Ему это делать запретил Сабито

— Танджиро, у тебя сбилось дыхание. Не думай о нас, сосредоточься. Сабито не подавал виду, что волнуется. Его голос был холоден, как и всегда, когда он общался с Камадо или Макомо. Но не при общении с Гию… — «Я верю в тебя, Танджиро Камадо. Ты сможешь стать достойным напарником для Томиоки. Уж куда лучше меня…»

* * *

 — Сабито… Сабито… Не бросай меня… Не… Бросай…

* * *

— Тебе не нужно извиняться, Томиока, — юноша бережно взял руки столпа в свои, — ты не давал клятву. Всё таки, когда-нибудь это должно было случиться… — Пожалуйста, не бросай меня… Не бросай… — сбивчиво, Томиока продолжил проговаривать эту фразу, пока слёзы ручьём стекали по его щекам. — Я никогда тебя не брошу, Гию Томиока. Слышишь, никогда! — Сабито улыбнулся и крепко обнял водного столпа, который был немного выше него, в силу возраста. — «Я выберу лучшего бойца для тебя, чего бы мне этого не стоило…»

* * *

Томиока спускался с горы. Его терзало что-то непонятное, предчувствие, что сейчас что-то случится, но столп не обращал на это внимания. Его мысли вновь перенеслись в тот злополучный день, когда его жизнь изменилась навсегда. Гию не хотелось придаваться подробностям, поэтому, смахнув наступившие слезы, он продолжил путь. Нагнетающее ощущение росло, и в один момент Томиока услышал в голове до боли знакомый голос. — «Там демон… И юный мальчик…» Гию второй раз повторять не нужно было, и в следующую секунду он уже оказался рядом с тем мальчишкой. — Водное дыхание… Первый стиль… Водная гладь. Столп практически коснулся шеи демона, как мальчишка, лежащий под ним резко уклонился, хватая за собой и обращённую девушку. — Что ты делаешь?! Она же демон! — Это моя сестра! — Это ты называешь сестрой? — Незуко, моя младшая сестра! — Она же демон, идиот… — Но она никогда не ела людей! Одним движением столп схватил демона за шею и встал подальше от мальчишки. Танджиро упал на колени, впадая в агонию, ведь он прекрасно понимал, что сейчас с его сестрой сделает Томиока. — ПРЕКРАТИ. НИКОГДА НЕ ДАВАЙ ШАНСА УБИТЬ СЕБЯ. ВСТАНЬ С ЭТОЙ ЖАЛОБНОЙ ПОЗЫ. СЛАБЫЙ ЧЕЛОВЕК НИКОГДА НЕ СМОЖЕТ ЗА СЕБЯ ПОСТОЯТЬ. СЛЫШИШЬ, НИКОГДА. — в этот момент все мысли столпа были о Сабито. — «Не плачь. Не отчаивайся. Я понимаю, что ты сломлен. Всю твою семью убили, а сестра превратилась в демона. Знаю, это больно. Знаю, что хочется кричать… Я понимаю… Если бы я прибыл сюда на полдня раньше, твоя семья возможно не была бы мертва… Но время… Не повернуть вспять… Злись. Пускай сильный и чистый гнев и то, что непростительно станет непоколебимым стремлением к действию. Своими поспешными движениями ты не сможешь защитить или вылечить свою сестру, или отомстить за гибель своей семьи.» Камадо поднял голову. Томиока пронзил клинком девушку, которая пыталась вырваться, громко при этом рыча. — НЕТ! — Танджиро кинул в парня камень, но тот легко отбил его рукоятью клинка. В этот момент подул сильный ветер, поднимая столб снега. У Камадо появился шанс. Схватив топор и небольшой камень, он, скрываясь за деревьями, кинул булыжник в столпа. Тот снова увернулся, не отпуская Незуко. Занося топор, Танджиро бросился к Гию. — «Прямая атака, основанная на эмоциях…» — ГЛУПЕЦ! Томиока ударил мальчишку рукоятью клинка по плечу. От невыносимой боли он, практически без сил, свалился в снег, потеряв сознание. Охотник зло взглянул на Камадо, но увидел, что в его руках нет топора. — «Где его топор…» Осознав, что юноша сделал, Гию с ужасом взглянул вверх, и в ту же минуту рядом с его лицом в дерево врезался топор. — «Перед тем, как скрыться за деревом, он бросил в меня камень… И в то же время бросил топор вверх… Он занёс руки, словно готовясь к удару, поэтому я не заметил, что он безоружен. Он знал, что не сможет меня победить… Он пытался одолеть меня после того, как я убью его… Этот парень…» В этот момент Незуко, которую всё это время сдерживал Томиока, вырвалась и оттолкнула столпа от себя метров на десять, но, не смотря на это, он устоял на ногах. Сразу после этого, она бросилась к своему брату, неподающему признаков жизни. — «Чёрт, она его съест!» Но нет. Камадо младшая загородила собой старшего, учащённо дыша и придумывая, как атаковать Гию, который наблюдал за всем этим с широко распахнутыми глазами. Незуко высоко подпрыгнула, оттолкнулась от дерева и стремительно кинулась к водному столпу, но тот уже спрятал клинок в ножны и, когда лицо демона было в нескольких сантиметрах от лица Томиоки, он жёстко ударил её по шее, тем самым отправив в отключку. Когда Камадо очнулся, рядом с ним лежала его младшая сестра, без сознания, укутанная в какой-то халат и, что самое главное — с бамбуком во рту, завязанным лентой на затылке. Прямо перед ними, оперевшись на дерево, стоял Гию и, казалось, он не обращал на них никакого внимания. — Очнулся? Танджиро встал на колени, прижимая Незуко к себе. — Сходи к старцу, по имени Саконджи Урокодаки, который живёт у подножия горы Сагири. Скажи, что тебя прислал Томиока Гию. Сейчас облачно, поэтому всё должно быть в порядке, но никогда не позволяй ей выходить на солнце, — столп взглянул на обоих Камадо и растворился, оставив лишь дымное облако.  — «Я верю, что он станет достойным напарником для тебя, Томиока Гию. И надеюсь, Танджиро Камадо сможет растопить твоё холодное, как лёд сердце… Прости.»

