Walzer auf der Messerklinge Вальс на лезвии ножа

Она пришла в себя под утро, когда все было кончено, в памяти был провал, и тело горело от боли. Девушка попыталась двинуться, но поняла, что руки связаны веревками, оплетающими изголовье. Резкая боль внизу живота заставила сжать кулаки, так что острые ногти проткнули бледную кожу. С ужасом понимая, что произошло, Энж не могла больше сдерживаться и попыталась принять свой истинный облик. Веревки истлели, оставив на запястьях черные следы, и она увидела, что в комнате находится и Уизли. Отвращение и злость, волной поднявшаяся в душе, заставили две души разделиться, одна из которых должна была исчезнуть уже давно. Артур сел на кровати и с ужасом наблюдал за тем, как демоница направляется в сторону его Молли. — Уйди, пока жив, — прошипела Энж, стоило ему подойти. — Ты лишила меня счастья, — она смотрела на Молли, — отобрала любовь, мужей и мое тело. — Ты заняла мое место, и я должна была что-то предпринять. — Например, связаться с Часовщиком? Я уничтожу тебя. — Я хотел помочь, — голос Артура дрожал. Взмах руки, и парень летит в стену и, с глухим стуком упав на пол, теряет сознание. Девушка больше не сдерживалась. Горячие слезы текли по щекам, оставляя следы, а на кончиках пальцев плясало пламя. Она понимала, что Артур провел ритуал малой помолвки и переспал с Молли, привязав тем самым к себе, и не важно, что фактически это было изнасилование. Энж приблизилась к Молли и, видя в ее глазах страх, оскалилась. — Думала, я выхода не найду? — демоница щелкнула пальцами, и пламя перетекло на ладони. — Ты должна была остаться там, — ее голос сорвался, — он обещал, что даст мне время. — Идиотка, он Часовщик, — она подняла руку, — он шарлатан и обманщик. — А ты не лучше него. Дальше говорить было бессмысленно, и, притянув к себе рыжую, демоница схватила ее за горло. Хрипы ласкали слух, и только осознание убийства останавливало ее от финальной части. Было непривычно убивать даже ту, которая виновна в холоде между Энж и лордами. Лишь одно желание и воспоминание о том, как поступал с такими мессир. Он никогда не давал им даже шанса попрощаться, только холодные объятия смерти от его прикосновений. Душа осыпалась пеплом, в то время как Энж, упав на пол от бессилия, заплакала, сжавшись в комочек. Внутри все горело, и даже ликование от победы не утолило боль. Позвав домовика, она попросила перенести ее в комнату. Наплевав на то, что она до сих пор в школе, Энж продолжала плакать, пока чьи-то холодные руки не коснулись ее оголенных плеч. Это заставило вздрогнуть и открыть глаза. Перед ней сидела обеспокоенная Мелания и не знала, что делать, чтобы успокоить подругу. — Он, он изнасиловал меня, — голос Энж срывался на плач. — Тихо, — девушка попыталась успокоить ее и послала патронус Марволо. — Пошли, я помогу тебе принять душ. — Они же теперь откажутся, — все еще вздрагивая, говорила блондинка, пока подруга помогала ей дойти до ванны. Услышав звон сквозного зеркала, она оставила ее ненадолго и поспешила узнать, кто же откликнулся на зов. Мелания понимала, что подруге плохо, и как бы не стало хуже от произошедшего. В отражении зеркала она увидела жениха и, нервно улыбнувшись, приняла звонок. — У меня мало времени, поэтому быстро и по делу, — быстро проговорила она, услышав, как в ванной включили воду. — Все в порядке? — Нет, слушай, попробуй связаться с Леоном или Марволо. — Что случилось? — тут послышался звук падающего тела, и девушка, бросив зеркало, поспешила в ванну. Мелания с ужасом наблюдала за тем, как кровь стекает по рукам подруги, а на полу лежит кусок стекла. Наваждение быстро сошло и, выключив воду, она попыталась остановить кровь и привести подругу в чувства. Слезы застилали глаза, мешая холодно мыслить и найти аптечку, которая всегда была в шкафчике. Однако сейчас ее не было, и пришлось оторвать кусок ткани от ночной рубашки, чтобы перевязать раны. Дверь комнаты распахнулась и, ударившись о стену, немного треснула. В комнату вошел декан, и Мелания лишь успела накинуть на подругу полотенце, прежде чем он увидел ее наготу. Она смотрела на него с легким страхом и любопытством. Мужчина обвел взглядом комнату, прежде чем заметить в дверях ванной комнаты застывшую Меланию. — Что у вас произошло? — спросил он, сделав шаг в сторону девушки. — Артур Уизли изнасиловал ее, а теперь, — она всхлипнула, пряча руки за спиной, — она без сознания. — Я убью Альбуса, — сказал он и поспешил оставить студенток, вручив предварительно зелье. Энж пришла в себя через несколько минут после ухода декана и поморщилась от холода и боли. Заметив подругу в дверях, попыталась сесть, но голова кружилась, а на руках были повязки. Стало страшно от осознания, что чья-то установка вдруг сработала, и она едва не лишила себя жизни. — Просто скажи зачем? — она подняла взгляд, и ее крепко обняла рыдающая подруга. — Прости меня, — шептала она, чувствуя холодные руки девушки на своей спине. Через несколько часов, когда Марволо прислал патронус с просьбой ждать их, за завтраком декан Слизерина кидал на директора злобные взгляды, Энж не могла съесть даже кусочек тоста. Ее тошнило от самой себя, Уизли и гребанного тыквенного сока, который она ненавидела. Мелания выглядела не лучше, все время старалась держать подругу за руку и не выпускать ее из поля зрения. Вчерашнее ей показало, что какой бы силой не обладала ее Энж, она тоже чувствует боль. Ксенакис не могла просто отпустить ее и очень ценила ее доверие, которое изменилось, стоило вернуться Молли. — Я хотел бы объявить радостную новость, — хлопнув в ладоши, со своего трона встал директор. — Сегодня два любящих сердца свяжут себя узами брака под этими древними сводами, — он посмотрел на Энж, которая сжала руку подруги, так что побелели костяшки, но та словно не чувствовала. — Артур Уизли и Молли Прюэтт, — теперь все взгляды были прикованы к ней. — Какой брак? — она с трудом разжала пальцы