Ритм наших сердец

      Через час роды закончились. Из палаты вышел врач, Лиса сразу ринулась к нему.       — Что, доктор? Как они? — спросила Лиса.       Врач долго молчал, но потом всё же сказал.       — К сожалению, мы смогли спасти только ребенка… У миссис Манобан остановилось сердце… примите мои соболезнования, — жалобно сказал врач. Лиса была ошарашена, слезы потеки ручьем. Она увидела, как из палаты стали вывозить тело ее возлюбленной. Она резко побежала к койке, но ее остановили врачи.       — Нет, пустите… Дженни, пустите меня, любимая, не уходи от меня, неет… не бросай меня… — вопила Лиса, разрывая глотку. Она пыталась вырваться из крепких рук врачей, но все было тщетно.       — Вколите ей успокоительного, срочно! — кричал доктор.       Из палаты вынесли малышку. Лиса услышала ее крики.       — Доченька, я тут, мама тут, отпустите немедленно, отдайте моего ребенка, — Лиса увидела, что малышку понесли в другое место.       — Нет, не забирайте хотя бы ее, отдайте, это всё, что у меня теперь осталось, — слезы все текли, Лиса орала на всю больницу, она была сломана, ей было больно. Лисе вкололи большую дозу успокоительного.       — Так не могло всё закончится, не могло… Дженни, милая, нет, это не правда, я долж… — Манобан стала засыпать. Ее положили в палату и поставили капельницу, для снижения эмоционального всплеска.       Лиса открывает глаза среди ночи, палата, где она лежит, освещена лунным светом. Она хочет привстать, но не может, а затем, повернув голову, видит Дженни.       — Дженни, но я… я видела как тебя… — снова заливаясь слезами, начала говорить Лиса, но Дженни приложила палец к ее губам. Другой рукой она стала поглаживать волосы и щеку Манобан, вытирая слезы. Руки были очень холодными, а кожа очень бледная. Дженни улыбалась.       — Милая, я тебя так люблю, но мне надо уйти… прости, что не смогла позаботиться о тебе и нашем ребенке, прости, что придется тебе одной нести это на себе. Но я буду рядом, всегда буду за вами приглядывать, только не здесь, я буду жить в ваших сердцах. Отпусти меня, Лисенок, — также с улыбкой говорила Дженни, по ее бледной коже скатилась слеза. Лиса схватила ее ладонь и приложила к своей щеке.       — Я обещала оберегать тебя, защищать тебя, ноне сдержала слова, я виновата в этом, но, пожалуйста, дай мне второй шанс, не уходи от меня, я не смогу… я не хочу оставаться одна… Дженни, вернись… — Лиса прижималась к холодной щеке, скуля и проливая слезы.       — Ты не виновата, никто не виноват. У нас с тобой есть малышка, ты не будешь одна, она будет с тобой, она заполнит твое сердце любовью, как когда-то заполняла его я, — Дженни продолжала улыбаться.       — Никто мне не заменит тебя, никакая другая женщина, ты и наша дочь единственная моя любовь, — всё также скулила Лиса.       — Любимая, выполни мою последнюю просьбу и я уйду, не могу больше быть с тобой… — уже грустно сказала Дженни.       — Проси всё, что угодно, я сделаю для тебя это, — сказала Лиса, целуя холодную ладонь возлюбленной.       — Назови нашу дочь Эрика, я мечтала об этом имени, — с яркой улыбкой произнесла Дженни. Лиса лишь грустно кивнула.       Дженни наклонилась к Манобан, их лбы были соединены.       — Береги себя и Эрику, я люблю вас… и прощай навеки, моя первая и единственная любовь… — это было последнее, что сказала Дженни, испарившись в воздухе. Лиса снова начала рыдать горькими слезами.       — Господи, за что? За что ты забрал ее у меня? Почему… почему? — рыдала Лиса.       После она резко открыла глаза, в палате было светло, рядом сидела Джису.       — Лиса, Лиса! Ты очнулась, слава Богу, — обняла ее Джи.       — Что случилось? Где Эрика? Где Дженни? — задала вопросы Лиса. Джису сидела молча, она не знала, что сказать. Лиса взглянула на нее.       — О Боже, это правда… Она приходила ночью, чтобы прощаться… — Лиса закрыла руками лицо, она до сих пор не верила в происходящее.       — Лиса, ты о чем? Всё хорошо? Кто приходил к тебе? — пыталась понять Ким.       — Дженни, она приходила ко мне во сне, она сказала, что уходит безвозвратно, чтобы я назвала ребенка Эрикой… — Лиса опомнилась. — Где ребенок, Джису, где моя малышка? — Манобан схватила за плечи Ким.       — Успокойся, всё хорошо, Розе за ней смотрит. Когда ты поправишься, сможешь ее забрать, — ответила Джи.       — Джису, принеси ее мне, прошу, я хочу ее увидеть, — умоляющим взглядом смотрела Лиса.       — Хорошо, подожди, и давай без фокусов, — сказала Ким и скрылась за дверью.       Через 15 минут Розе входит в палату с малышкой. Она медленно подходит к койке и вручает ребенка матери. Лиса аккуратно взяла малышку, та спала. Джису и Розе вышли из палаты.       — Моя девочка, моя принцесса, ты у меня одна единственная, я буду тебя защищать, обещаю, больше я не совершу ошибку, — говорила Лиса, качая ребенка. Вдруг девочка начала просыпаться. Она посмотрела карими глазами на Манобан. У Лисы пошли мурашки по телу.       — Ты превосходна, Эрика, твои глаза так похожи на мамины… — девочка улыбалась, а Лисе было больно смотреть в них, ведь она видела её, тот же взгляд, тот же цвет, так больно… но она не должна плакать при малышке, поэтому просто улыбалась со сверкающими глазами, наполненными болью и горем. Она прижала Эрику к сердцу.       — Мы справимся вместе, правда? Мы сильные, мы переживем, вместе! — Лиса из-за всех сил держала слезы. В палату вошли Джису и Розе. Ким взяла ребенка, а Розе обняла Лису. И снова полились слезы.       — Тсс, всё будет хорошо, сейчас тяжело, но, Лиса, ты должна жить и радоваться ради ребенка, — с такими же мокрыми глазами говорила Чеён.       — Я знаю, Рози. Я хочу тебя попросить… Я хочу, чтобы ты была с детьми и не пошла на похороны, хоть Эрика ещё и младенец, но ей не нужно ощущать трагическую атмосферу, — попросила Лиса.       — Конечно, Лиса, Айла тоже ещё мала для таких мероприятий, я буду дома с девочками. Эрика… красивое имя, — произнесла Чеён.       — Дженни его придумала, она хотела так назвать дочь, — грустно сказала Лиса. В палату вошел врач.       — Миссис Манобан, мы оформили все документы на ребенка. Миссис Ким Джису сказала, что имя ребенка Эрика, я правильно понимаю? — сказал врач. Лиса просто ему кивнула.       — Вы можете отправляться домой вместе с малышом, примите мои соболезнования, — врач поклонился и ушел.       — Лиса, тебе нужна помощь? — спросила Розе.       — Нет, всё хорошо, я на машине, — сказала Лиса.       Джису и Розе помогли собрать вещи и одеть Эрику. Они проводили их до машины. Лиса посадила малышку на переднее сиденье, села за руль и посмотрела на здание родильного дома.       — Да, не думала, что от сюда можно уехать с разбитым сердцем… — пробормотала Лиса и отправилась домой.       Вот она открыла двери такого родного дома.       — Вот мы и приехали малышка, это твой дом, сейчас я отнесу тебя в комнату и покормлю. — сказала Лиса и понесла ребенка. Она взяла бутылочку с готовым молоком и начала кормить Эрику. Девочка стала засыпать на Лисиных руках. Лиса положила ребенка в кроватку, а сама переоделась в пижаму и легла в кровать. Время уже было позднее, Лиса не могла уснуть, Эрика спала крепким сном. Манобан крутилась, она хотела спать, но не могла заснуть.       — Я знаю, ты рядом, знаю, что ты смотришь. Но я не могу уснуть без тебя, кровать кажется такой большой, холодной. Помоги мне пережить это… — у Лалисы разрывалась душа, она вцепилась пальцами в простынь. Но вдруг резко заплакала девочка. Лиса не медля сорвалась с кровати, взяла на руки Эрику и начала ее качать.       — Тсс, малышка, я тут, я рядом, — Лиса качала Эрику, та перестала плакать, но не засыпала. Лиса положила Эрику к себе на кровать и легла рядом, ребенок смотрел на нее.       — Ты тоже не можешь уснуть? Но тебе надо набираться сил во сне, тебе ещё столько предстоит узнать и увидеть. Давай спать, я буду рядом охранять твой сон, а наша мама будет приглядывать за нами обеими, — обнимая ребенка, бормотала Лиса, вскоре они обе уснули.              Через 6 месяцев…       Пасмурная погода. Осень. Лиса стоит возле могилы Дженни. Она пришла с розами, которые так любила ее возлюбленная.       — Джейн, уже прошло полгода, прости, но пока я не могу прийти с Эрикой, она ещё мала. Подожди ещё, и мы придем вместе. Она уже так выросла, ты видела, как она улыбается? А как смотрит? Она повторяет все твои повадки, твоя копия, — Лиса говорила с улыбкой, но после встала на колени, улыбка пропала. Глаза наполнились слезами.       — Она заполняет мою боль, но мне всё ещё тяжело, честно говоря, я ещё не до конца отпустила тебя. Я всё ещё жду звонка, но телефон молчит, жду тебя дома, но ты не придешь ко мне, я больше не слышу слов любви, но так хочу, — слезы капали на сырую землю. Внезапно пошел дождь. Но Лиса не обращала внимание на него.       — Я знаю, Дженни, я должна, я тебя отпущу, но никогда не забуду, ты будешь моей единственной любовью. Больше я никого так не полюблю. Я хочу сказать спасибо… точнее я благодарю за годы чувств, за радость нашей совместной жизни, за прекрасную дочь. Ты, моя миссис Манобан, была создана для любви, но мне нужно тебя отпустить, ради нашего ребенка, — уже захлебываясь слезами говорила Лиса. Вместе с дождем поднялся ветер. Лиса понимала, что это не просто так.       — Я отпускаю тебя Дженни, ты лучшее, что было в моей жизни, я больше не могу плакать, ради Эрики, — Лиса положила цветы, ветер с дождем утихли. Манобан озарила могилу Дженни горькой улыбкой.        — Я люблю тебя, Дженни Манобан.              Спустя 5 года…       — Мама, мама, я хочу прокатится на всех этих аттракционах, — прыгала от счастья Эрика.       — Диснейленд такой большой, не думаю, что мы успеем сегодня прокатится на всех аттракционах, — с улыбкой говорила Лиса       — Ну мааам, — надула губки малышка. Лиса засмеялась.       — Почему тебе смешно? — недовольно спросила Эрика       — Ты похожа на свою мамочку Дженни, я привела тебя сюда, потому что она мечтала посетить Диснейленд, — взяла за руку девочку Лиса.       — Мамочка высоко на небе, да? — смотря вверх, спросила малышка.       — Да, она следит за нами и оберегает нас, — говорит Лиса.       — Тогда пошли на большое колесо, мы будем к ней ближе, и она нас хорошо рассмотрит, — потянула Эрика маму на колесо обозрения.       — Хахаха, пойдем, пойдем. Она будет только рада, — смеясь, сказала Лиса.       Вот они уже на вершине. Эрика не смотрит на пейзаж за стеклом, она смотрит в небо. Лиса наблюдает за этой картиной и не отвлекает ее.       — Мамочка Дженни, мы с мамой тебя любим, мы приехали сюда, чтобы ты посмотрела на этот огромный городок, — говорила Эрика жестикулируя руками.       Лиса смотрела на это с мокрыми глазами, но на этот раз это были слезы счастья.