Гарри Поттер и Команда Мародёров

      Когда Дамблдор узнал, что Гарри использовал какое-то неизвестное заклинание на наследнике Малфоев, то запаниковал. Как определил Снейп – заклинание тёмное. Вреда от него не шибко много, но это пока. Не исключено, что через пару лет мальчик дорвётся до непростительных. Про то, что Поттер уже давно их освоил, Альбус благополучно не знал. Впринципе, его паника была обоснована. Мальчик проваливается в тьму, надо его срочно спасать и ставить на светлый путь. Больше всего директор боялся, что история Тома Реддла повторится. Возможно, всё будет гораздо хуже. Том на втором курсе ещё не начал интересоваться тёмными искусствами. Ещё очень настораживали знания Поттера. Это заклинание никто не знал. Значит, мальчик нашёл его в чьей то родовой библиотеке, либо нашёл какой-то ещё тайник. Был ещё вариант, что он его сам изобрел, как то простенькое заклинание на первом курсе, но в том и была загвоздка, что его первое созданное заклинание было простым и безобидным, которое любой маг с хорошими мозгами создаст, а второе это уже что-то серьёзное. Но пока было не до размышлений. Дамблдор сразу помчался сглаживать ситуацию. Пока он этим занимался, наступили каникулы и Поттер куда-то умчал. Вероятно, он всё таки проводит каникулы в чьём-то поместье, ибо Поттер-мэнор уж точно разрушен, как и дом в Годриковой Впадине. Про то, что Гарри может скрываться у сбежавшего давным давно Блэка, мысли не возникло. Про Блэка все уже давно забыли. Поэтому, когда всё уладилось, Дамблдор начал размышлять, кто бы мог приютить Поттера.

***

У Гарри же все было гладко. Удачно свалив из школы, он пригнал к Сириусу. Ну и Геллерта прихватил. Что ему, сидеть одному в Хогвартсе что-ли? И сейчас трио в виде Сириуса, Гарри и Геллерта расположилось в гостиной. Поттер рассказывал последние новости из школы Сириусу, а Гриндевальд предпочёл со скучающим видом пялиться на Поттера, ожидая, когда тот закончит. После окончания, Сириус для вида поругался, мол, нечего заклинания Блэков палить и нарываться на неприятности. Но, как и следовало ожидать от бывшего Мародёра, Блэк после сразу похвалил Гарри. «Молодец, крестничек, шикарно ты вставил этому Малфою! Да и Локонсу тоже! Так держать!» – громко тогда сказал Сириус. И Геллерту, и Гарри фраза показалась двусмысленной, после чего оба рассмеялись. Почему-то сильно распирало от смеха и остановится было нереально. Так ещё и ошеломлённый вид Сириуса смешил ещё больше. А сам Бродяга не сдержался и тоже заржал, падая в кресло, хотя сам не понимал, отчего засмеялся. Такую картину и застал Люпин, который пришёл на звук. Более того, он умудрился каким-то образом споткнуться о коробку с ненужным хламом, которую Сириус смог пристроить только в гостиной. Поэтому смех поднялся с новой силой. Рем и сам присоединился. В последствии выяснилось, что Кикимер хотел умыкнуть что-то из той самой коробки с ненужным хламом, пока никто не видел. В руки ему попался какой-то порошок в маленьком пакете. Что-то пошло не так и пакетик лопнул, а порошок развеялся в воздухе. Кикимеру пришлось бежать. Он надеялся, что это всё таки что-то не смертельное. Конечно, он ненавидел Сириуса и остальной сброд, который тот притащил на Гриммо, однако, смерти он никому не желал. Порошок оказался веселящим, поэтому любая мелочь смешила магов. К счастью, всё обошлось. Как рассказал Сириус, такие порошки не так уж и безопасны. Если сильно рассмешить того, кто вдохнул этот порошок, то может дойти до такой истерики и припадка, что сердце мага останавливалось и он погибал. Всё-таки Блэки были чересчур коварны. — Весёлое начало каникул, – заметил Сириус, выбрасывая остатки порошка. — Почему все опасные штуки ты разбросал по дому? Неужели здесь нет подвала, куда можно сложить весь хлам? – спросил Геллерт, которому как то не охота было помирать. — Есть, но... Мне так не хочется всё это перетаскивать... Всё таки там есть много опасного, поэтому магией эти коробки не левитируешь, а значит надо таскать вручную. Но мне некогда... – отвечал Сириус. — Некогда ему, видите ли! Ты тут сидишь и не вылезаешь, чем ты можешь быть занят? Хочешь, чтобы мы тут все сдохли? Повезло, что это был всего лишь веселящий порошок, а не смертельный яд! Хотя и этот был опасен! — Ты вообще молчи в тряпочку! Если не трогать, то ничего не случится. А с порошком было недоразумение. — Которое чуть не довело нас до припадка? Гарри и Ремус молча смотрели за перепалкой. Поттер только вздыхал: опять друг на друга наезжают! Эти двое были словно бомбы. Летом доходило даже до дуэлей. Блэк со своим взрывным характером всегда заводился по любой мелочи, а Геллерт не мог вовремя промолчать, ему обязательно надо было отвечать какую-нибудь колкость. — Так! – рявкнул неожиданно Поттер, которому надоел этот цирк. Подскочил даже Люпин. – А ну подняли свои задницы, взяли коробки и потащили в подвал! Вот вам и решение проблем! Конечно, взрослых магов это никак не напугает, но Поттера неожиданно послушали. Гарри тоже пошёл, он освещал подвал, ибо там легко было навернуться. Там из старого шкафа очень некстати выплыл дементор. На самом деле, это был боггарт, но на дементора смахивал сильно. Маги все стояли в ряд, поэтому точно никто не мог сказать, чей это страх, но спас всех Люпин, использовав стандартное «Риддикулус». Когда все оставили коробки, то Поттер заметил интересный медальон со змеями, но решил, что он отсюда никуда не денется, поэтому просто взял на заметку как нибудь вернуться за ним. Убрав весь хлам, волшебники отправились готовится к Рождеству. Сириус отправился искать всё к празднику, Рем ушёл за покупками еды, а Гарри и Геллерт просто смылись с глаз долой в одну из спален, чтобы никого не тревожить. — Интересно, близнецы там ещё не сдохли от Василиска? – пробормотал Поттер, в задумчивости глядя в потолок. — А то от их смерти никакой пользы. Живые хоть полезны, – после последнего предложения почему-то резко кольнуло шрам, и Поттер едва слышно зашипел. — Какая забота! – вставил Гриндевальд. Гарри швырнул в него подушку, раздражённо буркнув: «Да шучу я!» Подушка зависла перед лицом мага, так и не попав в цель. — Этим ты меня не возьмёшь! – уверенно сказал Геллерт. Но не успел он сказать ещё что-то, как в него полетела какая-то твёрдая штука, которая была, впринципе, также остановлена. — Сдурел что ли?! — Помолчи сейчас! Пожалуйста... Что-то непонятное происходит, — прикрыл глаза Гарри. — Как то мне не хорошо... – через какое-то время сказал Поттер и пару раз тряхнул головой. Его шрам в виде молнии почему-то горел огнём. Геллерт и так понял, что с мальчишкой было что-то не так. Он чувствовал, что потоки силы выходят из него. Поттер просто давил магией. — Какого чёрта с тобой происходит, Поттер? – решился на вопрос бывший Тёмный Лорд. Видимо, это восклицание было лишним. Глаза у Поттера вспыхнули красным, и Геллерт отшатнулся. Гарри видел чьи-то воспоминания. Обрывки, образы, голоса. Внутри была ярость. Проснулось странное чувство, будто внутри что-то боролось с неким паразитом, а тот пытался взять контроль над разумом. Это происходило всего пару минут. Но через какое-то время Гарри начал успокаиваться, а образы перед глазами таять. Отчего то комната была немного мутновата, хотя и не сильно, но Поттер точно знал, что до этого зрение было максимально чётким. А ещё возникло странное ощущение, что паразит просто успокоился. На время... — Что за херня со мной произошла? – спросил Гарри, к удивлению, Геллерта на чистом русском. — Понятия не имею, но твоим линзам точно пришёл конец, – ответил в ответ. — Знаешь, такие ощущения... Будто во мне чьи-то другие чувства. Как будто что-то чужое во мне было, – Гарри снова перешёл на английский, невольно при этом дотронувшись до шрама. — Это ненормально! — Да я сам по себе ненормальный! – огрызнулся ещё не отошедший до конца Поттер. Он сел на кровать и попытался успокоиться. Сейчас гриффиндорец был немного усталым, будто проводил какой-то энергозатратный ритуал. По-хорошему, ему не помешало бы как следует отдохнуть, но Поттер сейчас думал не об этом. На самом деле Гарри не давало покоя его состояние. Ему хотелось срочно бежать в библиотеку и искать что-то похожее. Но его планам помешал Гриндевальд, которому не прельщало потом объяснять Блэку, почему из живого Поттера получился мёртвый. Хотя скорее дело было в том, что он просто привязался к Гарри, но этого признавать пока не хотел. Поттер было ринулся на выход, но не успел даже нормально подняться, так как голова пошла кругом. — Эх ты, горе гриффиндорское! – Геллерт покачал головой и решительно сгрёб мальчишку, притянув к себе, чтобы этот придурок упёртый не попытался сбежать в таком то состоянии. — Спи, идиот! Помрёшь ведь, если будешь так себя вести! А тебе ещё мир спасать впереди! Гарри только фыркнул. Мальчик-Который-Выжил и «умереть» не совместимо. Его сильно беспокоило его состояние и хотелось это изучить, ведь раньше такого не случалось. Он попытался ещё как-то сопротивляться, но куда там... — Лежать! – сказал Гриндевальд. — Да, мамочка! – закатив глаза и вздохнув ответил Гарри, за что получил уничтожительный взгляд. — Ладно-ладно, тогда папочка! — Иногда мне кажется, что тебя быстрее убью я, чем это сделает Волдеморт, – прикрыв глаза сказал Геллерт. Так и хотелось придушить этого паршивца. М-да, кажется со Снейпом они бы сейчас спелись... Гарри решил не испытывать больше терпение бывшего Тёмного Лорда, поэтому пару раз повертелся и всё таки заснул, почувствовав умиротворение. — Кажется, я становлюсь слишком сентиментальным, – сказал Геллерт в пустоту, и прикрыв глаза, тоже заснул через некоторое время.

***

Вышедший вечерком Гарри застал украшенный во всех углах дом. Мишура, магическая гирлянда и прочее были абсолютно везде. Даже над портретом Вальбурги повесили что-то. Сириус наверняка был уверен, что она была бы больше рада вывешенной там головы домовика, а не яркой гирлянды. Щурясь, Гарри в шутку воскликнул: — Вы охренели? Как вы посмели украшать дом без меня? — Сохатик, ты только не сердись, – пролепетал Сириус. — Но тебе нужен был отдых. Не знаю, чем вы там в спальне занимались, что сразу вырубились, но тревожить вас мы с Ремом не стали. Надеюсь, что в жертву никого не принесли? — Сириус, думай головой, что говоришь! Никаких ритуалов с жертвоприношением мы не проводили! – вспыхнул Гарри, пытаясь разглядеть лицо крёстного без линз. — М-м-м... Гарри, может объяснишь, что произошло? – спросил подошедший Люпин, который ткнул Блэка в бок, чтобы тот перестал нести чушь и помолчал. — И куда твои линзы подевались? — Кажется, уничтожились. И я понятия не имею, что произошло. Вроде шрам болел... Как раз хотел пойти в библиотеку и поискать информацию. И куда там, кстати, Геллерт подевался? — Не поверишь! – взмахнул руками Сириус. — В библиотеку ушёл! — Сириус, уйди! – прорычал Люпин, а сам в голове думал о словах Гарри, что у него заболел шрам. — Может лучше придумаете, как мне зрение вернуть? – спросил Гарри. — Купить новые линзы? – вскинул брови Сири. — Я пойду с ним! И это не обсуждается! – заявил Рем, зная, что Блэк наверняка постарается воспользоваться шансом покинуть дом. — Но... — Нет, Сириус! Я наложу на тебя Петрификус Тоталус, если ты только попробуешь выйти из дома! — Ну Лунатик! Меня уже двенадцать лет никто не видел, и вряд-ли кто-то ищет. Давно уже позабыли! — Ну и что? Всё равно не стоит рисковать! — Да ты просто не представляешь, как мне паршиво! Двенадцать лет в этом доме! — Брось, мы в полнолуние гуляем... — Всего раз в месяц, Рем! Перепирательства продолжались, но в итоге, Сириус так и остался на Гриммо, а Гарри и Люпин отправились на Косую аллею. В этот раз Гарри обошёлся простыми линзами, корректирующими зрение. Поэтому теперь глаза остались зелёными. «Снейп теперь не устоит и станет меньше на меня орать!» – думал Гарри, когда они с Ремусом трансгрессировали обратно в дом Блэков. Не успели они зайти, как Гарри, наконец, ринулся в библиотеку. — Ну-у-у... Теперь он там на все каникулы застрянет. Я иногда подумываю, а не спалить ли эту библиотеку к чертям собачьим? А то крестничек совсем из неё не вылезает! – с серьезным лицом протянул Сириус, а затем перевёл взгляд на лицо Рема. — Что? — Во-первых, Сириус, ты идиот! А во-вторых, Гарри тебя прибьёт за святое, – Люпин повернулся и потопал в сторону кухни. — Лунатик! Лунатик, ну ты куда? Я же пошутил! – Сириус отправился за оборотнем, продолжая твердить, что он лишь шутит. Тем временем, Гарри влетел в библиотеку, практически сразу столкнувшись с Гриндевальдом. — Куда так летишь? – спросил он, не давая упасть мальчишке. — Искать информацию. У меня же шрам болел, – Поттер провёл по зигзагообразной отметине на лбу. — И почему ты говоришь об этом только сейчас? — Э-э-э... — Проехали. Можешь идти искать, но вряд-ли хоть что-то отыщешь. От Авады ещё не было выживших. Геллерт вышел из библиотеки, оставив там Гарри. А Поттер пошёл штудировать книги одну за одной. Так он и просидел пол ночи, не найдя ничего похожего. Гриффиндорец уже был готов заснуть прямо в кресле, но Геллерт снова заглянул в библиотеку и решил таки оттащить его в комнату. — Какое тебе вообще до меня дело? Где хочу, там и сплю! – закатывал глаза Поттер. — Не дерзи, мальчишка! – холодно ответил Гриндевальд, что у Гарри аж мурашки по телу пробежали. — Ладно-ладно! – поспешил сказать Поттер, опасаясь, что его могут размазать по стенке. Геллерт явно был не в духе. Когда мальчик остался один в своей спальне, то попытался уснуть, но после произошедшего сон разом испарился. Гриффиндорец ворочался в кровати и думал. Что произошло, когда его шрам заболел? И почему у Геллерта плохое настроение? На какое-то время он всё-таки задремал, но ему приснился кошмар, как Волдеморт убивает маму. Лили умоляла пощадить Гарри... Поттер постарался ещё уснуть, но этот кошмар постоянно повторялся. Иногда, мальчик слышал во сне голос отца... В очередной раз после кошмара, Гарри, резко сев, уставился в стену. Всплыла одна догадка. Может Волдеморт хотел сделать что-то, что помогло бы ему возродиться в своём теле, но у него не получилось, и поэтому шрам заболел, а Гарри почувствовал чужеродную ярость? Это была лишь догадка, но она имела место быть. Вот только осталось ощущение, что внутри что-то чужое... И оно было настороже... В голову больше ничего не лезло, и Гарри отправился к Гриндевальду, чувствуя, что тому не спится. — Гелл, скажи, почему ты опять не в духе? – произнёс Поттер, как только вошёл в комнату, и понял, что тот тоже не спал. Тот сидел на кровати и прожигал взглядом пол, а на появление Поттера лишь стрельнул в него глазами, махнул рукой и ответил: — Поцапались опять с шавкой твоей! Гарри сел рядом и поинтересовался: — Что-то опять не поделили? — У нас всё по поводу и без. Он хочет меня отсюда выселить! — Не обращай внимания. Даже если и захочет, то я не позволю. Да и Рем тоже, – пожал плечами Поттер. — Сказать проще, чем сделать. Он невыносим! Ты представляешь, он меня укусил! — А на меня за что тогда злишься? — Просто был в запале, – снова махнул рукой маг. — Прошу прощения. Гарри высказал догадки по поводу шрама, но Геллерт просто покивал, принимая к сведению. У него явно были какие-то мысли, которыми он не делился. Время уже близилось к пяти утра. Гарри сонно посмотрел в окно, и положив голову Геллерту на плечо, моментально уснул. Впрочем, тёмный маг тоже не стал сидеть дальше, а положил Поттера по нормальному на кровать и устроился неподалеку.