и, чувствуя, как ненависть поднимается в душе, направилась к учительскому столу. — Молли, вчера ты сама дала согласие. — На что? На изнасилование? — голос девушка сорвался. — Какое изнасилование? — директор побледнел, но за очками проскакивали злые искры. — Простое, директор, — сказала она, обнажив запястья, — а это последствия. Вы. Двери зала распахнулись, и все обернулись, гадая, кто же появился столь эффектно. В сторону учительского стола шли четверо магов, троих из которых Энж знала, а вот четвертый был незнаком и нес в руках какую-то папку. Мелания робко встала из-за стола и направилась к своему жениху, после чего, прижимаясь к нему, тихо расплакалась. — Доброе утро, ученики, профессора. Кто не знает, — он развернулся к студентам, — Меня зовут Марволо Слизерин. Мы прибыли сюда за тем, чтобы наказать обидчика нашей невесты, — жестко сказал Марволо и посмотрел на директора, в то время как Энж подошла к Леону и он обнял ее. — Никакого изнасилования не было, — возмутился директор, и незнакомый мужчина достал из папки спрятанный фиал. — Это воспоминания Мелисандры о вчерашнем вечере, и мы требуем наказания не только для мистера Уизли, но и для директора, — кто-то ахнул, а по лицу директора начали появляться красные пятна. — Она сама согласилась и вела себя как портовая шлюха, — неожиданно подал голос Уизли. Энж дернулась, но Леон лишь сильней прижал ее к себе и кивнул Марволо. Маг сделал вдох и, посмотрев на директора с холодом, оградил всех щитом, который защитит их от заклинаний. Он едва сдерживался, чтобы не убить его до ритуальной фразы. Желание защитить того, кто стал так дорог и являлся при этом вассалом, все больше подталкивало к безумию. — Я, герцог Слизерин, вызываю на дуэль предателя кровь Артура Уизли и прежде даю ему шанс сознаться, — магия ворохом золотых искр пролетела по залу, словно давая добро. — Что вы творите? — возмутился директор, но было поздно. Магия обязала Артура выйти и встать напротив Марволо на расстоянии двадцати шагов. Энж задрожала, чувствуя, что может вновь потерять в этой дуэли любимого человека, но Дюваль не дал ей возможности смотреть на это. Он и сам не был в восторге, но простить кого-то за изнасилование девушки, в которую влюблен, не мог. — Я жду твоего признания, — сказал Слизерин и посмотрел на Уизли. — Мне что же признаться в том, что трахал твою подружку, и она стонала подо мной? — его ухмылка заставила скрежетать зубами многих. Марволо поднял палочку и, не произнося слов, отправил в недруга первую цепочку заклинаний, от которой тот успешно отбился. Следующая цепочка лишила его палочки, и Артур распластался на каменном полу безжизненной кровавой кучкой. Кто-то вскрикнул, а маг развеял щит и, призвав домовика, попросил отнести этот кусок трупа семье Уизли. — Вы поплатитесь за это, — Дамблдор подошел к адвокату, в то время как в зал вошли авроры. — Альбус Дамблдор, вы задержаны по подозрениям: отравление студентов, опаивание зельями, менталические закладки, и подталкивание к суициду, и уничтожение родов, — вспышка фотокамеры заставила директора приоткрыть рот в немом изумлении. Мадам Боунс дала знак, и двое авроров надели на старика антимагические браслеты, в то время как студенты тихо переговаривались, а Скиттер что-то упорно писала в блокнот. Марволо подошел к Леону и посмотрел на заплаканную девушку. — Энж, посмотри на меня, — его голос бархатом ласкал слух. — Вы же теперь откажетесь от меня, — всхлипнула она и отстранилась от будущего мужа. — Секс не проблема, — заявил Леон. — Секс не проблема, но магия... он ведь специально сделал это, — по щекам текли слезы, и на губах запеклась тонкой каймой кровь. — Мне кажется, он знал, что я не совсем человек, — стараясь говорить тихо, она бросила взгляд в сторону директора. — В первую очередь ты наша будущая невеста, и мы будем тебя защищать всегда, — Марволо ласково провел на ее щеке. — Мне страшно, — честно призналась она. — Не бойся, мы рядом. — Прошу прощения, если вы закончили, то нам стоит пройти в отдел аврората, — к ним подошла Боунс. — Ты сможешь перенести трансгрессию? — Марволо с беспокойством посмотрел на девушку. Она кивнула в ответ и, после того как двое авроров исчезли вместе с директором, Боунс кивнула адвокату. Мелания и Матвей также отправились в аврорат, где был долгий разговор, в ходе которого было выяснено много неожиданных фактов. Дамблдор был не только умелым манипулятором, но и получал большую часть наследства прерванных родов. — Я очень рад, что суд над директором будет проведен в ближайшие дни, — сказал Марволо, сидя на террасе ресторана и ожидая заказ. — Знаете, я чертовски боюсь, что он избежит наказания и все, что сегодня было сказано, просто превратится в прах, — Энж с тоской посмотрела в сторону. — Тогда мы просто убьем его, — мрачно сказал Матвей. — Я считала, убийства это моя стезя, — фыркнула девушка, и компания засмеялась. — Мы решили забрать вас из школы, — Леон загадочно улыбнулся. — Ура, мне больше не придется видеть эти лица, — Энж прикрыла глаза, массируя переносицу. — Но у нас ведь экзамены, — Мелания с легким упреком посмотрела на мужчин. — Сдадите их в Министерстве и все, — устало ответил Марволо. — И мы можем спокойно провести свадебный обряд, — приобняв невесту, сказал Матвей. Остаток дня они провели в компании Боунс и адвоката, которого нанял Дюваль. Вечером девушка сидела на камне около небольшого пруда и, закурив, думала о том, что произошло за последние дни. Она успела побывать в другом мире, лишиться девственности, которая ей была не нужна, но почему-то казалось, что это должно произойти с любимым человеком. Невольно вспомнилась первая ночь с некромантом, проведенная под звездами в лесу, куда они направились за травами. — Снова думаешь о том, как не повезло с мужьями? — усмехнулся Леон и сел напротив. — Думаю, о том, что порой веду себя не так, как следует вести демону. Мы же обычно жестокие и вроде бесчеловечные, а