Орден Боли. Дан Мора

Девушка проснулась и потянулась до хруста в костях, преодолев огромный зал, где уходила ввысь Колонна Синтеза, Ануш решила, что на сегодня хватит путешествий и зашла в небольшую комнату. Мебели не было, пришлось положить сумку под голову в качестве подушки и забыться беспокойным сном. Всё-таки в Ордене она привыкла спать в более комфортных условиях, нежели эти. Легла она лицом к выходу, мало ли кому вздумается посетить уснувшего ткача. Она всё ещё помнила, что по этим коридорам могут ходить безумцы, которые так и не справились со своими Испытаниями, значит, могли зайти в любой момент. Хотя, скорее всего, это на самом деле были только слухи – как они могли здесь выживать, не имея никакой еды, медикаментов и воды? В обитель это всё поставлялось, разве, что вода – это был талый лёд планеты. Но, к счастью, никто не потревожил её сон. Найдя в сумке очередную порцию сухого пайка, она пожевала питательную пластину, выпила воды и продолжила путь. Ей предстояло спуститься вниз, к самому основанию Колонны, чтобы выйти отсюда, если, конечно Дан Мора поможет в этом. Коридоры и залы изменили стиль отделки, теперь повсюду присутствовал простой камень, через пол шли крупные трещины, лишь неизменные голубоватые светильники мерцали вокруг, создавая хоть какое-то подобие освещения. Теперь практически каждая дверь вела в небольшие зал или кабинет, переходя один в другой, коридоры отсутствовали. Убранство становилось всё проще и грубее, похоже, она уходила далеко от центрального здания, углубляясь в скалы. Жрецы постоянно старались прорубить новые залы для тренировок и обучения адептов. Говорят, что, когда произошла трагедия, все они находились в дальней части обители. Когда послышались крики, было уже слишком поздно что-то менять. Враги заняли выгодные позиции, отрезав учеников от большинства выходов. Ткачи дрались, но неопытность губила перед лицом тех, кто привык убивать быстро и беспощадно. Изменить ситуацию не представлялось возможным, поэтому жрецы дали последний бой, дав горстке учеников время, что добрались до дальних залов и сбежать по тоннелям вглубь скалы. Но не получилось. Выйдя в очередной зал, Ануш зажала нос от нестерпимого запаха палёной плоти, резкого аромата кислоты и прожженного камня. Тут и там виднелись полуистлевшие трупы Чужих, внутренности, под ногами успела въесться кислота, но всё-таки девушка старалась не наступать на эти лужи, мало ли что, а обувь портить не хотелось. Откуда они тут взялись? Ткач наклонилась к ближайшему трупу, он уже успел остыть, а влажная кожа - покрыться ледяной коркой и обтянуть скелет, полопавшись в нескольких местах. Значит, битва произошла достаточно давно, но кто мог это сделать? Или же это очередное испытание Дан Моры? И всё, что тут якобы происходило – мираж? В любом случае, надо идти дальше, чтобы тут ни было, всё успокоилось и угрозы нет. Но кого могла пустить сюда бывшая обитель Ордена? Воспоминания тут же пронеслись в голове, снова образы: стоящий впереди мурвин, щелкающий плетями-хвостами, а рядом яут. Теперь она смогла разглядеть его более чётко, но никаких отличительных особенностей не было. Стандартная экипировка, бесстрастная маска, плазмомёт на плече. Но откуда? Откуда эта память? Она была не её! Просто не могла быть, ведь ничего подобного в её жизни не происходило! Хотя, откуда она может это знать? Её воспоминания начинаются с больничной палаты, где та проснулась три года назад, что было до этого – непонятно до сих пор. Может, её отправили на задание или же ткач сбежала, а может тогда она не была даже адептом? Вопросы, вопросы… И ни одного ответа на них. Столько информации, но её никак не получалось поставить последовательно, образовать единую нить, связать и расшифровать. Оставалось надеяться, что Дан Мора даст какие-нибудь подсказки. Ануш направилась к ближайшей двери, открывшейся в скале, не