* * *

— Работай усердней, у тебя получится, Танджиро! — бьясь лбом об огромный камень, кричал Камадо. — Заткнись! Ошарашенно подняв голову, он устремил взгляд вверх. На камне сидел юноша с растрёпанными розовыми волосами и лисьей маске со шрамом на правой щеке. — Мужчина не должен скулить, это стыдно, — с непоколебимым видом продолжил незнакомец, — как бы ты не страдал, вынеси это молча, если ты мужчина. Парень встал. Сжимая в руке деревянный клинок, он прыгнул с камня прямо на Танджиро, ударяя того оружием и бья ногой прямо по горлу. — Если ты считаешь себя мужчиной… Приземлившись, юноша встал в полный рост, вызывающе смотря на Камадо, хоть тот и не мог этого видеть. — Медленный, слабый, неуклюжий… Мужчина таким быть не должен. Отлетевший на несколько метров Танджиро взглянул на незнокомца. В уходящих лучах солнца его волосы отливали персиковым. Сквозь маску ощущался пристальный презренный взгляд, не отпускающий мальчишку ни на секунду. — Что ты делаешь?! — Скорее это я хотел бы знать — что ты делаешь? — В каком смысле? Я тренируюсь! — Как долго ты собираешься сидеть на земле, даже не встав в стойку? После этих слов Танджиро поднялся, ухватив орудие крепче. — Ну же, — поманил розовласый к себе противника, — нападай. — Но… У тебя деревянный меч. А у меня настоящий… Сабито замер, после чего громко и заливисто рассмеялся. — Я польщён, — сладко протянул юноша, — благодарю за такую заботу. Так ты действительно думаешь, что сможешь ранить меня? В следующую секунду парни сцепились клинками. Давление со стороны Сабито было колоссальным, не смотря на оружие из дерева. — Тебе не о чем беспокоиться. Я гораздо сильнее тебя, потому что я разрубил этот камень! Танджиро застыл, и, воспользовавшись моментом, Сабито оттолкнулся от дерева сзади Камадо и атаковал того сверху. Перемещаясь с невероятной скоростью, вскоре, юноша смог повалить противника на спину. — Ты ничему не научился, не овладел ни одной техникой. Особенно дыхательной техникой, которой учил тебя Урокодаки… — Водное дыхание. Первый стиль. Водная гладь! Голова демона полетела на землю, а вскоре вместе с телом, стала превращаться в пепел. — «Он смог… Он смог!» — Сабито встал с камня и, сняв маску, зажмурился. Медленно, его тело стало светиться. По кусочкам оно будто распадалось, но это было не больно, наоборот — до самых кончиков пальцев доносилось что-то тёплое и приятное, светлое. Вскоре, юноша вовсе растворился, переносясь в бесконечную пустоту.

* * *

— Томиока… Ты меня видишь?.. Столп протёр глаза руками. Он сидел на чём-то твёрдом, но на чём — не мог увидеть. Вокруг всё было белым, и лишь редко могли появляться какие-то розовые частицы. — Томиока… — к лицу Гию потянулась рука. Она была маленькой, вся в мозолях и ссадинах, но такой на вид тёплой и мягкой, что парень не выдержал и крепко ухватился за неё. И только тогда, подняв взгляд, он вновь увидел, что это была ладонь Сабито. — С-Сабито… — невольно слёзы ручьём покатились по щекам столпа. — Да, — юноша мягко улыбнулся и опустился перед Гию на колени, — я очень рад с тобой встречи, Томиока. Но помни — пока мы здесь не просто так… — Сабито, прости… Прости, прости, прости!.. Я трус, жалкий трус, беглец… Я не помог тебе, когда ты так в этом нуждался… — Милый Томиока, здесь нет твоей вины. Я буду регулярно навещать тебя, мы будем вместе ночи напролёт, но с одним условием — Всё что угодно ради тебя… — вытирая рукавом слёзы, произнёс Гию. — Камадо Танджиро — такое имя тебе знакомо? Не слушаясь хозяина, рот охотника открылся самостоятельно. С широко распахнутыми глазами, он переспросил ещё раз: — Камадо Танджиро? — Верно. Я тренировал его около полугода. Он смог победить заклятого врага Саконджи Урокодаки, Демона Рук, который… На этом моменте Томиока не выдержал. Он так соскучился по своему любимому человеку, так давно с ним не виделся, поэтому эмоции взяли своё. Разревевшись как ребёнок, водный столп упал лицом на колени Сабито, на лице которого и мускул не дёрнул. Поглаживая юношу по чёрным волосам, розовласый мимолётно коснулся губами его макушки. — Успокойся, моё солнце. Он мёртв. А я с тобой. Я не могу видеться с тобой каждый день, но могу общаться с тобой через твой разум — Так это был… — Гию обратил покрасневшее личико на Сабито. Тот лишь молча кивнул головой, продолжая гладить и перебирать тёмные пряди волос юноши. — Сабито… Можно я кое-что тебе расскажу? — Конечно, — розовласый помог Томиоке устроиться поудобнее на его коленях. — Я люблю тебя. Всегда любил. Мне было очень больно, когда учитель сообщил о твоей смерти. Мне хочется проводить с тобой всё время, видеть твою улыбку, смотреть в твои глаза… Разреши мне тебя поцеловать?.. Сабито удивлённо смотрел на Томиоку, который уже сидел перед ним на коленях, держа его за руку. — Гию… Я… Согласен… — юноша мягко накрыл губами губы столпа. От неумолимого желания Гию буквально повалил Сабито на спину, попутно снимая с него белую хаори и оттягивая с груди дзюбан. — Томиока… Ты не спешишь?.. — Моё розовое солнце, всё что ты пожелаешь, — Томиока мягко оторвался от лица юноши и склонил в умилении голову. За всё это время Сабито так и остался тем же мальчишкой, которым и был. Шрам, которого он так стеснялся, всегда казался Гию его особенностью. Парень не решался посмотреть столпу в глаза, поэтому, отведя взгляд, рассматривал его боковым зрением. — «За эти годы он так похорошел… Шинобу не права — его не за что ненавидеть. Он всё также красив и подтянут, и эти глаза… С самого момента нашего знакомства, когда учитель представил его нам с Макомо… Я не могу оторваться от этих глаз, они гораздо общительнее самого Томиоки.» — О чём ты думаешь? Тебя что-то тревожит? — Ох нет, — Сабито беззаботно улыбнулся и прижался оголённым корпусом к груди столпа. Грустно взглянув на него, и, шумно вдохнув, он продолжил: — Скоро рассвет… Скоро нам придётся расстаться… Ах, я так и не договорил. Танджиро Камадо — он необычный парень. Его сила воли не уступает, как мне кажется, самому Мудзану. Я хочу, чтобы ты взял его в свои помощники. Ты сам знаешь, что у него великое будущее в охотниках. Только будь с ним мягче — всё-таки я обходился с ним возможно слишком грубо… Гию замолчал. В голове всплыл тот день, когда Танджиро чуть его не убил, защищая свою сестру. Нахмурившись, охотник пристально посмотрел на розовласого юношу, который увлечённо водил пальцем по узору на его хаори. — Такой же ребёнок, Сабито… — Такой же зануда, Томиока, — Сабито рассмеялся и, заправив дзюбан на место, встал перед столпом в полный рост, — я по доброму, не принимай мои слова в всерьёз Парень мягко коснулся губами лба сидящего перед ним на коленях Томиоки, когда его тело начало светиться, и на прощание, перед тем как полностью раствориться, он крикнул: — Я люблю тебя, Томиока! — И я тебя… Гию молча наблюдал за тем, как его любимый медленно исчезал, и, когда он вовсе пропал, столп резко перенёсся в какое-то тёмное место. Оглядевшись, Томиока понял, что он в лесу, и только через пару минут до него дошло — он остановился здесь на привале ещё вечером, но видимо уснул. — Это был… Всего лишь сон… Охотник грустно выдохнул и сонно протёр руками глаза, но вдруг заметил — на земле рядом с ним был небольшой рисунок и надпись: — «Я люблю тебя» На рисунке был простенький портрет Томиоки с кучей сердечек вокруг него. Гию немного покраснел. — Танджиро Камадо… Что ж, уже рассвет. Скоро можно приступать к поискам.

