Plus est en nous

Каждый день проходил очень однообразно. Ничего нового. Только труд и тяжёлая физическая нагрузка. Вэриан никогда не был тем человеком, которому легко давались физические тренировки. По правде он вообще никогда не занимался подобным из-за влечению к науке. После нескольких недель тренировок Вэриан научился не малому. Теперь он может даже не использовать воду из реки, как раньше. Ему всё ещё трудно давались сложные трюки с водой, то есть разные перевороты в воздухе, но основу Вэриану усвоить удалось. — Мам, я уже достаточно долго тренируюсь и хочу знать, когда ты всё же сможешь ответить на вопросы. С каждым днём Вэриану казалось, что мама специально не хочет ничего рассказывать. Он довольно таки быстро смог привязаться к ней, но даже это не давало ему покоя. Вэриан задавался многими вопросами на которые, по его мнению, она запросто может ответить. — Я не могу рассказать тебе о всём сейчас. Больше всего девушка не хочет врать своему сыну. Некоторые ответы она может дать сейчас, некоторые должны подождать, а на некоторое вопросы она и вовсе не знает ответов. Лили неуверенно смотрит в глаза сына и не может ничего рассказать. — Расскажи хотя бы о том, кем ты была раньше. О жизни в Короне. Вэриан смотрит сквозь неё и видит неуверенность в её глазах. Будто бы что-то изменилось с момента их встречи. С первых секунд она показалась ему более открытым человеком. Он надеялся получить ответы ещё несколько недель назад, но, похоже, эта надежда была напрасной. Девушка замечает поджатые к переносице брови, которые выделяли глаза Вэриана. По этому самому взгляду можно запросто понять, что Вэриан не только горит от нетерпения, чтобы всё узнать, но забота так-же горит в его сердце. Он не знает причину молчаливости мамы, но алхимик уверен, что причина не может быть просто в "когда придёт время". В очередной раз Лили перекинула неуверенный взгляд на сына, после чего вздохнула. — Сынок, я знаю, в основном ты ожидаешь услышать от меня о костюме со знаками и как всё же воины смогли отравить лес для мастеров стихий. Я должна признаться, что мне почти ничего не известно о этих воинах и об этом яде я так-же ничего не знаю. Я смогла лишь украсть эти браслеты, но никакой информации мне не удалось раздобыть. — А что насчёт костюма? — Я не могу рассказать тебе всё, но ты должен знать, когда мы будем выбираться от сюда, от тебя будет зависеть всё. Горло Вэриана немного пересохло, сердце ускорило темп и, казалось, он хотел что-то ответить, но ничего не получилось. В голове в который раз возникло слово "всё". Лили сразу заметила страх сына, который в большей мере проявился в дрожащих губах, что было самым заметным признаком страха. Девушка понимала реакцию сына и полностью готова поддержать его. Аккуратно коснувшись его руки, Лили продолжила: — Я не хотела тебе об этом рассказывать, ведь считаю, что ты ещё слишком юн для этого. Я хотела подождать ещё несколько лет, чтобы рассказать тебе об этом, но вижу, столько времени ты не потерпишь. Ещё несколько минут Вэриан провёл в мире раздумий, но когда-то ему нужно выйти от туда. — Но... Почему всё будет зависеть только от меня? И почему всё таки этот костюм принадлежит именно мне? — тихим, даже пошептывающим голосом спросил Вэриан. — Ты должен выяснить это, но ты никогда не будешь одиноким. Я всегда тебе помогу. И не забывай о своей подруге Кэсс, которая, я уверена, всегда придёт тебе на помощь. Девушка перекинула еле заметную улыбку Вэриану, которому это не сильно помогло. Его мысли всё так же забиты новой и неожиданной информацией. В голове сложилась полная история: сначала он встречает маму, которая оказывается живой. Он настолько радуется, что ему плевать на всё и он так просто принимает её в своё сердце. Она рассказывает ему о стихии, которой владеет и позже оказывается, что он так-же владеет стихией. Лили рассказывает