Братец

      Они стали пересекаться чаще. Утром вместе завтракали, затем уходили каждый по своим делам. На выходных Чонгук был у друзей в загородном доме и просил не звонить ему, если это будет не что-то важное, однако уже сидя в машине осознал, что номеров друг друга у них нет. Тогда Хосоку пришло два смс. Оба в какой-то момент подумали, что они, "заточённые" в одной квартире, будто бы жили в разных мирах до того дождливого вечера, наполненного эмоциями.       Во вторник вечером Чонгук пришёл поздно. Чимин отметил ярко выраженный запах пота и молча проводил младшего одним лишь взглядом до ванны. В этот день у него был бассейн, видимо, Чон решил устроить пробежку после занятий плаванием. Чимин находил юношеский запал Чонгука - потрясающим. Когда-то он сам много занимался танцами, уделяя этому всё свободное время, но после поступления в университет забыл об этом как о сладком сне.       Работать над новым проектом в этот раз было сложнее обычного, так как почти сразу после его утверждения часть группы уволилась. Компания в последние месяцы почти не продвигалась, продажи оставляли желать лучшего, соответственно и заработная плата не радовала объёмом, а выйти на премию не было сил. Чимин не был в этот раз лидером проекта, однако большинство вещей свалилось именно на его плечи, так как он в компании работал дольше всех. Пак искренне вкладывал всего себя в работу, забывая порой лишний раз вздохнуть, и от глаз Чонгука это не скрылось. И вот он, казалось бы, такой недоброжелательный с той самой утренней встречи, но такой ранимый ребёнок, подходит к старшему и тянет того за рукав домашней рубашки. Чимин отходит от стеллажа, держа в руках нужный справочник, и вопросительно смотрит на скомкавшегося Чонгука.       — Что-то случилось? — выходит растянуто, расслабленно. Чонгук тушуется, заправляет влажную тёмную прядь за ухо, расправляет плечи, втягивает живот и поправляет полотенце на поясе, будто сейчас это ДЕЙСТВИТЕЛЬНО важно. Чимин на секунду улыбается, когда в мыслях проносится уютно-озорное "милый".       — У меня в четверг после обеда матч. Можешь прийти. Ну, если хочешь. Подумал, что ты был не против. А если против....       — Чонгуки, у меня в этот день финальная презентация по проекту.       Он не уверен, стоит ли извиниться, потому что не он назначал день, да и подумать, что Чонгук позовёт его куда-то - не мог предположить. Руки Чонгука, теребящие до этого пояс полотенца, поднимаются к плечам. Наверное, он немного поспешил с выводами насчёт их отношений.       — Ладно. Может, в другой раз.