***

Рождественское утро началось с... Рычания! Гарри подскочил с кровати, чуть не запустив наобум Остолбеней. Опустив взгляд, мальчик увидел перед собой Сириуса в анимагической форме, который строго смотрел на крестника. — Бродяга, зачем так пугать? – тихо возмутился Поттер. — И нечего тут рычать! Я, кажется, вчера забыл перебраться в свою комнату... Пёс фыркнул и лизнул Гарри ладонь, а затем, тихо тявкнув, удалился. — Точно! Сегодня же Рождество! – хлопнул себя по лбу Поттер, а потом заметил какой-то сверток на столе и быстренько глянул, что там. Внутри почему-то оказался уголь. Затем гриффиндорец помчался в душ, а уже через какое-то время спускался по лестнице на первый этаж в столовую завтракать, на ходу будя и Геллерта своими криками на весь дом: «С Рождеством всех!» — С Рождеством, Сохатик! – обнял спустившегося Гарри крёстный. — С Рождеством! – кивнул Лунатик, но Гарри подскочил к нему и тоже задушил в объятиях. — Что там с подарками? – поинтересовался Гарри. — По нашей традиции откроем ближе к вечеру, – сообщил Сириус. — Какой традиции? – следом в столовую вплыл Геллерт. — Все в основном открывают подарки с утра. А у нас традиция – по вечерам! – объяснил Люпин. — Кстати, вы сегодня по утру не находили кусочки угля в праздничных обёртках? — Находили! – в один голос сказала троица. — Это Кикимер подложил. — Вот хитрец! – хмыкнул Сириус. — По одному обычаю уголь дарят непослушным детям, – объяснил он на вопросительные взгляды. — Это мы-то дети? – скептически поинтересовался Геллерт и приподнял одну бровь. — Что взять со старого домовика? Я уже давно уверен, что у него крыша поехала. — Всё, хватит болтовни! – прервал всех Ремус. — За стол! И началась, как ни странно, тихая трапеза. Ни одного слова никто не произнёс за время завтрака, что было странно. Обычно всё было как раз таки наоборот. Когда завтрак подходил к концу, Гарри заметил, что Люпин, не смотря на праздник, очень уж грустит и спросил, у чём проблема. — Полнолуние выпало на праздник, – хмуро ответил тот. — Да ты не волнуйся! В первый раз, что ли? Впереди ещё Новый Год. А сегодня я составлю тебе компанию! – Сириус похлопал друга по плечу. До вечера все жильцы дома занимались своими делами. Гарри застрял в библиотеке, от чего Блэк взвыл и отправился напиваться в одиночку. Ремус предпочёл тоже почитать, стараясь отвлечься от предстоящего превращения. Геллерт скрылся в комнате, и на всякий случай запер дверь, чтобы мелкое гриффиндорское чудовище опять не примчалось. А то глядишь и выселит из собственной комнаты, хотя у мальчишки и своя была. Причём гораздо больше площадью. Вечером Ремуса и Сириуса провожали так, словно они в армию отправляются. — Я использую парную трансгрессию в лес. Ты слишком ослаблен и не справишься с чарами, – сказал Блэк бледному Рему, у которого уже начинали опасно сверкать глаза. — Гарри, а ты... Геллерт схватил Поттера за руку, притянув к себе, от чего у Гарри возникла ассоциация со встречей в книжном магазине с Локонсом этим летом, и улыбнувшись, сказал: — Я присмотрю за мелким! – и перевёл хитрый взгляд на Поттера, из-за чего мальчик сглотнул, поняв, что маг что-то задумал. — Я... – начал было Сириус, но Люпин автоматически закрыл ему рот рукой. — Пошли, Сириус, всё будет нормально, – сказал Лунатик. Они развернулись, и уже на выходе из дома, Блэк развернулся и зашипел: — Если я вернусь и обнаружу на месте дома руины, то убью! Обоих! – и скрылся, не сильно хлопнув дверью. Гарри постоял, глядя на дверь, но потом отмер и спросил: — Чем займёмся? — Дуэлью! – радостно известил Гриндевальд, который прекрасно знал, что Блэк запретил бы её проводить. Но раз уж шавки нет... От таких новостей у Гарри отвисла челюсть. Какая дуэль? В праздник? Минуту он пытался понять, шутка это или нет, но всё было более чем серьёзно. — Но ты же меня убьёшь! – воскликнул поражённый гриффиндорец. — Не мели чепуху! Я не убивать тебя собрался, а учить! – закатил глаза маг. — А если что-то пойдёт не так? — Тогда просто сделаю вид, что это был несчастный случай... — А может не надо? – робко попросил Поттер. Сама мысль о дуэли с Геллертом Гриндевальдом его пугала. — Надо, Поттер, надо! Практика тоже нужна, а ты всё в теорию закапываешься. — Гарри, – вздохнул мальчик, поняв, что занятия не избежать. — Что? — Зови меня по имени. А то возникает неприятная ассоциации со Снейпом. И Малфоем. — Посмотрим, – хмыкнул Геллерт. — Пошли в дуэльный зал. Зал у Блэков был воистину огромен. Чуть больше большого зала в Хогвартсе. Оформлен он был в темных цветах, в стиле Блэков. Гарри обвёл взглядом помещение, отмечая, что ничего тут не изменилось с его последнего посещения. Это было, когда мальчику было ещё восемь. Он устроил битву с Люпином, проверяя свои магические способности. Конечно, он потерпел сокрушительное поражение, но маги были удивлены его потенциалу. Волшебники стали друг напротив друга. — И... Я должен, надо полагать, начинать? – спросил Гарри, про себя думая, что полнолуние настало очень не вовремя. С Гриндевальдом праздник не отпразнуешь... — Ну если хочешь, начну я, – ответил Геллерт, пожав плечами. — Не, не, не! Я сам! – запротестовал Поттер, в уме прикидывая, с какого заклинания начать. Решив не церемониться со всякими Экспеллиармусами, Гарри начал с Бомбарды, переходя потом на слабые заклинания, а после снова делая скачок к сильным. Гриндевальд просто блокировал всё, иногда отбивая заклятия в обратном направлении. — Хм... Готовься к защите! – предупредил Геллерт и почти сразу перешёл в наступление. Гарри хватило пару заклинаний, от которых он свалился на пол. Слишком быстро летели заклятия, Поттер не успевал и шага сделать. Вдруг в ушах появился гул, а в глазах потемнело, из-за чего вставший было Гарри, испуганно повалился на пол. Неожиданно сами по себе в голове возникли шипящие слова: «Ш-ш-што же ты так с-с-слаб? Прос-с-сто убей противника!» Гарри замотал головой во все стороны, стараясь сбросить наваждение, шрам вспыхнул болью, а рука сама собой дёрнулась. — А-а-авада Кедавра! – слова сами слетели с языка, хотя он и пытался подавить чужеродное желание. Гарри распахнул глаза, но не мог ничего видеть. Всё было словно в тумане. — Про-о-очь! – зашипел он и начал работать с поднятием щитов окклюменции. Наконец, боль в голове и шраме отпустила, а Гарри устало сел, глядя перед собой. Что за дрянь живёт в его голове он не понимал, но зато сейчас понял, что его магия решила прийти на помощь и просто отправила сущность в сон. Теперь он точно знал, что сущность была у него с раннего возраста, но всё время спала. Недавно произошло что-то необычное, и она проснулась, но теперь его магия смогла снова подавить паразит. Но всё таки в будущем это могло стать серьезной проблемой... — У меня всё не как у людей, – хмыкнул Гарри, а сам наконец обратил внимание на Геллерта, который давно сверлил его подозрительным взглядом. — А теперь объясни, какого чёрта ты швыряешься авадами?! — Извиняюсь... — О Мерлин, – сделав жест рука-лицо пробормотал тёмный маг. — Я потом объясню. Теперь я готов продолжать тренировку. — Ладно, но если ещё раз кинешь аваду, то я за себя не ручаюсь и кину в ответ! Оставшееся время до трёх часов ночи было посвящено глобальным тренировкам. Гарри хоть и сильно устал, но всё таки порадовался успехам. Он теперь целых двенадцать секунд может продержаться в дуэли с Геллертом. Великое достижение! Хотя на самом деле, в основном, он просто носился по залу, как угорелый, уклоняясь от бесконечных заклятий. Уже после этой выматывающей тренировки, он вспомнил, что не открывал с Сириусом и Ремом подарки, ибо забыл, торча в библиотеке. Так что сейчас он потащил Геллерта с собой в большую гостиную. На буксире. — Хм... – Гарри задумчиво пощёлкал пальцами по свёрткам. — Может уже откроешь и перестанешь трепать мне нервы? – поинтересовался Геллерт, приподнимая одну бровь. — Просто думаю, что ночью, при свете одних лишь гирлянд это делать определённо приятнее, – сказал Гарри, думая, что дерево-то они поставить забыли, поэтому подарки просто стояли возле камина. — Поэтому тянешь время, наслаждаясь моментом? – Гриндевальд вздохнул и присел рядом, устав стоять у Поттера над душой. Гарри в первую очередь открыл подарок близнецов, и ухмыльнулся, увидев набор мощных хлопушек собственного производства. — Можно Снейпу в котлы подбрасывать, – ослепительно улыбнулся Гарри, читая записку с поздравлениями и заверениями, что Василиск их ещё не съел, и даже просто новых нападений не было. — И заработать отработки у этой мыши? Гарри оставил вопрос без ответа, продолжив разворачивать свёртки. Люпин подарил красивый костюм, а Сириус какую-то штуку, типо громовещателя. Это была странная на вид заколдованная металлическая ящерица, которой можно было сказать всё что угодно, а она приползёт в нужное тебе место и доставит сообщение. Сириус написал в поздравлении, что в ящерке есть функция для того, чтобы кого-то напугать. Проверять Гарри не стал, оставив это на потом. Были бы здесь Сириус и Ремус, он обязательно бы их обнял. Пусть у него и не было родителей, но зато были другие близкие люди, которых он горячо любил и которые подарили ему счастливое детство. Был ещё подарок от Невилла, и один от Рона. Невилл прислал редкое растение – чёрный плющ, который был очень нужен в зельеварении. Оранжерея у Блэков была, и Гарри решил, что растение там отлично приживётся. Рон где-то взял вредноскоп и подарил Поттеру. Тот был не самый новый, но точно рабочий. — Кхм... А ты то когда успел что-то купить? – удивился Гарри, подтаскивая коробку. — Было время, – просто ответил бывший Тёмный Лорд. А Геллерт отличился и подарил скрипку. «Чёрт возьми, он что, ходил к магглам?!» – думал Гарри, зная, что у магов точно такого не купишь. Но Поттеру было приятно. Было дело, когда он упоминал, что хотел бы научиться играть на каком-нибудь музыкальном инструменте. Близнецы тогда что-то спрашивали... Гарри наклонил голову вниз, а сам устремил взгляд на Геллерта, будто бы что-то спрашивая. Через какое-то время Гриндевальд сдался под этим взглядом. Он прекрасно понял, чего ждёт Поттер. — Ну ладно, – фыркнул он, разведя руки в стороны, и Гарри с победной улыбкой кинулся обниматься. Мальчишка так и застыл на одном месте, не собираясь отпускать мага. — Какой же ты... Клещ, – устало буркнул Геллерт, чем вызвал смешок у гриффиндорца. — Раз уж Рема и Сири нет, то всё счастье тебе! – сказал Поттер. — Может отпустишь меня? И вообще, детям пора спать! — Не хочу! – произнёс Гарри, ещё сильнее вцепившись в Геллерта, от чего у того нервно дёрнулся глаз. — Не хочешь по хорошему, то будет по плохому, – и подхватил Поттера на руки, отчего мальчик пискнул и вцепился в мага ещё сильнее. Притащив Поттера в его комнату, маг посадил его на кровать. По взмаху палочки в комнату также приплыли его подарки. — А теперь спать! Гарри минуту хлопал глазами, а потом хохотнул и сказал: — Тебе нельзя доверять детей. Весь праздник испортишь. Волшебник на это закатил глаза. — Спокойной ночи, Гар-ри, – сказал он, но с ухмылкой добавил: — И упаси Мерлин! Детей с меня уже хватило! — Подожди! – крикнул в догонку Поттер, когда Геллерт уже вышел. — Что? – вернулся тот. — Можно к тебе? Пожа-а-алуйста! — Ладно, – вздохнул Гриндевальд, понимая, что у него уже нет сил спорить с этим недоразумением. — Не расслабляйся, впереди ещё Новый Год ждёт. Вот тогда то и оторвёмся на всю катушку! – радостно рассказывал Гарри, влетая в комнату. — Угу, мне уже страшно, – буркнул Геллерт, заходя следом и закрывая дверь заклинанием, чтобы никакие шавки утром не лазили. — Держи, кстати! – протянул Гарри свой подарок. — Надеюсь, это не книга? – спросил Геллерт, срывая обёртку. — Я же не настолько помешанный на книгах, чтобы всем их дарить? — С тебя станется... Подарком оказались чёрные солнечные очки, с довольно интересными функциями, про которые Гарри решил рассказать потом. Маг надел очки и посмотрел на Поттера. — Зачётно выглядишь! – Гарри поднял большой палец. — Там есть тепловизор. Ещё можно видеть невидимок. Плюс яды в еде определяет. Есть ещё кое-что, но это я потом расскажу. — Благодарю! – кивнул Геллерт, убирая полезный артефакт пока что обратно в коробку. — Может уже спать ляжем? — Джингл Белз, Джингл Белз... – напевал Поттер. — Что ты там говорил? Спать? Хорошо! – согласился Гарри. Всё таки за день он устал. Не успел Геллерт нормально лечь, как Гарри придвинулся ближе и устроился у него под боком, как кот, уснув практически моментально. Гриндевальд уснул чуть позже, думая о том, что никогда у него не было таких празднований, ведь обычно он ничего не праздновал.

