Созерцатель

В школе в этот час было удивительно тихо. Должно быть, только-только начались послеобеденные занятия, и потому им врядли мог встретиться по пути кто-то из студентов. Впрочем, профессора тоже едва ли могли выйти им навстречу. Разве что у кого-то из них было свободное окошко в расписании. Проверить это можно было лишь одним образом — опытным путем. Северус щелкнул пальцами, призывая эльфа. И вот, не прошло и пары секунд, как перед ними застыл достаточно молодой представитель волшебной расы. — Дир… — начал было он свое радостное приветствие, но тут же прикусил язык и виновато вжал голову в плечи, стоило Северусу резко поднять раскрытую ладонь. — Не тебя я ожидал увидеть по зову, — недовольно заметил он. — П-прошу простить! — воскликнул эльф в ответ и уже был готов начать биться головой об пол, но его вовремя остановили. — Даже не вздумай, — холодно осадил его Северус. — И без твоих истерик тошно. Лучше скажи, на своем ли месте мадам Помфри? — Д-да! Да-да, на своем. — Хорошо, а что насчет профессора Флитвика? — Профессор сейчас ведет занятие. Он просил Винки принести пирожные к нему в кабинет после урока. Должно быть, ждёт вас, — поведал эльф. — Пирожные — это так чудесно, — с улыбкой протянула Луна. — Лишь бы они были не лимонными, — скривился в ответ Северус. Эльф испуганно дернулся. — Неужели они? — Я все исправлю! Будут не лимонные. Могу сказать Винки прямо сейчас… — Да, поторопись. До конца урока осталось не так много времени. — Северус махнул рукой, отпуская его, и эльф тут же исчез. — Идем. — Он потянул Луну за собой, на ходу поправляя кепку. — Было бы славно не встретить никого по пути. — Особенно кого-то конкретного? — поинтересовалась Луна, с интересом разглядывая коридоры, будто бы никогда раньше их не видела. — Ой! А как же Пивз… Странно, что он не встретил нас при входе. — Не сказал бы, что меня это огорчает. — Очень даже зря! — Пивз, точно ждал момента, вынырнул прямиком из стены и перегородил им дорогу. Ткнув пухлым пальцем в Северуса, он обиженно надулся. — Я тут, между прочим, ради вас двоих замок охраняю. И вот вся ваша благодарность?! Какой позор… — Охраняешь ли? — с сомнением уточнил Северус. Луна не сдержала веселого смешка. — Я рада тебя видеть, Пивз, — искренне сказала она. — Мне кажется, мы не виделись целую вечность. — Почти! Почти вечность, — подтвердил Пивз и сложил руки на груди. — Так, каким на этот раз ветром вас надуло? — Попутным, — недовольно выплюнул Северус. — Не мешай. И не действуй мне на нервы. — У-у-у, — протянул Пивз, лег в воздухе на живот и поплыл ногами вперед, сопровождая их по длинным коридорам замка. — Какие мы сегодня злые, раздраженные и недовольные… Луна, ты что, не следишь за ним?! — Ты много болтаешь, Пивз, — холодно бросил Северус. Луна улыбнулась. — Похоже, ты сильно расслабился тут в мое отсутствие. — Угрожаешь? — Предупреждаю. Пивз в ответ весело фыркнул, явно не приняв его слова всерьез, однако мешать обзору перестал. Перекувырнувшись в воздухе, он на секунду скрылся в стене и тут же появился рядом с Луной, делая вид, что шагает по полу, подобно живому человеку. Игнорируя всякое недовольство со стороны Северуса, он принялся болтать обо всем, что только приходило ему в голову: рассказывал о новых веселых проказах, о скучных первогодках, которые совсем перестали искать приключений, о школьных сплетнях и, конечно, не упускал возможности пожаловаться на профессора МакГонагалл, которая пыталась приструнить его при любом удобном случае. — Но, вообще-то, даже Кровавый Барон не особо слушает ее! А раз так, то чего мне бояться! — весело заметил Пивз и вдруг озадаченно поглядел на двери, перед которыми они остановились. — Не понял. А чего это мы сюда пришли? Кто ранен?! А?! Чокнутая, колись! — Никто не ранен, — тепло улыбнулась ему Луна. Ее очень радовало волнение полтергейста — это как ничто иное доказывало его искреннюю к ней привязанность. — Переживать точно не стоит. — А кто переживает?! — тут же возмутился Пивз. — Я просто так спросил, — вдруг очень смущенно добавил он и отвернулся, надеясь скрыть побелевшие щеки. Луна негромко рассмеялась. — И ничего смешного! — Пивз, сколько можно кричать? — Северус поморщился, недовольно махнул на него рукой, предупреждая все последующие споры, и толкнул дверь, пропуская Луну вперед себя. — Да я! — возмущенно фыркнул Пивз, но до того тихо, что могло показаться, что он заболел. В больничное крыло он скользнул в закрывающуюся дверь вслед за Северусом. Скромненько