***

      Матч они проиграли, счёт оказался разгромным настолько, что Чонгук предложил всей командой и группе поддержки сходить выпить. Половина отказалась, учёба на следующий день для многих была приоритетнее головной боли на утро. Если бы они выиграли, то всей команде дали бы выходной.       Чонгук напился вечером, словно отмечал все праздники разом. Досада и злость съедали его изнутри. Он ненавидел себя, их капитана, тренера, Чимина. И к последнему претензии крайне необоснованны, но увидеть его на трибунах хотелось очень. Пак поддержал его в тот день на площадке, и Чонгуку очень хотелось чувствовать эту поддержку всегда. Возможно, будь старший сегодня на игре, Чонгук нашёл его бы его после проигрыша и обнял, давя всхлипы проигравшего. Но Чимин не пришёл, Чонгук проиграл, и всхлипы приходится давит в стакане с пивом.       Минджин рядом жмётся, тоже порядком пьяная и уставшая. Капитанша группы поддержки исчерпала весь запас энергии, пытаясь подбодрить публику, но получала лишь недовольные выкрики и оскорбления. Чонгук гладит её по колену, успокаивая. Минджин этого не заслужила, от неё игра не зависела.       — Давайте расходиться, уже поздно.       Югём, будто единственный с ясным взглядом, поднялся из-за стола и потянул за собой Джехёна, который почти спал, облокотившись спиной на стену. Все медленно потянулись за ними на выход, время и правда было позднее. Чонгук с Минджин продолжили сидеть, когда все ушли, но пить больше не хотелось.       — Это была моя последняя игра, - Чонгук смотрит пустым взглядом на Минджин, та лишь прижимается сильнее и пытается успокоить поглаживаниями по руке. Она знала это, но помочь увы никак не могла. Оставалось только сидеть рядом, не давая Чонгуку совершить необдуманные поступки. Они слишком долго были друзьями, чтобы уходить в такие моменты. - я сказал ему про другой раз, но его не будет...       — Он? - Минджин приподнимает голову и смотрит на Чонгука почти ясными глазами. - Хосок-оппа не знает, что у тебя была последняя игра?       — О, нет, он знает. Только ему пришлось выехать из города по работе в эти дни. Я говорю про Чимина, - Чонгук точно убьёт себя за излишнюю болтливость, но это будет завтра. - мы живём вместе, а он вечно на своей работе, даже не пришёл посмотреть на меня. Я, дурак, надеялся, что мы стали ближе. Но я просто обуза для него.       Минджин слушала и не верила ушам. Чонгук живёт с мужчиной?       — Чонгук?       Чимин в чёрном пальто выглядел встревоженным, Минджин зависла окончательно. Неужели Чонгук начал встречаться с парнем и даже не рассказал ей?       — Он в порядке, просто перепил немного.       Пак кивает незнакомке, подходит ближе и выдыхает. Минджин забирает пиво из рук друга, когда того, словно куклу, тянут вверх сильные руки. Чонгук бормочет что-то про последнего неудачника и обнимает Чимина за шею, едва стоя на ногах.       Открывает глаза он уже у Чимина дома, в гостиной на диване. Он кутается сильнее в одеяло, когда похмельный озноб охватывает всё его тело. На настенных часах было без десяти девять, уроки начались ещё двадцать минут назад, и единственной реакцией на это стал болезненный стон Чонгука, накрывшегося одеялом с головой.       Чимина не было дома, это он понял по звенящей тишине. Он никогда не был дома один, в это время шли школьные занятия, которые сегодня по всей видимости он вынужден пропустить. Светить зелёным лицом перед преподавателями ой как не хотелось. Чонгук заставляет себя подняться и сходить в ванную и по пути останавливается около комнаты Чимина. У Пака была забавная привычка, которую Чонгук заметил с первого дня проживания вместе: работал Чимин всегда под шум телевизора. Он не смотрел и не слушал, что происходит на экране, но ему было жизненно необходимо, чтобы что-то бормотало на фоне, только так он мог сосредоточиться. Сейчас из комнаты не доносилось ни единого звука, и Чон, кажется, почувствовал себя слишком маленьким для этой квартиры.       Чон уже закончил принимать душ, когда услышал свой телефон в гостиной. Тот лежал на полке стеллажа, подключённый к зарядке, и Чонгук невольно улыбнулся. Перед глазами встала картина, где Чимин сначала тащит его, спящего, домой, раздевает, укладывает спать, а потом ставит телефон на зарядку. Кстати, о Чимине.       — Ой! - Чонгук едва успевает ответить на вызов, и это "ой" - первое, что слышит Чимин в трубке и хмыкает.       — И Вам доброе утро, господин Чон.       — Господин Ч..? - Чонгук краснеет щеками и ушами, услышав низкий и серьёзный голос Пака, и поправляет мокрую чёлку, спавшую на лоб. - Хён, ты с чего это вдруг такими фразами раскидываешься?       — Да просто хотел поинтересоваться, доволен ли господин Чон нашими услугами грузоперевозки пьяных подростков, забывших, что у них, вообще-то, есть учебные обязанности, а ещё они живут не одни, не в своей квартире, а, соответственно, у них нет ключей. И чтобы попасть домой в двенадцатом часу ночи они...       — Я ПОНЯЛ, БОЛЬШОЕ СПАСИБО, ЧИМИН-ХЁН! - Чимин прыскает в трубку от эмоциональной благодарности младшего, не сумев сдержать грозный образ. Чонгук краснеет ещё сильнее, понимая, что он поклонился образу хёна у себя в голове, и выпрямляется.       — Я оставил тебе завтрак на кухне, подогрей в микроволновке. Аптечка в третьем ящике прикроватной тумбы у меня в комнате, забыл достать перед уходом. Если что-то понадобится - звони, постараюсь ответить. Я сейчас ухожу на обед, хорошо?       — Да, спасибо, хён.       — Пожалуйста, Чонгук.       Омлет с овощами, приготовленный Чимин-хёном, казался невероятно вкусным. Чонгук даже задумался, как такое простое блюдо может быть таким невероятным. Перед глазами стоял образ Хосок-хёна, что каждое утро готовил завтрак им двоим. Чимин был очень похож на брата Чонгука в плане заботы, младший понял это со временем. Порой он видел в Паке своего любимого хёна и не мог скрыть печального взгляда. Хотелось вернуться к Хосоку, но тогда они оба могут остаться без жилья, а двоих Чонов у себя в квартире Пак бы точно не выдержит. С этого дня Чонгук решил мысленно благодарить Чимина за его доброту немного чаще.