Реальность без сна

      Чудесный летний день встретил меня без единой плохой мысли, не смотря на моих недружелюбных соседей. Сегодня вторник! Замечательный день для очередного похода в церковь. Брат Демид наверняка ждёт вестей о культурной работе в городе, а проповедник Валлор должен сказать чем я займусь в следующем месяце. Лёгкий завтрак из яиц и молока – питательный завтрак. Церковная роба ещё не высохла с воскресного фестиваля. Думаю, в следующем году Джуди нужно не давать томатный сок в руки: она славная девочка, но когда дело доходит до шалостей эту девчушку не остановить, разве что её любимым фисташковым мороженым. Честно, а мороженое вкусное!       Возле метро продают газеты, свежий выпуск новостей о новом перспективном проекте городской мэрии. Что ж, мистеру Халфорду можно пожелать удачи. – По чём газета? – Шесть центов, сэр, – ответил мальчишка подросткового возраста, поправив кепку. – Я возьму две!       Да, ремонт ещё не закончен, а заклеить мебель нечем, так что пара газет не ударит по моему бюджету. – Станция Нотзи! Пожалуйста, берегите руки и ноги при выходе из вагона! Попался довольно грубый пассажир – он оскорблял рядом стоящую девушку в платье, обвиняя её в откровенном виде, хотя сам ковырялся в носу при всех. – Потаскуха... – Мужчина, не проявляйте такой агрессии! – вмешался я в его словесную перепалку в одностороннем порядке. – Чего?! Какое тебе дело? – сидящая рядом со мной женщина прижала маленького ребенка сильнее. – Вы проявляете неуважение к окружающим, это не подобает джентльмену. – Слушай, парень, не зли меня! – он явно в шоке, что ему сделали замечание, иначе бы он так не выпучил на меня глаза. – Вы и так весьма грубы, почему бы вам не успокоиться? – дело может принять обострений характер, надо утихомирить его. – Я сейчас подойду, шутник ты чёртов! – оторвался он от поручня. – Не стоит этого делать, – пожал я плечами и встал с места. – Вы ведь не хотите драки? Пассажиры этого вагона поняли к чему все идёт. – Ты сам ввязался в неё! – замахнулся он. – Я понял! Я понял! Больше такого не повторится! – вопит он лёжа подо мной. – Вот и чудесно! – улыбаюсь я ему. – Не забудьте быть аккуратнее, на улице нынче жарко!       Вот и Юлвелл, маленький городок за чертой моего большого города. На пересечении улиц в старой черте я и встал с метро. Глубоко вздохнул. Да, воздух здесь намного приятнее. Лёгкий ветерок качнул мои волосы, и с полным энтузиазмом я направился к своей любимой церкви. Она старая, зато в обилии зелёных садов вокруг неё кажется намного моложе. Все благодаря прихожанам и Смотрителю, благодаря им здесь так красиво и спокойно. – О, братец Джул! – окликнула меня молодая девушка, собирающая фруктовые плоды. – Сестрица Роз! – обрадовано подошёл я к ней. – Занимаетесь понемногу? – Да, сестра Грета сейчас у южных ворот, помогает собирать цветы. – Так ты одна занята фруктами? – обошел я каменную ограду, оббитую лозой. – Я помогу! – Нет! – оттолкнула меня легонько сестрица. – Братик ведь испачкается, а сестрице Олли потом стирать! При этом она сама одета в старую сельскую одежду: лёгкая рубаха, мятая спереди и не без ссадин, а старые фермерские штаны лазурного цвета начали ленять. – Я справляюсь и одна, пока сестра Грета занята, – продолжила Роз срывать фрукты. – Как только переоденусь, то помогу тебе, – улыбаясь, развернулся я. – Упрямый братец Джул! – рассмеялась она в ответ. – В этом весь я, – захохотал по старой привычке.       Неширокая тропинка выводит прямо к церкви, где никого не видно. Я подошёл к двери и постучал. – Церковь сегодня закрыта для посещений, простите. – А если я пришел к вам? – Я все... – ...и я ничего. – Добро пожаловать, брат! – открыл двери Боб, радостный меня видеть. – Смотритель переживал, что ты вчера не пришёл. – У моих соседей была ссора и пришлось вызвать полицию, – тяжело вздохнул я, войдя. – Слышал, – закрыл он двери, – что воскресный фестиваль прошло на ура. Дети счастливы! Как тебе это удается? – Немного магии, брат Боб, немного магии, – положил я руку ему на плечо. – Местный волшебник, – с сарказмом услышал я. – Рад тебя видеть. – И я рад, – обнял старого друга после долгой разлуки.