Meow

Утро начинается с беготни Чонгука по квартире. Он достаёт вещи из шкафов, кое-как варит кофе и пытается нормально собраться. Чимин крепко дрыхнет и внюхивается в подушку хозяина. Чонгука это умиляет, конечно, но сейчас точно на это нет времени. — Чимин-а, вставай, мы опаздываем! — альфа тормашит омежку и кидает ему футболку. Чимин пофыркивает и переворачивается на другой бок, произнося жалобное "ну хозяин". Чонгук убегает в ванную и приводит себя в порядок. Если они не успеют в эту поликлинику, то он придумает для Чимина суровое наказание. Когда альфа выходит из ванной и замечает ещё спящий комочек, то громко воет. — Чимин! Быстро вставай! — Чон больно толкает мальчика в плечо. Чимин хнычет и тянет Чонгука обратно в кровать. У него получается. Котёнок подмял альфу под себя и теперь довольно сопел на нём. — Я хочу спать, Чонгукки. Не могу без тебя, ты так вкусно пахнешь, — Минни тычется носом в грудь альфы. Чонгуку тоже приятны эти нежности, но они опоздают, если будут валяться в кровати. Альфа поднимает мальчика с кровати и трясёт, заставляя того проснуться. — Я же сказал, что мы опаздываем. Собирайся, — Чонгук открывает перед мордочкой Чимина шкаф, полностью заваленный его бесконечной одеждой. Котёнок в недоумении собирается и только за завтраком начинает интересоваться, куда же они опаздывают. — Чонгукки, а куда мы идём? — с набитым ртом бубнит Минни. — Мы в поликлинику едем. Не забудь уши с хвостом спрятать, а то подумают, что я мутанта привёл, — Чонгук нежно щипает Чимина за щёчку, а тот послушно прячет свои кошачьи придатки. — В...покли? В поклинику? А что это такое? — котёнок непонимающе хлопает глазками. — В поликлинику. Там проверят твоё здоровье. Ну всё, пойдём, — Чонгук вытаскивает малыша из дома. Чимин ещё сонный, поэтому еле плетётся до машины, лениво перебирая ножками. Начало пути прошло в тишине, потому что рот болтушки занят полюбившейся конфеткой. Котёнок уже проснулся и оживлённо наблюдал за видом из окна. Он смотрел на маленьких птичек, которые летали вдоль дороги. — Чонгукки, давай потом половим птичек, — Минни тыкает альфу в бок. — В смысле? Каких птичек? — у Чона это вызывает недоумение. — Маленьких. Они вкусные очень,— говорит котёнок без всяких сомнений. – Ты с ума сошёл? Какие птички? Ты еду на улице добывать собираешься? Чимин, послушай меня. Если я однажды приду домой, а у нас будут валяться дохлые воробьи, то будешь их воскрешать обратно, понял? — хозяин говорит очень серьёзно, заставляя Чимина сжаться. — Хорошо, Чонгукки. Никаких птичек, — Минни кивает и продолжает смотреть в окно. Вообще-то, ему нравится и птица из магазина, но инстинкты иногда берут своё. — Чимин... Это... А ты можешь сегодня тоже что-нибудь приготовить? — Чонгуку такое говорить неловко, но очень уж хочется поесть вкусной еды. — Конечно! Я буду готовить тебе, если ты хочешь, — Минни довольно улыбается и пытается обнять Чонгука, но у него не особо выходит. До поликлиники парни добрались без происшествий. Чимину стало немного страшно от этого места. Очень много людей в белых халатах, орущие дети и встревоженные взрослые. Чонгук спокойно забрал медицинскую карту, которую удачно оформил с другими документами Чимина. Сегодня они должны обойти чуть ли ни все кабинеты, потому что нужно провести полное обследование. Чонгук настойчиво тащил за собой ничего не понимающего Чимина. И только в очереди к стоматологу котёнок начал трястись. Из кабинета выходили зарёванные дети, а сам стоматолог выглядел, как типичный маньяк. — Я н-не пойду, — Минни схватился за руку Чона, когда из кабинета вышел помощник, чтобы объявить следующего. — Чимин! Иди и не задерживай очередь, — альфа пытался отлепить от себя омежку, но тот вжался в него и хлюпал носом. Люди в очереди смотрели на них очень остервенело, поэтому Чон затолкал мальчика в кабинет и зашёл сам. — Веди себя нормально, иначе я уйду, — Чонгук рыкнул на котёнка и мило улыбнулся стоматологу. Дальше был дурдом. Чимин плакал и отказывался открывать рот, а потом обозвал стоматолога страшным. Чонгуку приходилось говорить с мальчиком, как с ребёнком. — Чиминни, открой ротик, пожалуйста,— у альфы уже глаз