Намекать бесполезно

      Только что вернулась из города. Дорога была утомительной, да и день сегодня оказался насыщенным впечатлениями. Ребята задавали много вопросов, активно участвовали в дискуссии, что доставило мне немало удовольствия. Но изрядно вымотало. Пройдя маскировочный барьер, вежливо поприветствовала эйнхериев на входе во двор. Внутри дворца встретила Элли: — Госпожа, Сигюн. Какие будут указания? — Пожалуйста, подайте ужин через час в обеденный зал. На двоих. — Конечно, будет сделано, — она учтиво поклонилась и засеменила на кухню, а я отправилась в тронный зал.       Захожу — сидит. На своем троне, где и обычно. Сегодня зеленую боевую тунику надел. И рогатый золотой шлем. Даже в плащ завернулся. Да, очень по-царски выглядит. Глаза закрыты, лицо сосредоточенно-пасмурное. Ни один мускул на лице не дрогнул при моем появлении. Не иначе, как отправился опять шпионить. — Ты снова не здесь? — спрашиваю, заранее зная ответ. — Сегодня не поедешь спасать своих подопечных? — Нет, сегодня без меня обойдутся. — Поняла, — отвела усталый взгляд от наскучившей мне картины, но не повезло ему столкнуться с картиной другой, еще более унылой. — Пора бы нам уже убрать эту «красоту» отсюда, в Мидгарде все праздники давно прошли. — Ага, — безучастно бросил он. — Ага. Вижу, помогать ты не собираешься. Куда тебе до дел Мидгарда, когда назревает новая волна мятежа в Муспельхейме? Твое отсутствие в разговоре очень красноречиво мне об этом говорит, — мысленно подытожила я и стала оглядывать фронт предстоящих работ, размышляя.       Живя здесь, уже успела обратить внимание на то, что и человеческим мужчинам наплевать на земные заботы. Хозяйство, быт — удел женщины. Мужчинам же подавай приключения, состязания, шпионские вылазки или еще какие варианты времяпрепровождения с риском для здоровья. Да, такие занятия неплохо встряхивают, позволяют проявиться особенным качествам человека. Но есть, ведь, и другие дела. Наверное, сильно приземленные и скучные. Тем более для бога. Так раньше нас величали люди.       Теперь они об этом забыли, считают нас выдумкой. Но мы и не боги вовсе для них. Адепты, проводники — да. Вот наша работа в мире людей. Адепты есть разные, они приходят в Мидгард из восьми миров Иггдрассиля, чтобы здесь вербовать души недавно умерших людей в свои обители. Я и Локи — посланники Асгарда. Мы сопровождаем еще живые души на их жизненном пути, направляем их стремления и мечты, указываем правильную дорогу тем, кто сбился с нее, но сам не ведает этого. Тогда после смерти их души примкнут к эйнхериям Одина.       Есть адепты для уже зрелых душ (взрослых людей), такие как Локи. Он наблюдает за ними издалека, используя Зеркало Разума. Проникает к ним в сознание, изучает его и, заметив ошибки в их мыслях или поступках, он немедленно отправляется «помочь» человеку сделать правильный выбор: в пользу политики асов. Еще есть адепты для ранних душ (детей), как я. Ведь дети тоже умирают. Моя задача — как можно раньше сформировать у человеческих детей качества, которые позволят им стать асами во второй жизни. Чтобы в случае смерти, душа детская без колебаний смогла сделать выбор на Радужном мосту и отправилась в Асгард.       Когда-то души, раньше времени покидающие мир людей, еще не созревшие для выбора второй жизни, завершали цикл своего существования, сразу отправляясь к аспекту Смерти. Он даровал им покой. Своевременно поглощал их, чтобы соблюдать баланс живых и мертвых.       Но политика асов такова, что души детей человеческих не должны более отправляться в Хельхейм, как это было раньше. После того, как Локи заточил аспект Смерти в Нагльфар и приставил к нему для охраны Хель, асам удалось сдержать поглощающую сущность Смерти. Теперь души детей не обретали покой в ее объятиях, а начинали вторую жизнь в телах «богов».       Но для незрелой души, жизнь в более мощном теле не является второй. Поэтому боги, что рождаются в Асгарде или других мирах с ранними душами, не особенно отличаются ответственностью за свои вновь обретенные способности. А они многократно возрастают. Кроме того, как и люди, только-только набирающие жизненный опыт, эти боги склонны к наивности, а потому весьма внушаемы. — Моей магии будет недостаточно, чтобы убрать эту громадину… — я прервала свои размышления, обращаясь к мужу. — Ага, — отсутствующим голосом буркнул Локи. Он так и не пошевелился, пока я оценивала затраты времени и магии на уборку огромной лесной ели.       Новогодние каникулы у людей. Это очень воодушевляет. Из года в год мне все больше нравится заниматься этим украшательством. В Ванахейме, откуда я родом, нет такой милой традиции. Ванийцы очень трепетно относятся к природе своего края. Там нам никогда бы не позволили забрать из леса целое дерево для собственной забавы. Но в Мидгарде с помощью магии мы «построили» исключительно прекрасное произведение к встрече нового года среди людей. Теперь же пришло время убрать елку и привести тронный зал в порядок.       Стоя неподалеку от трона, я начала колдовать. Снимала гирлянды, блестящие ленты. Наконец, дело дошло и до самых ценных и величественных волшебных трофеев Локи. Они были ему бесконечно дороги, потому что собирались веками по всем девяти мирам Иггдрасиля. Он разрешил их повесить только из соображений гордыни. Ведь праздновать приходили к нам не только высокопоставленные асы, но и наши приятели из Мидгарда, которые в глаза не видели таких диковинных и редких предметов. А хвалиться своими трофеями Локи очень любит. Конечно, нам запрещено раскрывать наши личности людям. Поэтому для мидгардских приятелей Локи насочинял кучу разных небылиц о том, где он добыл все эти загадочные предметы. Сочинять небылицы он тоже очень любит.       