Девушка моих кошмаров

140 часов идентификаций, провокаций, сложных ситуаций, Выдвижения в номинации подлеца, подонка, изменника, Оскорбляет, не подбирая слов, бьётся в истерике В словах патетика, скрыты мысли, рифмы, Мы с ней… насмерть, битва, снова мимо… Говорит мне, что цель оправдывает средства, Ты можешь обмануть себя, но не моё сердце. Баста — Чувства

Бонхи с трудом оторвала голову от подушки, рукой нащупывая будильник на тумбе. Найдя, нажала на кнопку, и противный писк прекратился. Не открывая глаз, девушка перевернулась на другую сторону, подтянув одеяло до подбородка, поглубже в него укуталась и немного придвинулась на середину кровати. Тут с глухим стоном и тихим ворчанием на ее талию опустилась рука, прижимая к чему-то теплому и твердому, сопровождая словами: — Бо, хватит вертеться, дай поспать спокойно. Девушка замерла. Мысли в голове зашевелились. Осторожно открыв, сначала левый, потом правый глаз, девушка тут же крепко зажмурилась. Через пару минут резко открыла глаза и проглотив застрявший в горле ком, истошно завопила. — Аааааа!!!!! Чон, обнимающий Бонхи, и мирно досматривающий свой сон с ее участием никак не ожидал это музыкальное сопровождение, которое было исполнено аккурат ему в ухо. Сон как рукой сняло. Открыв глаза, он соскочил с кровати, и испуганно уставился на Бонхи, которая не переставала кричать. — Ты че орешь?! — Гаркнул он. Бо во все глаза смотрела на стоящего перед ней в одних боксерах Чона. Крик прекратился, голос куда-то пропал. Девушка, похлопав глазами, пару раз икнула. — Чего случилось то? — Ты… Ты… Ты чего в моей кровати делаешь! — Снова закричала девушка. Мысленно заставляя себя оторвать взгляд от кубиков на животе Чона. — Вообще-то, милая, это МОЯ кровать! — Усмехнулся он и уперев руки в бока насмешливо посмотрел на растерянную девушку. Ему безумно нравилось то, как она выглядела. Спутавшиеся за ночь волосы, лежали на плечах в шальном беспорядке, мышка его майки сползла с ее плечика оголяя его, выпученные от испуга глаза, вызывающие улыбку, нежный ротик, изогнутый буковкой 'О', так и просился на поцелуй. — А что я тут делаю? — Спросила Бонхи, снова икнув. — До того как ты заорала, мы спали. — Вместе? — Да ты сама логичность, детка. — Я… Чонгук приподнял бровь, видя, как девушка раздумывает над чем-то, от чего ее брови смешно нахмурились. Снова икнув, девушка осторожно приподняла одеяло, заглядывая под него, проверяя наличие на себе одежды. Это зрелище было настолько комичным, что Чон не удержался и захохотал. — Че ты ржешь, упырь! Как ты меня сюда заманил, придурок? — Бонхи, убедившись, что она одета, скрестила руки на груди в защитном жесте и зло уставилась на чёрноволосого. — Вообще-то ты сама здесь уснула. Мы кино смотрели, а ты, отобрав мою любимую подушку, захрапела уже на середине фильма. — Чего не разбудил? — Ага, как же! — Хмыкнул Чон. — Да тебя пушкой не разбудить. — Мог бы унести в мою комнату. — Буркнула девушка. — Ну да конечно. Мне больше делать нечего как таскать твою тушку по всей квартире, зарабатывая себе грыжу. — Да пошел ты! А чего ты обнимался! — Рефлексы, милая. — Какие еще нахрен рефлексы, Чон! Я тебя за такие рефлексы так сейчас отрефлексую! Бонхи соскочила с кровати, схватив подушку за край, и со всей силы ударила ей Чона. — Истеричка чертова! Да тебя изолировать нужно! Чонгук, уворачивался от снаряда, бегая по комнате. — Я тебя сейчас изолирую! Питекантроп козлинобородый! — Нет у меня никакой бороды! Легкая сексуальная щетина! — Ага, как у свиньи! Боров не кастрированный! Ну ничего, сейчас мы это исправим. — Запустив в очередной раз в Чона подушкой, Бонхи с диким воплем: — Даешь бой свинятине! — кинулась на мужчину. Тот, спасаясь, раскрыл дверь и выскочил в коридор. — Чхве Бонхи, дура ненормальная, у тебя что, мозги заклинило? Утреннее обострение психоза? — Заткнись, бабуин краснозадый! — У меня трусы красные, а не задница. Хочешь, покажу? — Чон мило улыбнулся, остановившись у