ему много разных историй, и некоторые оказались частичной ложью, а некоторые не полными. А теперь ему пришлось узнать о том, что скоро именно от него будут зависеть жизни его, его мамы и друга. От всех этих мыслей какая-то странная... пустота на душе. Пусть теперь Вэриан понимает всю ситуацию, он также понимает, что Лили всего-то хотела его защитить. И морально, и физически. По рассказам Лили те воины очень опасны и, скорее всего, это не единственное препятствие с которым им придётся столкнуться. Пусть Вэриан понимал, что он не один, но осознавать то, что на нём будет лежать вся ответственность трудно. Он толком ещё ничего не понимал, что именно ему предстоит делать, поэтому настолько сильно тревожиться раньше времени не стоило. Эти мысли не могли его так просто отпустить, но хотя бы попытаться стоило. — Я... Пойду домой, — эти слова прозвучали так, словно Вэриану совсем больше ничего не хотелось. Всего раз в жизни ему приходилось пользоваться популярностью у большого народа. Когда он захватил Корону. Правда, тогда популярность была немного иной, нежели сейчас. В какой-то мере Лили понимала реакцию Вэриана. Ему придётся бороться, чтобы сберечь жизни родных для него людей, но с другой стороны он толком ничего ещё не знал, так что так сильно волноваться рано. В этот момент девушка больше всего жалела, что настолько не знает собственного сына. Не знает почему у него такая реакция. Не знает... Ничего. Она не стала давить на мальчика и просто дала ему уйти с тренировки, которая превратилась в разговор. *** Упав на кровать, Вэриан пролежал на ней до самого вечера, пока не вернулась Лили. — Знаешь, я ничего не знаю о тебе. Не знаю почему ты так серьёзно отреагировал на мои слова. Я очень хотела бы исправить эту ситуацию, если ты позволишь. Пусть Вэриана заполняла пустота смешанная с грустью, он не хотел провести в таком состоянии вечность. Он понимал, что отвлечься не помешает. — Да, я могу это исправить, но только если ты всё таки расскажешь о своём прошлом. — Договорились. — Для начала, думаю, лучше рассказать об алхимии. Я очень хорошо смог в ней преуспеть, если бы только с разными изобретениями было также. Лили уже как приготовилася слушать историю, но с первых слов ей уже было что сказать. — Изобретениями? Забавно. Я не знаю откуда у тебя такая любовь к алхимии, но угадай откуда тебя влечёт изобретательность? Изогнув бровь, алхимик посмотрел на маму. Он не догадывался, что из его родственников кто-то увлекается тем же, чем и он. — Да, я была ещё той изобретательницей. Твой отец пусть и любил меня, он всегда жаловался на мои изобретения. — Также, как и на мои. Ещё несколько минут назад Вэриан был сам не свой, но сейчас ему пришлось словить самого себя на поднятых уголках губ. Похоже, теперь он понимал откуда у него эта любовь к изобретательности. Даже если ничего не получается, он продолжит работу. Раньше Вэриан часто задавался вопросом, от кого всё это ему передалось. Он часто задумывался о маме, и думал, что это от неё, но точно сказать не мог. У алхимика всегда горело желание узнать ответы на столько вопросов, но отец никогда не рассказывал о маме. Он не хотел, чтобы сын вообще что-то знал о матери, ведь чем больше знаешь, тем труднее забыть. Но даже это не помогало. Вэриан чуть ли не каждую ночь думаю о ней. Его интересовало буквально всё, но что бы он не делал, отец всё равно ничего ему не расскажет. — Я подружился с принцессой Рапунцель, но ближе мне была Кэсс. Когда-то я был одержим её дружбой и даже создал элемент в её честь. Улыбка растянулась в более широкую, а в голове пронеслась фраза “Я назвал его Кассандриум”. После этого воспоминания в голову полезли следующие: “Ты особенный” — эти слова в его мыслях не могли отобразить те нежность и заботу, с которыми Кэсси произнесла эти слова. Он хотел запомнить их как можно ласковей, но у Кэсси всё