Секрет И

      Там же, пару часов спустя       — Так что, Гермионе совсем лучше не стало?       — Как сказать, что такое «лучше»? В основном она, как говорится, живёт, как во сне. Из квартиры не выходит почти, если её специально не вытаскивать, но хоть рыдать от каждого чиха перестала. Иногда срывается куда-нибудь, то в лес с палаткой, то в глушь какую-то, никого с собой не берёт, но хоть предупреждать стала, куда исчезла и насколько, чтобы мы сами не дёргались и ей не мешали. (1). Иногда забирать её приходится, как-то раз даже в приюте для бездомных её нашёл. Хорошо хоть, там не тронули её, видно, поняли, что она слегка не в себе. Ну, и раз в месяц могилу Снейпа посещает, как по расписанию. Памятник намывает, цветы приносит, ревёт там по часу. Но самоубиться больше не пытается.       — Вот же ж… — Невилл покачал головой. — Кто бы мог подумать, что её так заклинит. Неужели, чувство вины такое сильное?       Все молчат, смотрят в разные стороны.       Невилл прощается и уходит. Гарри, Джинни и Луна поворачиваются к Рону, молча смотрят. Он тоже долго молчит, потом вздыхает:       — Вы ведь всё поняли уже, да?       Гарри вздрогнул:       — Ты про… То есть, это у неё не муки совести?       Рон смотрит на Луну:       — Ты ведь давно знаешь, правда?       Девушка рассеянно крошит остатки пирога на блюдце, отвечает:       — Вы же помните, мы втроём сражались тогда с Беллатрисой. Я сначала удивилась, что Гермиона бьётся с такой яростью. То есть, я всегда знала, что она храбрая, но тогда… Она ТАК бросалась на Беллатрису, прямо какой-то берсерк под мухоморами. А потом я на секунду встретилась с ней глазами и увидела… такую ярость, такое отчаяние… я чуть палочку свою не выронила. Но тут в наш круг ворвалась миссис Уизли отшвырнула нас троих от Беллы прочь.Потом я случайно посмотрела на Гермиону, когда ты, Гарри, Волдеморту про профессора Снейпа рассказывал, ну и догадалась как-то. А дальше всё только подтверждалось.       Джинни сжала под столом руку Гарри и тяжело вздохнула:       — А я сначала и подумать не могла о таком. Когда Гарри и Гермиона закрылись тут ото всех на месяц, я думала, что… ну, вы поняли. Ненавидела её… Потом, когда они практически около могилы Снейпа поселились, я решила, что их околдовал кто-то, или они сбрендили оба. Но Гарри как-то отошёл постепенно, а она… Я однажды проследила за ней, когда она на его могиле одна была, ну и поняла наконец. Даже удивилась, как это я раньше не замечала.       — И никому не сказала? — удивился Гарри.       — Как видишь, даже тебе.       — Что ты с этим будешь делать, Рон? — тихо спросила Луна.       — А у меня есть выбор? Оставить её с этим всем одну? Сдать в Мунго и гордо удалиться? Что?!! — Рон почти рычал, но совладал с собой и схватился за сигареты. Джинни недовольно поморщилась, но ничего не сказала. — Когда я всё понял, сначала в ярости был, хотел наорать на неё, даже задушить её хотелось. Всё в голове не укладывалась, как она могла влюбиться в НЕГО? Пусть он на нас работал, но после всех его издевательств? После всего, что мы вместе пережили за шесть лет в Хогвартсе и потом в походе? Я был уверен, что она в меня влюблена и о свадьбе мечтает, ещё прикидывал, как бы оттянуть подольше эту свадьбу. И вдруг такое! Я с ума сходил от злости, всё в голове крутил: когда у них это началось? Что там вообще было? Или вообще ничего не было, а она по нему чахла и сохла, а я, дурак, думал, что по мне.       