дёргается, но он продолжает лыбится котику. — Н-нет, он... Он сделает мне больно! — говорит Чимин и пытается схватится за Чонгука, потому что он единственная его защита. — Не сделает. Если будешь делать то, что я говорю, то получишь поцелуй в щёчку, — на слова Чонгука котёнок сразу реагирует и послушно открывает рот. Как оказалось, с зубами Минни всё было хорошо, поэтому из кабинета они быстро вышли. Котёнок смахивал слёзы и держался за хозяина ещё крепче. Чонгук поцеловал мальчика в щёчку, и тот немного успокоился. Настоящая истерика была, когда у Чимина брали кровь из вены. Он плакал ещё больше, и только Чонгуку удалось усадить его на стул. Альфе пришлось крепко обнимать котёнка и прятать его лицо, пока врач делал своё дело. Дальше шли обычные осмотры. Чимина взвешивали, меряли рост, проверяли зрение, наличие скалиоза и плоскостопия. Котику ещё было немного страшно, но Чонгук умело веселил его, морально подготавливаясь к проверке омежьего здоровья. Его бросало в дрожь только от мысли о том, что Минни может учудить. Чон смотрит на план в медицинской книжке и радуется тому, что остался только один кабинет, всё остальное они уже обошли. У Чимина хорошее настроение, потому что всё самое страшное позади. Он улыбается хозяину и думает о том, что ему приготовить на ужин. — Чимин-а, я хотел предупредить тебя. Только ты не пугайся, но нужно будет раздеться, — Чонгук успокаивающе гладит котёнка по голове. Ему самому страшно от того, что может произойти. — Зачем? — в глазах мальчика альфа видит ужас и скапливающиеся слёзы. Только не это... — Минни, нужно проверить твоё здоровье. Это необходимо. Врач должен осмотреть тебя...там, — Чонгук смахивает слёзы с пухлых щёчек. Для Чимина это правда очень позорно. Тем более, врач бета, он может его изнасиловать. — А т-ты не можешь сам там посмотреть? — Минни хлюпает носиком и с надеждой смотрит на своего хозяина, он доверяет только ему. У Чона перед глазами развратная картина, а котик всё надеется на то, что Чон сам сможет его осмотреть. — Нет, Чимин. Я же не врач. Ну не плачь только, Минни, — Чонгук обнимает дрожащего котёнка. Спустя несколько минут из кабинета выходит врач и зовёт следующего, то есть Чимина. У него начинается паника. — Нет, Чонгукки. Не отдавай меня, прошу!— омега цепляется за хозяина и горько плачет. — Чиминни, всё будет хорошо, — Чонгук пытается отлепить котика от себя, но тот вцепляется ещё сильнее, — хорошо, я пойду с тобой. Чон заходит в кабинет с прижавшимся к нему мальчиком. — Здравствуйте, я только медицинскую карту отдать, — Чон подходит к столу и вручает довольно милому и симпатичному врачу карту. — У вас случилось что-то? Почему ваш омега так напуган? — врач обращает внимание на своего пациента, который вжался в угол. Чонгук уже хотел сказать, что Чимин не его омега, но забыл про это. — Он...просто боится. Никогда не был у врача. Ну я пойду, наверное, подожду в коридоре, — альфа оказался в плену ручек Чимина. Он не давал Чону выйти и искал в его глазах помощь и поддержку. Не может же он его бросить здесь одного? Как оказалось, может. Чонгук понятия не имел, что происходило в кабинете, но всхлипы и вопли Чимина слышал отчётливо. Лишь бы драку не затеял... Альфа начинает нервничать. Минни очень жалко бросать одного, и тот жалобный взгляд теперь перед глазами. Врач неожиданно выходит из кабинета с сумасшедшим взглядом. — Ваш омега отказывается раздеваться. Говорит, что что-то делать будет только в Вашем присутствии. Разберитесь с ним, пожалуйста, а я пока схожу за печатью,— врач озадаченно вздохнул и ушёл. Чонгук спокойно прошёл в кабинет и заметил мальчика в дальнем углу. Он был очень напуган и бросился к Чону, когда его заметил. — Чонгукки.., — Минни шептал имя хозяина и плакал. Он так сильно обнимал его, что Чонгук чуть не пустил слезу. — Минни, нужно раздеться,— альфа потянул малыша за ширму, — если хочешь, я сам раздену тебя. Чимин кивнул и с задержанным дыханием наблюдал за тем, как Чон снимает с него одежду. Он аккуратно стянул толстовку, поправив светлые волосы котёнка. Потом сел на корточки и снял штаны с нижним бельём. Они оба смущены. Чимин стоит полностью