Счастье.

— Алло, пап? — произнесла Мэл, обращаясь к отцу. — С кем имею честь разговаривать? — с шуткой вопросил мужской голос на той стороне трубки, — Не с местной ли королевой? — Так и есть, — улыбнулась девушка. — Давно ты мне не звонила. Буквально вчера слышал новость о том, что ты лежала в больнице, — с волнением в голосе произнёс Аид. Кем бы он ни был: богом подземного царства, или бывшим мужем Малефисенты, с которой он ещё в раннем детстве Мэл разошёлся из-за очень сложного характера злодейки. Но он всё ещё оставался отцом Мэл, за которую сильно волновался. Когда Аиду сообщили новость об отравлении Мэл, бог хотел было выбраться в Аурадон к дочери, проверить слухи блуждающие как в самом королевстве, так и на острове. Хотя Аид был больше, чем уверен, что даже при отравлении Мэл выживет, выносит и родит здорового ребёнка. Ведь она — его дочь. Дочь Аида. Дочь бога подземного царства, царства мёртвых. Полу-богиня и дракон. Неужели при таких генах могла бы прерваться беременность Мэл, она умерла бы или спала бы вечным сном? Невозможно. Именно поэтому, когда подняв трубку Аид услышал бодрый и здоровый голос дочери, он ничуть не удивился. Тот был уверен в её полном выздоровлении. — Я в полном порядке, пап, — снова улыбнулась девушка. Аид, кажется чувствуя, через телефонную трубку улыбку своей дочери, тоже улыбнулся. Что он, кстати говоря, делал не часто. Именно Мэл могла вызвать улыбку на лице отца. — Ребёнок в норме, здоровье тоже, — произнесла девушка, понимая, что именно спросит её отец, — Я бы всё равно не спала бы вечным сном. — Мои гены?.. — произнёс бог какой-то смешанной интонацией. И вопросительной, и утвердительной одновременно. — Да, — коротко ответила ему дочь. — Ты мне позвонила не просто так, не так ли? — вопросил Аид. Сама проницательность. — Да… — подтвердила Мэл, — Пап, тут такое дело… — девушка оглядела ребят, находящихся в комнате, которые все эти недолгие минуты стояли и, можно сказать, подслушивали разговор своей подруги с отцом. Лонни скрестила пальцы на руках, ожидая ответа Аида. Что, если он не согласится помочь и оставит Джейн умирать на их глазах? Нет, дочка Мулан прекрасно помнил, что около года назад Аид, с помощью своего уголька спас Одри от смерти. Конечно, все думали, что тот согласится на спасение Джейн, потому что без его помощи бедной девушке не могла не очнуться самой, не выкарабкаться из полу-смерти, из вечного сна, в котором Джейн сейчас пребывает. Рассказав отцу всю известную ей историю, девушка снова оглянула взглядом всех своих друзей. — Так вот оно что! — воскликнул Аид, — Скажи ещё раз, что случилось с твоей подругой? — Она отравилась ядом и теперь спит, — проговорила Мэл, глядя на Карлоса. Беловолосый слегка кивнул подруге, как бы подтверждая её слова. — Ты же можешь нам помочь? — с надеждой спросила фиолетововолосая. — Если об этом просит моя дочь, то конечно, — проговорил бог. Спустя 3 часа. За это довольно продолжительное время Фея Крёстная и остальные ребята успели сходить в музей Аурадона за угольком Аида. Да, да, за тем самым угольком, которым бог не так давно спас принцессу Одри. К слову, в музее до сих пор хранились волшебные предметы злодеев и героев: волшебная палочка, посох Малефисенты, волшебное зеркало, а сейчас к ним добавился и уголёк Аида, который с недавнего времени стал принадлежать музею, а следовательно и всему королевству. Аид добровольно отдал свой уголёк дочери. Мэл сама не могла использовать магический артефакт отца из-за её данного положения. Если бы королева не была бы беременна, то Аида и не пришлось бы вызывать. Девушка сама бы всё решила, оживила Джейн и не пришлось бы тревожить бога царства мёртвых. Хотя… Кто знал, как уголёк себя поведёт. Может он бы навредил будущему наследнику. Поэтому, как только Мэл услышала всю историю, произошедшую как с Джейн, так и с самой Мэл, ей на ум сразу пришло позвонить отцу и обратиться к нему за помощью. Дочь Аида волновалась не только за себя, но и за ребёнка, которого она носила под сердцем и уже безумно любила, а также за Джейн, которой она могла бы только навредить и усугубить