Маленький сборник бреда

МНЕ СНИТСЯ СОН

      Я опять здесь. Пустой коридор слабо освещает колбообразная лампа в черной решётке. «Как в психушке», – мысль пугает, но растворяется. В темной комнате справа разговаривают. Не прислушиваюсь. Меня интересует то, что находится за дверью напротив. Она приоткрыта. Хорошо, мне большего и не надо.       Я подхожу ближе. Сквозь щель хорошо видны матрацы.       Мужчины и женщины. Полная комната одинаково лежащих людей. Они спят. Вглядываюсь в их лица, но никого не могу узнать.       – Но она лучшая! – возглас привлекает мое внимание. – Мы же, – говорящий снова переходит на шепот, – обещали…       Трое выходят из помещения. Я отхожу и скрываюсь в нише. Почему я прячусь? Мне запрещено тут находиться?       – В инструкции чётко сказано, когда «таблетка» не выполняет свою функцию, то...       – Тихо, – перебивает его второй, – вдруг нас услышат.       Молчание. Нервный вздох. А затем опять разговор вполголоса.       – Я устал, – третий чуть отстает, – не могу.       – Придётся. Не забывай, у нас договор.       Они входят в комнату. Я осторожно выглядываю из своего укрытия. Двое стоят у стены, третий сидит на корточках возле девушки, поглаживает её плечо. Она открывает глаза резко, словно давно ждет.       – Пора, – доносится до моего слуха.       Трое и она плывут в лунном свете коридора и скрываются в той самой комнате. Я снова смотрю на людей. Кто они? И где я? А потом в моих глазах темнеет.       Прихожу в себя на крыше высотки. Внизу виднеется тропинка. Ветер треплет макушки елей и берез.       Дом. Жилой. Посреди леса?       Мерзну. Возвращаю взгляд на крышу. Уже знакомая девушка стоит на самом краю. Перед ней двое – те самые, из «психушки». Третьего нигде нет.       – Ты узнаёшь нас?       Она кивает.       – А не должна! – он срывается на крик.       Вижу в его глазах слезы. Кого ты жалеешь, Эл? [Я знаю имя?!]       – Я могу притворяться, – она с трудом сдерживает страх. И я тоже дрожу.       – Тут. А там? Ты никого не помнишь! – второй направляет оружие, – прости.       Вдруг осознаю, что эта девушка – я. Смотрю на мужчин. Мы знакомы в другом мире, но в этом мне надо думать, что вижу их впервые, как и всех, кого знаю там. «Таблетка» – перенос в иную реальность. Сюда. Здесь другое пространство. Территория, где нет места чувствам, есть только ты, задание и жертва.       Воспоминание врезается в меня, и картинка оживает. Я вижу себя в той комнате. Рядом те, кто мне дорог. Но я точно знаю, когда-нибудь им придётся убить меня.       – Я не хочу стрелять, – вытирает рукавом лицо.       Что происходит? Почему они помнят ее, то есть меня, здесь?       – Предатель, – отвечаю первому. – Люблю тебя, – говорю второму, и моя нога соскальзывает. Не случайно.       Я падаю.       Падаю и чувствую, как за спиной раскрываются крылья.       «Интересно, – говорит мне сознание, когда я просыпаюсь. Мокрые волосы липнут к затылку. – И долго ты будешь мучиться?»       Я понимаю, к чему оно клонит.       – Когда-нибудь перестану, – отвечаю я.       «Когда-нибудь...» – сжимается сердце.

ТОРТ

      В маленьком королевстве N., где молочные реки не имели конца и начала, белые облака по вкусу похожи на сладкую вату, а на орешнике росли не только орехи, произошёл необычный случай.       Однажды во дворце во время праздника, когда кошки развлекали мышек, эльфы и гномы пили эль наравне с особами царской крови, появился торт.       Большой, трехэтажный, он был украшен белым шоколадом, воздушными башенками зефира, ягодами и взбитыми сливками.       Несмотря на то, что брать со стола добавку не возбранялось, кушать можно было все и до отвала, к торту никто не притрагивался. Облизывались, ходили вокруг, ждали, когда король отрежет первый кусок.       Чаще всех к торту прибегал маленький мышонок. Чёрные глазки весело блестели, розовый язык облизывался, лапки тянулись к сладости, но мышонок боролся, боролся изо всех сил. «Королевская мышь может со всем справиться» – говорила ему мама-мышь. Мышонок прикрыл глаза, продолжая сопротивляться, вот только желание оказалось сильнее. Миг и он внутри. Торт был очень вкусным, таким он себе его и представлял.       – Ох, ах, – раздалось с разных сторон.       – Подарок испорчен. Невежда. Преступник. Глупец, – слышалось то тут, то там.       Совы мгновенно разнесли новость по округе.       Мышонок стыдливо попятился, спрыгнул на пол и побежал к семье.       – Иди, – отец-мышь отмахнулся, – иди отсюда. Мы тебя так не воспитывали. Мама-мышь лишь грустно покачала головой.       Не зная, как оправдаться, он вышел в центр зала и упал замертво.       Разговоры стихли, гости переглядывались, и тут мама-мышь поняла хитрость мышонка:       – Торт отравлен! – выкрикнула она. – Короля хотели отравить!       Вскоре все уже шептались на тему заговора. Торт вынесли к королевской помойке. Мышонка забрали мать с отцом.       – Открывай глазки, хитрюга, – гладила мама-мышь своего малыша в норке, пока папа-мышь получал награды вместо сына за спасение королевской жизни.