обнажённый и топчется на коврике. Чонгуку нельзя смотреть вниз, потому что на возбуждение времени нет. — Останься здесь, со мной, — снова этот взгляд. Чон не может отказать малышу. В кабинете довольно прохладно, поэтому он приобнимает котика и целует в макушку, как своего ребёнка. Никому не захочется, чтобы собственного ребёнка обижали, вот и альфа этого не хочет. Куда делась та задорная улыбка? Врач зашёл в кабинет и радовался тому, что альфа уговорил своего омегу раздеться. — Он хочет, чтобы я был тут. Вы не против? — Чонгук прячется за широкой ширмой, так, чтобы его не было видно. — Да, пожалуйста,— врач соглашается, ведь в его опыте таких стесняшек навалом. Во время осмотра Чимин хлюпал носиком и непроизвольно дёргался. Это не самое приятное, что могло с ним произойти. Там, где должны быть руки его хозяина, блуждают чужие, и Чимин из-за этого безумно расстроен. Иногда ощущения становились болезненными и котёнок тихо пищал имя альфы, призывая помочь и защитить. — Чонгукки... больно, — Минни старается не плакать. Чон сейчас точно ничего не сделает. Останавливать осмотр он права не имеет. Что сейчас делают с малышом? Сильную ли боль это доставляет? Альфа не знает, потому что он только слышит Минни, но не видит. Мучения через какое-то время прекратились и врач сделал обычный снимок брюшной полости. Теперь можно было надеть штаны с нижним бельём. Котёнок забежал за ширму к Чону и попросил, чтобы тот его одел. Альфа спокойно натянул на мальчика одежду и крепко обнял. — Всё хорошо, нигде не болит? — Чон тихо шепчет Чимину, заглядывая в ещё влажные глаза. — Спасибо тебе, — котёнок целует альфу в щёку и выходит из-за ширмы. Врач осматривал молочные железы и расценивал способности Чимина в кормлении своих будущих детей. Котик всё время ёжился, потому что грудь у него очень чувствительная. Так сильно хотелось, чтобы Чонгук её трогал, а не посторонние люди. Врач подытожил, что всё со здоровьем Чимина отлично. Он сказал Чонгуку, что детей уже можно заводить, и Чимин сможет быть хорошим папой. Котик держался за ручку Чона и смущённо улыбался. Только до Чонгука доходило, что Чимин не сможет родить от человека, потому что он гибрид. Но врачу про это не надо говорить, а то отправит их сразу в психушку. Чимин сильно жался к Чонгуку и плакал всю дорогу. Тело вспоминало чужие прикосновения, принося боль. Слёзы катились по милым щёчкам, а макушка так и дёргалась вверх. Чимин воспитан не так. Его тело должно принадлежать только одному единственному, которым является Чонгук. Котёнок опозорен из-за этого. И пахнет от него теперь не альфой, а каким-то противным запахом от кремов. — Чиминни, ну почему ты плачешь? Успокойся, — Чонгук гладит нежную ручку и сжимает её. Котёнок подносит руку хозяина к своей щеке и ластится, немного успокаиваясь. — От меня теперь пахнет не тобой, — Чимин хнычет и ищет поддержки,— А ещё... Никто не может меня трогать, кроме тебя. — Ну котёнок, что теперь сделаешь? Ты должен был сходить на приём ко врачу, это очень важно. Насчёт запаха не волнуйся. Ты постоянно липнешь ко мне и спишь со мной, поэтому мой запах быстро впитается, — альфа улыбается котику, и тот успокаивается. Главное, что Чонгук не отвернулся от него. Он не считает его использованным другим человеком. Как же у людей всё запутанно... Чимин всю дорогу размышлял насчёт того, что сказал врач. С его здоровьем всё хорошо, он может рожать деток. Тогда нужно просто намекнуть на это Чонгуку. * * * Альфа лежит на диване возле телевизора, по которому идёт передача о диких кошках. Чимину они ну очень нравятся. Чон отвлекается на уведомление в телефоне и начинает с кем-то переписываться, а Минни боязливо выглядывает из прохода. На нём нет одежды, вот и его план. Нужно соблазнить Чонгука и оказаться с ним в тесной близости. Котёнку очень страшно. Как на это отреагирует Чонгук? Может быть в этот раз он не будет его ругать? Минни заходит в комнату и ловко запрыгивает на бёдра альфы. Чонгук резко дёргается и обречённо вздыхает, когда видит, что Чимин голый. Этого он вполне мог ожидать от котёнка. — Минни, давай слезай, и не будем разводить скандал, — уже спокойно говорит альфа, но