Твои тёплые руки

      Когда Вы ощущаете пустоту? Когда в комнате нет ни единого человека? Или когда на душе так тяжело, что дышать сложно? Что вы буквально заставляете свою грудную клетку подниматься, чтобы подхватить новую порцию воздуха? А может тогда, когда вы не чувствуете абсолютно ничего? Нет никаких мыслей, эмоций, желаний. Ваша личность потихоньку угасает, теряя свой прошлый характер. Когда полностью устраивает образ жизни ленивца, который только смотрит на мир, еле хлопая глазами. Никакой деятельности и пользы. Ничего. Именно таким стал Кристофер Шистад, который в свои восемнадцать обзавелся рыжей бестией, от которой был безума несколько месяцев назад. Их жизнь была наполнена жарким сексом, бешенными вечеринками и любовью. Настоящей и искренней. И сейчас молодые люди живут вместе в доме матери Эвы. И они как-то отдалились друг от друга. Нет той крепкой связи, нет той искры, нет того желания. Обыденная жизнь накрыла с головой. И сейчас Кристофер сидит на диване в гостиной и бесчувственно пялится в стену. Он не выходит из дома уже две недели, объясняя Эве, что он болеет. А она слепо верит. Покупает ему дурацкие лекарства, которые он не пьёт, кормит полезной едой, которую он выплевывает в мусорный пакет, пичкает витаминами, которые ему вовсе не нужны. Если бы были таблетки для возвращения любви…       Мун должна прийти с минуты на минуту с учёбы. Раньше Кристофер с нетерпением ждал её. Считал секунды, чтобы обнять её и прижать к себе. Вдыхать аромат любимой вишни и мяты. Гладить прекрасные рыжие волосы. А сейчас. Ничего. Абсолютно ничего. Его глаза скользят по стенам, незаинтересованно уже в сотый раз смотрят на общие фотографии, где они счастливы. Несколько месяцев назад. Воспоминания не приходят. Сердце приятно не ноет. Ничего не дёргается. Ничего не происходит. Дверь открывается, и парень слышит цоканье каблуков. И её дурацкий голос, который был таким родным. Эва заходит в кухню и ставит пакеты с продуктами на стол. Она попутно разговаривает с кем-то по телефону. Наверное, с лучшей подружкой Нурой. Они познакомились еще в школе. Открывает холодильник и видит, что парень не притронулся ни к чему. Вчера вечером после университета Мун потратила последние силы, и чтобы приготовить Кристоферу его любимую пасту с помидорами. Она вложила в блюдо всю душу. Всю свою любовь. Она хлопает дверцей холодильника и быстро подходит к дивану. Огибает его и садится рядом с парнем. — Когда я уходила, ты сидел здесь. И когда пришла, ты все тут же. В той же позе, — Эва кладёт свою голову на плечо к парню. — Ты даже не покушал сегодня. Что-то случилось? — ее тёплые руки обнимают холодное лицо и пухлые губы нежно целуют лоб, щеки. Раньше парень бы открыто наслаждался её ласками, а сейчас… Что с ним сейчас? Кристофер ничего не отвечает на прикосновения, продолжая смотреть на стену напротив. — Как тебе кофточка? Купила на распродаже… — Эва встаёт и медленно крутится туда-обратно, демонстрируя новую вещь. Шистад лениво отрывает взгляд и мельком оценивает противную кофту, которая вовсе не шла Мун. — Милая, — выдавливает из себя парень, не желая обидеть Мун. — А ещё я купила новое белье… —тихо шепчет она, присаживаясь рядом. Её губы ласкают ухо. Её руки гладят его грудь, медленно перемещаясь на бедра, чуть сжимая. Но ничего. Он ничего не чувствует. Раньше она могла за пять секунд довести его до возбуждения своими тёплыми ладошками, а сейчас ничего. Как только её рука дотронулась до ремня на джинсах, парень грубо отдернул её. — Не сегодня. Я не хочу, — хрипит он. — Понятно, — отвечает Эва, поднимаясь с дивана. Она заходит в кухню и садится на стул. Думает, что такое поведение из-за того, что он болеет, и ему тяжело. И капризничает по этому же поводу. Но ничего не успокаивает. По её щекам текут слезы, которые Мун пытается быстро убрать. Старается не издавать лишних звуков, но случайно она всхлипывает, закрывая рот руками. Шистад слышит и закатывает глаза. Нет, она его не бесит. Он холоден с ней. — Опять плачешь? — кричит он, не сдвинувшись с места. — Хватит реветь. Это выглядит жалко.       Эва встаёт со стула и вновь подходит к парню. Она смотрит на него, и на глазах вновь появляется пелена от слез. Она контролирует себя. Она должна быть сильной. Эва Мун не слабачка. — Что с тобой, Крис?.. — выдавливает из себя рыжая. — Ничего серьёзного. Я просто устал. Дай мне время, — Шистад откашливается и протирает глаза руками. — Ты холоден ко мне с недавних пор. Думаешь, это незаметно… — шепчет Эва, присаживаясь рядом. — Ты преувеличиваешь. Я правда устал от всей этой жизни… И от тебя в том числе. Слишком рано я решил связать себя официальными отношениями. Не нагулялся. Я любил тебя, Эва, но чувства прошли. Я не властен над этим, — он ни разу не взглянул на неё за все это время. Эва опустила голову и старалась успокоиться. Она не хотела плакать перед ним. Он не кричал, не истерил. Говорил тихо, но внятно и понятно. Эва прекрасно знала, к чему это ведёт. — Ты хочешь разойтись? — шепчет она, переминая пальцы. — Да, — он впервые посмотрел на девушку, которая понимающе качала головой. — Чем быстрее, тем лучше. — Хорошо, — Эва встаёт с дивана и проходит в кухню. — Ты будешь что-то кушать? — Нет, я пойду домой, — отвечает парень, поднимаясь с дивана. — Ладно, — Мун видит, как её любимый медленно плетется к выходу, надевая куртку. Взглядом провожает его и после того, как тот выходит, закрывает дверь. Сползает по стене рядом с гардеробом и стонет. Ей больно, ещё бы. Ведь она все ещё чувствует.       Кристофер идёт, еле передвигая ногами, по пустому переулку. Шаг за шагом: казалось бы, что ему должно быть легче. Отягощающая Мун ушла из его жизни, скинув камень с души. Его ничего не сдерживает, ничего не тянет за собой. Свобода. Полная свобода. Иди гуляй по кабакам, снимай шлюшек, пей до потери пульса. Делай с собой все, что хочешь. Тогда и станет хорошо... Но нихера не стало легче. Он лишь понимал, что теперь одинок. Одинок, потерян и пуст. Эва Мун никогда не была отягощающим обстоятельством, никогда не была обузой. Она была его спасением от пустоты жизни. Её тёплые руки согревали, а не убивали.