подозревая, что совсем недавно этим путём прошёл охотник. Окружающее пространство снова поменялось, теперь вокруг неё сомкнулся узкий тоннель, наполненный всё тем же голубым светом, только в большем количестве, практически ослепляющим. Накинув на голову капюшон, чтобы создать хоть какую-то тень, не хотелось калечить глаза, она пошла вперёд. Повсюду был гладкий металл, излучающий свет, температура оказалась очень низкой, руки быстро онемели, пришлось надевать перчатки, чтобы не получить обморожения. Пришлось идти, прищурившись, рассмотреть хоть что-то не представлялось возможным. Начали слезиться глаза, но она шла, надеясь, что слепящий коридор наконец-то закончится. Вскоре он завернул в обширную пещеру, где стояло старое оборудование, света здесь было поменьше, что несказанно обрадовала девушку. Здесь находились различные компьютеры, технические блоки, металлические конструкции, о предназначении которых она могла только догадываться. Полно ящиков с использованным инвентарём, шкафы с химическими реагентами, к которым Ануш не стала подходить. Она закашлялась, ледяной воздух всё-таки достаточно сильно проморозил гортань, если она не уйдёт отсюда, то это грозит застуженными мышцами, как следствие, онемением и диким болям при попытке повернуть голову. Между ящиков промелькнула фигура. Девушка сразу распознала в ней особу, чей образ преследует её всё время. Ануш погналась за ней, худая, как смерть женщина петляла между железными шкафами, ускользая из виду. «Подожди, что это?» - пронеслось в голове. Образ перед глазами сменился. Она бежала через склад, часто останавливаясь и прислушиваясь, быстро вырубив двух служащих, та стала вскрывать ящики в надежде найти лучшую экипировку. Затем образ снова сменился: здание, напоминающее исследовательский центр, она сидела в кабинете и разваривала дверь, затем вошла внутрь, схватила какой-то светящийся предмет и бросилась в вентиляцию. Дальше всё перемешалось: погоня, маленький аппарат, побег. «Да что всё это значит?» - не понимала она. Ещё один отрывок, словно, из прошлой жизни, но не имеющий к предыдущим никакого отношения. Да как же собрать этот чёртов паззл? Голова просто пухла от обилия информации и невозможности увязать весь этот клубок в единую систему. Дан Мора, похоже, и правда решила свести с ума! Послышались тяжёлые шаги, девушка скрылась за ближайшим металлическим блоком и стала ждать, стараясь выровнять дыхание. Вскоре перед глазами появились размытые очертания крупной мускулистой фигуры. *** Иннар шествовал к залу Совета, чуть впереди него вышагивал Тиконд. Вожак чувствовал себя уверенно, он не сомневался, что юнец сделает всё как положено, иначе его будет ждать серьёзная кара. Колонны вокруг, трофейные стены, величественное здание, Воины вокруг. Танцор ничего этого не замечал, взгляд был устремлён в пол, под ноги. Он изо всех сил старался отрешиться от того, что происходило вокруг, то, что потребовал от него Кар'клей – это была низость. Низость о которой просто невозможно было думать. Страх раскрытия тайны всё-таки играл свою роль, только что взошедший на место первого помощника яут не хотел верить в то, что происходило вокруг. Воины из клана «Кровавой Тени» готовы были растерзать его лишь за то, что Вождь выбрал его в качестве сопровождающего в Сендар. Многие мечтали там оказаться, но выбор пал на юнца лишь недавно ставшим Молодой Кровью. Он не заметил, как врезался в спину Жнеца, за что полил увесистую зуботычину, и телепатический приказ делать своё дело. Величественные двери, изображающие охотников в моменты покорения Кайнде и Маток отворились, и Тиконд вошёл в зал Совета, где должны были слушаться дела клана. Верховного Лидера не устраивала ситуация, что сложилась в стане охотников Жнеца, поэтому и вызвали на «разговор». На самом деле это был пристрастный допрос о том, откуда появились доказательства и почему так много