слезы и вдохнула на сколько могла. — Я же возрослая девочка, я всё переживу и переборю, — она повернулась к окну и продолжила рисовать. — Мне нужно съездить в офис «1+1» и попросит Вову пока что отменить съёмки. Не скучай, к вечеру я снова приеду, — Тина даже не обернулась, лишь нервно цикнув в ответ. *** Офис телеканала «1+1» — Да, Вова, я пока не знаю когда все это закончится. Врач не даёт никаких хороших прогнозов, — Орлов сидел в кресле в кабинете Завадюка. — Она в любой момент может задохнуться и умереть, меня пугает неизвестность. — Как это ужасно! Я желаю Тине скорейшего выздоровления и мы конечно же перенесём все мероприятия. — Спасибо за понимание, — Паша пожвл руку и вышел. В коридоре случайно столкнувшись с Баланом. — Привет! — мужчина улыбнулся. — А Тина? Я звонил ей пару дней назад, но она не взяла трубку. — Тина сейчас в больнице, у неё очень серьезный диагноз. Её жизнь может оборваться в любую секунду. Прости, мне нужно ехать, — Орлов пожал руку Балана и покинул офис. Дан стоял ещё где-то с минуту и молча переваривал информацию. — Можно? — спустя несколько минут, мужчина всё же постучал в дверь. Завадюк улыбнулся и пригласил Балана в кабинет. — У тебя Паша был сейчас, что случилось с Тиной? — Болеет, — отрезал Завадюк, понимая, что разглашать такую информацию нельзя. — Ты же знаешь чем конкретно, скажи! — как-то слишком грубо для себя ответил Балан. — Зачем тебе эта информация? Чем ты в этой ситуации ей поможешь? — Владимир конечно же не планировал рассказывать Дану, то, что ему буквально несколько минут назад сказал Орлов, но смотря на серьезно настроенного Балана, ему видимо придется. *** Національний інститут фтизіатрії і пульмонології ім. Ф.Г. Яновського Орлов вошёл в палату, держа в руках букет цветов и пакет с продуктами. Он понимал, что Тина подавленаи он должен, как настоящий друг быть рядом в такую минуту. Потому что если не он, то она будет тут совершенно одна. Девушка лежала на кровати, отвернувшись к стене. — Тиночка, — мужчина подошёл ближе и сел на стул, который стоял возле кровати. Букет он поставил в вазу, которая всегда находилась на тумбе, ибо цветы присылали Тине часто. Девушка спала и мужчина даже не стал её будить. Он достал телефони уткнулся в него, просматривая все социальные сети. Мужчина сделал несколько рекламных постов в Инстаграм Тины. Звук открывающейся двери заставил его обернуться. В палате появился Дан Балан. — Что ты здесь делаешь? — Орлов подошёл к парню и развел руками. — Я пришёл к Тине, потому что хочу поддержать её. Ты же знаешь моё к ней отношение, — Орлов закатил глаза, но пропустил Дана к девушке. — Она спит? — Дан сел рядом и взял Тину за руку. За всю ту неделю, что Тина продолжала находится в больнице, ее показатели только ухудшились. Ей было трудно даже разговаривать. Отдышка появлялась при любых действиях. Врачи не давали благоприятных прогнозов. С того момента Дан больше не был у Тины. Орлов вытолкал его из палаты ближе к двенадцати часам ночи и девушка даже не знала о том, что Балан был у неё. Но она много спрашивала про него и каждый раз, когда она порывалась ему позвонить, Орлов оказывался рядом и отговаривал её. Ссылаясь на то, что Балан работает и ему не до неё. После ещё нескольких дней, Тина начала задыхаться ещё больше, её дыхание стало тяжёлым и девушка начала жаловаться на боли в сердце. Орлов, который боялся за состояние Кароль, почему-то первым сообщил об этом Балану, хотя сам был против его приходов. — Мне не нравится всё, что происходит. А с тобой, она вроде чувствует себя легче, приезжай, — Дан появился в палате в этот же вечер и просидел с девушкой, пока она не уснула. — Что говорят врачи? — выходя вместе с Павлом, чтоб проветриться, спросил мужчина. — Ничего хорошего, а она слабеет на глазах и я не могу это видеть. И ведь как-то помочь я не в силах, — Павел опустился на скамейку перед больницей, Дан сел рядом. — Ты прав, во время последней встречи она была более энергична. А ещё этот постоянный кашель, — Балан поднял голову к небу и закрыл глаза. — Спасибо, что отозвался на просьбу, — Орлов поднялся и протянул певцу руку. — Ты же знаешь всё, я готов прилететь к Тине в любой момент времени, с любой точки мира. Поэтому, звони в любое время, я приду. *** — Фиброз… — задумчиво произнес парень и