А если сначала...

Девушка вернулась домой и, выпив чая, отправилась спать. Взяла с собой свитер любимого, поставила будильник и написала СМС: «Уже скучаю. Как доедешь напиши, а лучше позвони. Люблю. Целую, твой малыш.» Время шло, катившиеся из глаз слёзы совершенно не давали уснуть. Тогда Васнецова выпила успокоительное, позволившее этому бесконечному дню наконец закончиться. Проснувшись утром за 5 минут до будильника, Васнецова привычным движением отключила зарядное устройство и, свернув его, бросила в открытый портфель, висящий на дверной ручке. Отключила будильник, стянула резинку с запястья и завязала небрежный хвост. Откинула одеяло и, сев, надела кофту. Положила мобильник в карман, свитер Воронцова бережно повесила на спинку кровати и, спустившись с неё, отправилась в ванную. Однако её привлек шорох, доносящийся с кухни. — Пуговка?! А ты что тут делаешь? Да ещё в 7 утра! — С большим удивлением спросила Женя. — Я кормлюсь. Видишь, Женька, ребёнок себе яичницу готовит. А то я вчера за ужином плохо поела, рядом со мной Полежайкин сидел. — Закатив глаза и раскинув руки, негодовала Васнецова младшая. — Ясно, ясно… Молодец, Полина Сергеевна. Со мной не поделишься? — Хитренькая, вся в меня. — С довольной улыбкой на лице, обняла Полина Женю. — Ладно, поделюсь. А ты иди пока, мой руки. — Бегу. — Ответила Женя, но тут почувствовала, что её подташнивает. Девушка рванула к туалету. -Тааак… — Думала Васнецова. — Так и знала, не нужно было есть это пирожное вчера, перед сном. Ненавижу крем. Девушка вернулась на кухню. За столом уже сидела Галина Сергеевна. — О, Женька вернулась. — Пуговка спрыгнула с табуреточки. — Держи. — Спасибо, но пусть её Галя съест, она у нас много думает, ей силы нужны. А я кофе выпью, ладно? — Хорошо, я тебя в следующий раз угощу. — Согласилась Полина. *** Женя ехала на работу, привычный автобус, родное место — стоя у поручня, знакомые лица. Очередной рабочий день и всё тут. И спасал его только звонок Воронцова с сообщением о приезде: — Денис)) — Впервые за утро обрадовавшись, отвечала Васнецова. — Женечка, я на месте. Вот звоню. Доехал хорошо. — Опережая вопросы рассказывал Воронцов. — Ты там как? — Всё хорошо. Не выспалась, правда. Еду на работу. На нашем любимом месте. — Прикрыв глаза, повествовала девушка. — Очень скучаю, Воронцов, очень. — Я тоже, Женьк, сильно сильно. Мне пора, малыш. Безумно люблю тебя. — И я приехала. — Выходя из автобуса сказала Васнецова. — Люблю. Когда в следующий раз сможем созвониться? — В выходные. Я позвоню, Жень, целую. — Буду ждать звонка) Целую. Подходя к дверям студии, девушка почувствовала, что кофе тоже просится обратно. Едва успела добежать до уборной. «Глаза слезятся, знобит. Простудилась? Нет, ни температуры, ни насморка, ни кашля.» — рассуждала Васнецова средняя, умывая лицо. — «Дурацкое пирожное.» Придя в студию, Женя поздоровалась с Жорой, сделала себе тёплый сладкий чай и начала эфир. — Всем привет, с добрым утром. С вами диджей Васнецова и сегодня я вам предлагаю просто послушать тёплую, уютную музыку, чтобы не впасть в «постновогоднюю» депрессию. Звоните и заказывайте свои песенки-выручалочки, а пока ставим ту, что делает нам с Жорой настроение. Подпеваем все вместе: «По крышам неслышно к нам спустилась зима, и так тихо, тихо на улицах города.» — поддерживала эфир девушка. *** По возвращении домой Женя решила, что нужно поесть, так ведь можно и ноги протянуть. Но как только она вошла