котик не слезает и упирается ручками в его грудь. — Чонгукки... Врач сказал, что с моим здоровьем всё хорошо и.., — Чимин немного теряется и нервно жуёт губу. — И что? Минни молчит, потому что очень сильно волнуется. Сердце так и хочет выпрыгнуть из груди. А по лицу Чона уже видно, что он сильно рассержен. — Хозяин... Давай, как там, — Чимин показывает пальчиком в телевизор, где показывают двух тигров во время половой охоты, — давай спаримся, Чонгукки. Альфа дёргается, скидывая с себя Чимина. Это была уже последняя капля. — Ты понимаешь, что ты говоришь? Или ты совсем тупой? Объясни! Почему ты каждый день лезешь ко мне?! Я же просил перестать это делать! На что я подписался, когда взял тебя в свой дом! — альфа выходит из комнаты, громко хлопая дверью. Доигрался... Чимин громко хлюпает носом и натягивает на себя одежду. Не нужно было этого делать. Малыш сворачивается в комочек и плачет. За всё время, что он живёт с Чонгуком, ему не удалось влюбить его в себя. Что он только не перепробовал... И всё зря. Даже советы Джина и Тэхёна не помогли. Может быть Тэ прав? Чимин действует слишком спонтанно и вводит Чона в тупик? Ведь все его действия любого напугают и смутят. Чимин принимает решение больше не поступать подобным образом. Лучше они будут общаться, как хорошие друзья, нежели альфа будет постоянно злиться на Минни. Котёнок выползает из гостиной поздно ночью, когда Чон уже спит. Он тихо зашёл в спальню и прилёг рядом с хозяином. Наверное, он до сих пор зол. И снится ему тоже что-то не очень приятное. Чимин залазит под одеяло и ложится очень близко к горячему телу хозяина. Он очень сильный и красивый... В такие моменты Минни готов разглядывать лицо самого родного человека всю ночь. Котик берёт массивную руку Чона и прикладывает её к своей щеке. Становится так спокойно от обычного касания. Минни тихо мурчит и трётся о тёплую ладонь. — Чонгукки, я люблю тебя, — шепчет мальчик и ложиться на грудь альфы, крепко обнимая того за шею. Чимин слышит стук его сердца и перестаёт дышать, прислушиваясь внимательнее. Их сердца бьются в унисон, и это заставляет котика смущаться и гореть от любви. Чувства настолько переполняли его, что он, забывшись, лизнул щёку Чона. Кошачий поцелуй. По телу Чимина резко разлилось непонятное тепло, а в голове возник туман. Сердце котёнка колотилось, как бешеное, и он не мог совладать своим телом. Чимин почувствовал сладость на языке, которая отдалась по всему телу волнами. В его крови уже текла эта сладость, и котёнок чувствовал её всем своим существом. Белая пелена вдруг пропала, и Чимин сделал резкий глубокий вдох, пытаясь отдышаться. Они истинные. — Чон... Чонгукки... Мы с тобой... судьбой друг другу предназначены, — Чимин судорожно оглаживает ручками лицо Чонгука. Он не знает, что теперь делать и совсем теряется. Слёзы начинают течь по пухлым щёчкам, а Чимин пытается успокоить свои чувства. Всё, что сейчас произошло, не должно было случиться. Чонгук не любит Чимина, своего истинного. Мальчик стирает горькие слёзы и смотрит на альфу с невероятной любовью и жалостью. Если человек не полюбил своего истинного сейчас, то им не быть вместе никогда, даже если судьба хотела свести их. Чонгук будет разочарован, когда узнает, что его истинной парой оказался Чимин, которого он моментами терпеть не мог. И котик уверен, что Чонгук возненавидит его ещё больше после этого. Нужно уйти и забыть Чонгука, как сон. Котёнок оставляет небольшую записку альфе, где благодарит за всё и просит забыть и не искать его. Чимин без конца плакал, когда писал последнее упоминание о себе в жизни Чона. Многие буквы получились смазанными, но текст можно было разобрать. Напоследок Минни целует Чона в щёку и шепчет о том, что сильно любит. Он выходит из квартиры, превращается в котёнка и убегает, оставляя после себя только толстовку, лежащую на холодном полу коридора. Он не знает, куда ему идти, но старается подавить в себе страх. Обратно возвращаться нельзя, потому что Чимин хочет, чтобы Чонгук был счастлив, а он только мешает ему. Маленький котёнок скрывается в ночи под сильным ливнем. Он вычеркнул себя из жизни Чонгука, потому что ему там нет места.