Dark Knight

Честно говоря, деревня оказалась гораздо больше, чем показалось троице вначале. Но всё равно эта была явно не-шиноби. Люди за восточными воротами были одеты небрежно, хотя и мода на Коноху и Аме распространилась повсюду. Были, конечно, и наряды из многих других стран, как узнаваемые, так и просто сумасшедшие. Дейдара выглядел более чем счастливым, прыгая в толпу, в то время как Хината выглядела готовой упасть в обморок. — Ну же, Бья-тян! — радостно воскликнул он, оглядывая все прилавки и магазины. — Эм, я-я не очень люблю толпу… — всхлипнула она, обходя кого-то, кто, по её мнению, подошел слишком близко. Дейдара задумчиво посмотрел на девушку, но эта забота улетучилась, когда отступник заметил неподалеку магазин, торгующий птицами-разведчиками. Блондин мгновенно исчез, оставив Кабуто и Хинату одних в огромной толпе. — Если он вернется с птицей, клянусь, я приготовлю её и подам ему на ужин сегодня вечером. — Недовольно проворчал медик. Хината догадалась, что он тоже не любит толпы. Парень посмотрел на неё, его ониксовые глаза были обращены к хитайате, всё ещё привязанной к её шее. — Возможно, это не самое мудрое решение. — Дейдара-кун всё ещё носит свою… — ровным голосом ответила Хьюга, до сих пор чувствуя себя неловко из-за этого разговора про повязку. В прошлый раз Дейдара её не снял, а Кабуто не снимет и на этот раз. Медик внезапно начал выглядеть так, словно оса только что ужалила его в горло. — Дейдара… всё ещё носит свою поцарапанную хитайату Ивы…? — теперь, когда он так сказал, Хината поняла, что это решение было довольно глупым. К счастью, ничего не подозревающий блондин сразу же вернулся — без птицы — сэкономив им время на его поиски. — Этот придурок не продаст мне ястреба, да. Сказал, что мне нужна какая-то лицензия. — Дейдара вздохнул, склонив голову набок. Хината резко встала позади ниндзя Ивы, удерживая его руки, пока Кабуто снимал чужую повязку, и всё это прежде чем отступник успел сказать или сделать что-нибудь еще. Медик быстро спрятал хитайату в свой рюкзак, а Дейдара тем временем отошел от девушки, выглядя при этом как выпнутый в засаду щенок. Куноичи почти пожалела его, пока тот не потянулся вперед, чтобы схватить и её за руки, в то время как Кабуто ловко развязал повязку на шее. — Эй! — Хьюга запротестовала, отдергивая запястья от Дейдары и поворачиваясь, чтобы посмотреть на Кабуто. — Ты можешь заметить, что я тоже не ношу свою. Пускай кто-то, вероятно, и узнает нас как шиноби, но никто не сможет угадать правильную деревню. — Он ответил и взвалил на плечи рюкзак. — Вы оба сможете получить повязки обратно, когда мы покинем деревню. — Это действительно самое лучшее решение. — Добавил Дейдара, пожав плечами. Хината вздохнула и кивнула в знак полного согласия. — Итак… что нам нужно в первую очередь? — спросила девушка, обходя другого человека в толпе. Она действительно не любила скопления людей. — Солдатские пилюли. — Самодовольно сказал блондин, и Кабуто бросил на него злобный взгляд. — Я их тоже конфискую. — Предупредил он и чопорно повернулся к куноичи. — По-любому нам нужна нормальная еда, мне нужно несколько кунаев и лекарств, и, я думаю, что мы все должны получить более подходящую сменную одежду. Дорожные плащи, которые легко скроют оружие и руки. И потому что я слышал, что в Амегакуре иногда бывает холодно. — Хината снова кивнула, веря в это. Плюс, она была не против добавления ещё одного слоя к одежде. Троица двинулась дальше, время от времени обсуждая ещё один