***

Геллерт проснулся с утра от криков Сириуса на весь дом. — Крестниче-е-е-ек! По голосу и так было ясно, что Блэк напился. Гарри, однако, почти никак не отреагировал на крики Сириуса, лишь немного поворочался. — Поттер? – позвал Гриндевальд. — Проснись, Поттер! — гриффиндорец сквозь сон пробурчал что-то нечленораздельное и продолжил спать. — ГАРРИ! Мальчишка подскочил от неожиданности и захлопал сонными глазами. — Что? Я спать хочу! – возмутился он. — Иди к Блэку, он тебя звал, – ответил Геллерт, снимая заклинание с двери. — И он, судя по всему, пьян. Гарри вздохнул, моментально разгладил одежду с помощью заклинания и отправился к Сириусу. Бродяга и правда был пьян. Судя по всему, ранним утром он остался у Люпина дома и немного переборщил с алкоголем. — Гарри, я тут... М-м-м... Пойду отосплюсь, а ты... Ты приготовь поесть, приберись тут немного... Я просто сейчас не в... Не могу, в общем. Спокойной ночи... – и Сириус немного пошатываясь поплёлся в свою комнату. — Ночи? – удивился Гарри, ведь на улице было утро. Впрочем, это было неважно для Сириуса, он просто пошёл спать. — А волк где? – спросил Геллерт, выйдя и остановившись на лестнице. — У себя дома. Он тут просто частый гость, а дом-то у него свой есть. Наверное, на Новый Год придёт, а сейчас будет восстанавливать силы после полнолуния, – объяснил Поттер. Оба прошли на кухню. Геллерт сел, ожидая, когда гриффиндорец что-то приготовит, а сам Поттер как раз думал, что можно состряпать. Конечно, у Блэков было два домовика, но Кикимер Гарри особо не слушал, а его собственный домовик готовить не умел. Из-за этого Гарри и заинтересовался в том, чтобы выкупить Добби, надеясь, что тот сможет готовить. — Ты случаем не знаешь, как приготовить что-то съестное? – поинтересовался Гарри, который на кухне вообще редко появлялся. — Нет. Наверное, – ответил Гриндевальд. — Это плохо... – Гарри осмотрелся и заметил кулинарные книги. Схватив первую попавшуюся под руку, он решил сделать блины. — Ничего особо не понимаю, но ладно. Сначало всё шло по инструкции, и казусов не возникало, но потом всё равно что-то пошло не так. Блины один за другим сгорали. — К чёрту! – воскликнул Поттер, и убрав всё на места, ушёл голодный и злой, проклиная Сириуса, который сейчас сладко спал, ничего не подозревая. Сначала Гарри хотел взять книгу, но потом махнул на это рукой. Желания читать не было вообще, но, к сожалению, делать в доме на Гриммо было нечего. Вот если бы тут был телевизор или компьютер, например... Но в доме слишком много магии и маггловская электроника тут не действовала. Поттер устроился в гостиной и наблюдал за тем, как на улице падает снег. — Хватит сидеть, пошли давай, – сказал Гриндевальд, зайдя в гостиную через двадцать минут. — Куда? – рассеянно спросил Гарри. — Со мной. Вариантов было не много, поэтому Гарри решил пойти. Всё равно заняться нечем. Геллерт предложил альтернативу. Сначала он, конечно, покормил голодного ребёнка бутербродами, которые сам же приготовил. А потом, на удивление Гарри, вытащил откуда-то колоду карт. А раз уж делать нечего, то оба играли до самого вечера. Поттер быстро понял правила игры. Сириус проснулся ближе к вечеру и присоеденился к игре, предварительно заставив Кикимера приготовить побольше еды на всех. Закончили игру лишь в час ночи, и то, только потому что Сириусу спать не хотелось, а сам с собой он не мог играть. — Честно, я уже хочу в Хогвартс, – говорил Гарри, поднимаясь по лестнице, когда все расходились по комнатам. — Там можно хотя бы Снейпа побесить на крайняк. — А мне и тут хорошо. Здесь не надо постоянно держать себя под трансфигурирацией, – проговорил бывший Тёмный Лорд, заходя к себе в комнату. — Я, пожалуй, останусь здесь, – промолвил Гарри. — Может уже перестанешь так делать? У тебя своя комната есть! Если уж она тебе не нравится, то можешь остаться здесь, а я туда переберусь. — Дело не в этом... – негромко проговорил Гарри. — Просто не столь давно мне снится один и тот же кошмар. Как Волдеморт убивает мою мать. Из-за этого мне не удаётся нормально выспаться. А с тобой мне... Ну... Тепло, уютно и кошмары меня не мучают, – всё это Гарри говорил, смотря в потолок. Геллерт приложил руку ко лбу и прикрыл глаза. Поттер его немного озадачил. То что с ним происходило было... Странно. Боли в шраме, голос в голове, кошмары... Это не просто странно, а даже опасно! — Ну ладно, – наконец сказал он, ложась. — И ты мне тут не ври. Тебе максимум один раз он мог приснится. — Ну да, один. А когда я пробовал заснуть ещё один. И потом ещё! Они снятся даже, если я собираюсь задремать на полчаса! Гарри всё время, пока говорил, изучал потолок. Не услышав на свою реплику ответа, он закрыл за собой дверь, и с каким-то тяжёлым вздохом влез на кровать и устроился недалеко. Но как только уснул, то придвинулся ближе, прижимаясь всем телом к магу. Ему действительно почему-то так не снились кошмары. И он заметил это. Геллерт не хотел признаваться сам себе, но ему мальчишка совершенно не мешал. Даже удобно было. А вот со странностями Поттера ещё надо будет разобраться... Раньше то их не было!

***

На следующий день пришёл Люпин. Бледный и осунувшийся. Сириус решил, что нечего ему сидеть до праздника одному и уговорил того снова прибыть на Гриммо. Гарри же решил сходить на улицу, где и проторчал почти до позднего вечера. Идея прогуляться ему пришла ещё с утра, так как за окном была прекрасная погода. Вот только конец дня оказался не столь приятным, как его начало. Лишь когда Гарри задумал возвращаться, кто-то сзади схватил его, приложив к лицу тряпку с хлороформом. Некоторое время Гарри рыпался, но потом в глазах потемнело, а сознание покинуло его. Очнулся он уже связанным в непонятном месте, которое чем-то отдалённо напоминало склад. Но помещение было довольно маленьким. Недалеко за ним наблюдал человек в маске, и когда Поттер хорошо осмотрелся, то тот вышел из тени. Окинув взглядом незнакомца, Гарри понял, что это маггл. А когда тот достал откуда-то нож, то глаз у мальчишки дёрнулся. — Сука, – бросил Гарри, поняв, что серьёзно влип. На Гриммо же в этот момент встрепенулся Геллерт, увидев как загорелся красным его браслет, и он сразу ринулся в гостиную, где сейчас находились Рем и Сириус. — Блэк, ты сейчас же идёшь со мной! – сходу заявил Гриндевальд. — Куда? – удивился Сириус. — Поттер опять во что-то вляпался. Это я тебе гарантирую! Этих слов было достаточно. Сириус мигом подскочил с кресла и бросился к входной двери, забыв, что трансгрессировать он может прямо из дома. — Если мы не вернёмся через пару часов, то вызывай бригаду авроров, Дамблдора и колдмедиков до кучи! – сказал Геллерт ошарашенному Люпину, и кинулся за Блэком. Схватив Сириуса на пороге дома, он трансгрессировал по нужным координатам.

***

Ремус нарезал круги по дому целый час. И когда уже пошёл второй, то оборотень заволновался, думая, а не вызывать ли на помощь. Но через двадцать минут, когда Люпин уже все волосы от волнения чуть не выдрал, компания вернулась. Рем от облегчения даже потерял сознание. Он и так после полнолуния был слаб, а тут ещё и стрессовая ситуация. Гарри же наоборот очнулся, и проморгавшись, обвёл взглядом помещение. А поняв, что он опять на Гриммо, облегчённо выдохнул. Этот маньяк резал его, наслаждаясь стекающей тёмно-алой кровью. Конечно, после круцио это не казалось настолько ужасным, но Поттер всё равно шипел от боли, а потом пожелал отключиться, чтобы не чувствовать все эти издевательства. И магия откликнулась, поэтому во второй раз Поттер терял сознание уже по собственной инициативе. — Кхм, кто нибудь объяснит мне что произошло? – спросил Гарри, заметив недалеко крёстного и Геллерта. — Потом, Сохатик, – откликнулся усталый и немного потерянный Сириус. — Тебе надо поесть. Я сейчас быстро что-нибудь состряпаю. Гарри глянул ему вслед и перевёл взгляд на Геллерта, вопросительно поднимая бровь. — Что вы сделали с тем магглом? – поинтересовался он. — Ну... Эм-м... Сдали этим... Маггловским полицейским... Вроде так это называется... – проговорил, Геллерт отводя взгляд, а про себя вспоминая, как они с Блэком четвертовали маньяка, с помощью некоторых заклятий поддерживали в нём жизнь, а потом, привязав к нему кирпич, скинули в Темзу. — И... Вы его не убили? – скептически поднял бровь Поттер. — Не-е-ет, что ты... Конечно, нет... – для правдоподобности Геллерт помотал головой. Гарри хмыкнул, не особо веря в это, но всё таки кивнул. Всё же лучше не знать, что могли сделать бывший Тёмный Лорд и крёстный с тем маньяком. Он опасался, что его психика этого не выдержит. Осмотрев себя, Поттер заметил на плече крупный шрам. Это была самая глубокая рана, и судя по всему, магически она почему-то не залечивалась. Хотя может это только пока так, а потом и заживёт. Остальные ему залечили. — А каникулы то весело проходят, – улыбнулся Гарри, но получил подзатыльник от подошедшего сзади Сириуса. — Это не весело! – строго сказал он. — Если бы мы не узнали, что ты в опасности, то этот идиот убил бы тебя. Я немного разузнал о нём. Он любит издеваться над детьми. Кажется, после всех издевательств он срезает лицо, а если жертва остаётся жива, то перерезает горло. — Мда... – почесал затылок Поттер. — Ну значит, мне повезло. Сириус вздохнул и обнял крестника. Он был немного не в себе, ибо давно никого не убивал. Последний раз это было, когда он работал в аврорате и уничтожал Пожирателей. Сириус отвёл крестника в столовую, чтобы покормить. Впринципе, Гарри и сам мог дойти, но Бродяга так переживал за него, из-за чего считал, что крестник в любой момент может упасть замертво. В столовой уже и Люпин находился, который успел прийти в себя. Была уже ночь, когда все разошлись по спальням. Блэк отпустил Гарри лишь тогда, когда убедился, что тот точно в порядке. Люпин на это только улыбнулся, понимая, что Сириус просто сильно переживает, а вот Геллерт пофыркал. Гарри остался в своей комнате, глядя в потолок. Сна не было ни в одном глазу. Заснул он уже под утро, поэтому совершенно не выспался. К тому же ему всё таки приснился грёбаный кошмар. Опять! Целых два дня Гарри не вылезал из библиотеки. Кошмары, как он и думал, продолжали снится. Причём теперь в них мелькал и этот преступник маггл. Бессоница с каждым днём одолевала его. А аппетит пропал вообще. Поттер насильно мог запихнуть в себя пару бутербродов, а потом снова шёл в библиотеку, где постоянно читал и читал, не глядя на время. Как бы Сириус и Ремус не старались, но не могли ничего изменить. А про бессонницу и кошмары они вообще ничего не знали. А Гриндевальд вообще старался не лезть в это дело. Поттер думал, что хуже уже быть не может, но впереди его ждала ещё одна напасть. Утром двадцать девятого декабря Сириус снова поругался с Геллертом. И всё бы ничего, но они решили утроить дуэль. Прямо в коридоре. Рем постарался как-то вмешаться и остановить безобразие. А Гарри просто мимо проходил. Не понятно чьё заклинание отскочило, но оно попало в Гарри, рассекая ему бок. Поэтому Поттер практически моментально свалился, теряя сознание. Ремус схватился за голову, Сириус застыл с поднятой палочкой, а Геллерт стремительно побледнел и кинулся к Поттеру. — Сириус! Живо неси зелья! – крикнул Люпин и тоже бросился к Гарри. — Да-да, сейчас... – кивнул Блэк и призвал из с помощью акцио. Нужные зелья помогли остановить кровотечение. Но рана почему-то не заживала, и в любой момент кровотечение могло возобновиться. — Нужно заклинание. Такие зелья мало помогут, а сложные варить долго, – сообщил Ремус, помахав палочкой над ребенком. — Тёмное заклинание было. — Я в библиотеку! – воскликнул Сириус и стартанул туда с огромной скоростью. Ремус кивнул, а сам начал перебирать зелья, надеясь найти хоть что-то, что ещё может как-то помочь. А Геллерт застыл, словно статуя, сидя рядом с Поттером. — Может стоит отнести его на кровать? – тихо и спокойно спросил Ремус, хотя в конце предложения голос немного дрогнул. Геллерт не сразу понял смысл. Его мысли были далеко от реальности. Но через какое-то время он кивнул, и осторожно подняв мальчишку, отнёс в его комнату. Сириус не сразу нашёл хорошее заклинание, которое лечило большинство серьёзных ран, нанесённых тёмными проклятиями. В библиотеке он сначала растерялся, но потом вспомнил, что есть полезное заклинание акцио, способное найти нужную книгу. Призвав тонны книг, он начал их быстро пролистывать, ища что-то действенное. А найдя, схватил книгу и помчался на помощь крестнику. Заклинание своё дело сделало. Рана хоть и затянулась, но вот шрам остался. А сам Гарри всё также был бледен. Поэтому влив в Поттера ещё парочку зелий, все расположились вокруг кровати гриффиндорца и стали ждать. День прошёл незаметно, а Гарри всё ещё был в отключке, хоть и состояние у него стало стабильное. Ремус силой оттащил Сириуса от Гарри и отправил высыпаться, так как Блэк был совсем плох. Рем и Геллерт остались вдвоём. Где-то в половине третьего ночи, оборотень тоже ушёл. Слабость после полнолуния пока ещё до конца не прошла, поэтому тот и отправился отдыхать. А Геллерт остался. Через какое-то количество времени, он убрал стул, сполз на пол, положив руки на кровать, а голову опустил на руки, и продолжил неотрывно наблюдать за Поттером, к которому он успел привязаться, хотя и сам не знал, как такое могло произойти. Да и вину чувствовал за эту дуэль... Часы тикали в тишине, стрелка уже двигалась к цифре шесть, когда Геллерт решился открыть рот, произнося в пустоту, и не надеясь, что гриффиндорец его услышит: — Очнись, Поттер, и я буду уверен, что ты выживешь. И только попробуй умереть, я зааважусь и на том свете тебя достану! Именно в этот момент Гарри глубоко вздохнул, и Геллерт затаил дыхание. — Не дождёшься... – пробормотал Поттер и очень медленно открыл глаза. — Ну да, конечно... Мальчик, который пережил аваду так просто не может умереть... – проговорил Геллерт и едва заметно улыбнулся. — И почему ты всегда находишь неприятности на свою голову? — Это они меня находят, – выдохнул Гарри и немного повернул голову влево и сощурился. — А ты почему на полу сидишь? — Потому что... — Какого чёрта вы устроили дуэль посреди коридора? Раньше хотя бы шли в дуэльный зал на разборки... Кто первый выпустил заклятие? — Кажется, я, – ответил Гриндевальд, стараясь не смотреть на Поттера. — Ты? Ну от тебя я вообще не ожидал! А чьё в меня попало? — Не знаю... – Геллерт зажмурился. — Но точно не Люпина. Он не использовал тёмные проклятья. Гарри проморгался и, улыбнувшись, вымолвил: — Что я вижу? Тёмный Лорд, которому стыдно? — Я уже не Тёмный Лорд, – буркнул Геллерт, вжимая голову в плечи. — И да, мне стыдно... — Ладно уж! – фыркнул Гарри. — Ничего страшного. Иди спать, со мной всё будет нормально, обещаю. — Верю на слово, – ответил маг и покинул Поттера, уверенный, что ничего больше с тем не случится. А днём, когда Гарри чувствовал себя прекрасно, и больше ничего не представляло опасности, примчались Сириус и Ремус. Ремус улыбнулся Гарри, а Сириус крепко обнимал крестника со слезами счастья, и клялся, что постарается больше не устраивать дуэли. И вообще попробует примириться с Геллертом. Гарри поинтересовался у крёстного, могут ли они для него сделать кое-что. Тот пообещал выполнить всё, что крестник попросит. И Гарри попросил на Новый Год поставить ёлку, которую они все вместе потом украсят. Вручную, по маггловски. Сириус согласился и попросил Рема купить ёлку. На Рождество-то они её забыли... Гарри же решил поменять причёску, так как волосы у него уже давно успели подрасти, поэтому сейчас он выглядил почти, как собственный отец, только мальчишка был блондином, и очков не было. Поттер намеревался пойти в маггловскую парикмахерскую. Сириус разрешил, но попросил быть очень осторожным, взять с собой палочку и постоянно быть начеку. А не то он свихнётся, если крестник снова попадёт в беду. Сначала Гарри забежал в гостиную, где Гриндевальд читал выпуск Ежедневного пророка. — Дай совет, в какой цвет покраситься? – спросил Гарри. — Из Сириуса советчик так себе. Он говорит, что мне любой цвет пойдёт. А Ремус уже ушёл. — Тебе пойдёт чёрный, – сказал Геллерт, чуть опустив газету. — У меня с рождения был чёрный, – сообщил Гарри. — Он тебе подойдёт лучше всего, – пожал плечами тёмный волшебник. — Хорошо, пусть будет так, – через какое-то время кивнул Поттер, придя к каким-то выводам. — Но только ради тебя! – и улыбнулся, подмигивая. — Так! Это что ещё за флирт? – возмутился Геллерт, отложив газету и скрестив руки на груди. — Просто слежу за твоей реакцией, – хихикнул мальчишка. — А по-моему ты меня кадришь? – сощурился Гриндевальд. — Что? Нет! Ты чего несёшь вообще? — Просто слежу за твоей реакцией? – развёл руками маг и ухмыльнулся. — Это моя привилегия – доводить тебя до белого каления, а не твоя! – возмутился Гарри. — Иди уже, дурачок! – сказал Геллерт и махнул рукой в сторону двери. — Сейчас я понимаю, что до твоего появления моя жизнь была ужасно скучной, – пожал плечами Гарри. — И почему ты всегда говоришь, что я ходячее недоразумение? Со мной же весело! Геллерт вскинул брови, не совсем понимая, зачем мальчишка вообще сказал последнее предложение и чего тот от него ждёт. Встав с кресла, он подошёл к Поттеру, опустился на одно колено, чтобы быть примерно на одном уровне с гриффиндорцем, и шепнул ему на ухо: — На самом деле ты мне нравишься! А затем поднялся и вышел из гостиной, скрывшись в библиотеке. Гарри минуту хлопал глазами, а потом улыбнулся и сказал в пустоту: — Ура! Я, оказывается, не недоразумение! Гриффиндорец с хорошим настроением отправился менять причёску.