так, непривычно, протопал за ним до кабинета целительницы и, сцепив пальцы за спиной, принялся ждать, чтобы узнать суть этого визита. — Мадам Помфри? — обратился Северус, постучав в дверь. За стеной слышалось несколько голосов. Должно быть, колдомедик была не одна. — Да? — Поппи выглянула в общий зал с некоторой опаской. Она явно не ожидала услышать мужской голос. — Прошу прощения, вы ко мне… — Здравствуйте, мадам, — улыбнулась ей Луна, решив обратить ее внимание на себя. Помфри приглянулась к ней, немного прищурившись. — Ох, мисс Лавгуд! — узнала она несколько долгих секунд спустя. — Вы так повзрослели… А вы? — Супруг, — отозвался Северус и протянул руку появившемуся за спиной Помфри Лонгботтому. — Сначала подумал, что меня обманывает слух. Добрый день. Созерцатель, Луна, — кивнул тот. — Пивз, и тебе привет, — любезно добавил Невилл, но полтергейст сделал вид, что его не услышал. — Очень любезно с твоей стороны. — Невилл, как славно, что мы тебя увидели, — протянула Луна своим любим отстраненным тоном, разглядывая разноцветные точки над его головой. — Твои мозгошмыги теперь носят важный профессорский вид! — Ой, да что ты, — Невилл вдруг смутился. Кажется, он еще не до конца чувствовал себя уверенно на этой серьезной должности. — Но почему вы здесь? — Профессор Флитвик пригласил на небольшое чаепитие, — поведала Луна. — Однако кабинет Филиуса находится совсем не в этой стороне, — хмуро заметила мадам Помфри. — Что-то случилось по пути? — Что-то случилось, — подтвердил Северус, — но не по пути, и мы были бы благодарны, если бы вы проверили состояние Луны. — Конечно, — с готовностью кивнула Поппи в ответ. Она не могла отказать в помощи ни одному нуждающемуся. И пускай девушка с виду не выглядела болезненной, отпустить ее без проверки она уже не имела права. — Садитесь сюда, милочка. Как вы себя чувствуете? — Совсем не странно, — поведала Луна, присаживаясь на край ближайшей койки. Целительница глянула на нее с некоторым удивлением, но затем, словно что-то припомнила, только кивнула ей и достала волшебную палочку. — Проведем стандартную проверку, — объявила Поппи, выводя в воздухе волшебные символы. — Только не стойте над душой, — приказала она, коротко оглянувшись на Северуса. — И не дышите мне в затылок. Я не причиню ей вреда. Можете быть уверены. — Я в этом не сомневаюсь, — мирно согласился с ней тот и сделал шаг в сторону, чтобы не мешать. Невилл решительно составил ему компанию в немом ожидании. Мадам Помфри действовала четко и быстро, движения ее были выверены до миллиметров, а волшебная палочка по-настоящему казалась продолжением ее руки. Такая работа завораживала. Однако беспокойство, покалывающее сердце, не давало в полной мере оценить подобное мастерство. Северус внимательно следил за волшебными нитями, окружившими Луну, приглядывался к их колебаниям, к изменению цвета и с каждой секундой все сильнее сжимал кулаки. Не от злости, нет — от понимания, что… — Могу вас поздравить, — объявила Поппи. — Правда? — неожиданно неуверенно уточнила Луна и с надеждой поймала взгляд женщины. — Насколько я могу судить, правда, — мягко согласилась целительница и нежно сжала ее ладонь. — Вы в положении, Луна. И уже сейчас я могу сказать, что это будет не легко… — Что вы имеете в виду? — весьма резко спросил Северус и шагнул вперед. Остановившись около кровати, где сидела Луна, он хмуро глянул на Помфри, но та не смогла оценить его взгляд за козырьком кепки. — Есть какие-то осложнения? — Осложнения? — переспросила Поппи. — Ну, разве что за осложнение можно посчитать количество будущих карапузов. Я вижу двух волшебников. Мальчика и девочку. — Сразу на двух чокнутых больше! Мое сердце этого не выдержит! — с наигранным ужасом воскликнул Пивз и вдруг сорвался с места, взлетел к потолку и исчез в каменном своде. Невилл, не ожидавший ничего подобного, неловко качнулся и, охнув, зацепил рукавом тонкий пустой поднос на прикроватном столике. Тот с грохотом свалился на пол, привлек всеобщее внимание, и заставил его покраснеть до корней волос — чего давно не происходило. Невилл выпрямился и отвел взгляд. А Луна только весело рассмеялась, наблюдая эту картину. Настроение внезапно стало таким хорошим! Что хотелось просто смеяться и смеяться… громко, до слез. — Прошу прощения, не специально, — виновато пробормотал Невилл, заметив укоризну в глазах мадам Помфри, и поспешил вернуть поднос на его законное место. — Что-то никогда не меняется, — заметила Поппи, вздохнула и быстро сменила гнев на милость. — Ничего