В полном молчании Рон выкурил вторую сигарету, и уже спокойно добавил:       — Я, когда всё понял, в школе авроров отпуск на две недели выпросил, типа старые травмы подлечить, и по всяким глухим местам мотался, с ума сходил. Кстати, Гарри, я твой метод использовал, находил какой-нибудь заброшенный дом-развалюху, и в щепки его разносил, очень нервы успокаивает. А потом просто понял, что, кроме меня некому её поддерживать, и что я не стану такой свиньёй, которая ради собственных амбиций бросит её погибать. Её от меня не воротит, она ко мне хорошо относится, мы пару раз в неделю видимся, так она даже радуется мне. По-своему, конечно, но всё же. Так и будем продолжать, Постепенно как-нибудь всё утрясётся. Наверное.       1 июля 1999 года, после свадьбы Гарри и Джинни       Веселье закончилось, гости по очереди прощаются с молодожёнами. Рон и Гермиона тоже подходят, желают счастливого медового месяца, обнимают довольных уставших друзей и выходят на воздух.       Гермиона выглядит гораздо лучше, чем в прошлый раз. Платье подобрано так, что подчёркивает её изящество, а не болезненную худобу. Причёска, макияж, а главное — глаза блестят и на щеках румянец, и она улыбается.       — Рон, я так рада за них! Ну, что рядом с нами есть счастье и можно на него даже посмотреть! Это здорово вдохновляет.       — Ага, я заметил. И шампанское хорошее было, правда?       — Да ладно тебе, не так уж много я и выпила. Уж ты не меньше пил, причём огневиски.       Рон смеётся, обнимает девушку за плечи:       — Да всё нормально, подруга! Давай, провожу, а то расщепит тебя ещё, — и дружески целует в щёку.       Внезапная вспышка колдокамер, выскочивший из ниоткуда журналист:       — Газета «Ежедневный пророк»! Наших читателей очень интересует, когда же будет свадьба двух других участников знаменитого Трио? Вы уже назначили дату свадьбы? Почему вы так долго скрываете ваши планы?       — О-о, нет , только не это, — простонала Гермиона, закатив глаза.       Рон, сделав серьёзное лицо, заявляет:       — Мы же не могли пожениться вперёд самого Гарри Поттера, это было бы невежливо. А теперь вот мы дождались, и прямо завтра готовиться начнём. — После чего, крутанувшись, аппарирует вместе с Гермионой.       Вход в квартиру Гермионы. Парочка смеётся, вытирая слёзы и пытаясь успокоиться       — Ха-ха-ха, ты видела, какое было у него лицо?       — Ну, и шутки у тебя! Завтра же в газете всё будет, придётся опровержение давать в каком-нибудь «Ведьмином досуге». Хотя… хи-хи-и-и! Уж кого-кого, а «Пророк» мне не жалко. Зайдёшь на чай? Правда, к чаю нет ничего.       Утро следующего дня       Рон просыпается, осматривается, соображая, где он. Потом понимает. Встаёт, быстро одевается, выходит на кухню. Гермиона в длинном халате стоит у окна, уткнувшись лбом в стекло. Рон подходит к ней, она оборачивается. Видно, что она недавно плакала. Рон опускает глаза:       — Прости.       — Рон, я…       — Прости! Я не знал, что буду у тебя первым! Ну, хочешь, ударь меня! Или, хочешь — давай поженимся? Будешь учиться, или работать, или сидеть с детьми — всё, что захочешь! Только живи! И не смотри на меня ТАК!       Девушка улыбается сквозь слёзы, и прижимается лбом к его плечу.       — Всё в порядке, Рон. Я не злюсь на тебя. Если ты не против, давай попробуем встречаться? Может, раз в неделю, для начала? Аппарировать в разные места и гулять, или ещё как-то. Ну, и… как сегодня ночью… тоже… Ты согласен? Ну, правда, не жениться же нам так вот сразу, вдруг мы не уживёмся? Как ты думаешь?       Он прижимает подругу к себе, Она снова всхлипывает, но обнимает его в ответ. У него в глазах тоска, но всё же, чуть помолчав, он отвечает:       — Да.