си-у'кве в рядах «Теней». Пока шёл разговор, Иннар сосредоточился на одном Старейшине, имя он не знал, Кар'клей лишь показал изображения нужного члена Сендара. Пока Тиконду устраивали «разбор полётов», Танцор незаметно забрался в память яута. Это было унизительно, копаться в голове одного из Старейшин, но неминуемое разоблачение в случае провала, обеспечено. А молодой охотник слишком трясся за свою жизнь. В голове стали всплывать образы, Иннар старался осторожно пробираться к нужной информации, ведь все те воспоминания, которые видел Танцор, видел и Старейшина. У него могли возникнуть подозрения, почему в такой неподходящий момент в голове мелькают какие-то непонятные образы. Стараясь скользить на тонкой грани, Иннар старался через незримые ниточки, ассоциации и нужные слова проникнуть в те воспоминания, которые нужны были Тиконду. В какой-то момент было произнесено ключевое словосочетание, которое позволило ухватить интересующий кусок памяти. В голове вихрем пронеслись картины отдалённой планеты, богатой на дичь, прекрасные угодья, болотистая местность, в которой обитало множество крупных животных. Старейшина вёл переговоры с каком-то си-у'кве о предстоящей операции против клана «Меткого Копья». Неокроплённые должны били скоро прилететь на планету для ритуальной Охоты, которая позволила бы стать Молодой Кровью тем, кто сможет выжить. Разговор продолжался очень долго, после чего Вожака отпустили, отправив на ту самую планету, где Танцор повстречал странных уманов, умеющих молниеносно перемещаться. Информация, что была вытащена из Старейшины, предназначалась для Воинов Чести. Поговаривали, что отступники не зря стали третировать выходцев из клана «Меткого Копья», будто Старейшина из Сендара «сливал» информацию. Тиконд желал лично удостовериться, что это был тот, о ком он думал и долгое время подозревал. Всё-таки Вожак «Кровавых Теней» был если ни другом Кар'клея «метких», то, по крайней мере, союзником. Уже на корабле, Жнец поинтересовался информацией, и остался удовлетворён ответами. Потом они полетели на Охоту, что должна была вернуть Честь клану. Он вынырнул из воспоминаний, оказавшись на каком-то складе, где решил перевести дух. Охотник задремал, погрузившись в воспоминания, которые пришли будто сами собой. Что же это за место, почему он начинает вспоминать то, о чём хотелось забыть, к чему не хочется возвращаться? Мимо кто-то пробежал, шаги были достаточно громкими, этот «кто-то» не прятался, скорее всего, либо бежал от преследователя, либо сам стремился догнать. Иннар вышел из укрытия и всмотрелся в проход. В дальней части промелькнул тепловой след, распознать не удалось, фигура показалась лишь мельком. Включив скрытие, Танцор осторожно пошёл следом, стараясь издавать как можно меньше шума и держаться подальше от центра прохода. Ведь беглец мог скрываться от кого-то, а этот кто-то вполне мог вынырнуть из коридора. Озираясь по сторонам и прислушиваясь, Танцор уловил впереди сильные эмоции: удивление и смятение. Похоже, собрат по несчастью тоже не мог понять, что твориться вокруг, хотя причин для этих двух эмоций могло быть несколько. Зайдя за угол, он вышел на небольшое открытое пространство, вокруг всё так же были кучи старого оборудования, но неизвестного разглядеть не удалось. Эмоциональный фон изменился: шок и непонимание. Он быстро рассмотрел пространство перед собой, а потом резко развернулся. Уман, а это оказался именно он, метнулся в сторону. Линзы мигнули жёлтым, охотника охватил азарт погони и тот ринулся догонять добычу. Ануш старалась убежать как можно дальше, но не разбирала дороги, сзади слышалась тяжёлая поступь, он настигал её. Встречаться в рукопашном бою с науду ей не улыбалось. Девушка петляла как заяц, стараясь постоянно сворачивать в мелкие проходы, чтобы не дать тант'еру возможность взять разбег. Сзади послышался шелест раскладываемого