страшного, дорогой, это всего лишь поднос. — Она перевела взгляд на Луну. — А вам, моя хорошая, стоит обратиться в Мунго и получить дальнейшие рекомендации. Но Луна будто ее не услышала. Это было странное чувство, но совсем не плохое, даже наоборот. Она пока точно не смогла бы дать ему никакого названия, и все же… Все же это были по-настоящему искренние добрые эмоции. Луна обернулась на Северуса, однако не смогла разглядеть его лица за козырьком кепки и подняла взгляд над его головой. Мозгошмыги находились под жестким контролем и на волю не показывались. — Ты не рад? — негромко поинтересовалась Луна. — Я не знаю, — отозвался тот и мягко сжал ее ладонь. — Не знаю. — Но пусть будет так? — Верно, — кивнул Северус и глянул на целительницу. — Вы уверены, что детей будет двое? — Абсолютно, — с достоинством ответила Поппи. — Ошибки быть не может. К тому же, и срок уже не такой маленький. Неужели раньше не заметили, что с вами что-то не так, дорогая? — Как-то оно не замечалось, — с улыбкой сказала Луна и негромко рассмеялась, сильнее сжимая пальцы Северуса. Смех ее был чистым, счастливым. Сдерживать его совсем не хотелось. — Папочка, наверное, обрадуется. Мне бы хотелось, чтобы он порадовался. — Уверен, он порадуется. Лишь бы только обошлось без лимонных пирогов. Иначе праздник обещает быть не самым здоровым. — Надеюсь, это не навсегда, — с некоторой грустью заметила Луна. — Лимонный пирог напоминает мне о хороших летних деньках. Ой, Невилл, — вдруг добавила она, — может, ты тоже хочешь попить с нами чай? — А, ну, неудобно как-то, — неловко улыбнулся тот в ответ. —Меня-то не приглашали. Да и зачем я буду вам мешать… — Вовсе не мешать! — возразила Луна и глянула на Северуса с тихим вопросом в глазах. — Мне все равно. — Видишь, ты никому не помешаешь. Решено! — Луна достаточно резко поднялась с кровати, качнулась, с удивлением понимая, что этот маневр оказался не таким простым, как обычно, и облокотилась на вовремя подставленную руку. — Мы навестим профессора Флитвика все вместе. Разорим запасы его печенья, — весло добавила она в конце. — Да, если тебе не станет от него плохо. — Не забудьте после чаепития обязательно навестить Мунго, — строго наказала мадам Помфри, прежде чем кивнуть им на прощание и скрыться в своем кабинете. — Идем, урок скоро закончится. Не хочу толкаться в коридорах со студентами. — Северус недовольно скривил губы. Впрочем, в действительности ему было глубоко плевать на толпы школьников, сейчас все его мысли занимали другие, куда более важные вопросы. Каково это, стать отцом — он совсем об этом не думал раньше. Из больничного крыла вышли втроем, шли в тишине, каждый думал о чем-то своем. В молчании прошли несколько коридоров, вышли к лестнице и поднялись на нужный этаж. Звон колокола, оповещающего об окончании занятий, догнал их практически у самой двери кабинета, поэтому хозяина чаепития пришлось подождать всего около десяти минут. — А вот и вы, как славно! — Филиус встретил их добродушной улыбкой и пропустил внутрь кабинета. Предложил сесть, разлил чай по чашкам и выставил на стол печенье и заранее заказанные у эльфов угощения. — Ну, рассказывайте! Хотя нет, постойте… Луна, рассказывай, как ваши дела. А ты, Северус, — он строго глянул в его сторону, — поговори в это время с замком. Он истосковался. — Я говорю с ним с тех пор, как ступил на территорию школы, Филиус. За это можешь не беспокоиться. — Я больше беспокоюсь за здоровье Минервы, ее очень задевает подобное недоверие к ней со стороны Хогвартса, хотя она так много делает ради его блага. Никто, кроме тебя, ему не нужен. — Ему нужен не я, а нормальный директор. — Это не так, — спокойно возразил Флитвик и двинул чашку с печеньем в сторону скромно молчащего Невилла. — Кушай, дорогой, не стесняйся. — Затем глянул на Луну. — Итак, какие новости? — Самые позитивные, — улыбнулась Луна, обняв себя за живот. — Наша команда стала почти в два раза больше. И мы изучаем совсем новую территорию, где еще никто из нас не был! — поведала она. — Думаю, ты хотела сказать не это, — заметил Северус, впервые встретив ее взгляд с того момента, как снял кепку. Серые глаза будто светились изнутри по-настоящему искренним счастьем. Таким заразительным и прекрасным, что захотелось просто забыть обо всех сомнениях… — Ах, ну да, — согласилась Луна. — Вообще-то, я хотела сказать, что новости самые позитивные вовсе не из-за команды. — В чем же дело? — не вытерпел Филиус. — Мы только что были у мадам Помфри, и она… Она сказала, что у нас будут девочка и мальчик. — Что-что?! — изумленно выдохнул Филиус и подался вперед. — Мои уши меня не обманывают? — спросил он и отчего-то глянул на Невилла. В поисках поддержки, не иначе. Тот согласно кивнул. — Надо же! И правда, самые позитивные новости. Я… Я вас поздравляю! Ох, Северус, не думал никогда, что увижу тебя в роли отца, но это… — Спокойно, — осадил тот его в ответ. — Не говори пока ничего. — Ни одного слова, — усмехнулся Филиус и поднял вверх чашку с чаем. — Но за это надо выпить!