* * *

— СРАЗИСЬ СО МНОЙ! — Иноске, отстань от нас с Зеницу! — Отста-а-ань! Хашибира продолжал гоняться за двумя парнями, которым всё это порядком надоело. Агацума бегал с закрытыми глазами, прикрывая их ладонями, что бы скрыть слёзы. Танджиро это достало, поэтому, оттолкнув Зеницу, он затормозил Иноске и, схватив того за горло, крикнул: — ХВАТИТ УЖЕ! — Камадо уже замахнулся ударить Хашибиру по рёбрами, как его руку кто-то крепко схватил. Обомлевший парень медленно обернулся. Томиока, всё с таким же спокойным и хладнокровным лицом, крепко держал руку Танджиро. — Камадо Танджиро, меня зовут Гию Томиока, я — водный столп. Наслышан о твоих похождениях и борьбе с демонами, особенно — о встрече с Мудзаном. Ты сильный, храбрый воин — согласен ли ты обучиться 11 стилю водного дыхания? Камадо застыл не месте, не смея проронить ни слова. — Но учитель говорил, что стилей всего десять! — Одиннадцатый стиль придумал я. Согласен ли ты обучиться ему? Танджиро обернулся на друзей. Зеницу где упал, там и сидел, со страхом наблюдая за происходящим. Иноске же всё было абсолютно безразлично. — К-конечно, согласен! Видя огонь в глазах мальчишки, столп одобрительно кивнул. — Твои друзья не хотят к нам присоединиться? Я знаю, что они владеют абсолютно другими стилями, но тренировки им бы не помешали — Да ты вообще видел себя и меня?! Кому из нас двоих тут тренировки нужны?! — Иноске! — парня за корпус схватил Зеницу и попытался оттянуть назад. — Где твоё уважение, Иноске?! Что-то пробурчав под нос, Хашибира скрестил руки на груди и отвернулся, а Зеницу продолжал всё так же висеть на нём, изредка шмыгая носом. — Пойдёмте. Танджиро улыбнулся и воодушевлённо пошёл за Томиокой, и где-то сзади них тащился Хашибира, взвалив на себя плачущего Агацуму. — Томиока, а почему вы выбрали меня? — Камадо поднял на столпа голову. — Ты один из сильнейших учеников Урокодаки, ты… Напоминаешь мне Сабито… Такой же добрый и храбрый, ради друзей готов на всё… — Сабито? Тот парень с розовыми волосами? — Да… Спасая меня и ещё несколько охотников, он не расчитал масштаб демона и прочность клинка… — Томиока, вы плачете? — Танджиро прикрыл рот рукой, а другой коснулся плеча охотника, — простите! — Ничего, всё в порядке… — дрогнув от прикосновений мальчика, Гию смахнул наступившие слёзы, — просто я по нему скучаю… — Я понимаю вас… Я скучаю по своей семье… По прежней Незуко… — Ты сильный, поэтому ты справишься, — Гию добродушно улыбнулся и легко погладил юношу по плечу. — Куда мы идём? — Ко мне домой. Сегодня переночуете, а завтра начнём тренироваться. Возможно, тренировка начнётся сегодня ночью… Танджиро нервно сглотнул. — А если прилетит ворон?! А если мы не проснёмся и нас съедят демоны?! — Если ты так переживаешь, я не буду спать и посторожу вас Томиока пытался быть как можно мягче с юношей, что было ему не свойственно. Всё это он делал по просьбе Сабито, которому было немного стыдно за свою грубость. — Вам не стоит нас охранять, мы… — Танджиро обернулся на уже спорящих между собой Иноске и Зеницу, — я смогу сам их сторожить — Как пожелаешь После этого оба охотника шли молча, лишь сзади слышались крики Хашибиры и тихие всхлипы Агацумы. — Томиока, ложитесь спать, я посторожу Танджиро заботливо поправил одеяло, которое укрывало его друзей. Зеницу очень сильно устал, впрочем, как и всегда, поэтому остаток пути он ехал на спине Хашибиры. Иноске тоже вымотался вечно тащить на себе парня, поэтому без сил свалился ещё на пороге. — Томиока… А можно задать вопрос? — Допустим, — Гию сидел напротив Камадо и аккуратно водил пальцами по узору своего хаори. — Как вы познакомились с Сабито? И… Что между вами было?.. Томиока поднял голову и холодно смирил Танджиро взглядом. — Простите! Я… Простите! Мне не стоило этого говорить! — Нет-нет. Всё таки… Я тебе доверяю. Сабито и Макомо — считай, приёмные дети Урокодаки. Он приютил их когда узнал, что они сироты. В них учитель увидел потенциал и стал обучать водному стилю. Примерно в то время Урокодаки нашёл меня. Сабито сначала не принимал меня, всячески подшучивал… Но позже мы стали друзьями. Он был готов убить за меня или же Макомо. Макомо была хрупкой, но очень сильной, и нередко они с Сабито устраивали бои, откуда оба выходили победителями. Вскоре, мы могли драться с ним на равных. И я действительно любил его, как своего брата. А на отборе… Я и ещё несколько охотников попали в западню, но вовремя подоспел Сабито. Он велел нам бежать, и я до сих пор помню его последние слова:«Как только мы поживём эти 7 дней, Урокодаки-сенсей будет нами гордиться. Беги, Томиока, встретимся у нашего места!» И после этого, я его не видел… Нашим местом было дерево у подножия холма, мы всегда собирались там — я, Сабито и ещё один охотник. Но, насколько я помню, его тоже съели… Гию молча уставился на хаори, лежащую на коленях. — Узор на вашем костюме схож с узором Сабито… — Оставшуюся от него одежду я сшил со своей хаори, в память о своём любимом… Танджиро неоднозначно взглянул на столпа, отчего тот резко опомнился. — Друге. Задумался, прости… — Ничего, — парень ещё раз