и так плохое состояние. Мэл сама не знала почему, но ей казалось, что если она сделает это сама, то она превратит вечный сон Джейн в моментальную смерть. Она бы только хуже сделала. Разбила бы сердце Феи Крёстной, всех её друзей и Карлоса. Именно поэтому Мэл попросила помощи у отца, чему Аид, слава Богу, не отказал. К слову, все уже успели собраться в больничной палате, около часа дожидаясь Аида. Неожиданно дверь распахнулась. На пороге ребята увидели всем известного отца Мэл — бога подземного царства Аида. Без лишних слов бог подошёл к дочери, и обговорив с ней некоторые детали, взял из рук девушки заветный уголёк, подойдя к больничной кровати Джейн. Аид посмотрел на бессознательное тело девушки, повернувшись к Карлосу. Всем присутствующим чувствовалось, что Карлос волновался за Джейн. Можно сказать, он волновался за неё больше, чем все ребята и сама Фея Крёстная вместе взятые. Ну, это же любовь… Аид догадался, что беловолосый паренёк испытывает трепетное чувство любви к девушке, находящейся без сознания в данный момент, и усмехнулся. Бог сжал в своих руках уголёк, волосы на его голове вспыхнули привычным голубым пламенем. В один момент стало темно и комната озарилась синим светом. Аид провёл некоторые манипуляции руками, повторяя действия прошлого раза. Он остановился, как раз в тот момент, когда Джейн, которая, казалось, никогда бы не очнулась, как будто сама, своими силами, села на кровать, на которой до этого так долго лежала. Выглядела она слабо и бледно. Миловидное личико Джейн стало меньше, да и сама она выглядела так, как будто сидела на диете несколько месяцев. Получается, зелье Саманты истощило её?.. Девушка растерянно оглядывала знакомые лица в комнате. — Что случилось? — вопросила девушка, остановив свой взгляд на боге, который стоял напротив неё, довольно подбрасывая в воздух свой уголёк, как бы усмехаясь: «Не растерял навык». Джейн же в свою очередь с неким испугом посмотрела в сторону отца Мэл. Девушка догадалась, что раз Аид здесь, то случилось, либо случится что-то плохое. Ответить на вопрос Джейн не успели, так как все бросились обнимать её. А Карлос… На пару секунд он замер в изумлении. Неужели, у них получилось?.. Но увидя Джейн такой… Маленькой сердце Карлоса сжалось. Парень никогда не видел её такой истощёной. Он и не думал, что зелье Саманты так повлияет на Джейн. Причём, когда Джейн находилась без сознания, было не так заметно, что она стала меньше, что она потеряла практически половину себя. Он быстро очнулся и заключил возлюбленную в крепкие объятья, до сих пор не веря, что произошло. Он почувствовал, как Джейн обняла его в ответ. Потом уже к ним подключились все присутствующие одновременно обнимая девушку. Все, кроме Мэл и Аида. Мэл довольно смотрела на подругу и групповые объятья, но туда, она решила не лезть. — Спасибо, папа, — поблагодарила Мэл Аида. — Для тебя, всё что угодно. Ведь ты моя дочь, — улыбнулся бог подземного царства дочери. Мэл в свою очередь обняла отца, что она уже очень давно не делала. Очень уж она скучала по папе. Аид обнял дочь в ответ. Они стояли просто так отдельно от общих групповых обнимашек. Объятья отца и дочери — это так мило, не правда ли? — Вы меня сейчас задушить, — пролепетала Джейн, находясь, так сказать, «в жерле» крепких дружеских объятий. Все ребята рассмеялись и отступили как раз в тот момент, когда в палату зашёл доктор. — Итак, время посещения закончено. Приходите… Стоп, — мужчина заметил, что Джейн теперь не лежит без сознания на кровати, а совершенно здоровым взглядом просверливают врача, совершенно не понимая, что здесь происходит, — Вы очнулись? Мисс Джейн, какая радость! Аид? — ещё раз удивился доктор, увидя отца Мэл в палате больница, — Это вы воскресили Мисс Джейн? Тот лишь слегка кивнул, снова подбрасывая в воздух свой уголёк. — Я тебе потом всё объясню, — прошептал Карлос Джейн на ухо, сидя рядом с девушкой на кровати. Дочка Феи Крёстной кивнула. — В таком случае, пройдёмте со мной, — произнёс доктор, обращаясь к Джейн, — Нужно проверить состояние вашего здоровья. Девушка кивнула, посмотрев на маму, как