***

Новый Год оказался более весёлым, чем Рождество. Конечно, этот праздник был не таким масштабным, но на Рождество не удалось повеселиться, так как было полнолуние. Днём тридцать первого все наряжали ёлку, которую купил Рем. Она была довольно крупной, пушистой и доставала макушкой до потолка. На вопрос Сириуса, какого чёрта Лунатик купил такое огромное дерево, тот ответил, что остальные уже раскупили. По иронии судьбы, верхушка досталась Сириусу. Ему пришлось тащить лестницу, чтобы развесить игрушки, ибо Гарри предельно ясно дал понять – никакой магии! — Чувствую себя мерзким магглом! – кривился Геллерт, когда Гарри и его припахал к этому занятию. — Ты что-то имеешь против магглов? – повернул голову Поттер. — Да, представь себе, имею! Они же... — Гораздо умнее волшебников! – закончил Гарри. — Не дури меня! — А я и не делал этого. Магглы в отличии от магов уже даже в космос слетали, – отметил Поттер и улыбнулся, довольный собой, ибо Геллерт выглядел после такого заявления растерянным. — Я, конечно, понимаю, что это очень интересно – обсуждать магглов и их возможности, – но может обсудите это в другой раз? — вмешался Сириус, но когда снова попытался повесить на дерево игрушку, не удержался и свалился с лестницы. Отборный мат разразился на всю гостиную. — Сириус, здесь же ребёнок! – пожурил его Люпин. — Да он на русском круче шпарит, не парься! – успокоил Люпина Геллерт и закончил с гордостью: — Я учил! Возмущению Ремуса не было предела, но Сириус быстро пресёк его тираду, готовившуюся разразится в тот самый момент. Сам Блэк ничего в этом ужасного не видел. Ну, на то он и Сириус... В этот же миг, Гарри, пытавшийся не рассмеяться, отпустил особо крупную ветку, которая хлестнула Геллерта по лицу. — Чёртово блядское дерево! – зашипел тот. — Я сожгу его при первой же возможности! Ремус и Сириус задумчиво посмотрели на мага. Они ни слова не поняли, ибо тот опять перешёл на русский. Гарри, примерно всё понявший, захрипел в истерике. У Сириуса проснулись мысли о том, что кто-то снова использовал веселящий порошок, но на самом деле он понимал, что Гриндевальд просто сказал что-то смешное. — Поттер, это всё ты с твоей идиотской идеей наряжать дерево по маггловски! – снова на английском сказал маг. — Я тебя пришибу когда-нибудь! — Брось, я же тебе нравлюсь! – проговорил Гарри, едва отдышавшись. — Ага, время от времени! В большинстве случаев ты меня раздражаешь! — Хва-а-атит! – простонал Сириус, хотя в глазах у него плясали весёлые искры. — Неужели вы будете ссориться из-за дерева? – он наткнулся на два уничтожающих взгляда, которые словно говорили: «Не лезь в наши разборки!» — Детский сад, – возвёл глаза к потолку Люпин, самый адекватный из всей компании. Сириус замолчал, а Гарри и Геллерт сверлили друг друга злобными взглядами, пока Геллерт не сдался, протянув руку в качестве перемирия. Гарри её медленно пожал, и они молча продолжили наряжать ёлку. — И что это сейчас было? – протянул Сириус. — Я бы сказал, что они пообщались взглядами, а потом один сдался под напором другого и сделал примирительный жест, – объяснил Люпин. — А мы оба хорошо знаем, что Гарри редко отступает. И кажется Геллерт тоже это понимает, поэтому и сдался первым. — Ты прям гений, – заметил Сириус. — Нет, просто это элементарно! – фыркнул Лунатик. Дальше все молча закончили с деревом, а Сириус помчался на кухню, чтобы сделать побольше разной еды. Ремус предпочёл поговорить с Гарри о школе, и тут неожиданно выяснилось, что в Хогвартсе происходят нападения на учеников. Гарри не стал упоминать, что кажется знает, кто нападает на учеников. Так же он не сообщил, что нашёл Тайную Комнату и собирался туда пойти. Для Люпина и так было достаточно. Он развёл настоящую панику, и постоянно гадал, кто мог бы превращать людей в камни. — Тебе не кажется, что это была плохая идея? – тихо спросил Гриндевальд, наклонившись к Поттеру. — Говорить о нападениях? Наверное, да... Не думал, что он будет так сильно взволнован, – прошептал Гарри. Уже вечером, Ремус всё рассказал Сириусу, который тоже обеспокоился. Но Гарри напомнил, что Новый Год на носу, и все проблемы можно обсудить и потом. Крестный согласился с этим и больше тему не поднимал. Когда время близилось к полуночи, Гарри с Сириусом разыгрался. Блэк, перекинувшись в пса, играл в догонялки по всему дому. Вальбурга на своём портрете пыхтела от злости, но предпочла в кои-то веке помолчать. А Люпин решил поговорить с Гриндевальдом, и через какое-то время даже увлёкся. Спустя какое-то время, Бродяга таки поймал крестника и начал вылизывать ему лицо, а мальчишка со смехом говорил, что потом не отмоется, если Блэк не перестанет. В целом праздник прошёл неплохо. Наигравшись с крестником, Сириус сообщил, что у него здесь есть целый бар! — Торжественно клянусь, что много не напьюсь! – сказал Сириус постучав палочкой по стене в гостиной, недалеко от камина. Это был его тайник, до которого не мог добраться даже Кикимер, не то что Вальбурга. Бар поразил всех. Сириус хоть и сказал, что о-о-очень долго собирал разные виды алкоголя, но эти слова не производили впечатление так, как сам бар в реальности. Чего там только не было: абсент, коньяк, джин, ром, виски, текила, шампань, шампанское, водка, вино, огневиски, пиво (и тёмное, и светлое, и сливочное), куча всяких коктейлей, самогон и даже просто квас. А ещё много-много всего, что на перечисление ушло бы время. — Моя гордость! – улыбнулся Сириус, видя, как отвисли челюсти у всех троих. — Вообще, в этом доме у меня куча тайников. Но это мой любимый! — Я... Я, конечно, себе пообещал не пить до четвертого курса, но... – пробормотал Гарри. — Пообещал? Ну значит сливочное пиво тебе подам, – пожал плечами Блэк. — Здесь оно тоже есть. — Да, с-спасибо, – кивнул Поттер, всё ещё шокированный этим великолепием. Интересно, а как долго собирал это богатство Сириус? — Ремус? – спросил Бродяга, протянув при этом пару бутылок пива крестнику. — Я не хочу, – помотал головой тот, но увидев взгляд друга, решил, что лучше согласиться. — Ладно, тогда подай мне шампанское. — Вино, – подумав, попросил Геллерт. — Красное, белое? – поинтересовался Сириус. — Без разницы, – махнул рукой маг. — Ну, допустим, красное. — Вот это я понимаю – праздник! – воскликнул Гарри. — Жаль, что на Рождество не получилось, – на этих словах Ремус грустно опустил голову. — Пьянка удалась! – пробормотал Сириус, стукнув палочкой по стенке, и тайник закрылся. — У тебя что, почти все такие пароли? Ну, похожие на пароль от карты? – поинтересовался Гарри. — Почти, – грустно кивнул крёстный, вспоминая Джеймса и думая, что ему бы обязательно понравилось сегодняшнее празднование. В итоге отпраздновали круто. Немного спели новогодние песенки, а Сириус даже предложил сыграть в «Правду или действие». Идея может и была хороша, но только не в такой странной компании. «Это был треш!» – думал Гарри после праздника, который шёл в свою комнату со слезами на глазах от смеха. — «Вроде взрослые люди, но такие балбесы!» Остановившись перед комнатой, Гарри задумался. А потом махнул рукой. «Нет, сегодня я не потерплю кошмаров. Только не в такой прекрасный день! То есть ночь...» – подумал он и завернул. А Геллерт и так знал, что мальчишка придёт. Поэтому просто махнул рукой в приглашающем жесте, а сам отвернулся в другую сторону, уткнувшись лицом в подушку и вспоминал игру... Нет, больше никогда в жизни он не будет играть в это! Ни за что! И пить так много не будет! — Гели, я думаю, что на следующий год мы также отметим! – сказал Гарри, прервав его мысли. — К следующему году я повешусь, – буркнул Геллерт. — И хватит так меня называть! — Так короче, – лениво ответил Гарри. — Я и Сириуса иногда называю Сири, а Ремуса – Рем. — Не сомневаюсь, что они не против такого обращения. А я против! — Не смеши меня. Тебе нравится! — Вовсе нет! — А вот и да! Их спор прервал серебристо-голубой патронус в виде пса, и голосом Сириуса сообщил: — Ещё один звук и я выставлю вас за дверь! Обоих! – и растворился. Оба переглянулись и синхронно фыркнули, но от разговоров всё таки воздержались, довольно быстро после уснув. А утром Геллерт с каменным лицом наблюдал, как Поттер мирно спит, устроив голову у него на груди, а ноги на полу. Напрашивался только один вопрос: «Как?!» «Неужели этот мальчишка перепил сливочного пива? Как вообще так можно спать?» – думал маг. Было дикое желание скинуть гриффиндорца, который перешёл уже все границы личного пространства, использовав его, бывшего опаснейшего Тёмного Лорда Европы, как подушку! Но потом, волшебник заметил, что Поттер то слишком глубоко дышит, то иногда задерживает дыхание. Вздохнув, Гриндевальд произнес: — Хватит притворяться! И слезь с меня, чёрт возьми! Распахнув глаза, мальчишка медленно сполз с кровати, уставившись стеклянным взглядом в стену. — Мне тут что-то странное снилось... Вроде не кошмар, но очень странно... – проговорил Гарри. — Мне снилось очень много змей. Клубки! Мелкие, крупные, ядовитые, и не только... И все шептали, что скоро умрёт невинный, а я обрету верного друга. Взяв нервничавшего Поттера за руку, Геллерт посадил его рядом, и тихо сказал: — Во-первых, не все сны несут в себе какой-то смысл. А во-вторых, не волнуйся об этом. Если кто-то и умрёт, то главное, что не ты. Гарри хмуро посмотрел в его сторону. — А если это кто-то из близнецов? Или Рон? Невилл? Да хоть ты! — Я не такой уж и невинный, – закатил глаза маг. — Да и особо скучать, думаю, не будешь, – но Поттер только злобно сузил глаза, давая понять, что думает об обратном. — А твои дружки будут в порядке. Если угроза исходит из Тайной Комнаты, то обезопасим их. А до остальных тебе дела особо нет. Гарри прикрыл глаза, думая, что такой разговор немного его успокоил. Самую малость... В конце концов, он был эгоистом, и ему действительно особо не было дела до тех, кто с ним не знаком, или не нравился. Например, Локонса бы не было жалко. — Тогда успокой меня, – сказал Поттер. — Упокоить? – усмехнулся Геллерт. — Можно и так, – легко ответил Гарри. — Ладненько, пошли, устрою тебе тренировку. Отвлечешься от своих глупых снов... — Я бы не сказал, что у меня есть дар предвидения, но я почему-то могу точно знать, что может произойти. И вот этот случай со змеями не исключение. — То есть, ты уверен, что сказанное во сне – правда? — Ну да... — Тогда просто подготовься, – пожал плечами Геллерт, которому было абсолютно всё равно на этакое предсказание. — Иди уже! Утренняя тренировка действительно отвлекла Поттера, вымотав почти до основания. А после, в душе, Гарри вообще думать о сне забыл. Поэтому в столовую спускался в относительном спокойствии, если не считать нервные дёрганья после тренировки. — Гарри! – влетел в помещение Сириус, едва гриффиндорец уселся за стол. — Остолбеней! – мгновенно среагировал Поттер, чуть не свалившись со стула от неожиданного появления крёстного. Блэка мгновенно впечатало в стену. К счастью, он даже ничего не завалил и не испортил. — Тьфу! – бросил Гарри. — Не делай так больше, Сириус! Я сейчас на нервах! — Он после тренировки, – объяснил Гриндевальд, попивая чай. — Отменная реакция, Поттер. — Я... Просто хотел сказать... Что сегодня конец каникул... – выдавил Бродяга. — В Хогвартс пора. — Трансгрессируем, – сказал Гарри. — Тогда я попрошу Лунатика... — Не стоит, сами справимся! – перебил Геллерт. — Я пойду соберусь, – бросил Гарри. Через пять минут Поттер вышел, спрятав уменьшенный чемодан в карман. По идее, студенты прибывали вечером, но ещё до этого Гарри с Сириусом договорился, что он утром отправиться. Они, если точнее... Прощания Поттера продолжались долго, словно мальчик на войну уходит, а не возвращается в школу. — Не забуть что-нибудь испортить Нюниусу! – дал последнее напутствие Сириус. — Бродяга, не учи Гарри плохому! – пихнул его Ремус. — Вы закончили? – спросил Геллерт, которому надоело смотреть на это. — Закончили, закончили... – закатил глаза Поттер и схватил мага за руку, а тот моментально трансгрессировал. — Упс... – сказал Геллерт, когда понял, что перенёс их на сорок метров над землёй. — И это всё, что ты можешь сказа-а-а-ать? – закричал Гарри, цепляясь мёртвой хваткой за мага. Вместо ответа Геллерт попробовал замедлить падение, что вышло не совсем удачно, но они не убились, к счастью... Замедление вышло не слишком хорошим, потому что Поттер своей цепкой хваткой сильно мешал. Упав куда-то на крышу одного из магазинов в Хогсмиде, создав при этом не слишком то тихий грохот, они не успев что-либо предпринять, скатились с неё и упали в сугроб. — Ты идиот?! – воскликнул Гарри, вскочив и стряхнув с себя снег. — Убить нас вздумал? — Ну извините! – язвительно протянул Геллерт. — Я не слишком-то запоминал эту деревню, чтобы всё прошло удачно! — Тогда зачем ты вообще это делал? Надо было Ремуса попросить! — Я не привык просить кого-то о помощи! – фыркнул Гриндевальд, краем глаза заметив застывшую в шоке женщину, которая, вероятно, вышла из магазина на шум. — Обливейт! – не напрягаясь кинул он. Гарри осмотрелся, но больше никого не увидел. В этот день, на их счастье, никого в деревушке не было. — Превращайся давай! – буркнул Гарри. — Сейчас, дай хоть вспомню, как это делается... – ответил Геллерт, прикрывая глаза. Спустя пол минуты, он обернулся вороном. — Издевательство какое-то... Вышел из одной тюрьмы, и попал в другую. Сидеть в теле зверя – пытка! Энергию постоянно жрёт! — Освой анимагию и будет всё гораздо проще, – промолвил Поттер, уставившись на чуть помятую крышу «Трёх мётел». — По-твоему это так легко? Я бы взялся, если бы это было так... К тому же, я понятия не имею, какая у меня форма. Вдруг это какой-нибудь жираф? — Я бы посмеялся, – улыбнулся мальчишка, постоянно оглядываясь. — Но у тебя патронус хомяк, соответственно, это твоя форма. — Такое не всегда происходит. Анимагические формы и патронусы могут разительно отличаться. Хоть это и не частое явление. — А я то думал, что они всегда одинаковы... – удивленно протянул Гарри. — Ладно, лети уже в замок, я сам дойду. Гарри поплёлся по сугробам в направлении замка. Не успел он пройти защитный барьер, как откуда ни возьмись выскочил Локонс. Поттер скривился. Уж кого-кого, но не его он хотел встретить первым. — Гарри? – с удивлением спросил профессор, который не сразу узнал мальчишку. — Он самый, – буркнул Поттер, замечая при этом, что Геллерт всё таки парит над ним, не особо спеша в замок. — Решил сменить имидж? – улыбнулся Локонс, снова выставляя на показ свою ослепительную улыбку. — Теперь ты сильно похож на своего отца. Уж я-то знаю, учился с ним. Правда я был младше на несколько курсов, но не важно. — Я, пожалуй, пойду? — Конечно-конечно! – закивал волшебник. — А что так рано прибыл? Разве поезд не вечером приходит? — Я решил утром добраться, своим ходом... – Поттер не задерживаясь больше ни на секунду отправился к замку, пока тот не спросил, как мальчик добирался. Один вид этого павлина раздражал. Гарри думал о том, чтобы проучить его. А то, не дай Бог, ещё и останется тут на следующий год. Но Гарри так и не вошёл в замок, так как заметил недалеко от озера близнецов и свернул, чтобы поздороваться. Друзья его тоже заметили и пошли на встречу. — Здравствуй, дорогой Гарри! – поклонились они, снимая шапки, прежде, чем мальчик успел открыть рот. — О.... Эм... Что с вашими волосами? – удивился Поттер, заметив изменения. — А, ну это мы проводили эксперименты с нашими зельями, – начал Фред. — И создали зелье, которое меняет причёску, – закончил его брат. — Мы выяснили, что такая стрижка называется квифф, – дополнил Фред. — Гениально, – пробормотал Гарри. — А разве вам не достанется от матери? — Не беспокойся об этом! – махнул рукой один из братьев. — Нам же абсолютно всё равно. — А ты тоже успел измениться за каникулы. Окажи милость, ответь – это твой естественный цвет глаз? — Ну да, – подтвердил Поттер. — И волосы тоже. Я теперь, типо, как отец. Только глазёнки мамкины. — Мило, – покивали Уизли. — Не бойтесь, в следующем году придумаю что-нибудь этакое... Может покрашу волосы в радужный. Все ослепнут от такой красоты. — Пошли в замок, скоро уже обед. — Кстати, мы тут такое нашли! — Что же? Неужели компромат на Дамблдора? – поинтересовался Гарри. — Ха-ха, нет... — Но тоже крутую штуку... — Представляешь, мы наткнулись на одну скрытую комнату... — Которая превращается в то, во что пожелаешь... — О, я понял! – щёлкнул пальцами Гарри. — Выручай-Комната! Как я только мог о ней забыть? Бродяга же столько раз о ней рассказывал! — Ну так вот... – продолжил один из близнецов. — О ней почти никто не знает, к тому же нельзя попасть туда, если не знаешь, кто там внутри и его цель в этой комнате. — И что ты предлагаешь? — Очевидно же! – взмахнул руками второй близнец. — Пускай там Геллерт живёт, и ему не придётся маскироваться постоянно! — Цыц! – воскликнул Гарри и оглядел пустынный коридор замка, куда они давно уже зашли. — Не здесь! — Поняли-поняли! – подняли руки Фред и Джордж. — Идея отличная. После обеда и обсудим в той самой комнате! – сообщил Гарри. — А теперь вперёд наперегонки в Большой зал! – и первым рванул туда, а Уизли бросились за ним, надеясь выиграть эту гонку.

