Очень важная деталь

...Мой веер - очень важная деталь моей защиты. М. Бойкова

Мертвецов оказалось трое. В другое время Вэй Усянь только порадовался бы такому подарку - они с Цзян Чэном в очередной раз поспорили, кто кого превзойдет на ночной охоте. Даже он понимал, что нынешняя ночная охота – лишь повод главам орденов собраться в тесном кругу для обсуждения важных вопросов. Многие из прибывших и не подумали отправиться в лес, оставшись в шатрах, но младшие адепты с воодушевлением разбежались по густо поросшей лесом горе. В конце концов, ночная охота – всегда ночная охота. Не всем же заниматься интригами и обсуждать великие дела, да и кто в здравом уме предпочтет скучные разговоры охоте на нечисть. Вэй Усянь вдоволь налазался по кустам, но добыл только пару жалких навок и начинал впадать в отчаяние, когда вышел на освещенную луной поляну, где немедленно наткнулся на мертвецов – троих сразу. Первый оказался на удивление увертлив – то ли при жизни занимался боевыми искусствами, то ли просто удачно восстал, свеженький и бодрый. Свалить его с одного удара не получилось, тот отступил и скрылся за спиной, но на его место тут же заняли два других, атаковавшие почти одновременно. Первого Вэй Усянь завалил легко, но второй неожиданно развернулся, и меч, срубив голову, угодил в плечо и застрял то ли в ребре, то ли в ключице. Вэй Усянь повращал запястьем, но Суйбянь не поддавался. Краем глаза заметив движение за спиной, Вэй Усянь бросил взгляд через плечо и обнаружил последнего мертвеца, уже протянувшего руки с почерневшими ногтями, – буквально в двух шагах. Отчаянно рванул меч, с облегчением почувствовал, что тот наконец освободился, и развернулся к мертвецу, отчетливо понимая, что не успевает, безнадежно, отчаянно не успевает. - Вниз! Пронзительный крик резанул по ушам и тело отреагировало само – Вэй Усянь присел, не успев задуматься, а в следующий миг над головой тонко просвистело, шмякнуло, мертвец вздрогнул, откинулся назад и начал падать, медленно и задумчиво. Не веря глазам, Вэй Усянь прыгнул к нему, занося меч, но сразу понял, что опять опоздал – тот лежал тихо и признаков послежизни не подавал. Только тогда Вэй Усянь обернулся в поисках неожиданного помощника и с удивлением обнаружил Не Хуайсана. Смущенно улыбаясь, тот стоял в паре чи от края поляны – изящный, как всегда, утонченный, как всегда, и свет луны играл на серебряной шпильке, а руки были пусты, лишь из правого кулака свисал кусок шелка. - Что это было? Не Хуайсан неопределенно пожал плечами и Вэй Усянь склонился над мертвецом, привлеченный пятнами на его лице - очень странными пятнами. Казалось, на застывших щеках и подбородке вдруг расцвели затейливые черные цветы, бросая резкие тени на бледную кожу. - Ты цел, Вэй-сюн? - Да, все в порядке, - машинально откликнулся Вэй Усянь. Не Хуайсан подошел бесшумно, склонился над мертвецом и не спеша начал выдергивать стебли – один за другим. Только тогда Вэй Усянь понял – не цветы, а странной формы дротики с ажурным навершием и длинными многогранными остриями, покрытые затейливыми узорами. - Можно посмотреть? Хуайсан поколебался и нехотя протянул один. Изящная полоска черненого серебра была удивительно легкой, узоры складывались в таинственные знаки – Вэй Усянь узнавал отдельные фрагменты, но что до целого – он никогда не видел ничего подобного. - Что это? Хуайсан, что-то недовольно бормоча шаривший в траве, с победным возгласом выпрямился, протянул руку и забрал дротик, присоединив его к остальным. Подравнял связку, вставил в резной колпачок, что-то повернул, ловким и каким-то очень привычным жестом сдвинул – и в руках его возник веер, знакомый веер, тот самый, что второй молодой господин повсюду таскал с собой, то раскрывая, то просто вертя в пальцах. - Что это? – рот Вэй Усяня раскрылся сам собой. Хуайсан вздохнул, помялся, но все же ответил: - Веер клана Фэн. Только не говори никому. Пожалуйста. - Почему? - Брат меня убьет. Почему-то Вэй Усянь не удивился. - За что на этот раз? - Если узнает, что я копался в вещах отца. - А… - Я случайно его нашел, давно уже. Он принадлежал моей матушке, после ее смерти отец хранил его у себя, а я ребенком любил лазать по Юдоли, обшаривать сундуки и кладовые. Цинхэ Не – старый орден, у нас много всякого… забавного. Вот и нашел. Он мне понравился, я и утащил к себе. Такой оригинальный узор… Все знают, что я неравнодушен к веерам. - Хуайсан лукаво улыбнулся. - А потом в библиотеке наткнулся на старый свиток про оружие, с рисунками, и вспомнил, что где-то такое уже видел. Ну и вот. Пока сообразил, как это все работает, пока научился собирать… - Покажи. Тот заколебался. - Пожалуйста, Не-сюн. - Ладно, смотри – восемь дротиков, защелкиваются по четыре, вот так, потом вставляешь сюда – и получаются плашки, закрепляешь здесь, двигаешь планку, потом шелк - вот и все. – Хуайсан развернул веер, кокетливо обмахнулся и с треском захлопнул. – Разбирать гораздо проще – нажать