металла. «На колени!» - прокричало сознание, поскольку этот звук вызвал не самые приятные ощущения. Уманка упала на колени, проехавшись вперёд, над головой просвистел сирюкен и воткнулся в один из железных блоков. «Что-то мне это напоминает!» - подумал тогда Иннар. Пьюдо Амехда поднялась и свернула в очередной коридор, но здесь удача изменила ей, там оказался тупик. Ткач тяжело дышала, она развернулась и увидела перед собой мощную невидимую фигуру, с которой медленно сошло скрытие. Это оказался яут, различие между ними и аттр'ури, как между волком и собакой. Несведущему может показаться, что они одинаковые, когда имелись мелкие отличительные черты. Аттурийцы имели более жилистое сложение, длиннее мандибулы, кожа, в большинстве своём, зелёного оттенка, у яутов он был желтоватым. На неё смотрела маска, практически ничем не отличавшаяся от стандартной, имелись лишь ряды символов на лбу, свидетельствовавшие о его статусе Воина. На бровях имелись четыре шипа - больше никаких украшений. Выскочили запястные лезвия, он начал медленно подходить ближе, вслушиваясь в мысли и улавливая эмоции. Ни страха, ни паники, лишь злость и решимость. Но что-то было не так… Почему-то внутри было какое-то смутное ощущение, что эта самка ему знакома, но вот откуда оно? Увеличив изображение, он присмотрелся тщательнее – нет, ничего общего с той уманкой, которая была на Сегменте, не наблюдалось. Однако почему с каждым шагом возрастала уверенность в том, что они знакомы? Рука с выпущенными ки'чти-па поднялась вверх, Ануш подпустила его на максимально близкое расстояние, чтобы можно было поразить цель так быстро, как только возможно. В бою с науду человека может спасти только скорость реакции, соревноваться с ними в физической силе – бесполезно. Нити вылетели из ладоней, две полоснули по открытому животу, две обвили руки, пройдя под кожу и достав до нервных окончаний, парализовав конечности. Ещё две обвились вокруг шеи, и начали душить. Иннар заревел и упал на колени, живот болел, раны оказались прижжены, но от этого было не легче. Дикая боль в руках не давала возможности пошевелиться, а сдавливающие горло плети сжимались, грозясь сломать шею. В глазах темнело, даже не было возможности закричать, воздуха не хватало. Сосредоточиться, чтобы нанести ментальный удар не получалось. Слишком велика была боль, она непрекращающимся лавовым потоком текла в руках, сводя с ума. Ануш не понимала, почему, но что-то было не так, повинуясь какому-то безумному желанию, девушка сделала два мелких шага вперёд, яут задыхался, но даже взвыть не мог. Одна из нитей, державших яута за шею, отвязалась и обвилась вокруг трубок фильтра, выдернув их, затем поддела маску и резко скинула её. На неё уставились полные ярости желтые глаза в карей радужке. Вмиг перед глазами пронеслась картина, только теперь почему-то ей было тяжело дышать, а под ногами не чувствовалось твёрдой почвы. Точно такие же глаза, такой же цвет кожи, разве что клыки чуть меньше, чем сейчас, но это был он. - Я тебя знаю! – шокировано произнесла она и, неосознанно, ослабила давление. Почувствовав, что боль в руках немного стихла, охотник схватился за нити и резко дернул на себя самку. Ануш вскрикнула, рука едва не вылетела из сустава, затем последовал сильный удар в живот, плети разжались и стали уходить. Воин отбросил девушку к железным ящикам. Сгибаясь от боли, ткач попыталась встать, но тут он грубо схватил её за валары (волосы) и усадил, прижав спиной к стене. Она схватилась за его пальцы, вонзила ногти во влажную кожу, боль была не столь сильной, чтобы отдернуть руку. Эмоции ушли, остались внутри отчаяние и смятение. «Не надо, прошу!» - услышал он её голос. Не веря себе, Иннар прищурился и попытался задать ей вопрос мысленно. Ответа не было, но непонятное чувство чего-то знакомого усилилось. Девушка подняла на него глаза, не веря, что до сих пор жива, сглотнула