или два пункта из списка покупок, оглядывая толпу. В конце концов они начали развлекаться, пытаясь определить, кто был ниндзя, а кто нет. Удивительно, что большинство людей были просто мирными гражданами. — Вон тот парень, вон там. Шиноби или нет? — прошептал Дейдара, указывая налево, где стоял большой и сильный темноволосый мужчина. Хината активировала свой Бьякуган и улыбнулась. — Нет. Его система циркуляции чакры практически отсутствует. — Вообще-то он шиноби. Он должен быть пользователем тайдзюцу. — Поправил её Кабуто, и двое ниндзя посмотрели на него. — Как ты узнал это, да? — скептически спросил Дейдара. — Его чакра находится на еще более низком уровне, чем у Ли… — Его хитайата Аме привязана к другой руке. — Сказал медик со смехом. — Это читерство. — Блондин фыркнул и сунул руку в лицо Кабуто, высунув язык на ладони. — Хм… ну, а как насчет той женщины, вон там? — На этот раз я скажу «нет». — Седовласый шиноби оттолкнул руку Дейдары в сторону и внимательно посмотрел на женщину. — Она не похожа ни на одну из шиноби, нет хитайаты, нет видимого развитого генома, нет оружия. Не куноичи. — Вообще-то… она как раз таки куноичи. — Хината тихонько хихикнула, взглянув на двух мужчин со всё ещё активированным Бьякуганом. — Её чакра сейчас активна; должно быть, она окружена каким-то гендзюцу, чтобы люди не узнали в ней куноичи… — Touché¹, — подтвердил Кабуто. — А как насчет… вон того человека? — он украдкой указал на человека, идущего к ним с рюкзаком и длинным деревянным шестом. — Я голосую «за». Эта палка, наверное, может кого-нибудь проткнуть, да. — Мужчина заметил, что все трое смотрят на него, когда тот подошел ближе, и шиноби тут же отвели глаза с не очень-то невинными выражениями. — Извините меня, — сказал он хриплым голосом, останавливаясь перед ними. Хината поспешно отключила свой Бьякуган, стараясь не выглядеть как куноичи. — Да, сэр? — вежливо ответил Кабуто, напустив на себя самое лучшее — как всегда безупречное — безобидное выражение. Мужчина ухмыльнулся: Хината с любопытством посмотрела на него, задаваясь вопросом, был ли он шиноби и придется ли им сражаться или что-то в этом роде. — Классные сиськи. Не возражаешь, если я их пощупаю? — это было совсем не то, чего она ожидала. А этот человек явно не ожидал, что до того, как он получит ответ, его вырубят от ударов двух внезапно ставших чересчур заботливыми отступников. — О-Он просто… — пролепетала девушка, прижав скерещнные меж собой руки к груди. Она и раньше слышала множество «можно ваш номерок» и других грубых вещей, но почему-то не ожидала услышать ещё что-нибудь подобное, пока находилась в этом сумасшедшем приключении. Дейдара пнул лежащего без сознания мужчину, а Кабуто вытер несколько капель крови о его штаны. — Нам лучше идти дальше, пока мы не попали из-за этого в беду. — Спокойно сказал медик и обошел вокруг мужчины. — Ну и дерзость у некоторых парней, да… — Дейдара плюнул на мужчину для пущей убедительности, следуя за ними двумя. — И ты подумал, что так будет умнее, нежели трем шиноби возиться с парой мелких проблем. О да, но большинство гражданских не могут сказать, что мы шиноби, без наших повязок. — Полчаса назад ты был согласен со мной… — ответил Кабуто. Хината просто позволила им поспорить и молча продолжала следовать за ними. Она была удивлена, что Дейдара и Кабуто ударили этого человека, вырубив его. Плюс, пускай такие грубые вещи обычно и вызывали у неё тошноту, было почти приятно, что кто-то ещё сердится из-за этого ради неё.