* * *

      Картинки закончились, но Рон не выпуская Снейпа из своего сознания, предложив пообщаться ментально       Р: Вот так мы и жили. Три года встречались раз в неделю. Она не работала, не училась, но хоть книжки читать снова начала. Даже пару проектов замутила.       С: Каких проектов?       Р: Сначала у неё была идея, что нужно с рождения отслеживать судьбу детей-магов, живущих среди магглов, а не забывать о них до одиннадцати лет. Ну, чтобы новый Волдеморт в каком-нибудь приюте или у злобных родственников не вырос. Тем более, что после войны много сирот осталось, которые непонятно к кому попали. Вот она в конце лета 1999 года и начала этим заниматься. Сначала в «Придире» статьи печатала, потом «Пророк» подключился, Министерство письмами засыпали, пришлось им даже отдел временно организовать, она работала там пару месяцев. А потом всех проблемных детей более-менее устроили, достаточно стало одного человека, чтобы внезапные вопросы решать. Мы все думали, что Гермиона этим и будет заниматься, а она предложила вместо себя мою маму, а сама опять отшельницей стала. Правда, с мамой моей идея хорошая была, она всё не знала, куда деть себя, когда мы все выросли и разъехались.       Потом она за эльфов взялась. После войны многие эльфы без хозяев остались, такие готовы были к кому угодно в рабство идти, а нормальные семьи уже не хотели себе рабов, хотя от помощи в хозяйстве бы не отказались. Вот она и придумала: основала контору «Эльф на час», наняла на работу свободных эльфов, дала рекламу в «Придире», дом для проживания эльфов через Министерство выбила. Они получали разовые заказы: отремонтировать что-то, или уборку раз в неделю делать, или ещё что-то в этом роде. Но когда контора заработала, Гермиона продала её семье Лаванды Браун, сказала, что рутина ей уже неинтересна.       Ну, и ещё пара проектов по мелочи была на два-три месяца. Но в основном она ничем не занималась, читала да гуляла в одиночестве, то в лесу, то в городке каком-нибудь.       И информацию искала, как ей родителям память вернуть.       Год назад она в Австралию подалась, пробовала свои наработки осуществить, и не смогла. Гарри тогда всех на уши поставил, добивался, чтобы из Министерства ей в помощь лучшего менталиста направили. Ну, нашли они такого, послали туда, он даже вернул её родителям память, так они, когда всё поняли, в ужас пришли, и заявили, что знать её не хотят. Она там два месяца объясниться с ними пыталась. А дальше я узнал, что она в их местную больницу попала с нервным срывом. Мы с Поттером примчались туда, нашли их, запечатали дом от вторжения и полдня на них матом орали, какие они идиоты, что не понимают, от чего она их спасала, и что бы с ними пожиратели сделали, если бы нашли. Или с ней, если бы их в заложники взяли, а она их выручать пришла. В конце концов, они пошли к ней в больницу, поговорили, сказали, что прощают, но в Англию возвращаться отказались. Мы забрали её с собой, она после этого опять в себя ушла совсем. Только с нами да с Луной разговаривала. А полгода назад дом ваш купила. Правда, жить в той же квартире продолжала. Я навещал её часто, но уже не так, как раньше. Уже не мог ТАК.       С: А раньше-то как мог? Если знал, как она относится ко мне?       Р: Как-как… Ничего, справлялся. Вначале ещё надеялся на что-то, а потом просто представлял себе какую-нибудь вейлу, а она — тебя. Здорово, правда? Это же именины сердца, главное — имя чужое не брякнуть. Я просто мечтал всю жизнь так прожить, а? Как вы думаете, профессор?       С: Тогда чего ты ломился сюда, даже жизнью рискнул, мало ли чем бы я тебя приложил, когда ты в Гермиону непонятную хрень кинул?       Р: Хм. Я верил в вашу мудрость, профессор. Так, вы мне скажете теперь?       С: Скажу — что?       Р: Почему вы здесь? Вас пять лет где-то соплохвосты драные носили, почему вдруг? Зачем она вам? Пришли узнать, кто дом ваш купил, а тут она и подвернулась? Развлечься решили? Или что?       С: Уизли, ты ждёшь, что я тебе сейчас душу выверну? А ты, значит, подумаешь и решишь, можно мне остаться с мисс Грейнджер или нет?       У: Неплохо бы. Но, к сожалению, нереально.       С: Тогда что ты от меня хочешь? Клятву на крови? Непреложный обет?       У: Если вы с ней не просто так, хоть я не понимаю, с чего вдруг, то покажите мне хоть что-нибудь убедительное. И я оставлю её на вашу ответственность, и видеться мы будем с ней или случайно, или по делу, или в гостях у Поттера. Если бы я был уверен, что у неё всё хорошо, я бы уже тоже своей жизнью пожить хотел, а не только Чипа и Дейла изображать.       С: Кого?!!       У: Да так, не берите в голову. Так что?       С: Хорошо. Выворачивать для тебя своё нутро наизнанку я не стану, но скажу: я не собираюсь бросать мисс Грейнджер. Иди и живи спокойно.       