Поток магии стал ослабевать, потому что все украшения уже были сняты. Пространство под нижними ветками покрылось ковром из маленьких иголочек. Ель осталась стоять сухая и голая, но все еще зеленая. Моя магия по природе своей — созидательная. Поэтому создавать уют или порядок, напитывать своей энергией живые создания удается мне лучше всего. Но, когда эту магию приходится использовать для разрушения, она выходит из-под контроля, ее трудно сдерживать в руках. Она может нанести вред как моему, так и здоровью окружающих. Локи знает о характере моей магии. Он о всякой магии знает больше многих. Но в данный момент его рядом не было.       Нет, физически он здесь. Я же его вижу: сидит в той же позе с тех пор, как я вошла. Только брови сильнее насупил, отчего казался теперь еще более серьезным и занятым богом. Но, мысленно… Сознание его сейчас находилось на большом расстоянии отсюда. Он рассказывал мне, как уже давно подчинил своей воле нескольких асгардских эйнхериев. Теперь он отправил их в Муспельхейм и дистанционно контролирует разум их командира. Муспелли по природе своей огненные мятежники. А Локи подливает им масла в огонь, сталкивая лбами предводителей воюющих группировок. Подчиненными эйнхериями он распоряжается, как захочет, например, может менять их облик даже отсюда. А для этого ему, видимо, требуется безраздельное внимание и полная сосредоточенность.       Ну, что ж. Вероятно, там и правда все настолько серьезно и важно, что дела Мидгарда подождут. Я снова начала колдовать. Магия, которая доселе имела оттенок светло-зеленый, переходящий в белый, стала приобретать ядовитый болотный цвет. Она беспощадно тратила, высасывала и поглощала мою энергию. Бедную ель эта магия уничтожала, разбирала по частям, вырывая ветку за веткой. Пол тронного зала задрожал под моими ногами. Столешница, на которую я складывала драгоценности мужа, начала ходить ходуном. Трофеи на ней забрякали и зазвенели. Сквозь дикое напряжение и дрязг безделиц я услышала ехидное замечание с трона: — Осторожнее там с моими сокровищами! Смотри, чтобы статуэтки из Свартальвхейма не разбились, они стоят на краю. — Что?! — я возмущенно сдула с лица выбившуюся прядку волос, пыхтя от натуги. Удерживать природный катаклизм в пределах центра зала, не позволяя ему, разрастись и снести наш чертог, стоило мне не малых усилий, — Я знаю, как ты любишь командовать мной со своего трона. Но, если ты переживаешь за свои вещи, ты мог бы мне помочь убрать елку? — Ты же меня не попросила… Я опешила. Магия резко ослабла. — О, да! Да, мой царь, я не попросила! — почти сорвалось с моего языка.       Но не сорвалось. Я посмотрела на Локи. Наши взгляды встретились. Мой укоризненный и его расчетливый и холодный. В нем читалась фраза: «Поделом тебе. Ты же сама все можешь». На секунду поникнув, я отвела взгляд от его лица и посмотрела на дела рук своих. Ядовитый зеленый поток сошел на нет. А останки большой величественной красавицы теперь были разбросаны по тронному залу и выглядели жалко. Когда я снова посмотрела на Локи, его здесь уже не было. По крайней мере, его сознания.       Раздраженная и взъерошенная я снова принялась колдовать. Магия понемногу начала успокаиваться и скоро стала приятного салатового цвета, переливаясь белым. Это позволило мне очистить залу от веток и иголок. Волшебные трофеи я поместила в большой резной ящик. Слуги были заняты на кухне, поэтому перемещать сокровища пришлось с помощью магии. Я отправилась в хранилище, чтобы поставить их на место. Силы уже были на исходе, но я все же справилась. В хранилище было много разного добра. Артефакты и оружие, безделушки и настоящие опасные магические атрибуты. Каждой вещи было отведено особое место в этой кладези волшебства. Я все еще была рассержена на Локи за его надменный упрек. Поэтому мне не хотелось раскладывать его драгоценности. Я оставила их в ящике. Вышла и заперла хранилище.       Подумала, что стоит привести себя в порядок перед ужином и прошла в свои покои. Села перед зеркалом в спальне и начала расчесывать свой всклокоченный огненный поток волос. Пришлось добавить немного магии, чтобы все вихры улеглись на место. Ненадолго… — Ты совсем обалдела, Сигюн?!       Я подскочила на месте от неожиданности. Обернулась. В дверях стоял Локи. Из плаща выскочил и корону свою уже успел снять, длинные смоляные волосы слегка растрепались. Глаза широко открытые пылали зеленым пламенем. Лицо его выражало крайнюю степень возмущения, он задыхался от гнева: — Ты зачем оставила мои сокровища в ящике? У каждого трофея есть свое место, оно подписано! Нельзя долго держать сильнейшие магические артефакты так близко друг к другу! Ты же знаешь, что их энергии сплетаются и порождают духов Аскьеме, а они жрут мои сокровища! Это безответственно, так обращаться с драгоценностями!       Я рта не успела открыть, как он взметнулся и убежал. Наверное, обратно в хранилище, раскладывать по местам свои цацки. Только волосы опять мне намагнитил. Я снова посмотрела в зеркало. Сделала глубокий вдох. На выдохе мое отражение хитро мне улыбнулось: — Знаю.       Поужинали мы раздельно. Я — когда закончила прихорашиваться, а Локи, думаю, добрался до обеденного зала ближе к полуночи.