***

Был уже полдень, и обязательные покупки были сделаны. Хината купила новую рубашку — на этот раз с рукавами — чтобы надеть её под куртку, и теперь шла искать что-нибудь поесть. Было решено, что как только они пополнят запасы необходимых вещей, то смогут провести остаток дня в деревне, наслаждаясь жизнью. — А что здесь можно съесть? — заскулил Дейдара, вставая на цыпочки и пытаясь заглянуть поверх голов. К сожалению, он был ненамного выше Кабуто, так что это мало что дало. — Ооо! Данго, да! — и парень снова исчез в толпе, прежде чем кто-либо из двух других сокомандников успел что-либо сделать. — О, замечательно. Дейдара на сахаре. — Кабуто вздохнул и продолжил поиски ресторана. — Он найдет нас позже. Что бы ты хотела съесть, Хината-тян? — Эм… я не особо привередлива… Как Дейдара-кун собирается платить за свою еду…? — она знала, что у неё нет денег, и не представляла себе ни Кабуто, ни Дейдару богатыми людьми. — У него полно денег. — Девушка вопросительно посмотрела на него, и медик продолжил, — Я точно знаю, что он обыскал хранилище Отогакуре, где мы хранили все наши ценности. У него должно быть достаточно денег, чтобы купить небольшой замок. Плюс, никто не знает, сколько миссий он выполнил с тех пор, как стал отступником. — О… После почти двадцати минут бесплодных поисков пара наткнулась на стойку с раменом. Они оба были слишком голодны, чтобы не выбрать это место для подпитки, и вскоре уже прихлебывали лапшу в баре на первом этаже. Кабуто сидел справа от стены, а Хината примостилась на табурете рядом с ним. Кроме них здесь никого не было. В двух шагах от неё на табурете сидел мужчина, но куноичи не обратила на него никакого внимания. Это означало только то, что она и Кабуто не могли сейчас обсуждать свою миссию. Вместо этого девушка сказала непринужденно: — Это действительно хороший рамен. — Ты права. — Ответил медик между укусами. Он небрежно взглянул на мужчину, сидящего справа от неё, намекая взглядом, но Хьюга лишь покачала головой. Он не был шиноби. Кабуто слегка улыбнулся и вернулся к своей еде. — Эй, простите меня, — Хината напряглась и повернулась к мужчине, обеспокоенная тем, что вдруг она ошиблась и он всё же был шиноби, а девушка собирается ввязаться в драку, с которой не сможет справиться. Ну или он узнал в ней Хьюгу, когда увидел. — Я не хочу показаться грубым, но у меня есть к Вам вопрос. Она слегка кивнула и услышала, как Кабуто пошевелился за спиной. Зная их удачу, этот незнакомец мог оказаться кем-то вроде АНБУ или джонина… — Что мне сделать, чтобы ты сегодня переспала со мной? — спросил он с усмешкой. У Хинаты отвисла челюсть — ещё один развратный придурок?! Девушка изо всех сил ударила его по лицу. — Ублюдок! — одного раза в день ей было достаточно, она не собиралась выслушивать такие извращенные и грубые вещи, которые ей говорили. Наследница с трудом поднялась, повернулась к Кабуто и сказала: — Я потеряла аппетит. Мы можем уйти, пожалуйста? — Да, я думаю, что уже достаточно наелся. — Он с отвращением посмотрел на этого человека и заплатил за еду. Парень догнал разъяренную Хинату прямо у входа в раменную и положил руку ей на плечо, чтобы остановить. — Ты не должна позволять таким вещам докучать тебе. Они просто невежественные, отчаявшиеся люди, которым больше нечего делать. — Я видела недавно вывеску онсена. Я думаю, что хочу пойти отдохнуть… и мне нужна только женская компания на некоторое время. — Она слабо улыбнулась ему, скрестив руки на груди. — Давай сначала найдем Дейдару-куна…

***

А у светловолосого ниндзя Ивы тем временем были свои странные проблемы. — Слушай, я просто хочу немного данго, да. — Он скрестил руки на груди, ладони его уже жевали глину. Если понадобится, ему придется взорвать это место. — Я не могу продать Вам больше, сэр. Существует лимит на то, сколько один человек может здесь купить, и Вы прошли эту отметку десять минут назад… Повар был прерван, когда другой человек сел за стойку рядом со спорящим шиноби, сказав: — Дайте мне так называемый «лимит» данго. Столько, сколько Вы можете мне продать. — Это привлекло внимание как Дейдары, так и продавца. — Ээ… д-да, сэр. Одну секунду. — После неловкой паузы он зашаркал обратно, чтобы сделать больше