взглянул на своих друзей и замер. — «Запах. Незнакомый запах и явно не человеческий. Он идёт… Снизу» Камадо резко оттолкнул в сторону Томиоку и, схватив клинок, встал в стойку. Резко пол разнесло в щепки и около спящих Зеницу и Иноске возникло какое-то грязно-зелёное пятно. — Томиока-сан, бегите, я его задержу! — Танджиро, не говори… — Возьмите Зеницу и Иноске и отведите их подальше! Томиока молча кивнул, понимая, что спорить с Танджиро бесполезно. Он быстро схватил за руки спящих охотников и, захватив их клинки, выбежал из дома. Гию не мог просто так бросить Камадо, поэтому, оставив Хашибиру и Агацуму вместе с их оружием, бросился обратно к сражающемуся юноше. — Отдай мне этих детей и ты останешься жив. Или же я съем всех вас, — демон облизнулся и хитро взглянул на охотника. — Ни за что. — «Это маг… Демон-маг… Он может возникнуть откуда угодно, нужно быть начеку.» В этот момент демон кинулся на Танджиро, но тот ловко увернулся. Запах резко изменил направление и существо практически упало на Камадо, но в последний момент он ушёл в сторону и отрубил ему одну руку. — Отрубая мне руки, ты не убьёшь меня. Нападай. Юноша кинулся к демону, не ожидав, что он уйдёт под землю. Спустя пару минут таких неожиданных выпадов и таких же неожиданных уходов под землю, Танджиро вымотался, но не подавал виду, продолжая отталкиваться от стен, прыгая и всячески уклоняясь от вечно пытающихся схватить его рук. — Оставь его, дерись со мной. Демон и Камадо одновременно повернулись на источник голоса. На пороге стоял Томиока, склонив голову и крепко сжимая свой клинок. — Со столпами мне драться не приходилось. Что ж, пощекочем и твои нервы! — демон рассмеялся и скрылся в полу. — «Это же даже не 12 лун.» Когда нечисть накинулась на столпа сзади, ему хватило доли секунды, чтобы жёстким и быстрым ударом снести ей голову. За всем этим с открытым ртом наблюдал Танджиро. Когда Томиока расправился с демоном и его тело начало медленно превращаться в пепел, Камадо принюхался. — От него не идёт запах злости, или мести… Это грусть… Тебя терзают мысли о твоей семье. Покойся с миром, пусть тебе простят все твои грехи… Танджиро опустился на колени перед распадающимся телом и молча взял его за руку. — «Спасибо… Спасибо…» Последние остатки демона растворились в лунном свете. Камадо встал, поправил форму и взглянул на Томиоку. Всё это время столп тихо наблюдал за юношей с мягкой улыбкой. — Молодец, Танджиро. Ты смог задержать его. — Но ведь не я его убил! — Какая разница, всё равно — борьба с демонами-магами тяжёлая штука, поэтому… Из леса раздался громкий писклявый визг, и уже через минуту на Танджиро повис Зеницу. — Зеницу! — Та-анджиро-о… Он меня убьё-ёт!.. — Успокойся! В следующую минуту в дом ворвался Иноске, размахивая острыми клинками. — НУ И КТО ИЗ НАС КАБАН?! — ТАНДЖИРО, СПАСИ! — ИНОСКЕ! — ОН НАЗВАЛ МЕНЯ КАБАНОМ! — ПОТОМУ ЧТО ТЫ КАБАН! — ЗАТКНИТЕСЬ ОБА! — резко крикнул Танджиро. Хашибира недовольно взглянул на Зеницу и нервно хрюкнул. — Томиока, мне кажется, здесь небезопасно… — Демон мог пробраться в любой дом, это вполне обычное дело. Ложитесь спать, я вас посторожу Опять о чём-то споря, Агацума и Иноске легли на футон и через пару минут уже спокойно дремали. И всё же, эти двое вызывали у Томиоки умиление не меньше, нежели… Он заметил, что Камадо рядом с ним нету. Выглянув за дверь, Гию увидел Танджиро, сидящего на земле. — Танджиро? Зайди в дом, простынешь ведь Томиока вышел на улицу и присел рядом с юношей. В лунном свете красные волосы переливались розоватыми волнами, а в бордовых глазах отрожалось что-то необъяснимое, тяжёлое, грустное. — Томиока… Зачем вы вышли? На улице прохладно… — Я просто решил составить тебе компанию. Ты ведь не против? Танджиро покраснел и смущённо пробормотал что-то наподобие: — Конечно нет… Гию взглянул на охотника, который места себе не находил и постоянно ёрзал на месте. — Заходи, Танджиро, ты дрожишь от холода Молча кивнув, Камадо, растирая руки, зашёл в дом, оставив Томиоку одного. Столп сидел ещё не очень долго и вскоре ушёл вслед за мальчишкой из-за поднявшегося сильного ветра. На полу, расстелив свою хаори как футон, уже мирно дремал Танджиро и иногда тихо сопел. Гию склонил голову и улыбнулся. Внутри по венам растекалось что-то тёплое и приятное, что-то, что Томиока чувствовал при общении с Сабито. Помотав головой, парень опомнился и хотел было выйти из комнаты, но перед этим он снял хаори и аккуратно накрыл спящего Танджиро. Мягко чмокнув того в лоб, Гию, сгорая от стыда, быстро вышел в другую комнату и даже не догадывался — Камадо уже не спит. Томиока не мог уснуть. Все его мысли были настроены на Сабито. Ему так хотелось хоть ещё раз увидеться с ним, почувствовать теплоту его тела, коснуться таких манящих губ, хоть вечность смотреть в эти серо-голубые бездонные глаза. И действительно, характером Сабито и Танджиро были действительно похожи. Оба они были готовы отдать свою жизнь за близких людей и тренировались почти каждый день ради своих родных. И этот взгляд безумно напоминал столпу последний взгляд его любимого Сабито.