я влюбилась в двух смертных мужчин. — И эти мужчины держат тебя почти на привязи, — грустно сказал он. — Ты смеешься? — она прикусила губу. — Я не знаю, что было бы, останься я на том балу, и что было бы, если бы те охотники убили меня. Вы спасали меня столько раз, и только ради вас я еще не опустила руки. Боги, из меня вассал, как пьяная балерина, — закрыв рукой глаза, девушка тихо рассмеялась. — Знаешь, а пошли напьемся и будем доставать Марволо? — Я думал, что ты после этого происшествия не сможешь быть рядом с мужчинами, ощущая дискомфорт. — Секс — он везде секс, жаль, конечно, что эта бестолочь отдалась Артуру, как вспомню, аж тошнит. — Значит, ты все еще можешь испытывать приятные ощущения при соблазнении и сексе? — Дюваль, многих девушек в некоторых культурах или же в некоторых семьях после свадьбы берут насильно. Это не делает никому чести. Какой толк от того, что твоя жена после первой ночи будет бояться тебя и секс для нее будет как что-то болезненное. — Согласен, не очень приятная ситуация. — Так что насчет напиться? — Пошли, — он встал и протянул ей руку. Решили отправиться в бар, потому как Слизерин отсутствовал, как всегда задерживаясь. Девушка не контролировала, сколько выпила, и, когда увидела, что бутылка виски опустела почти наполовину, лишь усмехнулась. Леон пьянел меньше ее и даже предпринимал попытки успокоить девушку, но она желала оторваться на полную катушку. Прихватив с собой виски, они шли по ночному городу, рассказывая разные истории и смеясь над прошедшим. Энж вдруг помрачнела и остановилась на мосту, облокотившись на перила. — Ты в порядке? — Леон встал рядом. — Я только вспомнила, что порезы нанесла еще там, у Часовщика, а потом и в Хогвартсе, только в школе я не осознавала, что делаю. — Что было у Часовщика? — Это был мой знакомый, с которым Молли заключила сделку, чтобы лишить меня всего. А что она делала тут? — Лишила меня памяти, — хмыкнул он. — В смысле? — Убрала воспоминания о ритуале, и Марволо долго возмущался, что пришлось восстанавливать и искать ее, а потом, — он замялся. — Что потом? — она напряглась, чувствуя неладное. — В общем, был скандал и он не верил, что это не ты, а когда Молли послала нас в далекое путешествие, то зарекся помогать тебе, но вышло, как вышло, — он закурил и предложил одну подруге. — Значит, я не зря уничтожила ее душу. — Такое возможно? — Некроманты умеют и не такое, — горько усмехнулась она и выпустила дым из легких. — Боюсь даже спрашивать, что умеют магистры. — Могу сказать только одно: мне под силу убить и воскресить город. — Жутко, но интересно. — Я теперь понимаю, почему Марволо относился к этому всему с такой осторожностью, — стряхнув пепел и сделав глоток виски, девушка продолжила, — я бы тоже не помогала, если бы вместо мессира или кого-то из вас после ритуала вернулся другой. — Но ты признала, что любишь нас, а это, думаю, дорогого стоит, — в ответ она тихо рассмеялась, понимая, что натворила. — Насколько я помню, ты вообще не хотела быть женой или матерью, а теперь? — Видимо, мир Часовщика поменял мое восприятие. Когда Марволо сказал о дуэли, я побоялась, что могу потерять его. Это было странно, — девушка села на мостовую, оперевшись на перила, и посмотрела в сторону. — Я пробыла там полгода, хотя Марк запер меня там на десять лет. — Правда? — он сел рядом, наплевав на возможность запачкать костюм. — Это же мир Часовщика, там возможно все. — Что между вами было? — Боишься, что он мог покуситься на мое тело? Он, конечно, мог, но не сделал, иначе бы на одного хранителя стало меньше. Леон посмотрел на нее с легким недоверием, но вся ситуация была настолько запутанной, что судить о том, как и что произошло, было сложно. Он и сам понял, что ритуал был ошибкой, и задумался, почему его бабушка упомянула это. Сделав глоток виски, он тяжело выдохнул. — Я хотел извиниться, что настоял на ритуале, — отрешенно сказал он, не смотря на подругу. — Все, что должно произойти, все равно произойдет, и не было гарантий, кто из нас вернется. Мы вроде собирались пойти и устроить Марволо вынос мозга? — усмехнувшись и прикусив губу, девушка встала, а в глазах плясало азартное пламя. — Вот в кого ты такая? — со смехом простонал мужчина и встал следом. — В себя, — Энж забрала у него бутылку и сделала несколько глотков. — Чувствую, после этого вечера я долго пить не смогу. В кармане завибрировало сквозное зеркало и, поняв, что ответить нормально не сможет, она отдала его Леону и назвала кодовое слово. Марволо по ту сторону зеркала казался недовольным и в какой-то мере злым. Увидев брата вместо девушки, он немного опешил. — Привет, — Дюваль попытался быть серьезным. — Где вы? — Кто мы? Я или Энж? — Оба, — он старался не кричать. — Мы гуляем по городу, хочешь, присоединяйся. — Присоединяйся, — призывно заявила девушка и мелькнула в отражении, распивая алкоголь. — Какого черта у вас происходит? Вы что, пьяные? — Слизерин начинал срываться. — Ну, мы же не его Высочество Слизерин, который отдыхает только по ночам в обнимку с подушкой, — Энж понимала, что может сказать лишнего, но отчего-то разозлить будущего мужа хотелось. — Успокойся, — шикнул Леон. — Я сейчас вас найду и прибью некоторых, — сказал он и отключился. — И о ком он это? — усмехнулась девушка. Выпив еще немного, она стояла с легкой улыбкой, не реагируя на вопросы Леона, и ждала появления Марволо. Он появился спустя десять минут и, подойдя почти вплотную к девушке, посмотрел на нее выжидающе. Она не могла не признать, что он чертовски красив, особенно в свете фонарей. — Что мне с вами делать? — его голос заставил хитро улыбнуться. — Напейся с нами и просто отдохни, — блондинка подмигнула ему. — Мне утром на работу. — Ну и что? Я вот вообще должна переживать о том, что пропустила столько времени и одна особа отдалась кому ни попадя. Но вместо этого я хочу отдохнуть от этой боли и чувств. — А мне как реагировать на то, что я