порций. Дейдара высунул язык ему в спину и снова сел. Он внимательно оглядел новоприбывшего и подумал, не сделал ли тот этот заказ только для того, чтобы досадить — и разозлить — человеку, который посмел отказать отступнику в данго. Незнакомый мужчина так сильно сгорбился, что при одном взгляде на него у Дейдары болел позвоночник. Он был одет в одежду Суны, но, честно говоря, ниндзя Ивы не знал достаточно о Стране Ветра, чтобы сказать, была ли это форма шиноби или гражданского лица. Во всяком случае, она была красная. Блондин зацепился взглядом за длинную до пола мантию и капюшон, удивляясь, — он делал это каждый раз, когда видел униформу Суны, — как они могли носить что-то подобное в такую жаркую погоду. — На что ты уставился? — монотонно спросил мужчина. Дейдара тут же отвёл взгляд. Но через мгновение небрежно обернулся и снова посмотрел на незнакомца. Парень не мог видеть его лица, и легче не стало, когда незнакомец Суны положил свой подбородок на столешницу — сгорбив спину ещё больше — причем достаточно высоко, чтобы ниндзя Ивы не мог видеть его лицо, если он, конечно, не додумается перелезть через неё и встать с другой стороны, прямо напротив мужчины. — Ты пялишься. — Ты гражданин Суны. — Тут же возразил Дейдара, гадая, что ему теперь делать со своими бомбами, когда его рты выплюнули их. — Шиноби. — Поправил его мужчина, и отступник вскочил и занял оборонительную позицию. Даже данго не стоит того, чтобы оставаться в одном месте с ниндзя Суны. Но как раз в тот момент, когда парень собрался уходить, вернулся продавец с тарелкой, полной сладостей. Он поставил ту перед мужчиной, который, в свою очередь, толкнул тарелку Дейдаре. — Ешь. Мне всё равно не нравится данго. — Сказал незнакомец всё тем же невозмутимым голосом. — Хах? Тогда зачем ты заказал их, если они тебе не нравится? — потребовал блондин ответа, но уже запихивал кусок данго в рот. — Потому что любой, кто закатывает такую большую истерику из-за нескольких конфет, заслуживает их. — Услышав эти слова, Дейдара наконец сел рядом и решил, что если они отравлены или этот человек собирается убить его, то отступник, по крайней мере, умрёт с набитым пузом. — Мм… спасибо. — Сказал он неловко, вытягивая шею в тщетной попытке разглядеть лицо таинственного незнакомца. Тот ничего не сказал в ответ, поэтому ниндзя Ивы снова принялся запихивать данго в рот. Он положил миниатюрных глиняных птичек на стойку рядом с тарелкой — безжизненная и безвредная глина. Человек протянул руку и тыкнул указательным пальцем в голову совы, а после взял неживую птицу в ладонь. Дейдара настороженно наблюдал за ним, но больше ничего не делал. — Так ты художник? — спросил ниндзя Суны скучающим тоном. — Это очень хорошо. — Так ты художник, да? — подозрительно спросил блондин, хотя не смог удержаться от улыбки в ответ на комплимент. Может быть, ниндзя Суны были не так уж плохи, если они покупали данго другим и любили искусство. — Я тут и там натыкаюсь на всяких медиумов. — Наконец он повернул голову и посмотрел на Дейдару, отведя взгляд от спины маленькой совы. Темно-рыжие волосы беспорядочно падали ему на глаза, но мужчина даже не пошевелился, чтобы убрать их с поля зрения. Его лицо было намного моложе, чем ожидал Дейдара; ему вдруг пришло в голову, что это может быть чунин или даже генин. — Ты только лепишь? — Ну да, помимо всего прочего. — Блондин усмехнулся и наконец расслабился. Это было не лицо элитного шиноби, и ему не нужно было беспокоиться. К тому же, этот человек даже не знал, что Дейдара и сам был ниндзя! — Я обычно использую всё, что захочу, чтобы создать свое искусство. — Мне знакомо это чувство. — Ниндзя Суны кивнул как мог, учитывая, что он всё ещё опирался подбородком на столешницу. Незнакомец со скукой бросил глиняную сову обратно к её владельцу. — Я думаю, что искусство может прийти в любой форме, лишь бы оно было прекрасным и вечным. Дейдара нахмурился. Если это то, что он считал искусством, то этому парню нужно было изменить приоритеты. — Да, оно может прийти в любой форме, но это не то, чем искусство является. Оно прекрасно, но так же оно должно случиться только на мгновение, чтобы потом это искусство по-настоящему лелеяли. — Если это всего лишь