***

— «Томиока! Томиока! По лестнице кто-то пробежал. Топот становился все ближе, пока в комнату к не забежал маленький мальчик. — Томиока! — немного запыхавшись, Сабито огляделся в поисках друга. До его ушей разнеслись тихие всхлипы, и он понял — с Гию что-то не так. Заглянув за кровать, мальчик увидел Томиоку, который безудержно плакал, отчего рукава его хаори насквозь промокли. — Томиока, ты чего? — Сабито сел перед другом на колени и взял его лицо в свои руки, — тебя кто-то обидел? Только скажи, я их убью! — Н-нет… — А что тогда с тобой? — он поднял лицо Томиоки на себя и взглянул в смутно-синие глаза. — А что, если я не пройду отбор? Если меня съедят?.. Сабито молча обнял юношу. Ухватившись за его верхнюю одежду, Гию снова разревелся. — Я никогда тебя не брошу. Даже если я умру, — Томиока поднял испуганные глаза на мальчика, — то есть, я не умру и ты не умрёшь. Я просто всегда буду рядом и буду готов защитить тебя — Я люблю тебя, Сабито… Щёки мальчика покраснели, но всё же он ещё крепче сжал Гию в объятиях. — Я тоже тебя люблю…»

***

— Томиока-сан, скоро рассвет, вы ещё не ложились спать Томиока вздрогнул. Обернувшись, он увидел Танджиро, укрытым хаори столпа. Юноша медленно подошёл к Гию и аккуратно присел рядом. — С вами всё в порядке? Может, я вас чем-то обидел? — Вовсе нет… Наоборот… — Это как… Камадо не успел закончить, как его прервали поцелуем. Сначала мимолётно, но потом всё глубже, наполняясь страстью, язык Томиоки сплёлся с языком охотника. Наконец, Танджиро вошёл во вкус и стал отвечать на поцелуй. Он быстро скинул с себя верхнюю одежду и распахнул дзюбан столпа. — Томиока-сан, — простонав от мягких прикосновений губ на шее, прошептал Камадо, — я хочу вас… Тело Гию практически горело, что не смогло ускользить от взгляда Танджиро. Он неторопливо притянул его к себе и оставил засос на бледных ключицах. Руки Томиоки скользнули в нижнее бельё юноши, а после и избавили его от него. Камадо зажмурился от стыда, пока столп успел снять с себя одежду. — Если ты расслабишься, тебе не будет больно… — охотник медленно поднёс два пальца розовому колечку мышщ и неспешно вставил их внутрь, — и не кричи так громко Немного поработав пальцами, наконец-то Гию вошёл в него. Водный столп прошёлся по изгибу спины юноши, мягко покусывал его за плечи и с каждым разом входил всё глубже, пока не достиг предела. — Томиока… Не останавливайтесь… — сладостная истома охватила всё его существо. — Даже… Не собираюсь…