***

Гарри шёл по коридору. Уже был почти вечер, скоро вернуться остальные ученики с каникул. Хотелось перед этим пройтись по замку в тишине. При этом он надеялся, что не наткнётся на Василиска. — О-о, говорящ-щ-щий вернулс-с-ся! – услышал он в тишине, и уже был готов рвануть куда подальше, но потом понял, что это его чёрная змея. Дозорный. — Ты меня ужас-с-сно напугала! – сказал Поттер и присел на корточки, чтобы лучше слышать змею. — Ты ш-ш-што-то наш-ш-шла? — Да, я видела подозрительную вещ-щь! — Ш-ш-што это? — Чёрная книж-ж-жка! От неё ис-с-сходила с-с-странная энергия! — Где она? — В помещ-щении с призраком. Второй этаж-ж. А ещ-щё я чувс-с-ствую энергию короля! Гарри потёр переносицу, а потом кивнул своим мыслям. — С-с-спас-с-сибо! Будь пока в замке, но никого не кус-с-сать из людей! — Хорош-ш-шо! – чёрная мамба уползла в какую-то щель. Гарри немного подумал, но потом решил не упускать шанс. Вдруг та чёрная книжка попадёт кому-то в руки. А судя по тому, что она находится так близко к месту входа в Тайную Комнату и излучает странную энергию, то скорее всего как-то связана с нападениями. Придя к таким мыслям, гриффиндорец рванул в туалет Миртл. Как дозорный и сообщил, книжка лежала на полу в одной из кабинок. Привидения нигде не было, поэтому Гарри с некоторой опаской взял в руки книжку. Это оказался на самом деле дневник. Решив, рассмотреть его в гостиной, Поттер побежал туда, но на полпути свернул на восьмой этаж в Выручай-Комнату, подумав, что там будет безопаснее. Он знал, что вот так просто подозрительную вещь в руки брать нельзя, но почему-то не мог сдержаться. Дневник словно манил его. Влетев в комнату, Поттер резко затормозил, наткнувшись на интересную картину. Близнецы Уизли играли в карты, сидя на пушистом ковре, и попивали при этом сливочное пиво. А Геллерт наблюдал за игрой, выкуривая самую настоящую маггловскую сигарету. — Не понял! – вскинул брови Гарри. Три взгляда уставились на Поттера, в которых читались слова: «Чего тут непонятного?» — Во-первых, почему меня не позвали? – начал Поттер. — А во-вторых, Геллерт, ты серьёзно? Брось эту гадость! — Щас вот! – ответил тот. — Так это маггловское! Где твоя логика? — Кое-что маггловское приемлимо. — Ты чего, Гарри? – спросили близнецы. — Сам же сказал, что хочешь в тишине погулять по замку. — Ну уж пивом могли бы и поделиться! Короче, я тут вот что нашёл! – мальчик кинул на ближайший стол дневник. Фред и Джордж подошли ближе. Кто-то из них взял дневник и пролистал, но тот был пуст. — И что? – спросили они. Гарри подошёл ближе и тоже пролистал, а не найдя ничего интересного, развернул дневник другой стороной и увидел золотистую надпись внизу. — Томас Марволо Реддл, – прочитал он. — Хм... Кто бы это мог быть? – наигранно начал Джордж. — А разве это не тот самый Тёмный Лорд? – продолжил Фред. — Какой именно? — Который Волди! — Да ну! Неужели это действительно он? — Да хватит уже! – фыркнул Гарри. — Это он. У вас тут нет пера и чернил? Но нужное само появилось на столе. — Ты забыл, что это за комната? – хихикнул Фред. — М-м-м... Точно... Гарри схватил перо, окунул в чернила и написал в дневнике. «Здарова!» Слова через несколько секунд впитались в бумагу, а следом появился ответ. «Привет, кто ты?» — Поттер, что ты творишь?! – прошипел Геллерт. — Не знаю! – пожал плечами Гарри. — Мне почему-то захотелось написать, я написал! — Ладно, можешь пока что-то написать. Если что спасём тебя, как и всегда. — Тем более чувак ждёт! – подтвердил Джордж, махнув рукой на новую надпись. «Ты здесь?» — Чёрт! Хорошо! – кивнул Поттер и схватился за перо. Уизли и Гриндевальд следили за всем происходящим. «Да, здесь!» «Так как твоё имя?» — Я так понимаю, лучше написать ненастоящее? – спросил Гарри. — Да ну? У тебя всё таки ещё остались крохи мозгов! – саркастически сказал Геллерт. — Естественно ненастоящее! Гарри немного подумал, а потом вывел: «Джеймс Эванс» — Как много у тебя псевдонимов, Гарри! – заметил Джордж, а Фред кивнул. — То Грей, то Джеймс! — Да уж... Определился бы уже! – поддакнул Геллерт. — Умолкните! – бросил Гарри, сосредоточившись на переписке. «Я Том Реддл! Как к тебе попал мой дневник?» «Нашёл в туалете». Близнецы рассмеялись над этим. Надо же, в туалете! А Гарри продолжал, не обращая внимания на остальных. Не дав ответить, он снова настрочил. «Ответь, тебе что-то известно о Тайной Комнате?» «Известно. Её открывали последний раз пятьдесят лет назад. Тогда погибла студентка, а преступника поймали и исключили. К чему такой вопрос?» «Комната снова открыта. Случаются нападения. А ты уж слишком подозрительный дневник!» «Если хочешь, могу ввести тебя в свою память и показать разоблачение преступника!» — Лучше не надо, – сказали близнецы. — Действительно, – подтвердил Геллерт. Гарри кивнул на это. Он тоже не горел желанием проваливаться в чью-то память. «Не стоит. Может просто скажешь, кто это сделал?» «Если ты его знаешь... Рубеус Хагрид!» Тут то Гарри и завис. Впрочем, как и остальные. Но уже через минуту по всей комнате прошёлся оглушительный хохот мальчишек. — Какой дурак поверит в это? – смахивал слёзы от смеха Фред. — Но этот громила может что-то знать, – задумчиво протянул Геллерт и провёл рукой по волосам. Смех стих, ребята подумали о том, что такое вполне возможно. — Пошли тогда к Хагриду и спросим у него! – заявил Гарри и написал в дневнике. «Томас, я пойду. Но когда появится свободное время, напишу». «До встречи, Джеймс!» — И ты не хочешь отдать дневничок директору? – спросил Гриндевальд. — Понятно же, что это тёмная вещь. Правда я пока не совсем понимаю, что это, но у меня есть догадки. И мне они не нравятся. — Сначала попробуем разобраться в этом деле, – с важным видом сообщил Поттер. — До добра это не доведёт, – пробурчал Геллерт, но мальчишка его не слушал. — Мы пожалуй пойдём в гостиную, – сказали близнецы. — Но если будет нужна помощь, то зовите! – и исчезли, выбежав из комнаты. — А мы идём к Хагриду. — Первый день после каникул, а уже лезем в неприятности... – бормотал Геллерт, доставая палочку. — Ничего плохого ещё не случилось, – махнул рукой Поттер. — Ещё не вечер! — Вообще-то уже вечер... — Дурак! Это такое выражение!