считал, что потерял тебя, а тут ты возвращаешься и бухаешь с братом? — Это тебе он брат, а мне он, как и ты, будущий муж. — Вот почему после всего я должен верить? — вопрос заставил руку дрогнуть, и бутылка виски разбилась о мостовую. — Можешь не верить, но я люблю вас, и если ты хочешь каких-то доказательств, то говори. — Энж, нет, — Леон коснулся ее руки. — Даже если я попрошу тебя прыгнуть с моста? — Вы издеваетесь? — Дюваль понял, что его ни во что не ставят, и закурил. — Я не хочу терять ее, — сказал он Марволо, на что тот только фыркнул. — Я верил ей и, даже когда понял, что после ритуала вернулась не она, пытался поверить, что все будет хорошо, а потом тот ресторан и происшествие в школе. — Тебе сложно поверить, что все встало на свои места? — ее голос был серьезен. — Да. Короткий ответ резанул по сердцу, заставив проглотить ком застрявший в горле. Она не понимала, почему чувствует именно этот спектр эмоций но, выдохнув, взяла себя в руки. — Я, Энж Кетч, — ее голос дрожал, — клянусь в том, что люблю герцога Слизерин и лорда Дюваля, являющихся моими сюзеренами. Пусть магия будет мне свидетелем, — стоило сказать последние слова, как порыв холодного ветра сорвал с деревьев последние желтые листочки, и они закружись в танце. — С такими клятвами стоит быть осторожней, — сказал негромко Леон. — Мне нет смысла жить без тех, кого я люблю, — горько заметила она. Вместо ответа Марволо обнял ее, чего не делал с момента проведения ритуала, чувствуя при этом жгучее желание защитить. Он хотел сделать ее счастливой, но то, что было, поселило в черной душе сомнения. Чувствуя запах духов, смешанных с запахом виски, мужчина лишь сжимал ее в своих объятиях. — Я с вами с ума сойду, — прошептал он. — Не сойдешь, — усмехнулась девушка. Остаток вечера они провели в каком-то баре, где Энж нарвалась на драку из-за того, что одна особо наглая девица решила соблазнить лордов. После драки она сидела за барной стойкой, пока Марволо, читая нотации, накладывал перевязки на левую кисть. — Я поняла: больше никаких драк, только решение словами, — пробурчала она, морщась от боли. — Мы могли бы и сами отказать ей, или у тебя руки чешутся? — Леон, как и Слизерин, был крайне недоволен. — Да, чешутся, я так давно мечтала оторваться и врезать кому-нибудь. — Сумасшедшая, — подвел он итог. Было приятно оказаться дома и, приняв горячий душ, растянуться на кровати, не переживая о том, что она не выберется. Все это заставило задуматься, а стоила ли ее смерть погибели Серых пустошей, смерти Арчи и почти помолвки? Что касаемо помолвки, то она чувствовала, что не стоит этого делать, словно крылось в простом ритуале нечто опасное или их жизни не станут больше прежними. Хотя после всего она уверена, что жизнь и не станет прежней, если только это не сон. А повязки на руках служили доказательством правды. Она уснула с первыми лучами солнца и была разбужена спустя несколько часов домовиком, который сказал о завтраке и исчез. Хотелось послать всех в дальнее путешествие и проспать до вечера из-за похмелья, накрывшего ее. Однако на тумбочке обнаружилось зелье от этого недуга, и пришлось смириться с участью быть вовлеченной в дела герцога. — Ты собираешься вот так в Министерство? — Марволо сидел за столом, с изумлением смотря на нее. — А что не так? — она поправила майку с какими-то символами и, слегка шаркнув ботинком о ботинок, направилась к столу. — Менталитет. — Марволо, вот честно, — она сделала глоток кофе, — мне не шестнадцать лет и даже не двадцать пять. Мне почти сотня, и думать о том, что носить, уже бесполезно, тем более вам пора двигаться дальше, а то застряли в Викторианской эпохе. — К чему ты клонишь? — К тому, что даже во Франции, где мне довелось побывать, маги не только следуют маггловской моде, но используют некоторые вещи, только переделанные под магические потоки. Я думала, ты как политик, да и, в конце концов, герцог, пусть еще и не полностью подтвержденный, должен знать о развитии страны. — Я чувствую, у меня будет очень увлекательная осень. — Да ну нет, — простонала девушка, — ладно, мой тебе совет. Сходи к Маре или Кристофу, пусть они покажут тебе хотя бы минимальный набор, который есть в любом доме. Хотя я не уверена, что ваши аристократы оценят, все же мы еще вне закона, так сказать. — Сегодня мы легализуем вас, и вы станете новыми жителями. — А откуда мы, по-твоему, пришли? — Ну, — он замялся. — То-то же. Прежде чем делать их частью вашего мира, следует продумать легенду, хотя, насколько я знаю, им достаточно пройти регистрацию в банке и отправить сюда нескольких магов для переписи. — Ты противоречишь сама себе. — Нет, я просто поняла, что ваш мир связан с другими, куда ушли феи, эльфы и другие. — Но среди твоих есть и демоны, и люди, и даже ругару или лугару. — Есть, и как их хранитель я должна им помогать, — пожав плечами, ответила Энж, — но видишь, в чем проблема. Им нравится тут. — С чего ты взяла? — Просто посмотри, как быстро они построили свой небольшой городок, облагородили ближайшие земли, восстановили в твоем замке поля, продукты с которых прямиком попадают на твой стол. — Я окончательно запутался. — Смотри, — она устало вздохнула, — сегодня у нас суд с директором, а завтра когда ты официально взойдешь на престол я как представитель с некоторыми моими людьми дам тебе повторную вассальную клятву. — Тогда никто не посмеет вас тронуть. — Дошло? Возьми печеньку с полки, молодец. — Но что потом? — Потом отмена всех тех законов, которые не закреплены магией. — Значит, это снесет все ограничения по ритуалам и зельям. — Да, но помимо этого ты представляешь свод законов, которому будут подчиняться все и неважно кто ты царь или продавец. — Логично, но что-то мне подсказывает что светлая сторона не оставит все вот так. — Безусловно, будут те, кто пойдет против нас, но подумай, сколько родов прервались из-за него, сколько студентов были доведены до суицида. Если