***

Честно говоря, Луна не думала, что это что-то изменит. Беременность — это ведь что-то естественное, верно? Она и чувствовала себя вполне нормально, за исключением того, что ее часто клонило в сон и тошнило от резких запахов, в особенности от цитруса. В остальном все было так, как раньше. Но, кажется, Северус и папочка так не считали. С того самого дня, когда в Мунго подтвердили каждое слово мадам Помфри, ее ни на секунду не оставляли одну. Совсем! Конечно, подобная забота была очень приятна, но вместе с тем, кажется, ее дорогие мужчины просто забыли обо всех собственных делах и заботах. — Спасибо, я могу сама… — начала было Луна. Она хотел достать альбом с верхней полки, но ее мысль опередили. — Зачем, если я уже это сделал? — Северус протянул ей не только альбом, но и карандаши, и даже кисти с красками, чтобы у нее был выбор, чем она хочет рисовать. Оставалось лишь сходить за баночкой для воды. — Стакан тоже принесу. Сиди. — Если вы с папочкой будете все делать за меня, совсем скоро я превращусь в шарик и больше не смогу ходить, — с веселым блеском в глазах заметила Луна. — Шариком ты станешь в любом случае, — спокойно ответил Северус, — но это не беда. Я все еще умею летать. И я все еще могу быть твоими крыльями. — И мы сможем спрыгнуть с обрыва, как раньше? — Не думаю, что это хорошая идея. По крайней мере, пока. — Северус нахмурился, что-то обдумывая. — Но взлететь так же высоко в моих силах. Впрочем, и это не самая лучшая идея. — Какие-то очень вредные у меня крылья, — улыбнулась Луна. — Тебе так не кажется? — Не кажется. — Северус качнул головой и вышел из комнаты, чтобы спустя пару минут вернуться обратно со стаканом, полным чистой воды. — Как ты себя чувствуешь? — спросил он, оставил стакан на столе и сел на стул рядом. — Замечательно, — честно ответила Луна, тепло ему улыбнувшись, и легонько сжала его ладонь. Она действительно не чувствовало никаких недомоганий. Все было вполне обычно. — Так же замечательно, как и вчера, и неделю назад, и даже месяц. Только очень хочется посмотреть, что там такого интересного нашла команда в экспедиции. Наверняка там накопилось достаточно мудреных задач для каждого! — Наверняка, — спокойно согласился с ней Северус и бросил взгляд на стопку нераспечатанных писем. Прочесть новости из экспедиции никак не доходили руки. Ударившие по голове новости, честно признаться, слегка выбили его из колеи. Северус неожиданно для самого себя понял, что любая мысль о будущем в качестве родителя по-настоящему его волновала. — Но не думаю, что мы упускаем что-то важное. — Мы могли бы присоединиться к команде на следующей неделе, когда завершим печать юбилейного выпуска, — предложила Луна, делая первые наметки будущего пейзажа в альбоме. — Нет. — Ты думаешь о словах целителя? — Луна подняла на него взгляд. — Он не говорил, что мне запрещено участвовать в экспедициях. — Он говорил, что тебе нужно создать благоприятные условия для жизни. Спокойствие, Луна, и никаких тревожащих факторов. В экспедиции может произойти все что угодно. И я… — Северус вдруг отвел взгляд и поджал губы. Тот день со взрывом палатки-лаборатории служил напоминанием о том, что опасность подстерегает везде. — Я не смогу предотвратить все. — Как и тут. — Тут смогу, — уверенно возразил Северус и поднял руку, желая прекратить этот разговор. — Неизвестно, сколько еще экспедиция будет оставаться на этом месте, — с легкой грустью заметила Луна. — И расположит ли лагерь там еще хоть когда-нибудь. — Уверен, они и без нас прекрасно справятся с тем, чтобы составить список всей живности. Скамандеры не упустят возможности описать и изучить повадки ранее невиданных ими созданий. — Но… они не смогут нарисовать такие же чудесные иллюстрации, как мы! — нашла аргумент Луна. — Читатели будут ждать новые сведения о наших приключениях. Мы не можем оставить их без этих чудесных картинок. — Едва ли меня волнуют читатели. — Но меня волнуют, — твердо ответила Луна и упрямо остановила взгляд на