***

— Зеницу, прекрати ныть и беги. — Я не могу-у, — юноша упал перед столпом на колени. — Иноске, удары слишком слабые — ДА КАК ТЫ СМЕЕЕЕШЬ! СРАЗИСЬ СО МНОЙ! — Замолкни, идиот, и продолжай тренироваться Томиока смирил Хашибиру взглядом, отчего тот взбесился и стал бить чучело в десять раз сильнее. — Молодец, мне нравится, продолжай в том же духе Гию ещё раз взглянул на Зеницу. — Зеницу, ещё 4 круга и можешь отдохнуть — ЧЕТЫРЕ?! — Четыре. Бегом марш! Агацума, скорчив кислую мордочку, нехотя побежал вперёд. — А почему Танджиро всё ещё спит, а мы тренируемся в такую рань? — жалобно проскулил Зеницу, жадно глотая воздух. — Он устал. Зеницу, с тебя ещё 5 кругов, Иноске, бей сильнее Как только Хашибира хотел что-то крикнуть, а Агацума расплакаться, Томиока уже скрылся, поэтому им обоим пришлось продолжить молча тренироваться. Гию тихонько приотворил дверь в дом. На середине дальней комнаты, раскинув руки и ноги в разные стороны, спал Танджиро. — Танджиро Камадо! — громко крикнул столп. Юноша сразу вскочил, при этом громко взвизгнул. Томиока довольно улыбнулся и уже своим обычным тихим голосом продолжил: — Доброе утро. Твой перекус в соседней комнате, поэтому через час мы начнём тренировку. Твои друзья уже давно не спят, так что торопись Гию подошёл к охотнику и мягко поцеловал его в лоб, после чего удалился из комнаты. Танджиро остался один. — Сильнее, Иноске, иначе я не верну тебе твои клинки с зубцами — Ну и пожалуйста! — Хашибира надменно отвернулся. — И ты не сможешь наблюдать, как они разрывают плоть демона, как и него сочится кровь, и отлетают ошмётки мяса… — ААААА НЕТ! — что было силы Иноске ударил по небольшому чучелу, отчего тому оторвало голову. — Демонов тебе нужно бить с такой же силой. Продолжай. Зеницу, теперь ты будешь бежать с этим, — Томиока поставил перед охотником мешок. — МЕШОК?! Я НЕ ПОБЕГУ С МЕШКОМ! — Хватит орать, беги. — Но я не смогу-у! Под жёстким взглядом столпа Агацума нехотя взвалил мешок и неторопливо побежал. — Быстрее! — Томиока-сан, я готов Гию обернулся и увидел Танджиро. Он был одет в свою обычную форму, только на нём было хаори Томиоки. — Ох, Танджиро, отойдём на минутку Пока никто не видел, столп резко схватил Камадо за локоть и оттащил в дом. — Танджиро, твоим друзьям, да и не только, лучше никому не знать о наших отношениях — А что я такого сделал? — Ничего, солнышко, просто переодень хаори и всё будет в порядке. — О Боже, я кажется перепутал их. — Камадо в страхе снял с себя верхнюю одежду и отдал её Томиоке, — простите… — Одевайся, я жду тебя, — столп потрепал юношу по голове. — Молодцы, вы заслужили отдых. Вторая тренировка начнётся вечером, отдыхайте. Зеницу упал прямо на мешок, ударившись о него щекой. Иноске тоже чуть ли не валился от усталости, поэтому, взяв Агацуму за одну ногу, он поволок его в дом. Как только Хашибира исчез в дверном проёме, оттуда показался Танджиро. Он был в полной боевой готовности, крепко сжимал руки в кулаки и решительно смотрел вперёд. — Я готов — Хорошо. Первое твоё задание — сразись со мной. Весь дух решительности Камадо испарился. — С-сражаться с-со с-столпом?!.. — Ты сражался с демоном 12 лун, твоя жизнь была под угрозой, и сейчас ты боишься биться со мной? В случае твоего поражения, я не буду тебя есть или бить — А если выиграю я?.. — Ну, так попробуй В следующую секунду Томиока оказался рядом с лицом юноши, но тот уклонился от удара, уйдя в лево. Гию даже не успел повернуться как Танджиро оказался сзади и едва не ударил мечом по голове столпа. Он отпрыгнул в сторону и продолжил перемещаться с невероятной скоростью. Камадо лишь и успевал замечать край его хаори. В один момент охотник принюхался, уловил ту самую невидимую нить и мгновенно ударил клинком по, как он думал, Томиоке. На клинки были одеты специальные чехлы, чтобы вправду не ранить друг друга, поэтому, к счастью, Танджиро лишь сильно ударил Гию по плечу. На минуту столп скорчился от боли и, схватившись за больное место, упал на колени. — О Господи, пожалуйста, простите! Томиока поднял взгляд на юношу и улыбнулся, еле скрывая пульсирующую боль в плече. — Томиока-сан, вам нужна помощь, я сейчас!.. — Спокойно, Танджиро. Я и не такое переживал — Простите, я не должен был так сильно бить! — Камадо сел на колени перед ним и аккуратно дотронулся до его плеча. Столп тихо рассмеялся и взял охотника за руку. — Со мной правда всё хорошо, солнце. Ты молодец, смог меня одолеть. Но вечером мы сразимся ещё раз. Только теперь на настоящих клинках. На деревянных. Танджиро подкатил глаза и помог столпу встать. — Иди к своим друзьям, я к вам вскоре присоединюсь Камадо поклонился, взял свой клинок, который после атаки он, увидев последствия, отбросил в сторону, и зашёл в дом. — «Ты был прав, Сабито… Он сильный. И он злится. Злится на того демона, который убил его семью. Его гнев можно направить в нужное русло и он сможет стать сильнейшим охотником. Прямо как ты, любовь моя… Ты меня слышишь?» — «Прекрасно, Гию. Я полагаюсь на тебя, ты действительно можешь сделать из него охотника, который будет в разы сильнее даже Саконджи Урокодаки. Мы скоро встретимся. Жди, Гию Томиока» — Томиока-сан! Мы приготовили ужин! Мягкий голос Сабито в его голове затих, и на его смену пришёл звонкий зов Танджиро. Столп улыбнулся и обернулся к Камадо. — Уже иду, — с такой же широкой улыбкой юноша направился к своему дому.