равно лучше получилось это сказать. “Знаешь, зови меня Кэсси” — когда-то алхимик только и мечтал добиться этого официального разрешения от самой Кэсси и к его счастью он всё же смог этого достигнуть. Казалось бы, Вэриан уже давно смирился с чувствами и понимал, что между ними ничего кроме дружбы не может быть. Раньше он думал об этом слишком часто и вскоре смог смириться. Но иногда эти чувства пробираются и сейчас. Она всегда была холодной и даже, можно подумать, бездушной девушкой, но однажды алхимик смог растопить её ледяное сердце и во время этой же поездки он также смог это сделать. Не смотря на свой холод внутри, Кассандра всегда была для него чем-то тёплым. Чем-то, что всегда греет во время холода. Но, похоже, она не только "была" для него этим теплом, и есть сейчас. Алхимик достал ещё одну вещь, которую всё это время носил с собой. На самом деле он носит эту вещь с того самого момента, как получил её. — А это мне отдала Кэсс, — ласково сказал он. В руках лежала та самая синяя лента для победителя конкурса, которую в конце ему отдала Кэсси. Эта лента всегда находилась рядом с ним. Алхимик считал этот самый лучшим, ведь наконец добился её внимания. Смотря на награду он не мог не улыбаться, ведь она дарила ему слишком много радости. Он никогда не забудет то, что полюбил с первых же секунд. А самое главное, какой именно человек это подарил. — Она хороший друг, — подметила Лили. На секундочку Вэриан отвел на неё взгляд, после чего снова вернулся к ленте. — Очень. Всю жизнь он верил, что лишь магия способна растопить её ледяное сердце, но в магию он не верил, поэтому в надежду также. Почему-то уже на несколько месяцев он забыл о ней. Смог принять её чувства и смириться со своими. Но не так уж и просто всё это принять, если у него нет даже человека с которым он может всё это обсудить. Да, он мог обратиться к Рапунцель, но он предпочёл отказаться от этого и просто принять этот факт. Каждый раз когда они встречались, Кассандра телепатически обжигала щёки Вэриана, чего сама не знала. Всякий раз девушка учащала его пульс. По всему телу бегали тёплые мурашки. Он настолько был в неё влюблён, что готов был на всё что угодно, лишь бы как нибудь удивить её. Наконец, хорошие мысли вернулись, а добрая улыбка снова засияла на его лице, но к сожалению это длилось не долго. — Но потом я совершил огромную ошибку. — Вэриан не хотел больше никогда вспоминать о тех временах, но сейчас ему придётся рассказать обо всём этом маме. — Рапунцель пообещала мне, что всё будет хорошо, что мы вместе справимся с камнями, но после этого я чуть ли не погубил отца. Он застыл внутри янтаря и, я ничего не смог сделать. Я отправился на поиски помощи и пришёл к Рапунцель, но у неё также были проблемы и ей нужно было спасти королевство, а я её обвинил и позже захватил Корону... До сих пор он винил себя за это, но больше всего боли пришлось пережить из-за потери отца. Единственного родного ему человека. С тех пор для него родные — очень трудная тема. А теперь на его плечи ляжет ответственность за их жизни. Он только пару недель назад встретил свою маму, а теперь ему придётся отвечать за её жизнь. Ведь это по его вине тогда чуть ли не погиб отец. А что, если он не справиться? Что если не сможет взять эту ответственность и спасти их жизни? Как тогда он будет дальше жить? В лишних вопросах не было никакого смысла и Лили сразу смогла понять ту реакцию сына. В очередной раз она успела много раз пожалеть, что не была в тот момент рядом с ним. Рядом с родным сыном, который нуждался в её помощи больше, чем в чей-либо ещё. Столько ошибок пришлось пережить одному. Столько боли и страданий. Столько слёз... От одних только мыслей об этом по телу пробежался холодный, даже ледяной ветер. На улице с каждой минутой становилось всё темнее и темнее. Губы приобретали тот-же цвет, что и ночь. То-ли от холодной