***

Но не смотря на заявление Поттера, поход был отложен. Прибывшие с каникул ученики целой толпой разбрелись по территории школы, не спеша идти по гостиным. Ближайший месяц нападений не было, всё было спокойно, хотя Гарри довольно долго провожали странными взглядами. Как потом сам Поттер и выяснил, это из-за его нового вида. Про поход к Хагриду они вообще забыли, погрузившись в учёбу с головой. Точнее погрузился Гарри, близнецы продолжали валять дурака, а Геллерт скучал в Выручай-Комнате. Иногда Гарри переписывался с Томом, пытаясь узнать у него что-нибудь интересное. К концу февраля Гарри очень кстати вспомнил, что хотел отомстить Локонсу, поэтому собрал новое поколение Мародёров, чтобы рассказать свой план. План заключался в том, чтобы угостить профессора пирогом с какой-нибудь неприятной штукой. Они тихонько обсуждали за столом Гриффиндора, чтобы такое подложить в пирог, как откуда ни возьмись выскочила Гермиона Грейнджер. — Что это вы тут обсуждаете? – с любопытством поинтересовалась она. — Эм... Гермиона, а у тебя нет какой-нибудь штуки... – начал Гарри, решив, что она может помочь. — Которая хорошо бы прочистила желудок! – продолжил Джордж. — Надо помочь одному человеку... – подхватил Фред. — Да, ему надо сходить в туалет... – на ходу придумывал Поттер, а Уизли дополняли своими выдумками. — Но он не может, у него запор, и ему надо помочь... — Я поняла, – кивнула Гермиона. — Дедушка привёз мне из СССР одно хорошее средство. Его у меня много, я и не использовала ни разу, а срок годности уже подходит к концу. — И что это? – поинтересовался Гарри. — Называется «Пурген». Достаточно одной-двух таблеточек. — А не могла бы ты принести нам все запасы! – попросил Фред. — Зачем? – подозрительно сощурилась девочка. — Просто человек, которому надо помочь... – медленно начал Джордж. — Это Хагрид! – вставил Гарри. — Да, и он не совсем человек. Поэтому ему нужна будет другая доза! – кивнул Фред. Гриндевальд всё это время ржал от души в своих мыслях. Гении блин! Пурген! Локонсу! Да ещё и все запасы! Это будет определённо весело! Гермиона, как и обещала, принесла целых две пачки. Близнецы взяли на себя смелость приготовить тыквенный пирог, так как с готовкой у Гарри было ужасно. Когда всё было готово, компания, весело хихикая, потащили сие творение в Большой зал, когда только начинался завтрак. — Профессор Локонс! – позвал Поттер, а близнецы всеми силами старались сдержать лица, чтобы не захохотать в тот же момент. Потому что тогда всё накроется медным тазом. — А мы тут вам испекли пирог! Не хотите ли попробовать? Но если он будет немного странным на вкус, то вы не волнуйтесь, мы просто первый раз готовим, – и улыбнулся самой невинной и милой улыбкой, протягивая пирог. — Какие вы молодцы! – засиял профессор. — Конечно, я с удовольствием приму этот скромный подарок! Поставив пирог перед собой, Локонс порезал его на несколько частей. Незаметно переглянувшись, Мародёры хотели уже повернуться и уйти, как услышали то, от чего мигом впали в ступор. — Дорогие коллеги, давайте все вместе попробуем, что же испекли наши дети! – обратился Локонс к остальным профессорам. — Конечно, давайте, – закивали остальные, включая директора и уже потянулись за кусочками. Геллерт ринулся на улицу, потому что не мог больше держаться, ему срочно надо было отсмеяться. — Нет! – резко развернулись дети. — Что такое? – удивился профессор ЗОТИ. — Мы... — Он немного подгорел! — Он чересчур суховат! — Ну что вы! – улыбнулся Локонс. — Вы же старались, тем более это первый раз... — Нет, стойте! – воскликнул Гарри. — Мы забыли его посолить! – выкрикнули близнецы. — Нет, то есть, да... То есть, забыли сироп! – поправил Поттер. — Я думаю, что он не обязателен! Пирог выглядит восхитительно! – продолжал улыбаться профессор. Вспотевшие от напряжения дети, схватились за голову, когда половина профессоров взяли кусочки пирога, изъявив желание его попробовать, и уже подносили ко ртам. Снейп сверкнул глазами в сторону Поттера и обоих Уизли. Он сразу понял, что что-то эти трое задумали, и естественно, отказался от пирога. Но судя по их лицам, те хотели отравить только Локонса, но что-то пошло не по плану... Дети смотрели, как взрослые жуют их пирог и понимали, что им конец. Сглотнув, все трое поспешили уйти из зала, под подозрительные взгляды Северуса Снейпа и Гермионы Грейнджер, которая совсем не вовремя поняла, что её обдурили. В этот же день все уроки были отменены, а туалеты заняты до самого вечера. Снейп выглядел странно удовлетворённым, ведь сам он не пострадал, а этот глупый павлин растерял половину репутации, когда нёсся из своего кабинета, оставляя за собой коричневую дорожку. Вот только пострадали и остальные профессора на пару с директором, но как-то не особо это и волновало Снейпа. Их проблемы. Давно стоило понять, что брать что-то из рук близнецов плохая идея. А брать что-то из рук Поттера – идея ещё хуже. А уж когда эти трое объеденились... Впрочем, не только Снейп предавался мыслям о сегодняшнем происшествии. Вся школа гудела об этом. Странным образом, трио оказалось героями дня. Это ж надо! Попробовать отравить Локонса и облажаться с этим, отравив половину школьного персонала. — Гении, блин! – с усмешкой говорил Геллерт, когда они вчетвером сидели в Выручай-Комнате. — Что вам стоило прийти к павлину в его кабинет и отдать пирог ему лично? — Не подумали об этом, – устало вздохнул Гарри. Выглядел он плоховато. Было такое чувство, что он месяцами не спал. Тем не менее, сейчас он улыбался, вспоминая инцидент. Да уж, и правда гении! Когда учителя оправились, то Гриффиндор ушёл в минус на целых шестьсот баллов, так как каждый пострадавший профессор, снял, как минимум, по пятьдесят. А МакГонагалл вычла за раз сразу СТО ПЯТЬДЕСЯТ! А проходя как-то раз мимо Снейпа, Гарри услышал в спину: — Плюс двадцать баллов Гриффиндору за то что проучили этого болвана – мистера Локонса. Резко развернувшись, Гарри понял, что коридор пуст, а Снейп успел скрыться. «А может этот Нюниус и не так плох, как кажется!» – подумав хмыкнул Поттер. Единственный минус был в одном. Пока Гарри отвлёкся на докучливых студентов, то кто-то скомуниздил у него дневник Реддла. Когда и как такое случилось, Поттер понять не мог, как, впрочем, и отыскать вора. Поэтому и махнул рукой. Но через пару недель случились новое нападение, а жертвой стала Гермиона. Поэтому решено было пойти к Хагриду, возможно тот знал настоящего наследника, который подставил его пятьдесят лет назад, и это могло бы дать какие-то зацепки. Близнецы не пошли, решив, что Поттер справиться и сам. У них было запланировано новое зелье, которое они собирались тестировать вместе с Ли Джорданом из Гриффиндора. И Гарри взял с собой только Геллерта. К Хагриду они пошли в мантии-невидимке Поттера в одну из ночей. Вот только добирались довольно долго. Гарри приходилось постоянно оглядываться, так как после последнего нападения патруль усилился. — Откуда у тебя, блин, мантия-невидимка? Это же дорогое удовольствие. Да и редки они! – говорил Гриндевальд, пока они добиралсь. — Что? – Гарри чуть не прослушал вопрос, уйдя в свои мысли. — А, ну... Вроде как семейная реликвия, передающаяся из поколения в поколение. На этих словах Геллерт, который всё это время сидел в облике ворона на плече у мальчишки, свалился в траву от такого заявления. И Поттеру пришлось остановиться. — Ну что ещё? – недовольно спросил он. — Ты сказал из поколения в поколение? – похлопал взрослый волшебник глазами. — Я по твоему идиот? Конечно, именно это я и сказал, что не так? — Нет, всё отлично! Всё просто прекрасно! – заговорил маг таким голосом, словно вообще не верил в происходящее. — Прелестно... – фыркнул Гарри. — Идём, пока ты тут не откинулся! – схватив его, Поттер на всех порах помчался к хижине лесника, уже не заботясь о скрытности, так как они ушли довольно далеко от замка. Сняв мантию перед дверью, мальчик постучал. Как и всегда Хагрид был рад его видеть, хотя и был удивлён тем, что Поттер пришёл ночью. Лесник уже хотел было налить чая, но этому было не суждено сбыться. Раздавшийся стук в дверь застал всех троих врасплох. Геллерт перелетел вновь на плечо Поттера, а тот накинул мантию, не зная, кто бы мог заявиться так поздно. Убедившись, что Гарри не видно, лесник пошёл открывать дверь. А на пороге оказался сам министр магии... В итоге, Гарри так и не успел ничего у Хагрида спросить. Его увели, чтобы сопроводить в Азкабан, хотя никакой вины доказано не было. Правда, когда тот уходил, то сказал, чтобы он следовал за пауками. Очень странная, однако, просьба... — Какие к чёрту ПАУКИ?! – кричал Гарри, у которого уже сдавали нервы. Он и так не высыпался, так как кошмары вернулись в его жизнь. — Без понятия... – покачал головой Гриндевальд. — По какому праву они его увели?! Как же они все бесят! Локонс, министерство, дурацкий наследник, Дамблдор, кошмары и все эти загадки! Гарри был на грани нервного срыва. Он бы был относительно спокоен, но просто так сажать невиновного в Азкабан? Куда катится министерство? И это была последняя капля, поэтому Гарри потерял контроль и взбесился. Хотелось что-нибудь взорвать, и первым пострадала бы хижина, но Геллерт снова обернулся человеком и не дал Поттеру разнести тут всё к чертям. Только через десять минут, тяжело дышавший, словно злобный бык, мальчишка успокоился. И с удивлением отметил, что сидит в объятиях Геллерта, который не читаемым взглядом смотрел в стену. Тот даже не заметил, что гриффиндорец уже успокоился и уставился куда-то через плечо мага. — Ты смотри! – прошептал Гарри, и Геллерт дёрнулся от неожиданности. — Пауки! Тёмный волшебник посмотрел, куда направлен взгляд мальчишки, и тоже заметил мелких чёрных пауков, которые выползали через открытое окно и спешили в Запретный Лес. — Какая гадость! – с отвращением протянул Гриндевальд. — Не любишь пауков? — Ненавижу! Гарри ещё минуту задумчиво смотрел на мелкую колонну пауков, а потом подскочил. — Мы идём за ними! – заявил он, хватая свою мантию. — Пойдём, – вяло отозвался мужчина, понимая, что возможно хоть это как то поможет узнать, кто наследник. — Хотя что-то мне не нравится эта идея... Гарри, впрочем, тоже быстро растерял весь энтузиазм. Почему-то было какое-то плохое предчувствие. Настроение упало совсем. Желания идти в лес не было, как и следовать за этими тварями, но они всё равно пошли. Хагрид посоветовал, значит должна быть зацепка. Пробираясь через заросли, Гарри постоянно озирался по сторонам. Чем дальше они заходили, тем больше вокруг было паутины. Вокруг было всё оплетено ей. Прошмыгнув под заваленным деревом, Поттер застыл. Выглянувший из-за его спины, Геллерт понял, почему мальчишка так резко остановился. Они стояли перед каким-то подобием