closet memories

Сынмин оседает на лавочку, провожая взглядом последний на сегодня автобус. На улице льёт как из ведра. Ну что ему стоило сегодня посмотреть прогноз погоды и взять с собой зонт? Ким тяжело вздыхает и накидывает куртку на голову. Выходить под стену дождя не очень хочется, но приходится. Ветер несильный, но холодный и продувает насквозь. Сынмин готов проклинать всех и вся, но слышит скулёж из коробок возле угла и всё раздражение испаряется. Он останавливается и ставит сумку на землю, отодвигая одну из коробок. Там сидит небольшая собака, скулящая, по-видимому, от холода. Сынмин осторожно зовёт его к себе и берёт на руки, рассматривая ошейник. — Так ты у нас значит Ками, — читает он и переворачивает жетон другой стороной, — и у тебя написан номер хозяина. Отлично, тогда ты идёшь со мной. Дома тепло и сухо, что не может не радовать. Ками Сынмин сразу относит в ванную, чтобы он не испачкал грязными лапами светлый диван. Тот долго бегает по ванной, а потом не хочет приближаться к фену и лает. С горем пополам Кису всё же удаётся вымыть лапы и высушить Ками, а затем приняться и за себя. Переодевшись в сухую одежду он набирает номер с жетона, но дозвониться с первого раза не получается. Только третий звонок оказывается успешным: — Да, — парень, взявший трубку, очевидно, взволнован. — Эм, здравствуйте, — произносит Сынмин, — тут такое дело... — Извините, я сейчас немного тороплюсь, не могли бы вы поторопиться? — Да, конечно, извините, — он слышит тяжёлый вздох и говорит: — Ваша собака у меня. — Что? — голос звучит удивлённо. — Если это очередная шутка Джисона, я... — Нет, это не шутка и я не знаю никакого Джисона, — ситуация наверняка выглядит смешно со стороны, и возможно когда-нибудь Сынмин посмеётся над ней, но сейчас он почему-то нервничает. — Я неправильно выразился. Я шёл с работы и нашёл Ками среди коробок, а на жетоне был написан ваш номер. Я позвонил вам, но вы не брали трубку некоторое время. Сейчас мы у меня дома, я могу выслать вам адрес. — Да, спасибо, — после недолгой паузы отвечает незнакомец. — Это было бы очень кстати. Через полчаса Сынмин слышит дверной звонок и идёт открывает дверь, подхватив на руки Ками. Он открывает дверь и парень сразу забирает собаку, обнимая её. Сынмин смотрит на них и ждёт, пока Хёнджин осознает где он стоит. Это происходит достаточно быстро, на самом деле. Он отрывается от Ками и говорит спасибо, а потом застывает на месте. — Сынмин? — наконец выдавливает он из себя. — Да, я в курсе, странно, что ты ещё помнишь, — он разворачивается в сторону кухни и поднимает с пола упавшие ключи. — Раздевайся, ты весь промок. Чай или кофе? — Чай. Хёнджин и правда был мокрым насквозь, не смотря на то, что в его руках был зонт. Сынмин пожертвовал ему свою толстовку и указал на ванную. К тому времени, как Хван вернулся, неловко топчась на месте, чай уже был налит. Атмосфера неловкости давила, каждый не знал, с чего начать разговор. Но у Сынмина был вопрос, ответ на который он не получил четыре года назад. — Я не буду расспрашивать тебя, но мне просто интересно, — Хёнджин вздрагивает и опускает взгляд на стол, обнимая Ками. — Почему ты ушёл тогда ничего не сказав? Я бы понял, если бы ты сказал, что нам нужно расстаться, но ты просто оставил меня. Почему? Я действительно хочу знать. — Я... — Сынмин выжидательно смотрит, но слышит лишь тишину, покрываемую шумом машин и тиканьем часов. Наконец Хван вздыхает и поднимает голову, смотря прямо в стену. — Я боялся, что тебя начнут осуждать за отношения со мной, поэтому решил, что так будет лучше для тебя. К тому же я был уверен, что ты достоин лучшего. И я всё ещё так считаю. — Прекрасно, — саркастически отвечает Ким, — просто чудесно. Ты не подумал о том, что можно меня об этом спросить, например? — Если тебе будет легче, то я так и не был счастлив без тебя. — Тогда к чему всё это, чёрт возьми, было? — Сынмин действительно зол сейчас, но разве это не шанс. — Тогда давай просто начнём всё сначала, ладно? Если ты, конечно, не против. — Ты уверен? — в голосе Хёнджина чувствуется страх, но он, кажется готов. — Я дам тебе второй шанс. Надеюсь, в этот раз ты не будешь принимать решения за нас двоих. — Обещаю. — Меня зовут Ким Сынмин. — Хван Хёнджин, — отвечает он, пожимая протянутую руку, — приятно познакомиться. *** Сынмин просыпается от того, что ему невыносимо жарко. Хёнджин обнимает его обеими руками и сильно прижимает к себе. Наверное, ему опять снилось что-то не очень приятное. Часы показывают, что до будильника двадцать три минуты, так что ложиться обратно бессмысленно. Сынмин аккуратно переворачивается на другой бок и обнимает Хёнджина в ответ. Его лицо невероятно красиво, но вдруг глаза начинают быстро двигаться под веками. — Хёнджин-а, хей, — он аккуратно трясёт Хвана за плечо. Тот не реагирует довольно долго и часто-часто дышит, но Сынмин не сдаётся. — Просыпайся, Хёнджин-а, всё хорошо. Хван резко открывает глаза и глубоко и громко вздыхает. Ким обнимает его и несколько раз повторяет, что это был всего лишь сон и что всё в порядке. Он спрашивает что ему снилось, а Хёнджин просто обнимает его в ответ. — Мне снилось, что тогда мы разошлись и больше я никогда тебя не видел, — очень тихо говорит Хёнджин и Сынмин чувствует влагу на своём плече, обнимая сильнее, — а Ками не терялся тогда. Всё было таким тёмно-серым и печальным, это было ужасно. — Всё хорошо, слышишь? Посмотри на меня, — Сынмин обхватывает лицо Хвана ладонями и мягко отодвигает от своего плеча, заглядывая в его глаза. Он видит в них целую вселенную, принадлежащую лишь ему, — я здесь, с тобой и никуда не денусь. Это было так давно, что уже неважно. Давай вставать. Я приготовлю твои любимые сырники, а ты погуляешь с Ками, хорошо? — Хорошо. Сынмин заправляет кровать и идёт готовить завтрак, поглядывая в окно на счастливо бегающего Ками и улыбающегося Хёнджина. Ким достаёт чашки, когда они заходят в дом. Когда они, уже позавтракав, собираются на работу и прощаются возле подъезда, Хёнджин думает, что ему невероятно повезло, что Сынмин даёт вторые шансы и любит такого идиота, как он.