Шаг в воздухе

Это был двадцать седьмой этаж. Последний этаж этого огромного здания. Но русо-рыжая девушка не была внутри, а была она снаружи. На самой крыше. Её волосы раздувал прохладный ветерок, от которого время от времени пробегали мурашки по коже. Но ей было всё равно. Она не чувствовала холода по телу и даже холода в ногах, хотя и находилась та абсолютно босая. Просто те каблуки ей только мешали. Мешали одолевать препятствия перед этим успокоением в виде одиночества на «необитаемом островке». Да и о каком холоде может идти речь если девушка вообще ничего не чувствовала? Ни о каком. Джерен была истощена как морально, так и физически. Ей не хотелось плакать, но слёзы сами спускались ручейками по её щеках. Да и ей вообще ничего не хотелось. Не есть. Не пить. Не спать. Не дышать и явно не жить. Вот именно поэтому красавица, которая сейчас выглядела явно не очень, пришла в данное место. Она решила покончить со всем этим. Покончить с этой болью разрывающей её сердце, ведь душа покинула Джерен ещё вчера, когда она потеряла своего малыша. Она решила покончить с жизнью и всё же встретится со своим ребёнком раз не на земле, так на небе. Поднявшись на самый бортик края крыши, младшая дочь и сестра Йылмазов едва-едва приподняла уголки губ вверх издав миниатюрную выдавленную улыбку. Сделав глубокий вдох и выдох нынешняя невестка Карачаев медленно распахнула свои руки по бокам, словно она птица. — Мой маленький, — дрожащим голосом глядя в пасмурное небо произнесла девушка, — мама очень скучает за тобой. Маме твоей больно.. Очень больно, маменькин. — с каждым словом слёзы усиливались, а погода начинала портиться, прям под настроение Джерен. — Я не смогла увидеть тебя.. Услышать тебя.. Почувствовать твой запах.. Я не успела спеть тебе колыбельную.. Мы не сыграли с тобой в игры.. Ты не путался своими маленькими-маленькими и нежными-нежными ручечками в маминых волосах.. — от самого рассказа её натянутая улыбка превращалась в настоящую, а глаза закрылись в представлении сказанного. — Родненький мой, ты же не попробовал даже самые вкусные пироги своей бабушке Сехер.. Не услышал прекрасный голос и трогающие песни тётушки Джемре.. Дядюшка Дживан даже не научил тебя играть в футбол.. Маленький мой! Невинный мой! Я иду к тебе, сыночек. Один шаг и она в воздухе. Но вовсе недолго, а какие-то секунды две. Джерен распахивает крепко ранее зажмуренные глаза и видит перед собой Недима. Молодой мужчина крепко держал ту прижимая к крыше. Он не дал ей упасть. Хоть и фиктивный, но всё таки муж схватил её в самый нужный момент и повалил вниз. — Джерен! Джерен, ты с ума сошла? — буром молвит Карачай стряхивая её за плечи. Но она лишь смотрит на метушащего и полного паники супруга пустым стеклянным взглядом. — Зачем? — сухо и едва слышимо заявляет девушка. — Что «зачем», Джерен? Не сходи с ума! — руки мужчины охватили лицо зеленоглазой, — Ты, ты хоть целая? Он начал глазами пробегать по фиктивной жене, которая так же пусто смотрела на него стеклянными от слёз глазами. — Зачем лишил меня встречи с ребёнком? — Как же ты глупая, Джерен. Карачай средний умостил Карачай младшую в сидящее положение. Он, так сказать, спёр её на себя. — Меня там хоть сыночек полюбил бы. Я бы почувствовала хоть раз эту любовь, Недим. — Говорю же, что ты глупая, Джерен. Я ни за что не отпущу тебе. А знаешь почему? — И почему же? — подняв голову спрашивает девушка. — Потому, что я наконец-то осознал, что только ты держала мою руку когда я встал. Только ты поддерживала меня. Только ты доверяла и верила мне. И сейчас я не отпущу твою руку и не дам тебе упасть, ведь я люблю тебя, чёртовая Джерен Карачай. Недим говорил это глядя в распахнутые глазки Джерен, которые будто зажигали свет заново. А по окончанию молодой мужчина аккуратно схватив девушку за подбородок притянул ближе к себе и накрыл своими губами её губы. Они в конце концов всё же сплелись в этом долгожданном жадном поцелуе. Они в конце концов всё же нашли друг друга.