пещеры, вокруг которой собралась целая куча ГИГАНТСКИХ пауков, размером с лошадь. — Акромантулы... – выдохнул Гарри. — Пошли патронус Хагриду с сообщением, что ему не жить, если мы выйдем отсюда живыми! – прошипел Геллерт, наблюдая, как пауки окружают их в кольцо. Один из пауков клацал жвалами. В этом клацанье едва можно было разобрать слово. Акромантул определенно кого-то звал. У Гарри появилось очень плохое предчувствие, и он крепко сжал в руке палочку. Чувство его не подвело и из той самой пещеры показался ещё один паук. Поттер чуть не упал на землю, от накатившей паники его ноги налились свинцом. Новое чудище было размером со СЛОНА! Полностью чёрное, с несколькими седыми волосками на брюхе, с длиннющими лапами и огромными черными блестящими глазами. — Убейте этих чужаков, – проклацал огромный паук. — Не, не, не! Стоять! – запаниковал Поттер, видя, как чудовищ становилось всё больше, и все они окружали их. — Нас Хагрид послал! — Зачем? Он никогда не посылал сюда чужаков! – прохрипел старый паук с сомнением в голосе. — А действительно, зачем? – шепнул Геллерт Гарри, который и сам не знал ответа на этот вопрос. Хагрид просто сказал идти за пауками. Сам Гриндевальд всё время косился на браслет, который мигал красным светом, обозначая лишь одно – смертельную опасность. А сам браслет был связан с амулетом Поттера. — Его подозревают в открытии Тайной Комнаты, – осторожно ответил Гарри. — Хагрид никогда не открывал Тайную Комнату. — Но кто тогда это сделал? – Гарри не надеялся на ответ, но всё же спросил. Пауки вокруг яростно защёлкали челюстями. — Это был не Хагрид. Большего я не знаю, – устало ответил акромантул, и Гарри заподозрил, что лучше сейчас уйти, чтобы не нарваться на неприятности. — Мы тогда, пожалуй, пойдём, – нервно улыбнулся Поттер и попятился назад. Но громкое клацанье со всех сторон давало понять, что просто так их никто не отпустит. Они были окружены целой армией акромантулов, а древний паук и так дал понять, что сегодня они станут едой. — Прости-прощай... – сказал Геллерт. — Ты был славным другом, надеюсь, тебя съедят первым... — Спасибо, за оказанную честь! – кивнул бледный Поттер. Ближайший паук с тёмно-красным пятном на брюхе разинул челюсти и плюнул в сторону людей странную бледно-серую жидкость. Гарри шарахнулся в сторону, но не успел укрыться руками и эта дрянь попала ему на лицо, причиняя ужасную боль. Словно с него сдирали кожу. — Инсендио! – яростно крикнул Поттер, швыряя заклинание в паука. В этот крик он вложил максимальное количество ярости, что немыслимым образом помогло ему сосредоточиться на реальности, а не боли. — Адеско Файр! – поднял палочку Геллерт. — Горите в аду, суки! Он не очень хотел использовать это заклинание, ведь это выжгет огромный участок и, возможно, привлечёт внимание, но выбора не было. Либо это, либо их с Поттером смерть... Пауки бежали в страхе. Адский огонь выжигал всё на своём пути, уничтожая все убежища и гнёзды акромантулов. Твари пылали и бились в агонии, но это приносило только сладкое удовлетворение и Поттеру, и Гриндевальду. Но дальше было опасно удерживать пламя, Гарри понимал, что они так спалят весь лес и уничтожат не только акромантулов, но и других существ, включая разумных кентавров. — Стой! Стой, Геллерт! Хватит! – попросил Гарри. — Мы же выжжем тут всё! И маг согласился с этим утверждением, рассеивая адское пламя. Они и правда выжгли какую-то часть леса, оставив лишь пепел. Хорошо, если никто не заметил из замка огня... — Ты как? – присел рядом с Поттером Гриндевальд. — Отвратительно, – отозвался Гарри, зашипев от резко нахлынувшей боли, которая отходила лишь на время. — У меня словно пылает левая сторона лица. И кажется, я теперь не вижу этим... Глазом. Гриффиндорец убрал руку от лица и понял, что действительно ничего не видит левым глазом. — Чёртов Хагрид! Убью! – рыкнул Гарри и со злости ударил рукой по земле. Геллерт молча разглядывал лицо мальчика, поражаясь его выносливости. Левая часть лица была, словно, обожжена, а его ярко-зелёный глаз стал серым, бесцветным и пустым... Даже зрачок посерел... — Ну что уставился то? – вырвал его из мыслей мрачный голос Поттера. — Сделай зеркало что-ли, тоже полюбуюсь! Трансфигурировав ближайший камень, Гриндевальд передал ему зеркало, а сам стал ждать реакции. — Красавчик, – через некоторое время констатировал Гарри, однако голос его всё также был невесел и даже слегка дрогнул. — С этим можно что-то сделать? – поинтересовался он, с едва заметной надеждой в голосе. — С лицом можно. Но зрение уже не вернуть, скорее всего, – хрипло ответил Геллерт. — Идём в замок! – решительно заявил Поттер, стиснув зубы от боли. — Мне, очевидно, надо в больничное крыло. — Постой-ка... Гарри застыл. Геллерт поколдовал немного, что сильно ослабило боль, и Гарри смог чуточку расслабиться. До этого он едва сдерживался, чтобы не застонать от боли, упасть и умереть прямо здесь. — Спасибо, брат, – вздохнул Гарри. Геллерт никак не прокомментировал такое обращение. Ему сейчас вообще не было до этого дела. Нужно было возвращаться. Срочно. — Если позволишь, то я убью этого великана! – мрачно пробубнил Геллерт, когда они шагали обратно к замку. — Шут с ним. Не будем его трогать. Он не плохой, просто монстров любит, и, наверное, думал, что пауки не навредят его друзьям... – сказал Гарри, немного подумав. — Но ты же... — Да, я теперь калека, но со смертью Хагрида ничего не изменится. И, впринципе, мы сами пошли туда. Он просто попросил, но не приказал. — И всё таки, советую тебе держаться подальше от лесника. — Я теперь и так буду его сторониться. Всё же, я в обиде. И даже немного зол. Подойдя к опушке, Гарри достал из кармана мантию, и подождал, когда Геллерт снова трансфигурируется, а затем они направились в Больничное крыло. Поттер надеялся, что мадам Помфри не станет лишний раз спрашивать, откуда травма. За эту ночь ему и так уже хватало проблем. Мадам Помфри не стала задавать вопросы. Увидев травму, она в первую очередь закидала Поттера диагностическими заклинаниями, а потом принялась за лечение. Сначала были заклинания, а потом и пару зелий. В конце концов, намазав какую-то прохладную штуку на повреждённую часть лица, она удалилась в свой личный кабинет. И всё таки Гарри всё ещё не мог поверить в то, что придется расстаться со зрением левого глаза. Колдмедик сказала, что тут ему уже и в Мунго не помогут. — Геллерт, а ну-ка превратись, – безэмоционально сказал Поттер. — Опасно! — Пожалуйста... Качнув головой, он всё таки выполнил просьбу, и сел на край кровати. — Мне так спокойнее... – пробормотал Гарри. — Ну вот, теперь мы, как два сапога пара... – невесело сказал Гриндевальд, глядя на мальчика. — Но это не одно и то же... Твои глаза разные, но ты то обоими видишь. А я одним не вижу... — Кхм-кхм... – раздался чей-то настойчивый кашель. Гарри и Геллерт медленно повернулись в сторону двери, и увидели там грозную мадам Помфри, которая упирала руки в бока, сжимая при этом палочку, и смотрела таким взглядом, будто они что-то натворили. — А я говорил, что это была плохая идея... – шепнул Геллерт растерянному Поттеру, а потом неуверенно помахал рукой женщине. — Здрасте... — Представьтесь, мистер... – угрожающе зашипела колдмедик. — Гриндевальд. Геллерт Гриндевальд, – развёл руками маг, а Гарри продолжал таращиться на эту картину. Мадам Помфри, надо отдать ей должное, даже не дёрнулась и продолжала смотреть также яростно. — Да буть вы хоть Мерлин во плоти! Что вы здесь забыли? Пациенту нужен покой! — Мадам... – робко позвал Гарри. — Я в порядке. Мне так даже легче. Ну... В компании... Давайте вы просто принесёте Непреложный обет, и мы спокойно поговорим, как взрослые люди, всё вам расскажем... Не понятно как, но медиковедьма согласилась на эту авантюру даже без раздумий. Гарри был ужасно поражён этой женщиной. Впрочем, как и Геллерт. Её быстренько ввели в курс дела. Мол, Геллерт тут с прошлого года находится, и они с Гарри решают проблемы, которыми директор должен заниматься, хотя тот и не чешется. Про близнецов решили пока не упоминать. — А сейчас что делать будете? – спросила Поппи, которая в глубине души всё таки была ошарашена происходящим, но никак этого не показывала. — Василиска ловить, – хмыкнул Геллерт. — Васи... Стоп! ЧТО?! — По школе ползает Василиск, и это он нападает на учеников, – разъяснил Гарри. — Мы хотели узнать, кто является наследником, так как всё дело в нём. Пока наследник управляет змеем, нам опасно что-то предпринимать. А вот без него, Василиск опять уйдёт в спячку, но наследника мы так и не узнали, хотя даже у акромантулов поспрашивали... — Но ведь он убивает взглядом! — Никто не смотрел ему прямо в глаза. Кошка видела отражение в воде, Колин через камеру, а Гермиона, которая, видимо, тоже узнала о чудовище, увидела в зеркале. — Василиск... – простонала женщина, понимая всю степень опасности. Просто чудо, что ещё никто не погиб. — КУДА СМОТРИТ АЛЬБУС?! – неожиданно рявкнула она, что Гарри аж подпрыгнул, а Геллерт перекрестился. — Вот мы и пытаемся решить эту проблему... – осторожно сказал Гарри, всё ещё держась за сердце. — Буду верить, что у вас всё получится. Если что, помогу, чем смогу, – покачала головой мадам Помфри, всё ещё думая обо всём, что свалилось на её голову. — А теперь спать! — Кто? — Оба! – и удалилась в свой кабинет, сняв на ходу запирающее и заглушающее заклинания с двери. — Эта женщина меня пугает и поражает одновременно, – прошептал Геллерт, уже превращаясь. — Это точно... – пробормотал Гарри. — А почему ты просто не кинул в неё обливейт, как только увидел? — Да у неё такой вид был, что я даже позабыл обо всём на свете! — Дожили! Великий Тёмный Лорд растерялся перед школьной медиковедьмой! — Заткнись, Поттер! Тебе сказали спать, вот и спи! — Тебя это тоже касалось! Тем не менее, Гарри успокоился и довольно быстро погрузился в сон. Сама мадам Помфри рада была бы сообщить кому-то, что по школе ползает Василиск, но в Неприложный обет входило то, что она не могла рассказать ничего из того, что они втроём обсуждали. А эти двое почему-то не хотят уведомить профессоров... Глупо! Сама она лезть в это дело не собиралась, не её проблемы. Её работа – лечить! Но, возможно, у этих двоих что-то получится, раз уж даже к акромантулам заходили для допроса, а это... Стоп! Что?! Как она упустила эту деталь?! Медиковедьма уже было кинулась назад, чтобы узнать об этом подробнее. Наверняка ведь травмы от пауков были получены. А лучше бы точно знать, что произошло. Но когда она выскочила, то поняла, что Поттер уже спит мирным сном, а Гриндевальда и подавно не видно в темноте. Про трансфигурирацию она тоже узнала. Решив оставить это на потом, Поппи удалилась обратно в свой кабинет. Ей тоже не мешало бы поспать.