его лице. Северус поморщился, , тяжело вздохнул и решительно потянулся за небольшим альбом в черной обложке. Он начал его совсем недавно и успел сделать лишь пару кривых зарисовок, только лишь ради того, чтобы чем-то занять руки и дать возможность мыслям вернуться в рабочее русло. Сейчас ему тоже хотелось немного привести сознание в порядок, и потому альбом и чернила были как никогда кстати — даже странно, что он не убрал их на место, а оставил тут, на столе. — Ты брала мой альбом, — заметил Северус. Он пролистал пару страниц, но не обнаружил никаких изменений в своих линиях. — Мне просто было интересно, — совершенно честно ответила Луна и прикусила кончик карандаша. — Я видела, ты рисовал в саду пару дней назад, пока мы с папочкой думали над начинкой для пирога. Мне понравился вид на долину. — Не верю, — качнул головой Северус и взялся за перо. Глянул на задумчиво грызущую кисть Луну и принялся за дело, пока мысли его продолжали кружиться вокруг всего, что с ним неожиданно приключилось. Впрочем, неожиданно — это не совсем правильно. Или, сказать вернее, совсем не правильно обозначить так происходящее. Все это могло называться неожиданным лет десять назад. Даже чуточку больше, чем десять. Но не сейчас. Однако даже спустя столько лет он никак не мог понять, почему же все-таки все это с ним произошло. В какой такой момент судьба вдруг решила над ним сжалиться? В какой такой момент он решил, что ему дозволено принимать от нее что-то хорошее? Это было необычное чувство. Северус бросил взгляд на свои пальцы, мазнул им по блестящему ободку кольца и чуть приподнял уголки губ. Он носил это кольцо уже несколько лет и совсем не придавал ему особого значения, но именно в этот момент почему-то на душе стало так спокойно от одного только взгляда на него. Кольцо, словно символ, кричало ему о том, что он больше не одинок. Он не одинок. И, наверное, это правильно… Это куда намного правильнее, чем все то, что было до этого. И ради всего этого можно было продолжать жить. Северус сделал очередной росчерк пера, взглянул на результат и приподнял альбом, чтобы сравнить рисунок с оригиналом. Луна, казалось, даже немного не изменила своего положения. Она все так же сидела на стуле, подогнув под себя правую ногу, и грызла кончик кисти, пытаясь отыскать что-то интересное на совершенно белом листе. — Присоединимся к команде на следующей недели сразу после того, как повторно навестим целителя, — наконец согласился Северус. — А? — Луна удивленно встрепенулась и глянула на него своим по-обычаю слегка не от мира всего взглядом. — Правда? — обрадовалась она спустя несколько секунд, когда смысл слов дошел до ее сознания. — Тогда я подготовлю новый альбом и карандаши! В последнее время мне нравится использовать их вместе с акварелью. — Я заметил. Но не радуйся раньше времени, — строго начал Северус. Впрочем, голос его почти сразу смягчился. — Сначала узнаем, не навредят ли подобные столь длительные перемещения… — Думаю, все будет хорошо, — улыбнулась Луна и подскочила на ноги, решив порадовать папочку славной новостью. — Ой, только еще обязательно отправлю письмо Джинни. Она снова на меня обиделась. — За что на этот раз? — нахмурился Северус. — Ты сообщила ей свой новость в тот же день. — За то, что Невилл снова узнал обо всем раньше нее и лично, — звонко рассмеялась Луна. — Но ведь это случилось совершенно случайно! — и с этими словами она поспешила вниз по лестнице. — Осторожнее…

***

К целителю на прием попали в пятницу, ровно через неделю. Тот внимательно выслушал их, провел проверку состояния Луны, пожевал губы, но не смог подобрать причину, по которой ей следовало бы отказаться от опасной авантюры. По крайней мере, сама она ничего опасного в экспедиции не видела. Поэтому он лишь дал новые рекомендации со списком всех необходимых зелий, посоветовал внимательно следить за питанием, не перенапрягаться и по возможности исключить всякий стресс. И под конец приема назначил дату к которой им следовало прибыть к нему в Лондон или, на крайний случай, навестить любую ближайшую волшебную больницу. — Аппарация не навредит детям? — Северус задал самый главный вопрос, когда с ними уже собирались прощаться. — Пока что волноваться не стоит. Но после следующей проверки я бы рекомендовал вам остаться в Великобритании до родов. Чем больше срок, те выше риск навредить детям при перемещении. Аппарция слишком агрессивна для столь маленьких, еще неразвившихся до конца эмбрионов. — Значит, у меня есть только