У: Ну, уж нет, сэр. Вы здесь сколько? Второй день пошёл? И я могу на слово поверить, что это у вас не краткое помрачение, а что-то серьёзное? Я буду следить. Проверять, Я всё же в аврорате работаю, отец и брат в министерстве, другой брат — в банке у гоблинов, я найду, как сведения собрать. А не смогу — так всё равно пытаться буду. Пока не поверю.       Стало тихо, от ментального противостояния затрещал воздух вокруг.        Рон сдаётся и показывает несколько одинаковых сценок       Он стоит и смущённо оправдывается «моя подруга… у неё проблемы… я должен быть с ней… не знаю, как долго… прости, но я должен… не могу по-другому», и очередная девушка в слезах упрекает его в одном и том же: «Зачем ты начинал встречаться со мной, если ты так связан со своей Гермионой? Ты мне врал! Ты её любишь! Убирайся!».       А потом ещё серию сценок       Рождестрвенский ужин, 2002 год       Семейство Уизли собралось в Норе, все ждут Билла и Флёр, которые где-то задержались. Рон увлечённо болтает о чём-то с Гарри, и даже не сразу поворачивается, когда открывается дверь, входит опоздавшие и объявляют: «Всем здрасти, не сердись, мама, мы встречали сестру Флёр. Габриэль, заходи!» Рон, недовольно поворачивается к двери: «Габриэль? Мелкая такая?» И замирает, будто ударенный «ступефаем» прямо в лоб.       С января по апрель, 2003 год.       Несколько коротких случайных и неслучайных встреч, улыбки, прогулки, кафе-мороженное, невинные разговоры и томные взгляды. Постепенно нарастает напряжение, обида девушки, тоска в глазах у парня.       Конец апреля 2003 года       Побледневший Рон смотрит в сторону, Габриэль Делакур кусает губы, стараясь удержать слёзы.       «Не знал, что так получится… да, люблю… не могу, у меня есть долг… нет, я тайно не женат… не могу дать тебе то, чего ты достойна… поэтому и не трогал тебя… не хотел портить тебе жизнь… Да, нам лучше расстаться… прости»       2 мая 2003, вечеринка после официальных мероприятий в честь Победы, чисто мужской состав       Все уже изрядно набрались. Рон с мрачным лицом отводит Гарри в сторону от остальных. Обрывки фраз:       «Она его дом купила, представляешь? Нет, не въехала ещё, говорит, решиться не может пока. Не знаю, зачем! Может, его вдовой себя почувствовать хочет, а может, вообще закрыться там фиделиусом от всех и помереть. Гарри, у меня сил больше нет! Если бы я мог, лично бы этого гада оживил и к Гермионе цепью приковал!»       Гарри успокаивает друга, пытается впихнуть ему в руку очередной стакан с янтарной жидкостью. Рон залпом выпивает содержимое, несколько секунд молча моргает, поднимает палочку. Сквозь общий шум не слышно, что именно он произнёс, зато потом он делает резкий выпад в сторону окна и рявкает «да вернись же ты, сволочь!» В окно летит светящийся фиолетовый шар, все мгновенно замолкают, выхватив палочки и обернувшись к Рону и Гарри «ЧТО это было?!!»       Рон теряет сознание.       Снова ментальное общение       Р: Всё, профессор, больше кинА не будет.       С: Выходит, это ты?       Р: Что — я?       С: Тёмный патронус мне прислал. Тебя кто этому научил? Неужто аврорат?       Р: Темный патронус? Я и сам не знал, что я такое послал. Нашло что-то и само вырвалось. Ну, то есть, от брата погибшего слышал раньше, они с Джорджем вечно в книгах что-нибудь эдакое выискивали. Фред когда-то показал мне этот способ, он вместо палочки карандаш простой держал, естественно ничего не сработало, а он мне ничего толком не объяснял, да я и забыл сразу. А оно, оказывается, завалилось в память, вот и выскочило вдруг. Я потом в думосборе пытался посмотреть, что я за заклинание такое сотворил, так не смог слова разобрать, шумно там было. А он, значит, до вас добрался? А я тогда, как в себя пришёл, успокоился, в окно вылетело, никого не убило — и ладно.       С: Н-да. Гриффиндор в своём репертуаре: использовать непонятное заклинание, чтобы посмотреть, что получится.       Р: А почему «тёмный патронус»? Он же фиолетовый?       С: Потому, что магия там очень тёмная. Ты потом сколько без сознания провалялся?       Р: Двое суток.       С: Вот-вот. У тебя (отправителя) магическое истощение, а меня (получателя) он мог бы вообще убить, если бы я не знал, как реагировать правильно.       Р: Упс. Ну, простите, я нечаянно.       С: Я же говорю — Гриффиндор.       Р: Зато теперь понятно, почему его никто не использует для связи, для этого надо совсем сбреднить. Да пёс с ним, с этим заклятием уже. Профессор, ну будьте вы человеком!.. Габриэль через неделю в Новую Зеландию навсегда уехать хочет! Если вы Гермиону всё же любите, покажите мне хоть что-нибудь, и я оставлю вас в покое, обоих! И сегодня же Габриэль попробую остановить, или хоть объяснюсь с ней по-человечески. Габриэль, она… хорошая. Она заслуживает нормального парня, или мужа, а не того, который будет с ней только тогда, когда он другой женщине не нужен…       С: Ф-ф-ф! Ну, Уизли!.. Ладно. За то, что пять лет спасал Гермиону и … хм… за тёмный патронус… Чёрт с тобой. Смотри. Только, если расскажешь кому... Потом не обижайся.       Р: Не вопрос.