***

Утром их ждали ещё более неприятные новости. Ещё не было семи утра, как по всей школе разнёсся голос МакГонагалл, которая просила немедленно вернуться в гостиные и ждать дальнейших указаний. Только пришедшие на завтрак ученики кучей ринулись назад. Гарри проснулся от усиленного голоса заместителя директора, и первым делом испугался, что опять было нападение. Но в этот раз всё было гораздо хуже. Общее собрание было в кабинете директора. Мадам Помфри тоже там была и вернулась с ужасной новостью. Джинни Уизли утащили в Тайную Комнату. — Ну всё! – Поттер подскочил с кровати и начал стремительно одеваться. — Идём в Комнату! Тянуть больше нет смысла. Наследник сделал решающий ход. Придётся встретиться с ним лицом к лицу там. — А Уизли? Близнецы, я имею ввиду. — Не будем подвергать их опасности. Идём вдвоём! — А меня, значит, можно? — Не время для шуточек, – Гарри проморгал из-за неприятных ощущений. Было чувство, что он не слеп на левый глаз, а что тот, словно, просто отсутствовал. К этому было очень сложно привыкнуть. Пока что. Проигнорировав все запреты, Гарри нёсся по коридору в сторону неработающего женского туалета. Влетев туда, он, наконец, позволил себе отдышаться. Состояние было отвратительным, но взяв себя в руки, Поттер встал прямо и зашипел. — Откройс-с-ся! С неприятным скрежетом, появился проход, и Гарри не задумываясь прыгнул, а Геллерт пролетел за ним, но пока не спешил менять форму на человеческую, а просто уселся на плечо гриффиндорцу, ожидая опасности с любой стороны. Но в пещере, в которой они оказались была тишина, пустота и одинокая сброшенная шкура змеи. Всё такая же внушительная. Пройдя к следующему проходу, Гарри снова прошипел, и вот они уже стояли в том самом огромном зале, по бокам которого на стене были высечены головы змей с открытыми ртами, а посередине зала каменное лицо Салазара Слизерина. Прямо перед ним, совсем рядом и лежала Джинни. Гарри неспеша направился к ней, шаги эхом отдавались в пустом зале, нагнетая атмосферу. Он подошёл ближе, по виду было понятно, что девчонка пока жива. Но вряд-ли это надолго. В руках у неё был стиснут тот самый дневник. Дневник Реддла. Вообще, на младшую Уизли Гарри было откровенно плевать, да и самим видом она его раздражала. Но всё же младшая сестра Рона и близнецов, а они неплохие ребята... — И-и-и? – спросил Поттер в пустоту. — Как её спасать то? Она вообще очнётся? — Она не очнётся! – раздался голос позади, а Гарри так испугался, что перепрыгнул Джинни, резко разворачиваясь. Из тени вышел парень, лет шестнадцати. Он был чуть выше Поттера. С аккуратно уложенными чёрными густыми волосами, серо-голубыми глазами и красивым гладким лицом. А судя по форме – слизеринец. — А это наследник, видимо... – сказал Геллерт, тоже разглядывая подростка. — Ты – Реддл? – напрямую спросил Гарри, который примерно понимал, что произошло с дневником. — Да, он самый, – ответил юноша. — А, ну, а я тот самый Джеймс Эванс, который на самом деле Гарольд Поттер, но можешь обращаться ко мне Гаррисон или Гарри, – чуть фыркнув сказал гриффиндорец. — Итак, давай сразу к делу, – начал Том, понимая, что незачем растягивать разговоры. — Как тебе, младенцу, удалось обезвредить самого великого мага – самого Лорда Волдеморта – и отделаться лишь шрамом? — Не спрашивай меня, я то откуда знаю! – раздражённо прошептал Поттер, но его шёпот эхом разнёсся по всему залу. — Даже не спросишь, почему мне это интересно? – поинтересовался Реддл. — А что спрашивать? И так ясно! Ты – это Волдеморт, а он – это ты! Короче, ты просто его молодая версия. Возможно Том Реддл и был удивлён осведомленностью Гарри, но старался не подать виду. Впринципе, ничего больше интересного из этой беседы не вышло бы. Поттер и сам мало что знал, поэтому его можно спокойно убить, чтобы больше не было угрозы. Решив так для себя, Том ухмыльнулся и повернулся к высеченной голове Слизерина. — Говори с-со мной, С-с-слизерин, величайш-ш-ший из Хогвартс-с-ской четвёрки! – прошипел он на серпентаго. — Прелестно, от нас теперь решили избавиться, – проговорил Геллерт, находясь в состоянии ступора. — Взлетай, я попробую разобраться с проблемой! – буркнул Поттер, наградив друга взглядом, аля, не выполнишь – и тебя ждут все муки ада. Поэтому Гриндевальд послушал мальчишку и взлетел, строя планы. Тем временем рот основателя открылся, а оттуда показалась просто ГРОМАДНЫХ размеров змея, с рогами на голове, словно это была корона. Длинна змеюки была почти шестьдесят футов, а то и больше. Гарри смотрел на под ноги, и пятился, стараясь придумать решение проблемы. — Убей мальчиш-ш-шку! – приказал Том Василиску, и змей направился к Поттеру. — С-с-стоять! – попытался уговорить Гарри. На его удивление, змей в замешательстве остановился. — Что ты зас-с-стыл? Убей его! – снова зашипел Реддл. Василиск дёрнулся, но не успел ничего сделать, так как гриффиндорец рявкнул на парселтанге: — Не с-с-сметь меня трогать! Брыс-сь! Фу! — Не с-с-слушай мальчиш-ш-шку, убей! — Нет, пос-с-слушай! Лучш-ш-ше его жри! — Я с-с-сказал, убей этого наглеца! — Только попробуй, вс-с-се клыки переломаю! — Он не нас-с-следник! Ты должен с-с-слушать только меня! — А этот вообщ-ще какой-то огрызок! Он ненас-с-стоящий! Лучш-ш-ше меня послуш-ш-шай! Василиск только и успевал, что вертеть головой туда сюда, не понимая, кого слушать. Геллерт понимал, что либо сейчас змея разозлится и сожрёт их обоих, либо послушает кого-то одного. Он и так понял о чём был разговор, хоть и не понимал парселтанг. Но вот он никак не ожидал того, что произошло дальше. — Извините, нас-с-следники! Я не с-с-смогу никого из вас-с-с тронуть. Я иду обратно с-с-спать! И не с-с-сметь будить меня. Я в ваших разборках не с-с-собираюс-сь учавс-с-ствовать! – неожиданно зашипел змей, заставив и Тома и Гарри заткнуться. А потом под изумлённые взгляды заполз обратно в свою берлогу. — М-да... – проговорил Гарри. — Кажется мы довели бедного змея до ручки. — Всё равно я скоро стану полноценным! – сказал Реддл, бросив взгляд на Уизли. — Её жизненные силы на исходе! Ты ничего не сможешь сделать! — Правда? – поднял бровь Гарри. Решительно схватив дневник, он моментально порезал палец о бумагу и капнул кровью на страницы. Всё произошло так быстро, что Том и пикнуть не успел. И теперь он ошарашенно смотрел на Поттера. Канал переключился, и силы Реддл теперь начал качать из Поттера. Но так как почти всё он забрал у Джинни, то через пару секунд почувствовал себя снова целым, а Гарри практически никак не пострадал от этого, лишь немного накатила усталость. Но не успел Том и шага ступить, как Поттер откинул его к стене и забрал волшебную палочку рыжей девчонки. — У меня к тебе вопрос, Реддл... – начал угрожающе Поттер, который по-настоящему начал злиться. — Ты вообще хоть представление имеешь, каким был в последние годы до того, как я тебя уничтожил? — Великим! – яростно выкрикнул юноша. — А ты сломал мои планы! И я... — Ты был психом! – рявкнул Гарри. — Убивал направо и налево, кидался круциатусами на всех, понемногу просто уничтожал мир! — Лжёшь! – прошипел Марволо. — Могу поклясться магией, что нет! Я что-то не верю, что ты хотел быть таким! Какие у тебя были цели на магглорожденных и магглов? — Отделить магглорожденных от чистокровных и разделить два мира. Полностью скрыться от магглов. Обезопасить нас, волшебников, от магглов! — Но ты просто стал убивать магглорожденных и магглов! – почти перешёл на парселтанг Гарри. — Ты этого хотел? Нет! Я могу дать тебе шанс всё исправить, либо просто убить тебя, ведь теперь ты обычный человек, который не зависит от дневника. Выбирай! – закончив эту гневную тираду, Гарри очень глубоко вздохнул, стараясь успокоиться. Он и не заметил, что Геллерт уже давно сидел на плече, но не вмешивался в этот разговор. — Допустим. И что тебе нужно взамен? – сощурившись спросил Том, глядя снизу вверх. — Слушай сюда! Я не пешка Дамблдора, это во-первых! Мне не нравятся его методы. То что перечислил ты, меня устраивает. Это то, что нужно магическому миру. Но мне не нравится Волдеморт. Он стал полным психом! И изменить ничего уже нельзя. Его надо уничтожить! А ты начнёшь свою политику заново! Самое главное говорю сразу: от тебя будет нужен Непреложный обет, это раз! Второе – ты теперь на моей стороне и не пытаешься сделать меня и моих друзей своими подданными. Мы будем равны! И третье, имей ввиду, что мы будем работать против Дамблдора, министерства и против тебя самого. Я имею ввиду неуравновешенную взрослую версию! — Ты хочешь сказать, что мы будем работать по моей политике? В чём твоя цель? — Я с твоей политикой согласен, но есть одно «но»! Дамблдор хочет, чтобы я уничтожил Волдеморта! Мне такой вариант событий не нравится. Но в конце концов он когда-нибудь вернётся и снова развяжет войну. А меня и самого это не устраивает. Но тем не менее, я ещё ребёнок, который мало что может. А старик меня даже не готовит. И политика его мне не нравится. Поэтому я собираю что-то типо третьей стороны. Воевать будем против обоих. Ну и ещё министерство меня не устраивает. Но это отдельный разговор. Так вот... Так как один я не справлюсь, то собираю союзников. А если судить о величии Волдеморта, то ты умный, способный и сильный. Впишешься! — И сколько же союзников ты уже набрал? — Пятеро, – прикинул Гарри, зная, что Сириус и Ремус всегда будут на его стороне. Близнецы тоже, а Геллерт и подавно. — Маловато, – фыркнул Реддл. — Не думаю, что у тебя в моём возрасте было больше, – закатил глаза Гарри. — Твой ответ? — Ладно, я согласен, – буркнул Том. Других вариантов не оставалось. — Тогда сейчас принесёшь обет, что с твоей стороны не будет предательства, раскрытия некоторой информации посторонним и самостоятельной деятельности. Это самое основное, можно быстро обговорить детали. — Для обета нужен третий человек, – напомнил Том, и, наконец, поднялся на ноги, так как Гарри чуть опустил палочку. — Так он у нас есть, – щелкнул пальцами Поттер, а Геллерт обернулся человеком. — И кто это? – осмотрел его Реддл, о чём то задумавшись. — Сначала давай клятву, а уж потом скажу! Надо отдать ему должное, но Реддл сделал всё как надо. Не было никаких протестов, психов и злобных взглядов. После обета Гарри, наконец, почувствовал, что может немного расслабиться. — А что с девчонкой? – уточнил Том, брезгливо глядя на Уизли. — О Мерлин! – схватился за голову Поттер. — Я же с тобой совсем забыл о рыжей! Он ринулся к Джинни. Она была пока жива, но её жизненные силы не восстанавливались, а наоборот, медленно убывали. — Том, ты будь тут! – сказал Гарри. — Мы зайдём позже. Ничего не делай! — Стой! У директора будут вопросы! – предупредил тот. — Я сейчас! Взяв свой дневник, он скрылся, пройдя через ход к Василиску. Но вернулся довольно быстро, протянув дневник с огромной дырой посередине. — Скажи, что ты уничтожил меня. Клыком Василиска. — Ага, а как он избавился от самого Василиска? – поинтересовался Геллерт. — Узнают, что он жив, то в покое не оставят! — Кинул бомбарду в глотку, – буркнул Поттер. — Прекрасная идея! Всё! Иди! – махнул Том на выход. — Минутку... А так реально можно убить Василиска? — Да, – кивнул Реддл. — Я, думаю, вполне... Хотя лучше максимой! — Блин, как её тащить? – начинал паниковать Поттер, ведь девчонка оказалась тяжёлой. — Дурень! Магия тебе на что? – дал ему лёгкий подзатыльник Геллерт. — Да, точно! Локомотор! Дойдя до трубы, которая вела наверх, в туалет, Гарри задумался, есть ли тут лестница. — Лес-с-стница? – попробовал он. Конечно, шанс на успех был невелик, ведь это был лаз для змеи, а другие выходы они пока не нашли. Но лестница, оказывается, была. Гарри вздохнул и отправился наверх. Путь предстоял долгий, а тут ещё и Уизли просыпаться не думает, а только энергию выкачивает. Когда Поттер добрался, он уже готов был бросить девчонку обратно, а самому вылезти и сказать, что её сожрали, а спасти не успел. Геллерт вообще смылся в Выручай-Комнату, оставив гриффиндорца самому разбираться с проблемами. Прикинув всё «за» и «против», Поттер пошёл в больничное крыло, ведь в директорском кабинете девчонке уж точно не помогут. — Откуда?! – удивилась мадам Помфри, когда Поттер притащил Джинни. — Слазил к Василиску, грохнул его, вытащил девку, – перечислил Гарри. — Чего тут сложного? Медиковедьма занялась пострадавшей, а Гарри только и успел повернуться в сторону двери, как та распахнулась, и внутрь влетели Дамблдор, МакГонагалл, Снейп, Локонс и, что самое странное, Люциус Малфой. И все уставились на Гарри. — Что? – возмутился он. — Я вам экспонат в музее что-ли? — Поттер! – рыкнул Снейп. — Минус десять баллов с... — Успокойся, Северус, – одёрнул его директор. — Гарри, что произошло? — Ну я пошёл в Тайную Комнату, убил этого идиота, Волдеморта, а также Василиска. Ну и вытащил Уизли, – Гарри при этом кинул дневник Тома в сторону профессоров, и даже не оглядываясь пошёл по направлению к выходу. — Но как же вы это сделали? – спросила МакГонагалл. — Кинул Василиску в пасть бомбарду максиму, он помер. Половина клыков аж разлетелось, ну я одним и проткнул дневничок. Вот и всё! – объяснил гриффиндорец, но увидев взгляды профессоров, понял, что они ждут ещё чего-то. — Да всё! Мавр сделал своё дело, Мавр может уходить! Аривидерчи! – и выскочил из больничного крыла. Как он и ожидал, вскоре вышел Люциус Малфой. Гарри долгое время с ним говорил, но ему удалось выкупить Добби. С собой у него не было большого количества галлеонов, поэтому, мальчик просто подписал нужную бумагу, что гарантировало оплату позже. Малфой удалился, а из больничного крыла на этот раз вышел Локонс, который в сторону Гарри даже не посмотрел, поэтому быстренько, пока никто не видит, Поттер кинул ему в спину Конфундус, внушив Локонсу покинуть пост преподавателя ЗОТИ. С Гарри и одного года хватило. Полное убожество! От напряжённого дня, у Гарри даже начал бок болеть, в том месте, где у него остался шрам от тёмного заклинания. Кое-как доковыляв до гостиной, он ввалился туда с самым усталым видом, отпугнув от себя сразу половину факультета, и поплёлся в спальню, где завалился спать. К его огромному удивлению, когда он проснулся, то понял, что ему не снились кошмары. А проснулся он как раз к ужину. Поэтому направился прямиком в большой зал. По пути встретил близнецов, которые вытащили Геллерта из Выручайки. — Как там Джинни? – поинтересовался Гарри, когда они шли на ужин. — Её переправили в Мунго, но состояние у неё плохое. Очень, – хмуро ответил один из близнецов. — Мы так и не сказали вчера... – начал второй. — Да, ты сразу спать ушёл. Вообщем... Спасибо, что спас сестру! — Даже если и... Просто... Спасибо хотя бы за то, что вытащил её! Большего ты не мог сделать! — Я хотя бы попытался, – буркнул на это Гарри. — Дамблдор наверняка знал обо всём этом! Ведь даже мы догадались! И он мог что-то сделать... Я уверен! Он же считается величайшим волшебником. Гарри добился своими словами того, чего хотел. Близнецы больше не верили директору. Вся вера пошатнулась, когда они задумались над тем, что сказал Гарри. И он был прав. А после ужина, когда все разбрелись по гостиным, а всех Уизли забрали из школы, Гарри снова спустился в Тайную Комнату. Реддл оттуда не уходил. Он нашёл несколько выходов за то время, пока Поттера не было. Один вёл в подземелья, недалеко от гостиной Слизерина, а ещё один прямо в Запретный лес. А в самом проходе, который вёл в подземелья находились ещё несколько. Налево и направо. Левый приводил почти к кабинету директора, а правый выходил в закрытую часть школы, где ни Гарри, ни Том вообще ни разу не бывали. Да и судя по виду этой части, там вообще давно никто не бывал. В самой Тайной Комнате был лаз в убежище Василиска, а также проходы в комнаты Салазара, в дуэльный зал и библиотеку. А ещё был ритуальный зал. Вообщем, Салазар Слизерин устроил себе настоящее убежище. Том решил жить пока там. Пятьдесят лет в дневнике были ужасны. Он видел лишь тьму. Пустую тьму... Поэтому сейчас библиотека была для него раем, как и дуэльный зал, где тот тренировался на заколдованных маникенах. И всегда оставался вариант поговорить с Василиском. Поэтому скучать точно не стал бы. Еду мог доставлять домовик, привязанный к самому Реддлу, ибо любые другие не могли попасть в это место. Поэтому Поттер одолжил на время Добби, заставив того слушать Тома почти как хозяина. А Добби, к счастью, умел готовить. Гарри договорился с Томом, что тот ждать их в ближайшее время не будет, так как через несколько недель начнутся каникулы. Разве что в ближайшее время Поттер купит ему домовика. А Реддл уж как-нибудь потом рассчитается. Спустившись в тот день, Гарри рассказал немого о Волдеморте, и Том пришёл в ужас от того, что натворил в будущем. Он действительно всё ещё считал, что это бред, но Гарри поклялся, что говорит правду и рассказывал подробно о том, что ему когда-то поведал Сириус о Тёмном Лорде и его приспешниках. После окончания рассказа Том уже понял, что не зря соглашался с гриффиндорцем на создание третьей стороны. И Дамблдор, и Волдеморт просто уничтожат всё, поэтому Команда Поттера будет брать всё в свои руки. Вернулся Гарри в спальню под утро и кое-как поспал два часа перед занятиями. А на завтраке выяснилось, что Джинни всё таки умерла в больнице. Гарри это понял сразу, увидев чёрные флаги в большом зале. А потом и директор сообщил эту прискорбную новость. Поэтому этот день был мрачным, но спокойным. Никто не стал устраивать дуэлей, нарушать правила и шутить шутки. Был траур, хоть некоторым личностям и было плевать на Уизли, но они тоже не устраивали ничего. Такими личностями были в основном слизеринцы. И как ни странно... Поттер. Ему было жаль Рона, близнецов, да даже Перси. Братьям было плохо от потери сестры. Но вот к самой девчонке он ничего не чувствовал. Ну не успел её вовремя спасти – значит не судьба! До самых каникул Гарри спокойно учился. Не обошлось конечно без взглядов на его поврежденный глаз, но расспрашивать не стали и привыкли. Наверняка большинство подумало, что это такая линза. Уизли так и не появлялись. Поговаривали, что они прибудут лишь на несколько дней, чтобы сдать экзамены, а до этого на учёбу не вернуться. К Тому Гарри больше не ходил, Геллерта оставил в Выручай-Комнате, и почти все занятия сидел один. Пару раз к нему подсаживалась Гермиона, которую к тому времени уже оживили, как, впрочем, и остальных окаменевших. Конец учёбы был тихим. Каким-то странным образом Кубок Школы получил Когтевран. Слизерин отставал от них на пару десятков, а Гриффиндор не выиграл лишь по той причине, что лишился шестьсот баллов из-за того пирога с подмешанным Пургеном. И наверстать ученики не успели, пусть Гарри и получил двести баллов за нейтрализацию угрозы в виде Василиска, но всё равно они не дотянули даже до второго места. Когда Хогвартс-Экспресс готовился к отъезду, Гарри всё таки ещё раз успел сбегать к Тому, чтобы попрощаться. А затем еле доковылял до поезда, когда тот уже почти отошёл. И хоть больше от Гарри не шарахались с криками, что он наследник Слизерина, но тот оказался в купе один. Не так уж и плохо это было. Только заперся на случай непредвиденных обстоятельств в виде Малфоя, который мог зайти и потрепать нервы. Пока Гарри читал одну из книг, стащенных из библиотеки Тайной Комнаты, Геллерт в предвкушении ждал каникул. Ещё пару часов поездки и, наконец-то, можно будет снова становится человеком. — Нелёгкий выдался год, – сказал Гарри, закрывая книгу через час после отъезда. — Но лето будет страшнее! — Почему это? – спросил Гриндевальд. — А потому... – и тут Гарри улыбнулся. — Потому что Сириус до сих пор об этом не знает! – и указал на повреждённый глаз. — Серьёзно? Ты ему не говорил? — Я что, дурак что-ли? Конечно нет, примчится ведь! — Ну всё! Это конец! — Ты думаешь? — Я знаю! Знаю, что Блэк прибьёт меня! — Ну да, ну да... Ты то ходил со мной и не защитил. — Оправдывайся сам, а меня не впутывай! Я не виноват! — А кто тогда виноват? — Э-э... Хагрид! — Свалим всё на Хагрида? — На Хагрида! — Замётано! С таким вот решением, Гарри и ступал на платформу 9¾, пока Геллерт придумывал план Б, ведь одним спихиванием вины на лесника тут явно не отделаешься...