ночи, то-ли от внутреннего холода. Слёзы трудно сдержать, но он всё же сделал это. Но даже с этим боль не ушла. Лили понимала его ситуацию и не собиралась бросать сына. Девушка нежно приобняла его, что помогло успокоить дыхание алхимика. — Не волнуйся, теперь мы вместе. По телу Вэриана успела пробежаться тёплая искра, когда мама пыталась поддержать его. Эти слова звучали слишком искренне, чтобы не поверить в них. Впервые он действительно смог почувствовать то, чего не мог все эти годы. Поддержка. Это подарило хоть и не большую, но всё же улыбку. — Спасибо, мам. — Ответил на объятия Вэриан. Несколько минут они сидели в тишине до тех пор, пока Лили не заметила, что Вэриану лучше, и поэтому решила разогнать грустную атмосферу. — Знаешь, у нас довольно похожие истории. Я тоже дружила с королевской особой. Арианна. Именно она стала моей лучшей подругой. В чем-то мы были разными, ну а в чем-то очень даже похожи. У неё всегда было много королевских обязанностей, поэтому нам не часто доводилось видеться. Но я нашла выход из ситуации. Я, можно считать, исполняла роль фрейлины, но это было не официально. Мы лишь хотели часто видеться, поэтому пришлось немного схитрить. Но в действительности я помогала ей с тем, с чем могла и иногда было время даже для разговоров. Иногда мне разрешали помогать изготовлять посуду. Я ходила к Ксавье, и он показал мне как лепить вазы или горшки из глины. Для меня это было что-то вроде любимого занятия. Ксавье обычно делает оружие, но чего у него только не найдётся в домике, да и учитель из него хороший. Я была обычной девушкой из Старой Короны, но меня многие знали из замка. Девушка часто вспоминала былые времена о подруге, но намного чаще она вспоминала о сыне, которого любила больше за всё на свете. Ни дня не проходило, чтобы она не вспоминала о нём. В Короне много друзей и даже муж, но Вэриан... Он стал особенным для неё ещё с дня его рождения. Она полюбила его настолько, что не была готова отпустить его       никогда! Вэриан с удовольствием послушал историю мамы. Пусть это не та информация, которую он хотел узнать очень давно, но история его мамы была не менее важной для него. Солнце уже как давно зашло, поэтому пришлось всё остальное отложить на потом. Вэриан ещё с обеда планировал зайти к Кэсс, чтобы сообщить о ситуации, но из-за грусти ничего не получилось. *** Кэсс? — Постучал в дверь алхимик ещё с самого утра. Признаться честно, он уже очень давно не видел её из-за того, что целыми днями проводил время с мамой. — Вэриан? Девушка сразу что-то заподозрила, ведь раньше он мог прийти к ней и без всякой для того причины, но сейчас они не виделись уже чуть больше недели. Первые дни Кассандра наблюдала за успехами алхимика, но позже перестала, а Вэриан так и не навещал её. Кассандра открыла дверь, чтобы впустить его. — Мне нужно... Извиниться, — в унисон сказали Вэриан с Кэсс. — Извиниться? Но... За что? — задался вопросом алхимик, подойдя к Кэсс. За целую неделю они не виделись ни одного раза. Вэриану и в голову не пришло бы, что Кассандра будет за что-то извиняться. — Вэриан, я хочу пообещать тебе кое что. — Кассандра настроена серьёзно, ведь именно к таким вещам она очень даже не равнодушна, поэтому начала рассказ. — Когда мы отправились в путешествие с Рапунцель, я дала ей обещание, что буду всегда и везде её защищать и поддерживать. Вначале у меня даже больше чем идеально получалось исполнять обещание, но в конце мне пришлось нарушить его. Я не то что не защитила её, я сама пыталась её убить. А теперь, когда я отправилась в путешествие с тобой, я была одержима, что судьбу должна найти именно я, но так получилось, что вышло всё наоборот. Я даже не хотела тебе помочь с каким-то костюмом, хотя это не так и трудно для меня на самом-то деле. Вообщем, я хочу сказать, чтобы не случилось, я всегда готова тебе помочь или поддержать. На