бы не Мелания тогда в спальне я бы так и осталась в ванной со вскрытыми венами. — Вот хотел спросить, зачем ты это сделала? — Навязчивая идея. Я боялась, что вы теперь после выходки этой бестолочи откажетесь от меня. Осознание того что ты аристократка, которую лишило девственности какое — то рыжее недоразумение сработало как точка невозврата. Когда в моих руках появился кусок стекла, я пыталась сопротивляться, но что-то словно заставило, а потом, увидев кровь, я поняла что либо умру на холодном полу либо выкарабкаюсь, но тут и появилась Мелания как спасательный круг. — Все равно в это сложно поверить, но не об этом сейчас хотя к делу это относится, — он отложил вилку, которой собирался отломать кусочек блинчика с шоколадом. — Сегодня на суде тебе дадут сыворотку правды, и ты не должна говорить кто на самом деле. — Почему? — В зеркало на себя утром смотрела? — Нет, — настороженно ответила она и, наколдовав зеркало, едва не вскрикнула. Из отражения на нее смотрела Мелисандра Прюэтт какой она была до того как душа Энж попала в ее тело. — Как это понимать? — Я ведь не мог оставить все вот так. После ритуала, когда я понял, что вернулась не ты, то решил подстраховаться и нацепил на Молли один артефакт блокирующий твою внешность. Все кто знал тебя вроде меня, Леона и твоих двух друзей видели тебя прежней, а вот остальные Уизли и директор видели Молли. — Я боюсь спросить, что за артефакт и где он. — Серьга на хрящике левого уха скрытая чарами. — Ты, вызываешь во мне сейчас противоречивые чувства. — Какие? — усмехнулся маг. — Я поражаюсь твоей гениальности и безрассудству ведь она могла и узнать об украшении. — Как ты могла заметить, она не знала. Ладно, давай завтракай и мы отправляемся. Энж тяжело вздохнула, но принялась за завтрак, состоявший из овсянки с ягодами и крепкого кофе. Она даже не спрашивала, почему Леон не спустился к завтраку ссылаясь на то, что ему очень нехорошо после вчерашнего. Однако в замке он вчера и не появлялся непонятно как трансгрессировав к себе во Францию. Приемный зал Министерства был полон магов, журналистов и самолетиков которые летали туда — сюда нервируя окружающих. Энж пришлось отдать палочку на проверку, после чего к ней подошел какой-то служащий и, кивнув Марволо, пригласил ее следовать за собой. Они шли по полутемным коридорам Министерства и, дойдя до резных дверей, вошли в зал суда, где уже собрались многие лорды. Они бросили на девушку оценивающий взгляд, но та лишь поправила ворот кожаного камзола и гордо прошла мимо удивленных лордов. Девушка села на длинную лавку, где сидели свидетели, в числе которых оказалась Мелания. — Все будет хорошо, — шепнула она ей на ухо, и взяла подругу за руку, делясь магией. — Конечно, — Мелания блаженно улыбнулась, а Энж подумала, что магии было много, но тут послышался стук молотка. Сегодня их судьей и палачом был невысокого роста мужчина в черной мантии. На шее у него висел амулет с лунным камнем, в котором угадывалась работа Алекса. Амулет защищал от чтения мыслей и легких проклятий. Мужчина прокашлялся и еще раз стукнул молотком, призывая к тишине. — Сегодня пятнадцатое сентября тысяча девятьсот шестьдесят пятого года мы выслушаем свидетелей и пострадавшую в деле об изнасиловании леди Прюэтт Артуром Уизли, а так же рассмотрим дела о доведении до самоубийства, уничтожении родов и хищении чужого имущества Альбусом Дамблдором. Начнем с леди Прюэтт, — он посмотрел на девушку и указал в сторону кресла, на подлокотниках которого висели цепи. Она пыталась успокоиться, ведь видела деяния и похуже чем суд, но впервые судили ее. Нет, она не осужденная она просто пострадавшая. Вдох, выдох. Девушка села в кресло и несколько поморщившись от его жесткости, в ожидании посмотрела на судью. В этот момент к ней подошел медик и вручил стакан с водой, в котором было зелье правды. Выпив содержимое бокала, и ощутив как язык немеет, Энж расслабилась. — Леди Прюэтт, вы подтверждаете, что подали заявление в суд на Альбуса Дамблдора за то, что он пытался прикрыть Артура Уизли? — Подтверждаю. — Почему он прикрыл его. Вы знаете? — Он изнасиловал меня. — Кто убил его? — Мой будущий муж вызвал его на дуэль, чтобы очистить мое имя, но дал ему шанс признать свою вину, однако, — он сглотнула, едва сдерживая слезы. — Он отказался. — Можно и так сказать. — Почему вы подали в суд именно на Дамблдора, а не на отца мистера Уизли? — Потому что он не только прикрывал его, но и причастен к подобным развлечениям своих учеников. Сами подумайте, мы лорды и леди основная сила этого мира, в котором помолвки заключаются едва ли не с рождения, а что будет, если дочь возьмет и влюбится в Предателя крови? Мало того влюбится но и переспит не изгоните ли вы ее из рода? — заметив на лицах некоторых боль она поняла что попала в нужное русло. — После этого случая мне не только необходимо прийти в себя, но и провести ритуалы, дабы очистить свою магию. — Подобные ритуалы являются запрещенными, — воскликнул кто-то среди лордов. — Прошу прощения, — ахнула девушка и посмотрела на судью, — я могу встать? — Конечно. — Несмотря на то, что у меня есть адвокат для подобных вопросов я хочу знать сама. Кто сказал, что ритуалы по защите, бракосочетанию, восстановлению, укреплению и очистке являются запрещенными? Магия изначально держится на таких составляющих как: ритуалы, дары, традиции. Я думаю, мне не стоит объяснять, почему нужны эти аспекты? — Это пережиток прошлого. — Пережиток прошлого это гоняться за мамонтом с копьем, а это реальность, — холодно ответила она и продолжила. — Раз многие в этом зале забыли, что такое маг то я возьму наглость и напомню. Ритуалы — делятся, а множество видов и запрещены из-за кровной магии, которая якобы убивает человека, но, — она развернулась и посмотрела на женщину в красной мантии, — леди Авалос, скажите сколько нужно крови для защиты ребенка? — Капля крови матери и несколько волос ребенка. — Идеальное