полез в телефон. — Фиброз — участки здорового легкого чередуются с участками замещенными соединительной тканью. Не понял, Катя, объясни. — Дан обернулся на свою подругу-врача, которая по просьбе Балана следила за лечением девушки. — Ну смотри. Фиброзные изменения в легких это патологическое образование и разрастание соединительной ткани. Легкие человека состоят из нескольких сотен миллионов пузырьков — альвеол. Через их стенки беспрепятственно проходят кислород и углекислый газ, происходит процесс дыхания. Когда возникает какое-либо разрушение альвеол, поврежденные ткани организм заменяет рубцовыми, соединительными. Чем больше область повреждений, тем выше риск развития фиброза, когда соединительная ткань растет необратимо и бесконтрольно, затрудняя дыхание все сильнее из-за того, что она не эластична и не пропускает газы. Сами легкие постепенно увеличиваются в размерах из-за прироста рубцов, а пропускная способность их падает. Соединительная ткань уже не способна стать обыкновенной, соответственно болезнь является неизлечимой, и, при отсутствии лечения, приводит к летальному исходу. — Нет, нет, нет, — зрачки Дана расширились. — У неё сама ранняя стадия, ещё есть шанс остановить всё это. Она загнала себя в рамки и болезнь не отступает, только поэтому. Будь с ней и отвлеки от происходящего, только у нас все получится, — телефон Дана запикал и на экране появилась «Тиночка» — Добрый вечер, моя хорошая. Как ты себя чувствуешь? — он вышел из кабинета, плотно закрывая дверь. — Приехать к тебе? Да, конечно я свободен. Жди меня, скоро буду. — Дан находился в том же здании, в котором Тина лежала, просто на пару этажей ниже. Он попрощался со знакомыми и митнувшись за букетом, почему-то именно синих роз, он стоял возле палаты. Стук в дверь. — Я приехал, — девушка отложила ингалятор в сторону и улыбнулась. — Как ты? — Это что, синие розы? — она удивлённо подняла брови и двинулась на встречу Дана, падая в его объятия. — Чтоб тебе было не так скучно, да, я заказал для тебя синие розы. Мне кажется это очень интересное решение. — Ахах, — она потянула его за собой, усаживая на кровать. — Паша уже несколько дней не приезжает ко мне. Я одна тут с ума схожу. — Почему ты мне сразу не позвонила? Я бы приехал, — Дан улыбнулся и провёл большим пальцем по лицу девушки. — Что говорят врачи? Как твое состояние? — девушка опустила голову вниз и пшеничные локоны с плечь упали следом, закрывая лицо. — Мне они ничего не говорят, — робко ответила Тина. — Паша боится за меня и запретил врачам что-либо говорить. — она резко подняла голову, смотря на Дана стеклянными глазами. Первоначальная улыбка спала с её лица и вся радость куда-то исчезла. Она опустила свою голову на плечо Балана и через несколько минут мужчина услышал как девушка засопела. Он переложил ее на подушку и укрыв одеялом, вышел в коридор, направляясь ко врачу Тины. — Здравствуйте, к вам можно? — Дан заглянул в кабинет, а потом и вовсе пошёл туда, до того, как мужчина что-то ответил. — Я вообще-то занят, но раз вы уже вошли. Проходите, присаживайтесь, вы по какому вопросу. — Я по поводу Кароль. Как идут дела с лечением? — мужчина порылся на столе и вытащил из стопки папку. — У девушки пневмофиброз. Мы естественно лечим его и стараемся помочь ей всеми силами. Но например уколы и системы это истерика, приходится звонить каждый раз Павлу Орлову и ждать его. А сейчас мужчина уехал и мы с боем делаем всё. Благо ещё ингаляции она делает всегда. Постоянно рвётся домой, ну вы же понимаете, что я не могу отпустить. В общем, нужен такой человек, который будет с Тиной Григорьевной постоянно, чтоб она чувствовала себя спокойнее и мы быстро смогли её вылечить, — Дан перевел взгляд на бумаги, которые держал в руках врач, а потом на самого мужчину. — Я готов быть с ней всегда. *Три недели спустя* — Я вас поздравляю, состояние заметно улучшилось и я даже готов отпустить вас домой, — Тина улыбнулась и дождавшись, пока врач выйдет — прыгнула к Дану на шею. — Ты это слышал! Сегодня я поеду домой! — она смотрела на него такими счастливыми глазами, убирая спадающие волосы назад. — Спасибо тебе за то, что всегда был рядом, я даже не почувствовала времени. — губы Дана, медленно накрыли губы девушки, не давая закончить фразу. — Я люблю тебя, — сказал он оторвавшись…