* * *

Вторую неделю Томиока тренировал троицу ранга Мидзуното, и его усилия наконец начали приносить плоды — на недавной тренировке на близлежащей горе Зеницу смог одолеть свой страх и убить с десяток демонов, а Иноске сумел держать свои эмоции под контролем, не крича и не соревнуясь со своими напарниками. Обучение Танджиро проходило, как несказанно, гладко. Юноша постепенно начал осознавать его суть и каждый раз радовался, когда получал похвалу от Томиоки. И только все мысли столпа были настроены на его будущее — кого выбрать: Сабито или Танджиро. Их обоих он любил просто до безумия. С одной стороны Сабито всегда был нежен с ним и относился к нему, как к ребёнку. Но с другой… Камадо был реален. Во время плотских утех Гию мог чувствовать твёрдый пресс и слышать тяжкое дыхание парня, тем более с Танджиро он мог видеться когда хотел, а с Сабито только раз в несколько недель. Иногда Камадо был просто копией умершего друга Гию, отчего на того находили тонны воспоминаний. «— Знакомься, Томиока. Это твой новый друг — Сабито — Урокодаки-сенсей, а почему он такой… Страшный? — САБИТО! Томиока наконец поднял взгляд на мальчика, с интересом разглядывающего его с головы до ног, после чего расплакался. — Оох, Сабито, думай что говоришь, — Урокодаки потрепал Гию по голове, — последи за ним, я сейчас вернусь Когда Саконджи отошёл в дом, Томиока бессильно плюхнулся на землю, продолжая плакать, не поднимая взор на мальчика. — Ты чего? Ладно, ты не страшный, ты просто немного испачкался, — Сабито взял его за руку и помог подняться, — пошли, я тебя умою Но Томиока не мог встать. Его ноги слишком устали тянуть на себе маленькое тело. Тяжко выдохнув, мальчик взвалил себе на плечо непрерывно плачущего Гию и понёс его в дом. Сабито усердно тёр мылом волосы Томиоки, периодически фыркая от летящих ему в нос пузырей. Мальчик сидел в небольшом тазике, держась за его край, потому что периодически его новый друг тёр его слишком интенсивно. Кряхтя и выдыхая, Сабито притащил с другого конца комнаты большое ведро, в котором находилась тёплая вода. — Прикрой глазки Мальчик вылил содержимое ведра на Томиоку. От сильного потока воды волосы прилипли к лицу и закрыли его глаза, но даже без этого можно было понять — он плачет. Сабито убрал с его глаз чёлку и выжал её. — Прости, если больно. А ты забавный, — мальчик коснулся носа нового друга, отчего тот тихо хихикнул, — ты такой неразговорчивый… Скажи что-нибудь — Ммм… — Ты что, корова что ли? Не мычи, скажи какое-нибудь слово или фразу — Ммм… — Ясно, ты слишком устал, — Сабито выжал волосы Гию полностью и укутал его в полотенце. — Ох, вы уже справились. Молодец В комнату вошёл Урокодаки. Взяв из рук мальчика Томиоку, он понял, что тот уже уснул...» — О чём вы вечно думаете, Томиока? Рядом с Гию присел Танджиро и протянул ему несколько онигири. — О прошлом, солнце. Спасибо, — он взял из рук охотника одну штучку, — ты тоже поешь, тебе нужны силы — Я… Не особо есть хочу… — Как хочешь, — столп откусил от онигири кусочек, — небось, сам готовил? — Ну есть такое… — Камадо смущённо отвёл взгляд, но вскоре снова обратил его на Томиоку, — так ,а… О каком именно прошлом? — О Сабито… Он обходился с тобой грубо, верно? — Всё в целях тренировки, и как видите — у него это получилось — Он был необычным… Он был… Таким как ты. Вы оба — безумно похожи, хоть этого и не видите. Ваше поведение, манера речи, мысли, выражение чувств — идентичны. Если честно, я… Я до сих пор не верю, что Сабито мёртв. Мне хочется думать, что он не мёртв, просто находится где-то там, где мы не можем видеться… — Вы видите во мне его? Только поэтому вы любите меня?.. — Вовсе нет. Я не говорю, что вы абсолютно одинаковые. Ты более рассудительный и добрый, твоя улыбка — то, ради чего хочется жить… Камадо снова смутился и отвернулся, но Томиоке это было только на руку. Подсев поближе, юноша прижал к себе Танджиро, а тот был вовсе и не против. Головой он улёгся на его колени, а за правую руку его держал столп. — Я вас люблю… — Я тебя тоже, Танджиро Резко, Гию что-то кольнуло в сердце и он согнулся в три погибели. — Томиока, с вами всё в порядке?! — Камадо испуганно вскочил и взял Томиоку за руку. Резко, столп перестал подрагивать, его руки перестали крепко сжимать форму в районе сердца, и он упал практически в ноги Танджиро.