мгновение, как же его можно лелеять? — легко возразил мужчина, поднимая голову. Ниндзя Ивы так же заметил, какой он невысокий. Этот парень, должно быть, действительно очень молод. — Искусство нужно лелеять и любить вечно. Оно должно длиться вечно. — Если оно будет длиться вечно, то с возрастом потеряет свой блеск и потускнеет. Если ты можешь увидеть его больше одного раза, то это не может быть особенным, а значит не может быть искусством, да. — Он предъявил в ответ, скрестив руки на груди. Данго было съедено, так что теперь этот ниндзя-художник полностью и безраздельно завладел его вниманием. — Искусство должно быть мимолётным, увядающим, но ярким и полным, пока живёт. Ты когда-нибудь видел, э-э, фейерверки? — Да, видел. И пускай они красивы, фейерверки — это не искусство. — Тупо ответил рыжий, хотя Дейдаре показалось, что он заметил слабую улыбку. Но это могло быть просто игрой света. — Я согласен, что это не искусство, да. Но они похожи. Они появляются только на мгновение, и пока они в небе, они прекрасны и… искусны. — Если искусство существует только на мгновение, то не все могут его увидеть и оценить по достоинству. Искусство должно быть высоко оценено всеми возможными людьми, и поэтому оно должно навсегда остаться в глазах людей. — Нет, ты ошибаешься. Ничто не длится вечно, особенно искусство. Искусство яркое, чудесное и недолговечное. Вот почему художники создают всё больше и больше, да. — Дейдара усмехнулся, любя этот спор. Не так уж часто он ввязывался в дискуссии из-за искусства, но когда это случалось, то оно того стоило. Кроме того, обращать другого художника к его искусству всегда было приятным бонусом. — Ах, как бы мне ни хотелось обсудить это, я должен идти. У меня скоро назначена встреча с другом, и я ненавижу заставлять людей ждать. — Это резко оборвало его надежды на обращение и споры. Ниндзя Суны соскользнул с табурета и положил деньги за данго на прилавок. Дейдара тоже встал, опечаленный тем, что его новообретенный художник и даритель-сладкой-еды так быстро уходит. — Было приятно познакомиться. — Эх, я тоже рад был познакомиться, да. Ещё раз спасибо за данго. — Блондин с легкой усмешкой заметил, что рыжеволосый незнакомец достает ему только до подбородка; он был невысокого роста. — Может быть, мы ещё когда-нибудь увидимся. — Это была откровенная ложь, но ему было всё равно. Всегда приятно было уйти на хорошей ноте. — Я думаю, что так и будет. А затем мужчина исчез в толпе. И Дейдара снова остался один. С имеющимися двумя запасными бомбами. Хихикая, ниндзя Ивы почувствовал жалость к следующему парню, который разозлит его.

***

После ещё получаса поисков Хината наконец заметила Дейдару благодаря своему Бьякугану. Деревня действительно оказалась намного больше, чем они предполагали вначале. Кабуто притащил его, к несчастью, за конский хвост. Блондин поморщился от того, что его дёргали за волосы, но ничего не сказал. Даже при этом он сиял от счастья. — Хей! Как вы двое справились с толпой не-шиноби? — Ужасно. Пока ты где-то шлялся, к Хинате-тян приставали ещё три раза, и она чувствует, что ей нужен перерыв. Мы идем в онсен. — Монотонно объяснил Кабуто, глядя на бодрого блондина. — А как ты проводил свое время? — Я встретил самого удивительного человека! — он широко улыбнулся им, хотя и помрачнев на мгновение при упоминании о том, что кто-то приударил за наследницей. Но она всё же улыбнулась. Седовласый ниндзя тоже ухмыльнулся, скрестив руки на груди. — О, неужели? — вежливо спросила она. — Она была милой? — А она была хорошенькая? — добавил Кабуто, всё ещё ухмыляясь. Дейдара покачал головой. — Нет, это был парень. Художник, да. — И Хината, и Кабуто были шокированы этим, и выражение их лиц отлично передало этот шок. Блондин посмотрел на них обоих так, словно его ударили, а потом высунул язык. — Иуу! Нет! Это было совершенно платоническое чувство! Мы только познакомились, он купил мне немного данго, и мы поговорили об искусстве, да! На лице медика появилось выражение скептицизма, но Хината только хихикнула. — А, ладно, но всё равно, Дейдара-кун. Очень приятно, что ты познакомился с коллегой-художником. — Да, это было довольно круто… — он смущённо потёр затылок, всё ещё счастливо