месяц, — нахмурилась Луна, но тут же просветлела лицом. — Стоит использовать это время с максимальной пользой. — Только не в убыток своему здоровью, — улыбнулся целитель. — До встречи в следующем месяце. Ах, да, если у вас не выйдет вернуться в Лондон к тому времени, сообщите мне об этом в письме. И обязательно отправьте заключение целителя, к кому вы обратитесь там, где бы вы не оказались. — Думаю, мы все же успеем вернуться. Всего доброго, — попрощался Северус. Луна кивнула, махнув колдомедику на прощание рукой. И они вместе вышли из кабинета. — Значит, можно отправляться? — уточнила Луна, когда они оказались на улице. Она поежилась от пробирающего ветра. Лондон совсем не радовал погодой. Октябрь выдался холодным и мокрым. — Да. — Северус накинул на ее плечи свое пальто и протянул руку, предлагая крепко за нее взяться. — Надеюсь, Ксенофилиус собрался… не хотелось бы тратить время зря. Они переместились домой, прмяо в гостиную. Оглянулись, прислушались к тишине и хмуро переглянулись. Ксенофилиус должен был собирать вещи — а это он всегда делал достаточно громко — поэтому столь неожиданное затишье насторожило. Однако не успели они отправиться на поиски, как хлопнула входная дверь, и в дом вперед хозяина протиснулся пряный аромат каких-то сладостей. А затем в коридоре показался и сам виновник переполоха. — Где ты был, папочка? — с улыбкой поинтересовалась Луна, с интересом заглядывая в бумажные пакеты, полные разнообразных булочек. — Подумал, что было бы славно порадовать друзей чем-то вкусным! — пояснил он с энтузиазмом и ненадолго прервался, пытаясь отдышаться. — Ты что, бежал? — хмуро спросил Северус, оценивая его растрепанный вид. — Думал, что не успею, — махнул рукой Ксено. — Но, кажется, я вовремя? — Вовремя, папочка! — кивнула Луна. — Это булочки Большого Джо. Я всюду их узнаю. — Да-да! И он передавал тебе большой привет. Нет, не большой, а просто огромный. И, конечно, выражал надежду скоро увидеть тебя в его новой пекарне. — Ох, и правда, — озадаченно качнула головой Луна. — Он говорил об этом. То есть, тогда он только хотел выкупить соседнее помещение. А теперь, вот оно как… Какой он молодец, правда? — она обернулась на Северуса, но тот только дернул в ответ плечом. — Все это не важно. Берите вещи. Чем раньше отправимся, тем раньше займемся делом. — Все-таки без нас им не справиться? — негромко рассмеялась Луна, намекая на прочитанные накануне письма Рольфа, которых накопилось большое количество. — Как славно быть частью чего-то большого и интересного! — Может, еще чай попьем? — предложил Ксенофилиус, радуясь хорошему настроению дочери. — Попьем в лагере, — твердо отрезал Северус и тяжело вздохнул. — У вас есть десять минут. — Успеем выпить по кружке чая, — улыбнулась Луна и поспешила на кухню за чайничком. — Северус, — позвала она по пути, заметив, что мужчина направился к лестнице, — мои вещи на кровати. — Хорошо, — кивнул тот, — я принесу. Ксенофилиус, а ты, будь добр, своими вещами займись сам. — Конечно-конечно, — отозвался Ксено. — Я все собрал. Ждать меня не придется, — пообещал он. Ждать действительно не пришлось. Однако десять минут, выделенные Северусом, все равно растянулись на пятнадцать дополнительных. Но когда чай был допит, они наконец собрались в коридоре, взялись за портал и, стоило активировать его, переместились в обозначенную точку на краю лагеря — в этом месте им повезло с магическими потоками, поэтому никаких возмущений и долгой дороги пешком или на маггловских машинах. — Надо же! — Первым их заметил Мальсибер, точно что-то почувствовавший и вышедший из палатки ровно в этот же момент. — А я уж думал, что вас там съели. Как эти… эти мозгошмыги. — О, они могли, — кивнула ему Луна с совершенно серьезным видом. — Но задержали не они, — словно бы даже успокаивающе добавила она. — Что-то куда более страшное? — усмехнулся Мальсибер, пожимая отвечания на рукопожатие Северуса. Затем поздоровался и с Ксенофилиусом. — На самом деле, вы даже вовремя. Мы только-только обнаружили кое-что стоящее. Работа кипит. — Это радует. С твоего позволения, мы оставим вещи и проверим палатку. — Что-то ты какой-то уставший. — Мальсибер прищурил один глаз и хлопнул его по плечу. Однако выяснять ничего не стал. — Приходите потом в столовую. Скоро обед. — Ой, а ведь мы не с пустыми руками, — встрепенулась Луна. — У нас есть булочки! — Федор сочтет это за оскорбление, — хохотнул Мальсибер. — Это угощение от честного сердца, — спокойно возразил Ксено. — Он поймет. — Будем верить!