двери, ведущей на кухню. — Что??? Извращенец! — Ну почему сразу извращенец. Что тут такого то. Ты же уже со мной спала. — Кто это тут с кем спал? — Раздался сонный голос позади них. — Мальчик мой, ты почему это в одних трусиках по дому ходишь, застудишься. Чон Юрён прикрыла зевок ладошкой, и вопросительно посмотрела на затихших молодых людей. — Он со мной в одной кровати спал! — Обиженно ответила Бонхи. — Я, что, по-твоему, в своем доме на полу должен был ночевать? — Да хоть в ванной на Аляске! — Повернувшись к нему, закричала девушка, снова замахиваясь подушкой. — А ну циц! — Шикнула на них бабушка. — Успокоились. Пошли оделись и завтракать. Вам еще вещи собирать в дорогу, а вы из-за мелочей как дети ругаетесь. Бонхи, деточка, ну в конце-концов, подумаешь, переспали. Зато теперь вы настоящая пара. — Улыбнулась им она. — Ничего не было! — хором ответили оба. Женщина лишь покачала головой. — Ну что за молодежь нынче. Взрослые, здоровые, красивые, а не знают, чем ночью в постелях занимаются. Эх! Марш одеваться. Чон с Бонхи недовольно переглянулись друг с другом и разошлись по своим комнатам. — Не понравилось ей, видите ли, что я ее обнимал. А не фиг было так сексуально выглядеть. Напялила мою майку, удобной ей в ней, понимаешь. — Ворчал Чон, складывая вещи в спортивную сумку. Он злился не на Бонхи, а на свою реакцию на нее. Вечером, когда они вернулись из клуба, ему ужасно не хотелось расставаться с девушкой. Он все еще находился под эротическим эффектом, который произвели на него танцы с Бо в клубе. Они танцевали несколько часов подряд, сменяя быстрые ритмы, когда их тела заманивали друг друга открытой страстью, на медленные, таившие в себе ураган сексуальности. Но как только они переступили порог квартиры, Бонхи вела себя так, будто ничего не было. Словно их взгляды не питали друг друга бешеной страстью, когда их тела соприкасались под ритмы клубной музыки. Словно не было тех нескольких мимолетных касаний губами, когда он не смог сдержаться. Бонхи просто прошла в зал и усевшись на диване сняла туфли со вздохом наслаждения. — Блиииин, вот оно счастье! — Она блаженно закрыла глаза и буквально замурлыкала себе под нос. — Вам, мужикам, не понять. Наблюдавший за ней Чон не смог сдержать улыбку. Ему с каждой минутой все сильнее нравилась эта безбашенная девчонка. Он до зуда на руках хотел обнять ее, прижать к своей груди и целовать. И только он сделал шаг, желая воплотить в реальность свои мысли, как слова Бонхи, словно ведро ледяной воды, отрезвили его мозги. — Слушай, неандерталец, давай киношку посмотрим, а то твоя рожа мне сегодня надоела уже, хоть на красивых мужчин полюбуюсь. Скрипнув зубами, Чон предложил ей выбрать диск, а сам отправился включать DVD, который стоял в его комнате. Пока девушка переодевалась, стащив из стопки чистых вещей в ванной его майку, Чонгук приготовил им по паре бутербродов и некрепкий зеленый чай. Они сидели на его кровати и смотрели какой-то ужастик. В особо 'страшных' местах девушка хохотала как заведенная, удивляясь тупости героини, за которой гонялся уродливый мужик с окровавленным топором. К середине фильма энтузиазм Бонхи поубавился, и она поудобнее устроившись, легла на подушку, на которой обычно спал Чон. Через пару минут девушка сладко посапывала во сне. Чонгук еще долго лежал, любуясь красивыми чертами, освещенными экраном телевизора. Когда глаза стали закрываться, он, достав из шкафа запасное одеяло, укрыл им Бо и, раздевшись, лег сам. Не удержавшись, он нежно обнял девушку за талию, подвигая ее к себе. Уткнувшись носом в ее макушку, мужчина провалился в сон. — Так мои хорошие, сильно не шалите там. Ведите себя хорошо. — Погрозила пальцем Чон Юрён, стоящая возле машины Чона, провожая их с Бонхи на свадьбу ее сестры. — Ба, что бы никаких мужиков в квартире! И не кури! — В свою очередь ответил ей Чон и, чмокнув на прощание, закрыл дверцу машины и завел мотор. — С Богом! — Выдохнула Бонхи, и они тронулись с места.