улыбаясь. — Итак… онсен, верно? Мне очень жаль, что меня не было там, чтобы избить этих придурков, Бья-тян. — Тебе не стоит беспокоиться об этом. Последний парень, который что-то сказал, вероятно, всё ещё без сознания. — Невинно сказал Кабуто, когда Хината покраснела и опустила голову. Ей просто очень не нравилось, когда парни говорили о ней такие вещи, основываясь только на её внешности. Дейдара одобрительно посмотрел на куноичи сверху вниз и обнял за плечи. — Ну, на всякий случай, теперь ему придется столкнуться с гневом трех шиноби, да. К счастью для мужского населения, никто больше не пытался приставать к наследнице. Ну, один парень явно пялился на её грудь, и он почти получил глиняную птицу в лицо. Она вынуждена была признать, что это было довольно приятно — быть защищенной таким образом, как поступили бы Неджи, Киба и Шино. Люди, которые делали для неё такие вещи только потому, что она была девочкой, а не потому, что она была Хьюгой, наследницей клана или по какой-то другой бессмысленной причине. Однако перед дверью горячего источника шиноби столкнулись со своей первой проблемой. — Эмм… В-Вы двое… не можете войти сюда. — Еле слышно прошептала Хьюга, наклонив голову и быстро начав краснеть под цвет ленты волос Кабуто. Оба мужчины напротив только посмотрели на неё пустым взглядом. Хината кротко указала на вывеску над их головами, которая очень четко гласила: «ЖЕНСКИЙ ОНСЕН. МУЖЧИНАМ ВХОД ВОСПРЕЩЕН.» — …Ах. — Вот и всё, что сказал медик, глядя на табличку так, словно она содержала в себе какой-то глубокий и скрытый смысл. Дейдара же, напротив, лишь слегка смутился, скорее для того, чтобы выглядеть так, будто это его отпугнет, чем для чего-то дельного. Хината вздохнула и зашаркала в здание, дверь которого захлопнулась, выпустив небольшой поток горячего пара, нагретого в горячих источниках. — Даже не думай о том, чтобы последовать за ней. — Немедленно сказал Кабуто, поворачиваясь к ниндзя Ивы. Потому что блондин уже развязал свои волосы, встряхивал их и злобно ухмылялся. — Черта с два я позволю Бья-тян пойти туда одной. — Любезно огрызнулся Дейдара, формируя печати для своего изменяющего голос дзюцу. Бывший шпион лишь бросил на него презрительный взгляд, а затем начал складывать свои руки в собственные знаки. — …Что ты делаешь, да…? — Ойроке но дзюцу! — В клубах дыма Кабуто исчез, и на его месте появилась довольно пышногрудая, соблазнительная, седовласая куноичи. Кабуто свирепо ухмыльнулся, поправил полотенце, которое было на «ней», и вошёл внутрь, грациозно покачивая «своими» бедрами. Дейдара смотрел ему вслед с отсутствующим выражением лица. Но вскоре его лицо потемнело в злобной ухмылке; он мог скопировать это дзюцу. Не зря же его называли гением! Сделав те же самые печати, что и медик всего несколько мгновений назад, он закричал: — Ойроке но дзюцу! Сзади раздался свист. Или, по крайней мере, он думал, что это был он. Блондинка повернулась и посмотрела через плечо, чувствуя, как его длинные волосы со свистом рассыпались по спине. Он скопировал дзюцу безупречно, как и ожидал… ну, почти безупречно. В отличие от того, как действовал Кабуто, очевидно, что по умолчанию дзюцу превращало пользователя в голую, привлекательную женщину. — Кабуто! — он взвизгнул и нырнул в дверь онсена. Слава богам, что рядом с дверью лежала стопка полотенец, и «она» злобно схватила одно из них и обернула вокруг «своего» нового, стройного тела. Это дзюцу… было очень странным. Это было похоже на эволюционировавшую версию его изменяющего голос дзюцу, наряду с довольно стабильным Хенге. Кто-то, у кого было слишком много свободного времени, должно быть, создал его, предположил блондин. Он — к черту всё это, я всё ещё мужчина, мрачно подумал он — вошел в горячие источники, следуя по маршруту, который, как он думал, выбрал Кабуто. И действительно, отступник увидел впереди седовласого ниндзя. Медик обернулся, чтобы со скукой взглянуть на него, а затем повернулся и вышел в другую дверь. Хината просто знала, что в один момент она столкнулась с явно женским, очевидно Кабуто, человеком, а затем у неё была та же проблема, только с Дейдарой. Взволнованная куноичи, которая теперь тоже была только в полотенце, нервно теребила