в кухню и, еле-еле приоткрыв кастрюлю, понюхала суп, живот тут же скрутило и появилось чувство тошноты. " Ладно, поем вечером.» — Подумала Васнецова и решила вздремнуть. Около пяти девушку разбудила Галина Сергеевна и позвала ужинать. Однако съев две ложки салата из огурцов и помидоров с редиской, Женя поняла, что больше просто не лезет и, поблагодарив за еду, вернулась в комнату. " Больше никаких пирожных с кремом, целый день поесть нормально не могу. Вот завтра как наемся!» — Разговаривала сама с собой Васнецова, готовясь ко сну. Не тут то было, ни завтра, ни послезавтра, ни послепослезавтра поесть толком так и не удалось. Проснувшись утром пятницы, девушка была приятно удивлена разбудившим её чувством голода. Поторопилась на кухню, там её уже встречала Галя. — Доброе утро, Женька, кашу будешь? Или ты опять сыта водой и воздухом? — Буду, Галь, буду. Не поверишь, так хочется кушать. Хочу сгущёнки, морской капусты и жареного бекона. — Мечтательно подняла взгляд в верхний левый угол окна. — Ууу… Кажется приехали. Жень, а у вас с Денисом что-то было? — Галя, имей совесть. Тебе что своей личной жизни мало. — Возмущалась девушка. — Дорогая моя, тебя неделю со всего воротит, ты ничего не ешь. Ещё что-нибудь странное есть? — Я слишком эмоциональная стала, более острая реакция на запахи, на тренировках сложнее стало, как в сентябре, после длинных каникул. — Вспоминая говорила Женя. — И почему ты ещё не в аптеке у дома? После работы не забудь зайти. *** День пролетел незаметно, в этих мыслях и догадках, и вот, сидя на краю ванны, семнадцатилетняя Васнецова пыталась осознавать то, что чуть меньше чем через 9 месяцев она станет мамой. — Галь. — Всхлипывая позвала сестру Женя. — Ну и что там? — Галя взяла в руки тест и уставилась в две полоски. — Так, Женька, не реви, не реви, сейчас это либо зря, либо вредно в твоём положении. Тесты могут ошибаться, я запишу тебя к гинекологу.- Ну, что ты плачешь? Это не приговор! — А если Воронцов меня бросит? И что скажут родители? — Женя это не самое страшное. Мы все люди и сможем понять друг друга. Я уверена, Денис тебя любит и не оставит. А родители… я помогу чем смогу. — Успокаивала Галина Сергеевна сестру. — Со всем справимся, мы — девочки сильные. — Гладя Женю по плечам, убеждала её Галя. И вот какую ночь подряд Женьке не удаётся лечь вовремя. Вопрос «Как?» даже не возникал, тут всё понятно. А вот " Что дальше?», очень даже интересный. Круговорот мыслей, тайфун, цунами, а самое главное каждая из них скачет, как пони, пытается перетянуть на себя внимание, как юная модель, что теперь делать… «Однако самое главное то, — пыталась подвести итог Васнецова.- Что, как мне кажется, я уже люблю этого малыша, и что бы не случилось, кто бы что не говорил, я помогу ему появиться на свет и, может быть, я всех потеряю из — за своего «интересного» положения, но я не буду одна, нас будет двое.» — Кажется, я уже даже хочу, чтоб ты там был… — Прошептала Женя и, сложив руки на животе, улыбнулась в потолок. — А вот что мы скажем «папе», о Господи «папе», Воронцов — «папа», Боже мой, ладно над этим вопросом мама подумает завтра, «мама», кошмар… Удивительно, что Васнецовой всё же удалось, где — то в перерыве между мыслью и мыслью убедить голову отключиться. Так она и уснула, одной рукой прижимая к себе свитер Воронцова, другой поглаживая живот. А где — то внутри теплилась маленькая жизнь. Ну кто же тогда мог предполагать, что она там не одна…