... Кого-то ждёт бессонная ночь...

  Гию нравятся выкрашенные в белый волосы Санеми. Гию любит смотреть в чёрные, как безлунная ночь, глаза. Ей нравится проводить пальцем по заметным, ничем не скрытым шрамам, наблюдая, как Шиназугава хмурится и бурчит что-то не слишком лестное. Гию нравится характер Санеми. Её агрессия и грубость, за которыми на самом деле скрывается довольно добрая, честная и в какой-то степени ранимая натура. Это всё невероятно привлекает Томиоку.   Гию присела на подоконник и посмотрела на засыпающий город. Было ещё не так темно и девушка вполне отчётливо видела стоящие недалеко от дома деревья, под которыми были установлены качели.   – О чём задумалась?   Томиока откинулась на стенки перевела взгляд на вошедшую в комнату Санеми.   – Да так... У нас на следующей неделе зачёт по психологии. Думаю, как буду сдавать.   Шиназугава усмехнулась и подошла ближе, устраиваясь напротив.   – Нашла о чём переживать.   – Ну, предмет непростой. Так что...   Санеми фыркнула.   – Сказала же, хватит волноваться о том, в чём хорошо разбираешься.   Гию наклонила голову набок, из-под ресниц наблюдая за блондинкой. Та, нахмурившись, читала пособие по физике, которую Томиока на дух не переносила.   Обычно, Санеми одевалась довольно мрачно и агрессивно. Тёмные цвета, кожа, металлические элементы. Часто ко всему этому добавлялись тактические перчатки. Даже дома девушка предпочитала тёмные оттенки. Но сегодня, похоже, пойдёт снег (и неважно, что сейчас август-месяц). А всё по той простой причине, что Санеми надела шорты (само по себе редкость) и длинную футболку весёленького жёлтого цвета, на которой была изображена забавная мультяшная утка. Футболку эту блондинке подарила Гию, в самом начале их отношений, на что Санеми заметила, что заставит Томиоку саму носить этот ужас. А потом вещь была благополучно забыта. Брюнетка слегка улыбнулась и подобралась поближе. – Что изучаешь на этот раз? – Тебе это всё равно не интересно, – Санеми приподняла голову и прищурилась. – Да и не поймёшь, если я назову тему. Гию пожала плечами, всё так же улыбаясь. Слишком уж мило выглядела Шиназугава. – Возможно... – Не возможно, а точно. Потому, что я и сама не ебу, как всё это понять. Санеми досадливо поморщилась и перевернула страницу, возвращаясь к чтению. Гию немного понаблюдала за девушкой, а потом встала с подоконника и, осторожно поцеловав её в щёку (осторожно, потому что была вероятность, что блондинка заедет локтем в живот ибо “нехрен мешать“), пошла на кухню. Похоже, у кого-то опять будет бессонная ночь. Шиназугава пробурчала вслед брюнетке что-то явно нецензурное, но Гию уже не разобрала, что именно. Хотя догадывалась. Томиока вздохнула и принялась за приготовление кофе. Ни сама Гию, ни Санеми данный напиток не любили, но обе признавали, что он помогает не заснуть во время завалов с учёбой (хотя, в хорошем зелёном чае кофеина не меньше). А потому обе девушки научились более менее приемлемо варить кофе. Санеми даже какое-то время подрабатывала в одной кофейне недалеко от университета. Но спустя пару месяцев уволилась со словами: “заебалась видеть одни и те же рожи. Сначала в универе, а потом ещё и здесь“. От мыслей брюнетку отвлекли руки, обнявшие её за талию. – Неужели, разобралась с темой? – Да пошло оно нахуй, – буркнула Шиназугава, устраивая голову на плече Гию. Девушка покосилась на блондинку. Та прикрыла глаза и расслабленно выдохнула. Сейчас она была похожа на дикую кошку, которая, повинуясь прихоти, пришла отдохнуть к человеку. Гию, не удержавшись, положила руку ей на голову и чуть растрепала короткие белые волосы. Санеми слегка поморщилась и приоткрыла глаза. – Может, немного отдохнёшь? – негромко спросила Томиока. Блондинка хмыкнула. – А больше ты ничего не хочешь? Гию слегка улыбнулась и, сняв турку с плиты, повернулась к девушке лицом. – Нет. – Вррёшь, – с усмешкой протянула Шиназугава, быстро целуя брюнетку. Томиока приподняла бровь и покачала головой. Не возражая. Скорее, спрашивая, уверена ли Санеми, что хочет этого именно сейчас. Блондинка на это переместила одну руку чуть ниже и приподняла край светлой майки Гию. Уверена. А бессонная ночь таки будет. Причём у обеих.