бы говоря ей: «Мне страшно одной, пойдём со мной». Фея Крёстная сразу же всё поняла и кивнула ей. Словами нельзя описать, как директриса школы радовалась пробуждению дочери. Её маленькая девочка теперь снова жива и здорова. Кроме этого Фее Крёстной ничего не надо было. Фея Крёстная встала со стула, на котором она до сих пор сидела и слегка покачиваясь, направилась к дочери. К слову, все эти дни пока Джейн находилась не в самом лучшем состоянии, Фея Крёстная спала очень плохо, либо вообще не спала. Карлос, прекрасно зная о состояние Феи Крёстной, произнёс: — Давайте, я схожу с Джейн, — он вопросительно посмотрел на мать Джейн, затем на саму Джейн. Девушка улыбнулась и положительно кивнула, а Фея Крёстная смягчилась от такой просьбы Карлоса. Он хотел помочь ей. Было видно, как Де Виль смотрел на девушку, на какие жертвы он ради неё шёл, как сильно он радовался её пробуждению. Даже совершенно чужой человек, никогда не знающий ни Джейн, ни Карлоса, может сказать, что это определённо любовь и ничего больше. Проводив Джейн до кабинета доктора, Карлос остался ждать возле двери. Перед тем, как Джейн зашла к врачу, парень сказал ей: — Не бойся, я здесь, рядом с тобой, — он говорил с ней, как с маленькой пятилетней девочкой, которая очень боится идти куда-либо без мамы. Хотя, он её прекрасно понимал. Сам побаивался врачей иногда. Но вот пошло пять минут… Потом десять… Ни Джен, ни доктор не появлялись… Карлос начал волноваться. «Что если там что-то серьёзное? Почему она выглядит настолько слабой? Она истощена? Её нужно лечить? Я не знаю, что думать! Такая маленькая и беззащитная… Моя Джейни…» — думал Карлос, дожидаясь врача и саму Джейн из кабинета. И кстати, примерно такие мысли были у Феи Крёстной, которая сидела возле Карлоса. У них были одни переживательные мысли на двоих. Одна волновалась за свою единственную и дорогую сердцу дочь, а второй — за любовь всей своей жизни. И да, Фея Крёстная не смогла отпустить Джейн с Карлосом и отправилась вместе с ними, слегка покачиваясь из стороны в сторону из-за недосыпания. Неожиданно дверь в кабинет распахнулась, на пороге стоял тот самый доктор, о котором и Карлос, и Фея Крёстная думали на протяжении десяти минут. — Что с ней? — воскликнули мать и парень Джейн в один голос. — Всё в порядке, она здорова. Только… — доктор замялся. — Что? — взволнованно вопросила Фея Крёстная. — Только её организм слегка истощён, но это не проблема, пару плотных приёмов пищи и ваша Джейн снова полностью здорова, как раньше. — Но из-за чего это произошло? — воскликнул Карлос, явно чего-то не понимая. — Видимо вещество, которое мы обнаружили в её организме, плохо воздействовало на Мисс Джейн. На королеве Мэл это не отразилась, так как у неё иммунитет крепкий. Также благодаря её генам, королеву это не коснулась. Но вот Джейн… Если бы она поспала ещё хотя бы неделю, то её организм истощился бы до такой степени, что вероятно бы был летальный исход… — мрачно заговорил мужчина в белом халате, — Но сейчас всё хорошо. Я вам сказал, главное хорошенько кушать, соблюдать диету, которую я сейчас назначил и всё будет прекрасно. Джейн — совершенно здоровая девушка, нужно только постоянное питание. Карлос и Фея Крёстная кивнули. — Всё это я проговорил ей лично. А вы уж должны за ней проследить, — проговорил доктор, на этот раз улыбаясь, — Кстати, Мисс Джейн попросила вам передать, — обратился он к Карлосу, — Она вас ожидает в кабинете. Там вы можете поговорить. Никто мешать не будет. — Спасибо вам, — улыбнулся парень. — Что вы, это же моя работа, — проговорил доктор. Карлос ещё раз улыбнулся и прошёл в кабинет, где он увидел, что перед ним стоит Джейн. Его Джейн. Несколько минут он просто стоял и смотрел в ясно-голубые глаза девушки, которые он так любил. Карлос хотел, как он думал, хотя бы на секунду взглянуть в них, чтобы Джейн открыла глаза на очень малое время, но чтобы парень, увидел глаза любимой, хоть в последний раз в своей жизни. Но сейчас. Перед ним стояла совершенно живая и здоровая Джейн. На её щеках снова появился здоровый румянец, а миловидное личико девушки украшала