и тихо произнесла. - Я помню тебя, но не знаю твоего имени! – прошептала она, глядя на тант'ера. - Этого не может быть! Ты не похожа на неё! – не верил Танцор, уже более тщательно приглядываясь. Он старался найти хоть что-то общее с той уманкой-напарницей, что привела его в пасть мурвина, но не находил ни одной схожей черты. Только через несколько секунд он понял, что же именно казалось ему знакомым, что его смущало. Запах. Воин достаточно долго находился рядом с самкой, чтобы запомнить её запах, пусть эта девчонка имела другой облик и голос, но запах был один в один, точно такой же. У каждого существа он индивидуален, подделать и изменить его нельзя, к каким бы ухищрениям не прибегать. Что же произошло? Как она оказалась здесь, за много световых лет от родной планеты, и что это были за штуки, вышедшие из ладоней? Почему не переместилась подальше от него? Зачем изменила внешность? Вопросов было до невозможного много, легкие начало покалывать, а в теле ощущаться небольшая слабость – влияние кислорода сказывалось. Маска лежала достаточно далеко, дотянуться не получалось, а освобождать из захвата ткача он не спешил, всё ещё не до конца уверенный, что это и есть его знакомая. - Откуда ты меня знаешь? – спросил он. В голове тут же возник ряд образов: лавина ксеноморфов, что бежала к ним, охотник отстреливался, кидал сирюкены, потом преторианец, двое солдат, падение в воду. Череда образов, обрывков давно минувших дней, открыв глаза, она увидела за плечом Воина очертания знакомой девушки. Только теперь она уже не была так болезненно худа, губы приобрели здоровый розовый оттенок, глаза – насыщенного синего оттенка. Улыбнувшись, та снова испарилась. - Ты был на Охоте, хотел забрать голову Королевы, но я привела тебя к мурвину, - не менее удивлённо сказала она. Воин разжал пальцы и пошёл к маске, но не выпускал из виду уманку. Нацепив на себя предмет, он вдохнул азотистого воздуха и хотел уже задать вопрос, как сзади послышался подозрительный звук. Он успел отпрыгнуть, а затем поставить орн-тей, остановив летящий в голову клинок. Ещё одна самка, чьё лицо было закрыто глухой белой маской, яростно дралась, от неё веяло злобой и лютой ненавистью, вся одежда была выпачкана зеленым твеем. Видимо, кому-то из аттурийцев не повезло встретиться с ней. Воину пришлось отступать, поскольку эта Пьюдо Амехда билась в таком бешеном темпе, который он никак не ожидал от умана. - Соледад! – послышался крик бывшей напарницы. Дуэлянт замерла, остановив клинок. Тант'ер тоже не шевелился. Противники сверлили друг друга взглядами полными злости. - Не смей его трогать! – прорычала Ануш, подходя сзади. Телохранительница замерла в нерешительности. От ткача веяло знакомой энергетикой, которую она чувствовала лишь от одного человека в Ордене. - Он не имеет права здесь находиться! – вскричала она и сделала шаг вперёд, замахиваясь. Вокруг руки обвилась нить, сдавив запястье. От резкой боли Дуэлянт выронила клинок и обернулась к девушке. - Не заставляй меня отрубать тебе руку! – строго сказала Ануш. Даже не понимая, почему так дерзко обращается с той, которую к ней приставил Архонт. – Дан Мора впустила его и организовала нашу встречу. Значит, это часть моего Испытания. Кипя праведным гневом, Соледад кивнула, и плеть отвязалась от её руки. Иннар, искренне не понимая, что происходит, и о чём говорят эти особы, решил отойти подальше. Под ногами телохранительницы загорелся синий круг, она не успела ничего понять, как картинка перед глазами сменилась, женщина оказалась в обсерватории. Рядом стоял мощный телескоп, которым не пользовались уже много лет, изогнутый стол, где производили вычисления и расчёты движения небесных тел, оказался разломан на две части. Купол кое-где пошёл трещинами, видимо, если попытаться открыть его, то всё обрушится. Но что она здесь делает, почему обитель отправила её именно сюда?