***

Томиока очнулся в том самом месте, в котором виделся в прошлый раз с Сабито. Поднявшись, он огляделся и увидел вдали чей-то небольшой силуэт. Сжав клинок покрепче, Гию стремительно направился к нему, но резко остановился, понимая, кто же там сидит. Он спрятал оружие в ножны и таким же быстрым шагом продолжил приближаться к нему. Этот человек плакал. Это можно было понять по дрожащим плечам и рукам, которые по всей видимости прикрывали заплаканное лицо. Томиока практически коснулся розовых волос, как парень в мгновение ока вскочил в боевую стойку, держа в руках клинок. Он был зол. Безумно зол и печален. — Сабито, какого чёрта ты творишь?! Юноша взмахнул клинком, в попытке ранить Томиоку, но ,как опытный боец, он уклонился. Верхнюю часть его лица прикрывала маска, но рот и идущий до уха шрам были видны. Губы едва заметно подрагивали. — Твои слова… Ты врал. Ты никогда не любил меня. Я хотел, чтобы у тебя был такой замечательный напарник, а ты предал меня. Да, я мёртв, но это не значит, что я не могу тебе мстить! С рыком, он ударил его снова. — Я не могу понять как это работает, — Гию выхватил из ножны клинок и пресёк им клинок Сабито, который как и раньше давил на него с колоссальной силой, — я люблю и тебя, и его. Это не объяснить, но это правда! — НЕ ВРИ МНЕ! — бывший охотник с неимоверной агрессией кинулся на Томиоку, не останавливаясь перед блокировками его ударов, — тебе плевать на меня, ты просто хочешь по тихому уйти от меня под простым предлогом, — сила бросков юноши росла с геометрической прогрессией, — И СУТЬ ЭТОГО ПРЕДЛОГА — Я ТЕБЯ НЕ ЛЮБЛЮ В этот момент клинок Сабито соскользнул с орудия Томиоки и он со стальным звоном обрушился на него. От того, чтобы вцепиться в горло столпа руками, парня отделял преграждающий ему путь клинок, а точнее его тыльная сторона. — Ты ведёшь себя как животное, Сабито, — от напряжения руки охотника дрожали, потому что навалившийся всем весом Сабито оказывал на него сильное давление. Юноша сжимал тыльную сторону зубами, грозно рыча, и это напомнило Гию, как когда-то Танджиро так же сдерживал свою сестру, до того момента как не пришёл он… — Остановись, Сабито! Пожалуйста! — Пфегатель! — Что? Выплюнув изо рта клинковую сталь, Сабито громко повторил: — Предатель! Воспользовавшись моментом, столп отбросил ногой юношу и встал в стойку, готовый к новой схватке. Но он не спешил атаковать. Томиока спрятал оружие и быстро подбежал к другу, вытирающему с разбитых губ кровь. — Боже, Сабито… — Гию сел перед ним на колени и посмотрел ему в глаза, — иногда ты ведёшь себя как идиот, солнышко. Ты и Танджиро — вы оба мне дороги. Сабито поднял взгляд и снял с лица маску. — Обещай мне, что ты не бросишь его… Я не виню Танджиро, он действительно полюбил тебя случайно. Он станет великим воином, как ты. Только не бросай его. И… Не бросай меня… Я никогда тебя не брошу, сколько бы раз я не говорил эту фразу. Помни об этом. Томиока, сдерживая слёзы, обнял своего юношу, крепко прижимая к сердцу. — Ох, Сабито, каким ты был в детстве, таким и остался… — А куда мне ещё деться. Каждый день я слежу за вами всеми, но не могу с вами связаться. Опять же, мы будем видеться, иногда я буду приходить в материальной оболочке, но только ты пожалуйста не разбивай Танджиро сердце, как когда-то это сделал я с тобой — Я понял тебя. Ты ведь и сам прекрасно понимаешь, что я не брошу никого из вас Сабито прижался к столпу, чувствуя давно забытое им человеческое тепло. — Скоро увидимся, Гию Томиока, — парень встал, одел маску и на прощание махнул ему рукой. — Скоро увидимся, моё розовое солнце… — Томиока мечтательно разглядывал растворяющийся в белизне силуэт, пока не почувствовал, как что-то мокрое касается его лица.

***

Танджиро изо всех сил бил Гию мокрой тряпкой по лицу, чтобы тот очнулся. — А ЕСЛИ ОН УМЕР?! — Зеницу, завались, — ответил Иноске, тыкая не подающее признаков жизни столпа, — Кампатро, может ты ему искусственное дыхание сделаешь? Мало ли сдохнет ещё — Ты так думаешь? — Если что, я знаю место на горе, где можно закопать труп — Иноске! — А чё спрашиваешь тогда?! — Ладно Танджиро выдохнул, вдохнул побольше воздуха, почти коснулся его губ, как послышал тихий мужской голос: — Не ожидал от тебя настолько тёплого приёма, Танджиро Камадо отпрянул и со страхом отпрыгнул на другой конец комнаты. — ВЫ БЫ ХОТЬ ПРЕДУПРЕЖДАЛИ, КОГДА В СЕБЯ ПРИХОДИТЕ — В следующий раз предупрежу. Так что ты собирался сделать? — Искусственное дыхание, вы не приходили в себя на протяжении около получаса — Ох, да?.. — Гию потёр рукой заднюю часть головы и потянулся. — «Да, милый, прости…» — «Я в тебя ни в чём не виню, прелесть моя» — Спасибо, что пытались помочь… — Не за что, Томиока-сан, — Танджиро нервно хихикнул и поклонился столпу. — Так, без пятнадцати шесть… Зеницу, сейчас ты будешь делать силовые упражнения, а Иноске улучшать силу рук — ЧТО?! — одновременно вскрикнули оба парня. — Время не ждёт, бегом Пока двоица тренировалась, о чём-то между собой громко споря, Томиока и Танджиро наблюдали за этим с крыльца домика, греющиеся в лучах уходящего солнца. — Томиока-сан, мне недавно мерещилось, что… — Камадо привстал на носочки и шепнул на ухо Гию, — я общался с Сабито. Он был как настоящим. Хвалил, отвечал на вопросы, смеялся… Это было так странно. — Сабито действительно здесь. Здесь и Макомо, и другие ученики Урокодаки. Все они наблюдают за нами, поддерживают и хвалят, ругают и учат… Столп направил взгляд в лесную чащу. Там он увидел Сабито. Юноша подмигнул ему, надел на лицо маску и в мгновение ока скрылся среди кустов, оставляя за собой шелест множества листьев, уходящий куда-то вглубь. — Что это было, Томиока-сан? — испуганно спросил Танджиро, крепче прижимаясь к груди Гию. — Это была лиса. В этом лесу их много, — он невесомо коснулся губами бордовой макушки Камадо и обернулся к тренирующимся, — Зеницу, бери больше камней! — Я НЕ МОГУ! — Можешь. Ты в себя не веришь. Возьми ещё камней или сто кругов вокруг горы. Ночью. Под страхом наказания, Агацума боязливо положил к в мешок пару камней и сделал попытку поднять его. — Иноске, ещё несколько кругов и ты свободен — ДА Я… СРАЗИСЬ СО МНОЙ! Стоящие на крыльце Танджиро и Томиока переглянулись, посмотрели на кабана и рассмеялись. Хашибира, недовольно хрюкая, продолжил бег, пока Камадо мог наслаждаться обьятиями любимого и знать — он его никогда не предаст. Ведь ему это делать запретил Сабито.