этот раз я выполню обещание до конца и помогу тебе. Все эти слова звучали как-то слишком официально, хотя на самом деле всё было не в обещании и это сразу было видно. Кассандра лишь хотела на самом деле уберечь его от всего, что может стать у него, но теперь уже у них на пути. Вэриан совсем не ожидал такого от Кэсс. Для него эти слова были настолько искренние, что успели прогреть его холодную, в последнее время душу. Кассандра опустила голову из-за переживаний. Девушка ещё никогда не разкрывала так просто кому-то душу, тем более Вэриану. Всё время она вела с ним как можно холоднее, чтобы показать, что она ему не близкий друг. Все эти мысли кружились в её голове до этого путешествия. Даже если раньше они не были такими уж и близкими друзьями, придётся ими стать теперь. — Спасибо, Кэсси. Его брови снова передвинулись к переносице. Кассандра впервые смогла словить его с сияющией улыбкой на лице. Казалось бы, Вэриан очень часто счастливый и часто улыбается, но Кассандре на всё это было всё равно. Впервые она смогла поймать и даже перенять его улыбку. Наконец, Кассандра начала получать истинное удовольствие от слова "Кэсси". Будто бы какой-то огонёк незаметно пробрался в неё и зажёг там ещё ярче свет. Жаль только не всегда всё так ярко и красочно. Есть счастливые моменты, но есть и обратные, те, которые не несут в себе ни света, ни тепла. — Знаешь, моё извинение лишним тоже не будет. Я настолько обрадовался маме, что совсем не обращал на тебя внимания. Посмотрев Кассандре в глаза, алхимик хотел рассказать ей всё, что на душе, но не успел из-за Кэсс. — Нет. Ничего. Вэриан, я понимаю, это нормальная реакция, ведь за все эти годы ты думал, что она мертва. Тем более ты с самого утра до ночи был завален тренировками. Девушка, на удивление Вэриана, как-то просто это приняла. Похоже, она действительно смогла понять всё то, что пережил алхимик и даже не стала грустить из-за этого. На самом деле Вэриан не то чтобы совсем забыл о ней, тренировки действительно занимали много времени и сил не осталось вообще ни на что. Вэриан хоть и мог попросить Лили об отдыхе, но не стал, ведь понимал, что действовать нужно быстро, а тренировки не самое быстрое дело. Нужно потратить много времени и сил, чтобы хоть чему-то обучиться. — Но всё же я,.. —, начал алхимик, но не успел закончить. Быстрым, но чётким движением на плечах алхимика появились её руки. Девушка посмотрела на него так, что любому стало бы сразу понятно, чего именно она добивается. Кассандра не хотела и не собиралась продолжать этот глупый, по её мнению, спор. И алхимик сразу же это понял. Главная цель Вэриана рассказать о новых знаниях, которые недавно получил. Сердце вновь ускорилось, губы задрожали, а его руки перехватили где-то чуть выше локтев Кассандры. Алхимик не знал с каких слов начать, таким образом заставив Кассандру ждать, но девушка ещё с самого начала поняла, что сейчас именно тот момент, ради которого пришёл сюда Вэриан. Девушка всё понимала, поэтому никуда не торопила его и была готова ждать столько, сколько нужно будет. — Я-я должен... — Скорее! Нужно бежать! — Почти всё время Лили следит за безопасностью, чтобы никто не пострадал и хоть уже были попытки схватить её, Лили всегда успевала сбежать. Друзья ничего не понимали, но было очевидным решением следовать за Лили. Девушка направила их к своему второму убежищу, а по дороге прикрывала их своими силами. Девушка пыталась задержать воинов, которые напали, как могла и первые минуты ей хорошо это удавалось, но чем дольше они бежали, тем труднее становилось. Паника была у каждого в душе. Они никогда ещё не встречали этих воинов и вот первый раз. Ни Кэсс, ни Вэриан не знали как с ними бороться. Кассандра не могла использовать меч, ведь их слишком много, а Вэриан ещё не может настолько хорошо контролировать стихию воды. Ребята почти достигли цели, но