сочетание, — улыбнулась она и развернулась. — Дары — являются обязательным атрибутом любого ритуала или вы думали, магия дается просто так? Равноценный обмен — едва ли не главное правило. Если вы отдаете дары, то магия может вас благословить и дать что-то. Традиции — не так просто все мы празднуем Самайн, Йоль, Русалью неделю, Вальпургиеву ночь. Все это связано между собой и говорить о том, что это пережиток прошлого? Побойтесь магию. — Леди Прюэтт, мы можем вернуться к обсуждению вашего дела? — судья хоть и казался задумчивым, но все же попросил ее закончить лекцию. — У вас есть еще претензии к мистеру Дамблдору. — Есть и не одна, но это я доверю своему адвокату, — она села обратно в кресло. — Как и говорила леди Прюэтт, к мистеру Дамблдору у нас есть некоторые вопросы, которые мы не могли задать в аврорате, — он отдал бумаги секретарю, а тот передал судье. — Мы ознакомимся с этим делом после заседания, а пока дайте леди Прюэтт антидот, — судья отложил бумаги. — Мисс Мелания Ксенакис, прошу, — он указал на уже пустое кресло. — Что вы помните о той ночи? Суд продлился еще час, за который Энж извелась, мечтая уже уйти из этого места и не появляться тут, но волна негодования возросла, когда адвокат девушки показал всем воспоминания. Девушка даже немного стушевалась, ожидая, что сейчас проскользнет момент, когда она приняла свой облик, но нет. Было видно лишь, как Уизли наложил Империо и воспользовался ею, а потом был магический выброс от шока. Все закончилось хмурыми переглядываниями и объявлением перерыва на два часа, которых вполне хватит, чтобы подготовиться к следующему делу. Сидя в небольшом кафетерии находящимся внутри Министерства Энж и Мелания ждали Марволо и Матвея. Заказав кофе и пирожки, девушки долго не решались начать разговор, рассматривая посетителей. — Слышала, что Дамблдор теперь попал, — негромко сказала одна за соседним столиком. — И неизвестно с чего бы такие обвинения, — хмыкнула вторая, — он всегда был на стороне магглорожденных, а теперь эта аристократка Прюэтт. — Думаю, она специально оклеветала его. Ты видела герцога? Завтра будет коронация и он такой красивый и наверняка одинокий. Может, попробуем? — Ты разве не знаешь? Он при всем Хогвартсе заявил, что Прюэтт его невеста. — Это не может быть правдой они даже не помолвлены. — Все об этом говорят. Мелания слегка задела подругу и заметила, что в ее глазах пляшет пламя. Однако не прошло и минуты, она моргнула, и пламя исчезло, словно его никогда не бывало. К ним подсели мужчины, и начался ничего не значащий разговор о погоде, суде и будущем. Уже собираясь уходить, Энж обняла будущего супруга. — Некоторые положили на тебя глаз и если меня попытаются убить, то не мешай им. Нам необходимо чтобы леди Прюэтт исчезла, а на ее место встану я, она говорила так, чтобы слышал только он. — Для этого не обязательно идти на убийство, — прошипел он. — Есть идеи лучше? — Есть и в этом мне поможет Леон и зелье. — Я так думаю, будет то еще зрелище. Однако я бы предпочла убийство, — он крепко сжал ее запястье, словно протестуя, но через пару секунд отпустил, собираясь покинуть это место. Остаток дня прошел в зале суда из которого она выбиралась лишь дважды ради того чтобы перекусить и подумать что же задумал Марволо. Когда часы пробили шесть и большая часть работников начала собираться домой, в атриуме появился Слизерин с неизвестной блондинкой, в которой Энж узнала себя. Девушка удивилась и даже фыркнула от смеха, когда он поцеловал ее. Догадаться, что это был Леон под обороткой, было не сложно, но вот достойно сыграть это другое. — Быстрее снимай, — послышалось рядом, и мимо нее пролетел светловолосый вихрь в сторону герцога. Вспышка фотокамеры заставила надеть маску преданной девушки, и слегка сбиваясь с шага направиться в сторону лорда. Многие маги, наблюдавшие за этой сценой пришли к выводу, что Слизерин так и не смирился с тем, что его невесту обесчестил какой-то недоумок, и он решил вот так показать, что он на самом деле думает об этом. — Как ты мог? — голос девушки срывался от кома в горле. — Я решил, что наша помолвка не имеет смысла быть, — холодно ответил он, сжимая талию друга, чтобы тот не рвался в бой. — Я нашел более выгодную партию и предлагаю тебе сделку. — Какую? — она бросила взгляд на Леон, который едва сдерживался от смеха. — Я даю возможность тебе покинуть страну и начать новую жизнь тем более я нашел для тебя хороших учителей в Германии. — Я ненавижу тебя, — вскрикнула она и побежала прочь почти, не видя вспышек камеры. Такая новость не заставила себя долго ждать и статья, появившаяся в Ежедневном пророке, спустя пару часов доставила Слизерину некий дискомфорт от наплыва негативных дамских писем. Энж лишь хихикала от подобного проявления женской солидарности, но и сама оказалась не обделена письмами. Приказав домовику сжигать их, она вышла на балкончик и сев в плетеное кресло взяла со столика чашечку кофе. Ночное небо манило своей красотой и, очаровывая, скрывало в своих недрах опасность, к которой стремятся люди. Вдалеке слышалась музыка, видимо кто-то из местных праздновал свадьбу. — Мне стало интересно, — на балконе появился Марволо, — какие изменения предложишь ты. — Все зависит от того в каком направлении ты хочешь сделать новую остановку. — В целом. — В целом я бы изменила школьную программу, моду, культурную жизнь магов и естественно коллегию мастеров. Ваши маги боятся своего прошлого и своих знаний, которые им оставили предки. Ты, должно быть, слышал, что было на заседании суда, и моя небольшая лекция заставила некоторых задуматься. — Я бы посчитал это фарсом, если бы плохо тебя знал. — Знания — сила, пренебрежение ими — грех. — Тогда не вижу смысла показывать тебя мастерам. — О нет, это важная часть не только для меня, но и для моих людей. Среди них много талантливых магов и если ваша светлость вновь откроет кузни, заповедники, парки, полиграфии и