нижнюю кромку импровизированного платья, испуганно глядя на своих спутников. — Ка-Кабуто-кун! Дейдара-кун! По-Почему вы двое з-здесь?! — О, бедная Хина-тян! — Кабуто по-девичьи захихикал, поглаживая раскрасневшуюся девушку по голове. «Она» перебросила свою длинную серебристую косу через плечо. — Я же Кумико, помнишь? О, Дай-тян, бедная маленькая Хина-тян, должно быть, переживает! Хината понизила голос и почтительно использовала псевдонимы, но так просто её не разведешь. — Кумико-кун, Дай-кун, это незаконно. Эт-Это извращение, и мы все можем попасть в большие неприятности…! — Не волнуйся. Мы просто будем сидеть в своем маленьком уголке и держать глаза закрытыми, да. Разве не так, Кумико? — Дейдара усмехнулся и на всякий случай прикрыл глаза. Кабуто кивнул и тоже закрыл глаза. Куноичи вздохнула, понимая, что это плохо кончится. Очень, очень плохо. Хаотично плохо. Но она не могла сделать ничего, кроме как сдать их всех и выставить вон. — Пр-Просто… Держите глаза закрытыми. Я буду, эм, наблюдать, чтобы убедиться, что вы это делаете… — запинаясь, сказала девушка и повела их обоих в угол, где заставила пообещать, что они останутся стоять лицом к стене, закрыв глаза, не двигаясь, не думая о том, что их окружают голые женщины — и она! — и глаза закрыты. И тут Хината столкнулась со своей собственной дилеммой. Ей не хотелось находиться рядом с этими двумя, особенно голой, даже если она была под водой. Но куноичи определенно не хотела оставаться вне воды, да и полотенце придется снять, если Хьюга хочет расслабиться. И хотя она не хотела находиться прямо сейчас где-то рядом с ними, ей нужно было быть достаточно близко, чтобы девушка с её Бьякуганом могла сказать, были ли их глаза закрыты или нет. — Итак, Хина-тян, тебе нравится онсен? — непринужденно спросил Кабуто. — Нет. Пожалуйста, тише, вы двое. Это так неловко… — девушка с темными волосами снова вздохнула, предвидя, как пройдет это испытание. Совсем не расслабляюще. Потом Хината поняла, что сейчас ей абсолютно всё равно, она просто хочет успокоиться и понежиться в горячей воде. А если эти двое хотят быть арестованными и разоблаченными в качестве особо разыскиваемых и опасных шиноби, то это их проблема. Она же просто хотела забыть обо всех своих. Хината скользнула в воду, вздыхая от блаженства. — Я не позволю этому войти в привычку.

***

В ту ночь настала очередь Кабуто быть первым сторожевым. Хината устала как собака, и ей не хотелось, чтобы её мучили кошмары и она не могла уснуть. Кошмары обычно не снились ей, когда она спала рядом с Дейдарой. Иногда ей удавалось нормально выспаться, иногда — нет. Медик ушёл в лес, патрулировать, и сейчас это заставляло пепельноглазую куноичи ворочаться с боку на бок и бодрствовать. В то время, как ниндзя Ивы тихо похрапывал рядом с ней, выглядя как гусеница в своём спальном мешке. И эти метания не прекращались. Она знала, что это будет ещё одна бессонная ночь. Её предположение не изменилось после почти трех часов всё тех же извиваний и полусонных видений красноглазых демонов из её ночных кошмаров. Девушка попыталась придвинуться поближе к спящему мужчине, но даже это не давало ей уснуть. Смирившаяся, куноичи села и решила, что по крайней мере может пойти и помочь Кабуто, чтобы тот немного отдохнул. У них обоих нет причин оставаться без сна. Хината встала и надела свой новый плащ; ночь была холодной. Она застегнула его до подбородка, накинула капюшон на тёмные волосы и активировала Бьякуган, чтобы найти медика. Хьюга заметила его к северу от их лагеря, стоящего возле большого дерева, рядом с какой-то другой небольшой массой чакры. Она покосилась на него, устало протирая глаза. В конце концов девушка просто проигнорировала это, спихнув массу чакры на какое-то животное. Ни один шиноби — или человек, если уж на то пошло — не мог сжать свою систему циркуляции чакры в таком маленьком пространстве. Оно было лишь немного больше её кулака. Усталая девушка поплелась к сокоманднику, на ходу завязывая волосы на макушке. Ничто другое не двигалось в лесу, но опять же, ничто другое и не проснулось бы среди ночи впринципе. Было бы легко увидеть, как кто-то приближается в темноте; чакра светилась бы, как маяк. Любопытная масса