здесь, сдвинуть планку – и можно метать. Хорошая кучность и еще заклинания, убойная штука, ты сам видел. - А шелк? - Нет, шелк просто так, для красоты. Нравится? - С ума сойти! Я думал, боевые веера… - Это не боевой веер. Ну, не совсем. Фэн – старый клан, даже древний. Сейчас он в упадке, но у них куча всяких легенд и сказок… Они там вообще очень странные в своих горах. Говорят, там кого только не было в свое время – и заклинатели, и колдуны, и наемные убийцы… Сами они, конечно, утверждают, что это сплетни… - Можно попробовать? - Пробуй, только осторожно. - Не бойся, я не сломаю. - Да нет, я имел в виду – не поранься, они иногда соскальзывают. С третьей попытки Вэй Усяню удалось, наконец, правильно раскрыть веер, с четвертой – взмахнуть рукой так, что все дротики улетели к краю поляны, а два – даже воткнулись в дерево. - Нужно приноровиться, я несколько месяцев тренировался… Очарованный новой игрушкой, Вэй Усянь совершенно забыл и о ночной охоте, и о споре с Цзян Чэном и некоторое время увлеченно метал веер под чутким руководством Не Хуайсана. Тот, надо признать, владел странным оружием в совершенстве – посланные его рукой дротики летели точно в цель и ложились кучно, исправно вонзаясь в стволы. И собирал он веер мгновенно, Вэй Усянь этот процесс так и не освоил, предпочитая подбирать дротики и приносить их Не-сюну, раз за разом с любезной улыбкой собиравшему веер. Не Хуайсан в очередной раз объяснял, как лучше согнуть запястье, чтобы выпустить все дротики разом и в одном направлении, когда кусты затрещали, и на поляну вывалился Не Минцзюэ с саблей наголо. Глава Не и в обычной жизни производил незабываемое впечатление, в охотничьем же азарте представлял собой зрелище почти пугающее. Откровенно говоря, Вэй Усянь не очень понимал, почему нечисть не разбегается от одного его вида. Он бы, например, разбегался. Не Хуайсан, судя по всему, вполне разделял его чувства, и дернулся было, собираясь то ли дунуть в кусты, то ли спрятаться за спиной Вэй Усяня, но под бешеным взглядом брата замер, перестав, кажется, даже дышать. Оба почему-то почувствовали себя нашкодившими щенками. Впрочем, в присутствии главы Не тушевались даже самые дерзкие заклинатели. Да почти все, кроме разве что Лань Цижэня и его драгоценных нефритов. Пугливое благоговение, с которым Не Хуайсан относился к старшему брату, было общеизвестно, но даже Вэй Усянь, не боявшийся в этом мире ничего и никого (ну, почти) и, как и все, подтрунивавший над Не-сюном, не мог без душевного трепета смотреть на Не Минцзюэ в блеске и славе. - Глава Не! - Брат… Глава Не окинул поляну мрачным взглядом, задержавшись на мгновение на трех мертвецах, кивнул Вэй Усяню: - Молодой господин Вэй, - и обернулся к младшему брату. - Хуайсан! Где твоя сабля? Не Хуайсан втянул голову в плечи. - Ээээ.. кажется, я забыл ее в шатре. Наверное. - Тогда что ты здесь делаешь? Раскрытый веер в руке побледневшего Не Хуайсана затрепетал, словно флаг на ветру. Брови Не Минцзюэ страдальчески изломились. Он выжидающе молчал, и Не Хуайсан смешался окончательно. - Мы с молодым господином Вэем любовались луной! Глава Не крякнул, окинул брата долгим взглядом, сплюнул, молча развернулся и исчез в кустах. Некоторое время оба слушали, как затихает в лесу шум удаляющихся шагов, потом Не Хуайсан с треском захлопнул веер и пожал плечами. - Прости. - За что? - Я опозорил тебя перед братом. Я ненарочно, правда. Но когда он так смотрит… я последнее соображение теряю. Говоря откровенно, Вэй Усянь не мог его осуждать. Если бы глава Не так смотрел на него, ему тоже было бы нелегко сохранять уверенность в себе. - Ерунда! - Вовсе нет! С моей никчемностью он уже почти смирился, но ты… Ты же лучший ученик клана Цзян! Но, с другой стороны, он никому не расскажет, разве что Лань Сичэню, но это нестрашно – Сичэнь-гэ добрый и никогда не болтает по пустякам. И ты ему нравишься. - Но почему ты не сказал, что того мертвеца уложил ты? - Ненавижу оправдываться! И он все равно не поверит, решит, что ты меня выгораживаешь, и потом – пришлось бы рассказать про веер, вот тогда он бы действительно рассердился. Метать веер больше не хотелось, продолжать охоту – тоже. - Ладно, пошли. Оба, не сговариваясь, направились к лагерю. - Вэй Усянь… - у самого лагеря Не Хуайсан вдруг притормозил и уставился под ноги, словно что-то ища. - Что? - Не говори никому, ладно? - Почему? - Просто… не надо. - Ладно, обещаю. - Спасибо! - Это тебе спасибо. Ты здорово мне помог с тем мертвецом. - Пустяки, ты и сам бы справился. Знаешь что, пошли к нам в шатер – у меня, кажется, было вино. Не «Улыбка Императора», конечно, но тоже ничего. - А глава Не? - Он до утра не вернется, - беспечно махнул рукой Не Хуайсан. - И потом, там Мэн Яо. Если что, он даст сигнал. Пошли! - Ну ладно. - Надо будет еще позвать Цзян Чэна, когда вернется. - Непременно! Пересмеиваясь, они направились к шатру. На поясе Не Хуайсана кокетливо покачивался изящный веер.