её нежная и добрая улыбка. Ни секунды не раздумывая он подошёл к дочке Феи Крёстной и крепко обнял её, прижимая к себе маленькое от истощения организма тельце. Да, он добился этого: Карлос снова может обнять Джейн, посмотреть в её глаза, увидеть её улыбку. Джейн принималась крепче к парню она чувствовала, как сильно он скучал по ней. — Карлос… — через несколько минут любящих объятий девушка отстранилась и взяла парня за руки, — Доктор рассказал мне часть истории… Я спала, да? — Можно и так сказать. Как сказала Фея Крёстная, это должен был быть вечный сон, — пояснил Де Виль. — А Мэл? — поинтересовалась за подругу Джейн. — Мэл у нас полу-богиня, ей ничего не страшно, — снова произнёс Карлос, улыбнувшись. — Это ведь сделала Саманта? — на вопрос Джейн Де Виль коротко кивнул, — Где она сейчас? — девушка крепко сжала кулаки. — Убежала куда-то. Мы не смогли её поймать, — вздохнул парень, думая о том, что эта мерзавка где-то ещё бегает и вполне сможет нанести ещё один удар. — Тебя не было с нами три недели, это достаточно длинный срок, — произнёс Карлос. — Я так долго спала… — прошептала Джейн, — Но знаешь, я как будто не спала и была с вами. Слышала и чувствовала каждого из вас. Маму, Лонни, Бена, тебя… Я как будто находилась с вами, всё слышала, — начала вспоминать девушка. — Видимо у тебя очень чуткий сон, — подытожил Карлос. — Видимо… — пролепетала девушка, — Карлос… Знаешь, я чувствовала тебя. Я чувствовала, как ты волновался за меня, я слышала всё, что ты говорил мне и Мэл, да и всем присутствующим. Я слышала маму, Лонни, Джея… Парень шокировано посмотрел на девушку. Он и не думал, что все, что он сказал возлюбленной во время её вечного сна, она запомнит. — Я тоже очень люблю тебя, Карлос. Я знаю, что ты скучал по мне, я тоже скучала по тебе, — заключила девушка и снова прижалась к парню, мечтая о том, чтобы прямо сейчас Карлос обнял её, как это было раньше. Парень разумеется обнял Джейн, снова сжимая её маленькое тельце в своих крепких объятьях. Словами не описать как он сейчас был счастлив. Его любимая снова с ним. Она жива, здорова. Что ещё нужно для счастья? Отстранившись Карлос снова посмотрел в глаза возлюбленной, по которым так скучал. Не думая ни секунды, парень приблизился к её губам и осуществил ещё одну свою мечту — поцеловать любовь всей своей жизни. Её губы на вкус были такие же, как и раньше — слегка отдавали малиной. Руки Карлоса крепко держались на талии девушки. Ну, а сама Джейн, расслабленно закрыв глаза, обхватила своими руками шею парня, крепче прижимаясь к нему. Этот поцелуй был нечто большее, что было до этого. Поцелуй, пропитанный трепетным чувством любви, не похожий ни на один их других поцелуев парочки. Губы двух влюблённых, встретившиеся после долгой разлуки… Ах, любовь, любовь… — Кхем, кхем, — кашлянул доктор где-то за спинами парочки, чем заставил их быстро отстраниться с красными, как помидоры лицами, — Я не хотел бы прерывать ваше прекрасное воссоединение, но… Вас там ждут, — доктор указал на дверь, за которыми виднелся коридор с кучей людей. Всё уже знали, что эта куча — их друзья. Выйдя в коридор, наша парочка увидели своих друзей, которые чуть ли не с разбегу кинулись к Джейн обниматься. Точнее, с разбегу к ней прыгнула Лонни, которая безумно скучала по своей лучшей подружке. — Ничего, мы тебя откормим, — заверила Джейн её лучшая подруга. Все только рассмеялись. Ребята были очень рады возвращению подруги. — Теперь мы точно должны это отпраздновать! — воскликнул Джей. — Тебе лишь бы отпраздновать, — шутливо упрекнула его Иви и рассмеялась. Вслед за ней расхохотались все присутствующие. — Мэл! — воскликнула Джейн, увидев подругу, — Как ты себя чувствуешь? Как ваш малыш? — Я в норме, малыш тоже в порядке. Спасибо, что спросила. Как же я рада, что ты вернулась к нам, — подруги обнялись. — Доченька, — проговорила Фея Крёстная, подходя к дочери и обнимая её, поглаживая девушку по волосам. — Мамочка, — повторила за мамой Джейн и обняла маму в ответ. Словом, теперь у ребят всё хорошо, лучше не бывает. Мэл и Джейн живы, здоровы. Все счастливы. Как же хорошо…