еще несколько нужных мест то мы не останемся в долгу. — Это я смогу решить, но как быть с тем, что не хватает места? — Данный вопрос оставь мне и Леону, но ты уверен, что никто не поддержит Дамблдора? — Не уверен, но думаю, от нашего союза будет намного больше перспектив. — Тогда отдадим должное мессиру и создадим своего рода куб по интересам. — Партию. — Вроде того. Но будь готов к тому, что нам нужны не только места в совете Министерства, но и твоя поддержка. — Завтра вы принесете клятву, и это решит многие вопросы. — А где Леон? — Не знаю, исчез после той ситуации в Министерстве и еще не приходил. — Отмывается от поцелуйчика, — поддразнила девушка и засмеялась. — Я когда — нибудь найду на тебя управу. — Обязательно, — фыркнула она и посмотрела на герцога. — Знаешь, прошло меньше года, а за это время моя жизнь несколько раз перевернулась с ног на голову и кто знает, что будет дальше. — Я знаю. — И что же? — Мы проведем ритуал и будем женаты. — А я ставлю, что развитие страны займет более важную роль, нежели женитьба. — Но ты не учла того что в таком случае твои действия будут иметь вес. — Логично чужестранку никто не захочет слушать, даже если она под протекцией герцога. — В таком случае мы либо действуем тихо, либо проводим ритуал. — Тихо мы не умеем. — Поэтому ритуал выгоден. — Не могу не согласиться. О нас пока знают только гоблины. — И один из клана Острого клыка прислал на рассмотрение письмо, в котором просил твоего покровительства, чтобы сделать предложение одной девушке из твоего народа. — Гоблин просил покровительства демона? — Я тоже удивился, но можешь сама прочесть, — он протянул письмо. — Занятно, — хмыкнула девушка, прочитав содержимое письма. — Думаю, с этим стоит идти к семье старого Клыка и желательно с самим женихов. — Это уже похоже на русскую традицию, — он несколько раз щелкнул пальцами, вспоминая, — сватовство. — Значит, завтра мы отправимся в банк после церемонии. Ох, и шуму будет. — Он будет в любом случае. Утром следующего дня Энж пришлось основательно повозиться, чтобы выглядеть достойно, как выглядел бы Арчибальд. Он всегда был примером, и в какой-то мере на него можно и стоило бы ровняться, но сегодня она одна идет присягать герцогу Англии. Сегодня утром начнется новая история для нее, для народа и для Слизерина, который рискнул и взял их под крыло. — Неплохо, — усмехнулся Марволо, разглядывая форму подруги, когда она явилась на завтрак. — Традиционный военный китель, — коротко ответила она. Костюм чем-то напоминал военные мундиры девятнадцатого века с серебристыми нашивками и несколькими вензелями по воротнику. Девушка не пожалела надев брюки и сапоги на каблуке украшенные такими же вензелями. На манжетах поблескивали запонки с темно — синим опалом и выгравированным знаком некроманта. Корона, оплетённая плющом — как символ свободы и защиты носителя. — Кто идет с тобой? — маг отвел взгляд в сторону. — Мара, Кристофер и думаю, на этом закончим. Я переживаю лишь за то, что на нас могут напасть все ж вчера мы упрятал за решетку Дамблдора и это может сказаться. — Я недаром провел столько времени работая, — прошипел он. — Успокойся, — фыркнула она и быстро выпила кофе. — Я ушла. По дороге в деревню она размышляла о том, стоило ли подумать над защитой, но отвлекшись на лавку с амулетами, столкнулась с парнишкой смутно напоминавшего Часовщика. — Простите, ваша милость, — быстро сказал он и ушел в сторону зельеварни. — Тебе кажется это странным? — Мара оперлась на трость. — Немного, где Кристоф? — Я тут, — мужчина подошел к ним в военном мундире только запонки, как и у Мары, были красными. Круглая площадь, на которой были выложены знаки из камней и в середине стоял трон, понемногу наполнялась магами. Среди них Энж заметила людей из Серых пустошей, на которых остальные странно косились. Едва не фыркнув об уровне магии и интересах англичан, блондинка наблюдала за людьми. — Приветствую каждого кто пришел, — около трона возник мужчина в мантии и зазвучали фанфары. — Сегодня мы здесь собрались, чтобы встретить нового герцога, который поведет нас в будущее. Возле трона появился Слизерин, и слегка склонив голову в знак приветствия, развернулся к трону. Энж знала, что ему стоит просто сесть на него, а там уже дело за магией. Он мог погибнуть или вовсе исчезнуть, если магия сочтет его недостойным. Маг сел на трон и она с легким изумлением смотрела на то, как вокруг него сначала кружил темный туман, а после лепестки черных роз осыпали его, и на голове появилась черная корона инкрустированная темными камнями. — Маги Британии, — он встал и, несмотря на легкую бледность начал говорить, — Магия требует, чтобы вы вспомнили кто вы на самом деле, — каждый чувствовал его силу, и Энж слегка приподняла бровь, гадая, что же могло послужить такому приливу. — Вспомните свои знания и силу, вспомните, почему Магия даровала вам свое благословление, — маги приклонили колени все кроме Энж, которая просто склонила голову смотря на него как на равного. — Герцог Слизерин, — она вышла вперед. — Мое имя Ангела Кетч, я и мои люди прибыли к вам, чтобы принести вассальную клятву. — Откуда вы? — Мы из мира, который больше не существуют, — вокруг послышались тихие шепотки. — Что вы можете предложить нам? — Знания, силу, помощь и не только это, — Кристоф подошел ближе и откинул крышку резной шкатулки, отчего разноцветные блики заставили близкостоящих закрыть глаза. — Герцог Слизерин, в этой шкатулке ровно десять тысяч алмазов, — за щелчком фотоаппарата последовали ахи. — Я благодарю вас за подарок и готов принять клятву, — его голос ласкал слух, — преклоните колено, леди Кетч. — Я, леди Ангела Кетч, прошу герцога Слизерин принять мою клятву верности и вечно служения во благо герцога и защиты его Величества в обмен на защиту моего народа. — Я, герцог Слизерин, принимаю клятву леди Кетч и даю защиту ее народу в обмен на служение мне. Магия окутала их золотым