В СТРАНЕ НЕЧУДЕС

      В темном-темном лесу, под широкими еловыми лапами сидел... Кот.       Несмотря на отсутствие цепей, русалок и дуба, кот был волшебным.       Или не очень.       Он умел говорить. Причем не на одном, а сразу трех языках: западно-эльфийском и на двух людских языках – старой и новой империи. Способность говорить являлась очень редкой для неразумного животного. Наличие такого дара означало, что над зверем был проведен ритуал пробуждения каким-то очень сильным магом.       Прямо к этой ели по кривой петляющей дорожке бежала девушка. Длинное платье мешало, путалось в ногах, обувь натирала, но она неслась вперёд, словно её преследовало чудовище.       Она не кричала, но на лице виднелся испуг и отчаяние. Складывалось впечатление, что она даже не знает, куда бежит – просто спасается.       Кот навострил рыжие уши, а потом быстро вскарабкался на нижнюю ветку дерева. «Ах, опять кого-то убивают» – лениво протянул он, устраиваясь поудобнее.       – Ай, – она врезалась в невидимую стену, – больно, – и свалилась возле дерева, прикрыв ладонями лицо.       – Ну, а ты как хотела? – кот свесил голову, разглядывая незнакомку.       Девушка открыла глаза. Над ней на крупной еловой ветви лежал кот. Рыжие уши его шевелились, прислушиваясь к шепоту леса, розовый нос, наверняка, был прохладным. Толстый, полосатый, он был самого обычного домашнего вида.       – Это ты сказал? – девушка встала и отряхнулась. – Спрячь меня, пожалуйста, мистер пухлик.       Кот отвел взгляд, незаинтересованно скрябая когтем по ветке дерева. Немного подумав, он снова посмотрел на человека.       – Ну а мне-то что с этого? – устало спросил полосатый.       – Ну, раз ты говорящий, то должен помочь. Разве в сказках может быть иначе? – девушка оглянулась. Преследователь все еще не появился, но страх не отпускал. Он ищет её, он близко, очень близко. – У меня и нет ничего.       Кот удивился такой наглости. Шерстка на его спине даже слегка задергалась. Хоть помогать он и любил, но не выносил незнакомых людей, которые ни с того ни с сего врываются на его территорию и что-то требуют, не предлагая ничего взамен.       – Что ж. Ладно, – хитро протянул он. – Посмотри под деревом. Там этот. Гриб. Волшебный. Съешь его, и ты сразу сама превратишься в такой же на несколько часов. Ну, а если не хочешь... Советую бежать. Ты бы могла быть уже о-о-очень далеко, не заведи ты со мной этот разговор-р-р.       – Я и не планировала останавливаться, но тут, – девушка вытянула руки и сделала пару шагов вперёд, пока не уперлась в преграду, – стена? Или что это? Не видно и не пройти, – она еще раз пощупала: левее, правее и у земли, но лаза так и не обнаружила.       – И вас бы не заметила, мистер пухлик. Вы там что-то сказали, впрочем, некогда вспоминать.       Лес мрачнел, словно огромная чёрная туча накинула на него свое темное покрывало. Девушка рванула под ель. Сорвав гриб, она откусила достаточно много: – Кстати, – пережевывая мухомор, сказала она, – меня зовут Кира, – и гриб выпал из ее рук.       Съев мухомор, она действительно каким-то магическим образом превратилась в гриб. Кот, недолго думая, сорвал мухомор и попробовал его на вкус. Такого от него, признаться, никто не ожидал. Подняв морду, кот с наслаждением облизнулся и вдруг увидел, что перед ним стоит медведь. Зверь раскрыл пасть и издал низкий раскатистый рев. Кот ничего не успел сделать. Видимо, это был не совсем медведь, но после съеденного мухомора кот видел именно его.       В любом случае, сказочке конец, а мораль истории такова: не надо слишком увлекаться грибами, а еще нельзя доверять тем, кто их выращивает, особенно, если это говорящий кот.

ЭКСПЕРИМЕНТ НОМЕР ПЯТЬ. КОДОВОЕ НАЗВАНИЕ ПРОЕКТА: ЗЕРКАЛЬНЫЙ ЛАБИРИНТ

      Гнев. Он рвался наружу, и я с силой сжимал кулаки, чтобы не выпустить его сейчас.       – Я должен с тобой справится, – бубнил я себе под нос, прикрывая глаза. Но Гнев не собирался сдаваться и продолжал метаться внутри меня, искать выход. Он бился о легкие, врезался в сердце, сдавливал горло и падал вниз.       Я задержал дыхание, вот только сил не хватало. Устал. Почувствовав слабость, Гнев начал разрастаться.       – Прекрати, – не выдержал я и стукнул кулаком по столу. Голубые глаза смотрели на меня со страхом и обидой.       Этого и ждал гнев. Срыв. Теперь ему стало легче управлять мной. Заполняя собой, проникая глубже, Гнев обретал власть.       – Ненавижу тебя, ненавижу! – я начал бить зеркала и стекла, лишь бы голубые глаза перестали смотреть на меня. Сейчас в них отражалась жалость.       – Эксперимент окончен, – услышал я, когда Гнев почти поглотил меня.       Укол. Двое с трудом тащили моё тело в комнату для отдыха. Завтра меня ждала новая война с Гневом.       – Я все равно справлюсь с тобой, – проваливаясь в сон, я видел тонкий стан жены возле детской кроватки и свое отражение в зеркале.       – Посмотрим еще кто кого, – отвечал мне, усмехаясь, Гнев. Я снова глядел на себя. В голубых глазах стояли слезы.