чакры имела тусклые, едва заметные струны, выплывающие из неё. Хината нахмурилась, но потом поняла, что это не животное, а скорее всего какое-то растение. Или, возможно, животное, стоящее перед растением. Это объяснило бы венообразные расширения чакры, а также какой-то мяч. Хината расправила плечи и подавила зевок. Затем её уши уловили слабые звуки голосов. Или, по крайней мере, голос Кабуто. Он, должно быть, разговаривает сам с собой, подумала она, что угодно, лишь бы нарушить молчание. Вскоре Хьюга уже могла различать отдельные слова, плывущие к ней в тишине ночи. Это… странно. Это не похоже на то, как я бы говорила сама с собой… Это больше похоже на детали миссии. Может быть, именно так он и расслабляется? Если об этом подумать, то это имеет смысл, что некоторые из наиболее сильных шиноби говорят о деталях прошлой миссии, просто чтобы успокоиться. Во всяком случае, Хината знала и более эксцентричные вещи. — …да, полтора дня назад в… Конохагакуре. А теперь… ищем… сколько ещё? А затем, Хината была уверена, что слышит другой голос. Но это было невозможно: её Бьякуган ничего не видел. За исключением животного, но даже Хенге шиноби не смог бы скрыть свою систему циркуляции чакры таким образом! Она мгновенно замедлила свои шаги и дыхание, осторожно подкрадываясь к месту происшествия. Голос сказал, — Только один. Кабуто… он разговаривает с кем-то! Он всё ещё шпион! Она вдруг поняла это с предательским чувством. Нет… подождите… этому может быть какое-то разумное объяснение. Я не должна думать о нём плохо только потому, что он с кем-то разговаривает… верно? — Один? …Вы? Интересно. — Сказал голос Кабуто, и теперь Хината была достаточно близко, чтобы слышать всё, что он говорил. Хьюга напрягла зрение, ища того, с кем шпион разговаривал, но там никого не было. Парень был один, если не считать массы чакры. Но это не мог быть кто-то другой; человек, каким бы маленьким он ни был, физически не мог вместить всю свою систему циркуляции чакры в это маленькое пространство. Это означало бы втиснуть органы и физическое тело в эту крошечную область, а это было невозможно! — Ну конечно же я. Как ты можешь думать иначе? — рявкнул другой голос. — Ах, мне очень жаль. Я просто думал о последствиях той драки. — Кабуто тихонько хихикнул, и она увидела, как тот слегка пошевелился. — …О, это мне напомнило. Мне показалось интересным, что Дейдара сегодня нашел себе нового друга. Коллегу-художника, очевидно. Что за совпадение. — Заткнись. Ты же знаешь, что я люблю быть всегда готовым, Кабуто. Откровенно говоря, паршивец разочаровал меня. — Ах… Простите, что поправляю Вас, но не обманывайтесь его внешностью или личностью. Он весьма искусен, и я видел, на что способны его бомбы. И, по-видимому, он разработал ещё более сильный тип бомбы, С2. Я думаю, что бомбы почти всегда побеждают металл и дерево, Сасори-сама. — Легкомысленно заметил шпион, и это развеяло все сомнения Хинаты в его предательстве. Собравшись с духом, она молча вытащила кунай и продолжила держать Бьякуган активным. Затем куноичи встала, свирепо глядя на медика и на того, с кем он имел дело. Единственной проблемой было то, что… никого не было. — О, привет, Хината-тян. — Невинно сказал Кабуто, слегка помахав ей рукой. Девушка лишь нахмурилась и продолжила искать того, с кем он разговаривал. Даже небольшая масса чакры — которая вопреки всем законам природы должна была быть кем угодно — исчезла. Все вопросы, которые Хьюга могла задать, или замечания, которые она могла сделать, внезапно атаковали её разум. Но в такой ситуации лучше всего быть прямолинейной. Конечно, они не могли убить её, ведь Дейдара спал совсем рядом. Они не могли этого скрыть. А если они все-таки вступят в драку, это его разбудит. Хьюга в последний раз осмотрела окрестности и не смогла обнаружить ту массу чакры. — Кабуто… а кто такой Сасори? Лунный свет отразился от его очков, на мгновение заслонив глаза от взгляда. Когда он снова поднял голову, то ухмыльнулся, и в его глазах появился определенно злобный блеск. — Хината-тян… тебе не следовало спрашивать об этом. А потом куноичи почувствовала, как холодный металл клинка прижался к её шее, и она наконец снова нашла массу чакры. Прямо за своей спиной.