сиянием и маги, немного опешившие, что неизвестная чужестранка принесла оммаж раньше них, неуверенно захлопали. Начали мелькать вспышки фотокамер, и Марволо улыбнувшись Энж, попросил встретиться с ним через час в кабинете Министерства. Троица неизвестных магов эффектно исчезла с площади, оставив новоявленного герцога на растерзание СМИ. Впрочем, он против не был и быстро расставил все точки в разговорах о сорвавшейся свадьбе и о том кем на самом еле были трое магов. Сообщив лишь, что они могут многое показать этому миру. Вернувшись в замок, девушка сменила свой наряд, на более привычный образ, состоявший из джинс, кед и черной рубашки под темным плащом с кожаными вставками. В этот раз ее образ завершал темный макияж и легкая прическа. Через полчаса она гордо шагала по атриуму Министерства, снисходительно смотря на магов. Чопорные англичане провожали ее возмущенными и завороженными взглядами, считая, что она должна была прийти с охраной. Однако сама девушка не видела в этом смысла, ибо протекция герцога давала волю во многом. Постучав несколько раз по темной двери она вошла внутрь и усмехнулась, увидев уставшего Слизерина держащего в руках зелье из ее запасов. — Подданные достали? — она села в кресло для посетителей и закинула ноги на другое. — Не только они, — фыркнул мужчина, — мне столько помолвочных писем пришло. Сама посмотри, — он указал на стопку писем. — Что тут у нас, — она взяла первое и расплылась в улыбке. — Все как я люблю любовное зелье, спрятанное под ароматом духов. — Вот почему заклинание ничего не определило. — Большая часть из них содержит одно и то же зелье, а другая содержит зелья привязывающие к себе. — Как ты это поняла? — Живя с некромантом и не такому научишься, — тихо засмеялась собеседница. — Что касаемо некромантов, — он слегка хлопнул по столу, — я договорился с гильдией и завтра в десять они ждут тебя. — И на кого мне сдавать, если с вашим уровнем силы я тяну как минимум Магистра, а то и на Творца. Только не говори, что мне надо объяснять, почему Творец? — надеясь, спросила девушка, видя удивление друга. — Нет, но если ты сдашь все это — то получишь в обществе вес. — Ну да, мало кто ожидает от подростка мощи. — В том то и дело, — он сложил пальцы в замок, — они не знают тебя и твоего возраста. Конечно, для мага сотня лет это мало, но и в свои сто, а то и сто пятьдесят многие не знаю некоторых вещей. — Занятно. — Ты говорила, что нам надо в банк, но перед этим я бы хотел тебе предложить пообедать. — Ваше Высочество теперь примут везде и даже сделают скидку, — усмехнулась собеседница и выкинула письма в камин. — Думаю, мое Высочество имеет право пообедать со своей невестой, — мужчина подошел к ней и протянул руку. — В таком случае как я могу тебе отказать? — встав с кресла, Энж улыбнулась и поцеловала герцога. Пообедать решили в одном из ресторанов на Косой Аллее и пока шли, разговаривали о том, что стоит поменять. Маги провожали их взглядами и некоторые пытались что-то сказать, привлекая внимание. В отдельном зале ресторана было тихо и стиль арт деко создавал ту неповторимую атмосферу уюта и отдыха. — Что ты сам планируешь делать с Косой Аллеей? Твои люди ждут, что ты расскажешь о том кто я и мои люди. — Я и рассказал что вы прибыли из другого мира, в какой могли уйти другие расы. — Мне бы показалось, что я несу опасность. — Я сделал ставку на то, что вы принесли с собой знания, которыми можете поделиться. — Не за просто так. — Естественно, какой уважающий себя волшебник сделает все просто так? — Например, я могу взять в ученики тебя или Леона или вовсе Меланию. — Ты демон. — И что? — Если они об этом узнают, то вовсе начнут беспредел. — Не самая хорошая новость. Однако они меня видят человеком и пока считают что я подросток, который пришел давать вассальную клятву со старушкой и мужчиной выше двух метров я буду в безопасности. Интересно, спустя время мне придут брачные контракты? — Ты показала себя правителем тех людей, и я держу пари, что многие почувствовали твою силу, а когда вы преподнесли подарок то и вовсе. Кстати, откуда вы взяли столько алмазов и почему именно десять тысяч? — Точное количество я не знаю, но примерно там плюс минус пятьсот штук еще, а что касаемо камня то знающие люди прочтут подарок. Алмаз нельзя сокрушить и этот подарок значил лишь то, что мы признали тебя как сильного правителя. — Где вы столько достали? — Это из моих запасов. Ты же не думал, что мессир оставил свою любимую без сокровищ? — она видела, как он сжал вилку от ревности. — Однако наша основная проблема сейчас не мессир и даже не аллея. Нам пора в банк. В банке было людно даже очень. Свободных клерков на всех не хватало и большей частью клиентов были люди Серых пустошей, которые желали открыть счета или вложиться в какое-то дело. — Пусть золото прибывает в ваших сундуках, а недруги корчатся в адском пламени, — девушка слегка склонила голову в знак приветствия. — Если бы вы знали, как мы желаем вас отблагодарить, — улыбнулся гоблин. — Я даже знаю как, но об этом узнает только директор. — Конечно, леди. Коротышка повел их в кабинет директора, рассказывая о том, сколько людей пришедших с ней уже открыли счета. Энж оставалось лишь позавидовать скорости зеленошкурых и возможности получить нужный процент. Стук в дверь отвлек от мыслей, и она приготовила письмо от гоблина. — Директор Рагнок, — она мило улыбнулась. — Леди Кетч, герцог Слизерин, что привело вас ко мне? — он указал на кресло. — Не так давно один целеустремленный юноша из клана Острого клыка отправил мне письмо с просьбой о покровительстве ради предложения одной из моих подданных. — Занятно, могу я посмотреть на письмо? — Конечно, — она отдала пергамент. — На ком желает жениться юный Таир? — Фелони, — коротко ответила девушка. — Из какого она клана? — Их клан уходит в далекое прошлое и называется Луис нера. — Прошу подождать минутку, — он постучал по каменному диску.