***

Они не стали говорить никому о некоторых изменившихся обстоятельствах. Сильных внешних изменений пока не наблюдалось, и Луна просто не хотела никого волновать или отвлекать от работы. Но, кажется, подозрения все равно были вызваны. Конечно, первыми перемены в поведении их всех — в том числе и Северуса с Ксенофилиусом. Последние все так же старались не оставлять Луну одну, всегда сопровождали ее, куда бы она ни собралась пойти и делали все, чего бы ей не захотелось. Стоило только посмотреть в нужную сторону… Конечно, они и раньше делали все. Просто сейчас волнение их было практически осязаемым. И пускай Луна пыталась заверить и папочку, и Северуса — и вместе, и по отдельности, — что чувствует себя совершенно прекрасно, успокоить их тревогу она никак не могла. А потому принимала излишнюю заботу с величайшим спокойствием и благодарностью, пила все зелья, сваренные Северусом лично для нее, и занималась любимым делом, зная наверняка, что ее защитят от любой опасности. — Смотрю на вас, и не могу понять, — протянул Мальсибер в пятницу второй недели. — То ли я чего не понимаю, то ли вы совсем странные. — Но это ведь нормально, — улыбнулась Луна в ответ и, не успел открыть рот, чтобы попросить передать ей яблоко, как-то уже оказалось у нее в руке. Честно говоря, она давно начала подозревать, что Северус использует легиллименцию. И с каждым разом убеждалась в этом все сильнее. Но никакого давления или вмешательства в свое сознание она точно не чувствовала! Работал он очень мягко и совсем незаметно. — Я бы так не сказал, — поддержал Эрнеста опустившийся с ним рядом Рольф. — Северус почти не выходит в поля с нами и соглашается посмотреть находки исключительно в лаборатории. Думаю, чтобы не отходить надолго от тебя, Луна. И Ксенофилиус тоже старается не покидать лагерь лишний раз, если только ты никуда не идешь. Так, что вы скрываете? — спросил он, хмуря брови. — Верно подмечено, — кивнул Мальсибер. — Стелла и та смотрит на вас косо, а она в последнее время больше всех увлечена работой. — Неужели? — Северус скривил губы в привычном для него недовольстве. — На нее не похоже. — Если бы ты хоть раз вышел с нами к болоту, то сразу бы понял, что заинтересованность ее не взялась с пустого места. Впрочем, это сейчас не важно. Что случилось в Лондоне? — Почему обязательно что-то должно было случиться? — Потому что вы с Луны пылинки сдуваете, будто… — Эрнест нахмурился и переглянулся с Рольфом. — Надеюсь, ничего серьезного? Попала в передрягу? — Что-то вроде того, — вдруг весело рассмеялась Луна и бросила на Северуса взгляд. Тот со вздохом закатил глаза, что могло означать лишь одно — ей разрешили говорить во всем признаться. Ксенофилиус тоже кивнул, поддерживая ее в этом вопросе. — Правда, попала я в нее чуть раньше. — Раньше? — одновременно переспросили Эрнест и Рольф. — И, кажется, передряга эта будет со мной навсегда… — Луна, не пугай. — Рольф подался вперед, пытаясь различить что-то на ее лице, но девушка была совершенно спокойна. Ее глаза блестели теплотой и радостью. — Это не что-то страшное, я прав? — Как посмотреть, — качнул головой Северус. Ксенофилиус улыбнулся на такое заявление. — Это что-то очень хорошее, — возразил он и добавил с гордостью: — Я стану дедушкой. — Да ну! — изумленно воскликнул Рольф и даже подскочил на ноги, привлекая всеобщее внимание. В столовой тут же стало тихо. — Что там у вас? — крикнул кто-то из дальнего угла. — У нас повод! — громко объявил Мальсибер и поднялся из-за стола крепко сжимая стакан с яблочным соком. — Пополнение в команде. — Пополнение? — Этот голос Луна узнала сразу. Стелла. — Кто-то приедет