Лили была уже совсем без сил. Их было слишком много для одного мастера. Все трое пытались держаться вместе, но вскоре Лили осталась позади. Воины чуть не забрали её, но Вэриан из-за сильного страха смог использовать стихию, чтобы спасти её. К убежищу оставалось недалеко, но воины и за это время успели окружить их. — Бегите вперёд и не оборачивайтесь, — крикнула Лили, после чего использовала последние силы для спасения Кассандры и Вэриана. — Мам! — Голос звучал настолько громко, что услышать этот крик мог каждый из воинов. Он не хотел оставлять её. Пытался спасти её, как и несколько минут назад, но ничего не получилось. Кассандра взяла его и своими силами принесла его к убежищу, пока не поздно. Об этом месте они ещё ничего не знают, так что время ещё есть. — Они забрали её! — с задышкой сказал Вэриан. На этот раз он даже не пытался сдержать всё те слёзы, которые в данный момент текут без остановки. Буквально вчера она дала ему хоть какую-то надежду, что сражаться буду все вместе, но что теперь? Они забрали его маму, что если после неё будет Кэсс? Что если они никогда не выберутся из этого леса? Что если... Он их не спасёт? Маму он уже не смог уберечь. На глазах появлялись всё новые и новые слёзы. Он не знал, что с ней будет потом. “А что если она не выживет?” прокрутилось у него в голове. Сейчас у него не только эти мысли крутились. Все эти переживания, все страхи переполнили его мысли и это невозможно остановить. Он только недавно её встретил, как он мог потерять её так быстро? Ещё и снова... Губы дрожали, слёзы не могли никак прекратится, а голоса не было вообще. Лишь задышка, от которой он не мог даже нормально дышать. Кассандра не могла на всё это смотреть. Девушка сразу, без раздумий прижала его к себе, чтобы хоть как-то успокоить. После этих действий со стороны Кассандры, Вэриан уткнулся ей примерно в плечо, которое в тот-же момент стало мокрым от слёз. Ещё очень долго Вэриан не мог это прекратить. Он не знал, что будет дальше. Он боялся всего на свете. А больше всего будущего. Он не знал и даже не хотел знать, что произойдёт завтра. Он не понимал почему судьба подарила ему ту же историю, ту самую боль и теже страдания. Возможно, лишь потому, что теперь она решила, что если с ним кто-то будет, то пережить это намного проще. Что ж, она права, но это было слишком трудным испытанием для подростка, который пережил уже итак слишком многое. В его жизни случалось слишком многое и никто даже не пытался ему помочь. Сначала отец, потом тюрьма. И всё это он мог пережить только с помощью злости. Именно это ему хотелось делать, когда все к нему относятся как к никому. Прошло уже больше двух часов, но лучше так и не стало. Единственное, слёз уже просто не хватало, как и сил и желания для чего либо. — Вэриан. Я понимаю, тебе трудно, но мы должны двигаться дальше. Мы не можем просто застрять в этом убежищи. — Кассандра волновалась за состояние друга и понимала его чувства, но она не собиралась допустить, чтобы он полностью ушёл в отчаяние и упал в депрессию. — Кэсс, я должен тебе всё рассказать, — с последней каплями слёз на глазах сказал Вэриан. — Мама рассказала мне, что её и твоя жизни будут в моих руках и от меня будет зависеть всё. Она сказала, что для меня это будет не просто, но также она пообещала, что вы будете рядом. Это единственное, что хоть как-то смогло меня порадовать. Но теперь... Теперь я не знаю как действовать дальше. Я не смогу больше драться с ней. Что если я потеряю и тебя?.. Я не смогу даже тренироваться без неё, — с последних сил договорил Вэриан. Больше всего Кассандра хотела помочь ему, но что она могла? Поддержка —единственное на что способна девушка в данном случае. Как же давно Кассандра не чувствовала себя настолько      жалкой. Девушка лишь прижала его ещё сильнее и смогла выдавить лишь уверенное: — Мы найдём твою маму, обещаю.