сегодня? — Уже приехал, — ответил ей Эрнест. — Но познакомимся мы с ним не скоро, я полагаю. Месяцев через семь? — уточнил он, встречая мрачный взгляд черных глаз. — Шесть, скорее, — поправила его Луна. — О, прекрасно. Всего шесть месяцев, и нас станет на одного человека больше. — На двоих, — на этот раз уточнил Ксенофилиус. Эрнест удивленно присвистнул и поднял стакан. — Надо же! — воскликнул он. — Тогда точно повод… — Кашлянув, Мальсибер осушил свой стакан и оглядел притихшую команду. Кажется, после долго рабочего дня шестеренки в головах у всех крутились очень и очень медленно. — Вы что, до сих пор не поняли? — Кх… — кашлянул Ньют. — Полагаю, вас можно поздравить. Северус, Луна… И вот тут, не успел он договорить, как вся столовая зашумела. Все члены команды повскакивали на ноги. Кто-то что-то говорил, кто-то просто поднимал стакан с соком, кто-то поспешил к ним, чтобы точно быть услышанным. Луна слышала далеко не всех, но была очень рада такой живой и доброй реакции. Все-таки у них была чудесная команда.

***

В Лондон к назначенной дате они все же не успели, потому что их присутствия в лагере потребовали обстоятельства, но ничего страшного не произошло. Отыскав волшебную больницу в одном из ближайших городов, до куда они добрались с маггловским водителем, провели все полагающиеся проверки здоровья, получили новые рекомендации, и поспешили отправить письмо целителю в Лондон. Тот, кажется, остался доволен полученными результатами и прислал в ответ дополнение к списку рекомендаций и новую дату, к которой следовало прибыть к нему на прием. В письме он так же крупно вывел под конец, что после этого визита совершенно точно запретит всякую аппарацию, даже порталом. Два с половиной месяца Луна чувствовала себя центром команды. С того дня, как все узнали о ее беременности, не проходило, кажется, ни минуты, чтобы кто-то не поинтересовался ее здоровьем. Стелла постоянно подкидывала ей разнообразные фрукты — уж неизвестно, где она умудрялась их достать. Эрнест и Рольф внимательно наблюдали за ней и веселили, когда Северус занимался зельями. Папочка и вовсе всегда был рядом. — Луна, нам пора, — Северус опустился перед ней на колени и очень осторожно коснулся живота, который рос с каждым днем все больше. Ходить становилось тяжелее, и уставать Луна уже стала намного быстрее. — Слышишь? — А? — Луна встрепенулась. Она так хорошо устроилась в кресле, что незаметно задремала. — Куда? — удивленно уточнила она, не проснувшись до конца, и улыбнулась, почувствовав тепло большой ладони на своем животе. — В Лондон. Нас ждет целитель. — И правда, — задумчиво кивнула Луна и накрыла его ладонь своей. Стало теплее. — Магия у тебя такая замечательная, — с искренним восхищением протянул она. — Такая теплая и светлая… — Светлая? — кашлянул Северус. — Думаю, многие с тобой не согласятся. — Но это не сделает меня неправой, — легко улыбнулась Луна в ответ и с некоторым трудом выбралась из мягкого плена кресла. — Я знаю пару имен… — добавила вдруг она. — Пандора для девочки? — уточнил Северус. — Да. И… Лисандр для мальчика. Тебе не нравится? — Луна поймала его взгляд. — Нравится, — возразил Северус. — Хорошие имена. Пусть будет так. — Луна в ответ просияла и кивнула, обнимая его так крепка, как только позволял большой живот. — Пора отправляться. Ксенофилиус ждет нас с порталом. И, думаю, без прощаний не обойдется. — Наверняка, — согласилась Луна весьма весело. — Мы еще долго не сможем присоединиться к команде. Но… — Но все еще будет, — пообещал Северус. Он медленно выдохнул, оставил нежный поцелуй на ее лбу и чуть улыбнулся самыми краешками губ. — Все, что захочешь.