Связаные навеки

Наступила ночь. Северус посмотрел на часы. Они показывали три пятьдесят два. Мужчина шумно выдохнул и залез в камин. Его руки тряслись, а в голове роились мысли. «Что если я напугаю её? Что если она опять расплачется? Что если будет нервничать?» эти вопросы терзали его сердце. Профессор собрался с силами и кинул под ноги летучий порох.  — Дом родителей Мионы — неуверенно, но чётко сказал он. Северус ещё не добирался туда таким способом. Перед зельеваром замелькали комнаты и даже некоторые волшебники видимо страдающие бессонницей. Наконец он остановился. Мужчина стоял в камине располагающемся в зале. Он отряхнулся и вышел из него. Было достаточно темно и прохладно. Профессор тихими и широкими шагами направился в комнату Мионы. Он тихонько отворил дверь и на лицо девушки упал тусклый свет из коридора. Снейп невольно улыбнулся и зашёл в комнату, плотно прикрыв за собой дверь. Он опустился в кресло возле кровати и посмотрел на любимую. Он очень долго не видел её. На щеках были засохшие дорожки от слез, волосы были собраны в косу, а живот уже был довольно большим. Девушка лежала на боку и сладко посапывала. Вдруг она дернулась и медленно начала просыпаться. Северус вжался в кресло и набрал в лёгкие воздуха. Гермиона открыла глаза и не замечая его вышла из комнаты. Она была одета в футболку и лосины. «Наверное пошла в туалет» подумал Снейп и сильнее вжался в кресло. Спустя несколько минут Гриффиндорка вернулась в комнату и закрыв за собой дверь направилась к кровати. Нужно было действовать. Северус вскочил и прижал девушку спиной к стене. Та бешено захлопала глазами, но не закричала. Профессор обнял жену и прислонился губами к её виску.  — Прости меня… Умоляю прости… Я… Я просто… — прошептал зельевар.  — Северус?! Северус это ты?! — также тихо спросила девушка.  — Да… Гермиона я очень тебя люблю и не хочу потерять. Прости меня… Я был эгоистичным глупцом… Я безумно волновался за вас…  — Северус… Северус как ты мог… Как ты мог… — по щеке Гриффиндорки покатилась слеза.  — Тшшш… Я не хочу, чтоб ты плакала из-за меня… Если хочешь, то я уйду. Я пойму. Я все пойму — профессор прижал девушку к себе и поцеловал её в висок.  — Сев… Сев… — захлебываясь слезами, пробормотала Миона — Я… Я тоже тебя люблю… Я ждала тебя… Честно, ждала… Но как ты мог так поступить?  — Прости меня, солнце… Когда Джинни зашла в душ, я мылся. Я вовремя наложил дизиллюминационные чары и… Она начала стонать…  — Я поняла… Можешь не продолжать… — прошептала Гриффиндорка — Я люблю тебя… Очень люблю… Я не могу жить без тебя…  — Я тоже… Каждая ночь для меня как пытка… Я взял отпуск, чтобы провести больше времени с тобой… По их щекам текли слезы. Северус целовал девушку в висок, а она всхлипывала. Гриффиндорка была рада, что наконец-то обнимает любимого человека, что снова может чувствовать его грудь у своей щеки.  — Прости меня, Гермиона — прошептал зельевар.  — Конечно… Конечно — расплылась в улыбке Миона и положила ладони на щеки мужа. Девушка начала чмокать его в щеки и нос. Северус улыбнулся и вытер слезы. Мужчина положил руки на живот Гриффиндорки и нежно поцеловал её в губы. Гермиона обвила руками его шею и приподнявшись на цыпочки, ответила на поцелуй. Их языки встретились и переплелись. Казалось, что они склеились. Северус снова закусил нижнюю губу девушки и та прижалась к нему. Наконец они оторвались друг от друга. Это был их первый поцелуй за долгое время. Миона обняла зельевара и улыбнулась.  — Я так счастлива… Ты не представляешь — прошептала она.  — Представляю — вздохнул мужчина и погладил жену по голове — У тебя не болит живот? — взолновано спросил он.  — Нет — пробормотала Герми. Северус сел на кровать и вытянул ноги. Гермиона легла на его колени и взяла за руку. Она потянула его руку к животу и положила на него. Зельевар начал гладить живот девушки и улыбнулся ей. Вдруг он замер. Глаза Мионы округлились и она расплылась в улыбке.  — Ты тоже это почувствовал? — взолновано спросила она не веря своему счастью.  — Д-да… Ребёнок начал толкаться. Он ещё раз ударил в руку отцу и Миона закрыла рот рукой. Северус улыбнулся и продолжил гладить девушку.  — Похоже он рад, что родители помирились — улыбнулся профессор — Как ты себя чувствуешь?  — Превосходно.  — У тебя сильно болел живот, когда ты начала волноваться? — начал расспрашивать жену зельевар.  — Успокойся — рассмеялась Гриффиндорка — Всё уже хорошо. А ты как? Драко говорил, что ты пьёшь!  — Щенок — прошипел Северус, но с улыбкой на лице. Он и не догадывался, что вся информация о нем так просто доходит до Мионы — Допустим он не врал. Я действительно пытался найти спокойствие на дне бутылки.  — Во первых: не вини Драко. Я позвала его на чай и подмешала сыворотку правды. А во вторых: завязывай с алкоголем — сказала Миона таким тоном, каким обычно отвечала на уроках. Северус рассмеялся. Он удивился такому мастерству девушки. Это действительно была хитрая и целеустремлённая женщина. Профессора грела мысль о том, что она беспокоилась о нем.  — Я сделаю всё, что ты скажешь — ласково улыбнулся зельевар — А теперь, давай спать. Тебе нужно выспаться.  — Северус… Северус я… Я боюсь — вдруг сказала Миона и положила свою руку на его.  — Я рядом, тебе нечего бояться — заверил мужчина и легонько кивнул.  — Я боюсь, что это сон… Что я открою глаза, а тебя уже не будет рядом… Что мне тогда делать? — Гриффиндорка смотрела в глаза мужу.  — Я обещаю тебе, это не сон. А даже если сон, то утром я обязательно приду — ласково улыбнулся он и поцеловал супругу — Спокойной ночи, солнышко. Гермиона улыбнулась и закрыла глаза. Девушка заснула почти мгновенно. Её голова бурлила от мыслей, но она пыталась их отогнать. Северус продолжал гладить её по животу и смотреть на её лицо. Впервые за долгое время Миона улыбалась. В глазах профессора снова заблестели слезы, но он мгновенно их смахнул. *. *. *. На часах было семь утра. Северус открыл глаза и посмотрел на девушку. Она все ещё спала и видела тридцатый сон. Профессор осторожно встал и пошёл на кухню, чтобы выпить стакан воды. Он тихонько закрыл дверь и неслышными шагами пошёл вниз. Гермиона открыла глаза. Она поняла, что лежит в комнате совершенно одна. Девушка вскочила с кровати настолько быстро, насколько могла беременная женщина. «Это был сон! Это был сон! Это был сон! Это был сон!» повторяла про себя Гриффиндорка и по ее щекам потекли слёзы. Почему? Почему?! Девушка уткнулась лицом в подушку и заплакала. За что это ей?!  — Герми?! — раздался голос Северуса. Он зашёл в комнату так же неслышно как и вышел. Профессор подошёл к девушке и погладил по спине — Что случилось?!  — Северус? Северус! — радостно крикнула девушка и бросилась на шею мужу — Я уж думала, что все мне приснилось — сквозь слезы сказала она.  — Я же обещал, что приду утром — улыбнулся зельевар и поцеловал девушку в губы. В комнату залетели родители Гермионы. Они были в наспех одетых халатах и тапочках. Вид у обоих был до жути перепуганный.  — Герми, что случилось?! Почему ты кричала?! — спросил Найджелус.  — Господи! Северус?! А! О! Э! — начала перебирать гласные Джейн.  — Я тоже рад вас видеть — своим ледяным голосом сказал зельевар.  — Не пугай их! Они не первокурсники! — прошипела Миона и улыбнулась родителям.  — Северус вернулся! — радостно улыбнулась Гриффиндорка и поцеловала мужа в висок. Северус нежно поцеловал девушку и положил руку на живот. Миона отклеилась от него и улыбнулась. Это был первый раз когда она так бессовестно лизалась на глазах у родителей. Найджелус и Джейн тихонько вышли и Миона снова легла на кровать. Девушка мечтательно посмотрела на профессора.  — Скорее бы родился сынок — улыбнулся Северус и поцеловал живот Гриффиндорки.  — Ну может года через два, когда на свет появится наша дочь — ухмыльнулась Миона и показала на живот.  — Всё таки, я думаю, что будет сын — мечтательно произнёс профессор и поцеловал пузико ещё раз — А какой уже срок?  — Ну… — задумалась девушка и начала загибать пальцы, шевеля губами — Скоро шесть месяцев… Да. Шесть месяцев. Северус улыбнулся и снова навис над девушкой. Он нежно поцеловал её и провел пальцем по влажным и пухлым губам. Миона ответила на поцелуй и запустила руку в волосы профессора. Как только у обоих в лёгких закончился воздух они отпрянули друг от друга. Северус провел кончиками пальцев по щеке Гермионы и чмокнул в нос.  — Пора идти завтракать, родная. Я вижу я мешаю твоим родителям, поэтому мне стоит вернуться домой — сказал профессор и подошёл к двери.  — Я пойду с тобой! — Миона скрестила руки на груди и слезла с кровати — Камин у нас дома есть, по нему и доберусь — сказала Гриффиндорка и пошла в туалет — И никаких, но! — крикнула она на последок. «Ох уж эти упертые Гриффиндорцы» подумал профессор и улыбнулся. Он спустился вниз и застал Найджелуса и Джейн на кухне. Они разговаривали о чем то и препирались.  — Вот сейчас и узнаем — нахмурился Найдж и улыбнулся Снейпу — Северус, сынок! Здравствуй, здравствуй. Проходи, садись — радостно сказал тесть — Ну, рассказывай. Где пропадал все это время? — улыбнулся он. Зельевар сразу понял, что Гермиона не удосужилась рассказать об инциденте родителям. Он начал копаться в мыслях с бешеной скоростью. Чтобы занять чем то паузу, он медленно подошёл к стулу и опустился на него туповато улыбаясь.  — Я был в… Школе! Я был в школе, да — воскликнул он.  — Так, летом у вас были каникулы — недоверчиво сказала Джейн. В этот раз момент она безумно походила на Петунью Эванс.  — Я был в Хогвартсе, чтобы… Приготовить редкое зелье для Поппи Помфри. Ей нужен был Костерост и ещё несколько зелий — начал выкручиваться зельевар.  — Мам, пап! Северус устал с работы! Просила же! Не донимайте его — раздался голос Гриффиндорки. Она спустилась по лестнице. На девушке было облегающее красное платье, с разрезом на ноге. Гермиона обняла Северуса за плечи и посмотрела на родителей.  — Мам, пап. Мы пойдём. Пока — она чмокнула родителей и пошла в зал.  — А почему так рано? — спросил Найдж, но Джейн стукнул его по плечу и улыбнулась дочке. Гермиона исчезла в зелёном пламени, а за ней Северус. Когда он отряхиваясь вышел из камина, девушка уже сидела на кровати и оглядывала комнату. Она улыбалась.  — Как же давно я тут не была — мечтательно улыбнулась Гриффиндорка и положила руку на живот. Северус подошёл к жене и сел рядом. Он также положил руку на её живот и почувствовал лёгкие толчки. Мужчина улыбнулся и поцеловал Миону в висок.  — Это твой папа, солнышко — прошептала Гриффиндорка и расплылась в улыбке. Март. 14 число. Гермиона как обычно проснулась в кровати возле Снейпа и чмокнув мужчину в нос поднялась. Был последний месяц беременности и девушка почти не ходила. Недавно они отпраздновали день рождения Северуса ребёнок тогда пинался сильнее чем обычно. То-ли его шум не устраивал, то-ли папу поздравлял. Гриффиндорка лениво сползла с кровати и сходила в туалет. Токсикоза у неё почти не было и девушка была искренне рада этому. Мало того, что она стала есть огурцы со сгущёнкой и пытаться накормить подобной чепухой Северуса, так ещё и токсикоз? Нет уж спасибо! Северус в последнее время редко когда нормально засыпал, ведь то и дело нужно было принести жене воды или помидор с ложкой шоколадной пасты. Гермиона стала есть рыбу и запивать её молоком. Странно, но её желудок ничего не имел против. Профессор безумно волновался за девушку, поэтому опекал её как мог. И вот он проснулся. Гриффиндорки рядом не было и зельевар уже к этому привык. Каждое утро начиналось с похода в туалет. Миона показалась в дверях. Она была в его рубашке, так как в свои спальные вещи почти не помещалась, и трусиках. Девушка держалась за живот и шла к кровати. Северус подал ей руку и помог сесть.  — Северус — выдавила девушка. Она тяжело дышала и немного вспотела — Северус.  — Да, родная — спокойно откликнулся профессор ожидая очередной прихоти.  — У меня начинаются схватки — выдавила Гриффиндорка и схватила мужа за плечо. Она сжала настолько сильно, что профессор выгнулся и замычал от боли. Девушка ещё никогда так сильно не цеплялась за него. Зельевар выбрался из её железной хватки и засуетился. Мужчина быстро оделся, поднял девушку на руки и залез в камин. Нужно было немедленно отнести её в Мунго. Слизеринец исчез в зелёном огне со стонущей женой на руках. Профессор оказался в Мунго. Лекари спокойно ходили и переговаривались. Заметив Снейпа несколько мужчин подошли к нему и вскинула брови увидев Гермиону.  — Она рожает — выдохнул Северус. Лекари тут же засуетились и собрались вокруг них. Гермиону отлеветировали в какую-то комнату и запретили Снейпу входить. Он начал расхаживать под дверью кусая костяшки пальцев чуть ли не до крови. Мужчина то и дело поглядывал на часы и слышал стоны и крики Мионы за дверью. Северус чертыхнулся. В этот важный для них обоих момент, он должен быть там, с ней. Слизеринец сел на лавку и сжал корни волос.  — Это ваша жена рожает? — тихо спросил кто то. Зельевар поднял голову. Возле него сидела лекарь и писала что то в блокнотике. Девушка улыбнулась ему и положила руку на плечо.  — Не волнуйтесь. Всё будет хорошо. Сегодня дежурит лучший лекарь в больнице! — подбадривала она профессора.  — Я хочу быть там… С ней — прошептал он и посмотрел на женщину.  — Я думаю, мы можем впустить вас. Только не теряйте сознание — ухмыльнулась лекарь и убрала блокнотик. Она встала и подошла к двери. Затем дотронулась до замочной скважины палочкой и вошла. Северус зашел за ней и увидел Гермиону. Мужчина бросился к Гриффиндорке и поцеловал её в висок.  — С-северуууус — простонала она — Я… Я…  — Тише, я никуда не уйду — прошептал профессор. Гермиона схватила мужа за руку. Её лицо было красным и мокрым. Девушка сжала руку зельевара на столько сильно, что тот напрягся, чтоб не вскрикнуть. Лекарь говорил что-то Мионе, и та пыталась слушать его. По щекам Гриффиндорки текли слезы. Северус обнял её за плечо и немного присел. Девушка закричала сильнее и послышались одобрительные возгласы лекарей. Гермиона вяло улыбнулась и посмотрела на мужа. На его лице изображалась буря эмоций. С одной стороны он был безумно рад появлению ребёнка, с другой сторону ему было жалко натерпевшуюся жену, а также он начал побаиваться женщину, которая в три раза сильнее чем он.  — Поздравляем, ваш мальчик родился в рубашке! — улыбнулся один из лекарей подавая маленький кричащий комочек Гермионе. Девушка положила малыша на грудь и улыбнулась ему. Ребёнок был красный в синее пятнышко и истошно вопил.  — Он что, метаморф? — непонимающе спросил Северус у жены.  — Нет, он просто только родился — Гриффиндорка поцеловала мужа в щеку и устало прикрыла глаза. Подошло несколько лекарей и забрали у Мионы мальчика. Они повезли его в одно отделение, а его мать в другое. Снейп быстрым шагом пошёл за каталкой жены. Они дошли до какой-то палаты и Гриффиндорку осторожно положили на кровать. Все кроме Северуса вышли.  — Северус… — прошептала девушка.  — Я здесь, солнце — ласково улыбнулся зельевар и сел возле кровати.  — Всё таки у нас родился мальчик — улыбнулась девушка по привычке ложа руку на живот. Профессор поцеловал её в лоб и убрал волосы с мокрого лица Гриффиндорки. Она тяжело дышала и практически засыпала. Северус сел в кресло возле ее кровати и посмотрел на руку, за которую она хваталась. На руке были синяки, царапины и кровавые подтеки. Мужчина слегка улыбнулся и привёл руку в порядок. *. *. *. Через неделю родителям разрешили сходить к малышу. Гермиону восстанавливали все семь дней. Лекари сказали, что роды были очень тяжёлые и Гриффиндорка выжила чудом. В десять часов утра они уже стояли возле кроватки мальчика.  — Правда он милый — улыбнулась девушка — Он очень похож на тебя. Северус улыбнулся. Он обнимал Миону за талию и нежно целовал в висок. Гриффиндорка прижалась к груди профессора и посмотрела на него.  — Когда нас с малышом уже выпишут? — спросила она.  — Вроде бы завтра… — улыбнулся зельевар разглядывая младенца. У него была бледная кожа и тонкие губы как у самого Северуса. Уже виднелись коротенькие чёрные волосы. Мужчина был безумно рад появлению сына. Он с нетерпением ждал, когда сможет поднять его на руки или повести в Хогвартс. *. *. *. Гермиону выписали из больницы. Северусу дали подержать малыша на руках и очень просили, чтоб Миона не перетруждалась. Профессор оказался в родном камине после жены и сына. Он вылез и посмотрел на удивленную девушку.  — Сев! Сев смотри! — радостно улыбалась она показывая на комнату. На потолке горело нарисованные солнце, в углу стояли игрушки, а возле их кровати стояла маленькая зелёная колыбелька. Гермиона положила малыша в его кроватку и села рядом. Северус подошёл к ней сзади и осторожно поднял её на ноги. Гриффиндорка послушно поднялась и поцеловала профессора. Он почти не сопротивлялся, а только наслаждался моментом. Мужчина обнял жену за талию и приподнял повыше. Когда в лёгких стал кончаться воздух Северус поставил девушку на землю и улыбнулся. Гермиона была одета в лосины и футболку, так что он смог разглядеть её фигуру. Гриффиндорка почти не поправилась, но грудь стала в несколько раз больше.  — Так ты нравишься мне немного больше — игриво прошептал он и провел пальцем по груди девушки.  — Там молоко ребёнку, а не игрушка тебе — простонала Миона подаваясь вперёд. Северус усмехнулся. Он понимал, что придётся терпеть ещё около месяца и шлепнув девушку на последок, пошёл в библиотеку. *. *. *. И начались по настоящему семейные будни. Первые две недели прошли достаточно спокойно. Все было как обычно, но только теперь каждые два-три часа Гермиона кормила грудью и укладывала спать маленький кричащий комочек. Ночью к ребёнку вставал Северус и кормил его из бутылочки, а его любимая жена отбивалась аргументами, чо от неё пахнет молоком и ночью к ребёнку должен вставать папаша. Зельевар не очень доверял этим фактам, ведь лично он ни разу не мог почувствовать от неё запах молока. Родители решили назвать сына Феликсом, что в переводе означает — счастье или удача. Малыш быстро перешёл всего на два сна и сейчас спокойно играл с погремушками у камина. Май радовал своей погодой, но Гермиона категорически отказывалась выносить ребёнка на улицу без шапки и комбинезона. С какой то стороны она все же была права, всё-таки температурный режим и всякое такое. Феликс лежал на полу и перебирал погремушки. Гермиона сидела в кресле рядом на коленях у Северуса, и читала книгу. Зельевар поглаживал бедра девушки и целовал её шею.  — Сев… — начала Гриффиндорка.  — Знаю, знаю, знаю — отпрянул мужчина — Пока ещё нельзя. Но обещай, что я успею пока у тебя такие формы — ухмыльнулся он.  — Я не об этом… Стоп, то есть раньше тебя что то не устраивало?! — взвилась она и отбросила книгу.  — Милая, на тебя смотрит Феликс. Зачем учить его плохому? — изогнул бровь Слизеринец — Конечно меня все устраивало, но в этой жизни нужно попробовать все, тем более, что я чуть не покинул эту жизнь.  — Хватит. Давай поговорим о другом.  — Ладно — пожал плечами мужчина — О чем же хочет поговорить наша мамочка?  — Ну… Например о силах нашего мальчика… — осторожно начала Гермиона. Северус немного кивнул смотря на сына. На самом деле он уже думал об этом. Его сын вполне мог бы быть легилиментом, но из-за смешанной крови (не в обиду миссис Снейп) он мог быть обычным магом. В любом случае профессор решил, что его сын будет самым талантливым окклюментом.  — - В общем… Я думаю, что он будет Легилиментом… — пробормотала она — Ну… Материнское чувство что ли…  — Он вполне может унаследовать мои способности — кивнул зельевар продолжая наблюдать за сыном — Но давай поговорим об этом позднее — ласково в улыбнулся он и поцеловал девушку в щеку. Гермиона улыбнулась и посмотрела на малыша. Как Феликс был похож на отца. Гриффиндорка просто обожала внешность своего мужа, а теперь уже и сына. Девушку сначала немного расстроило, что родился мальчик похожий на Северуса, а не девочка похожая на неё, но потом она даже обрадовалась. Мионе часто снилось как она идёт по парку, а возле неё идут Феликс и Северус похожие как две капли воды. Гриффиндорка прикрыла глаза, как вдруг возле Феликса засияло зелёное пламя. Девушка вскочила и подняла маленького Снейпа на руки. Мальчик заплакал и потянулся за игрушками. Зельевар тоже поднялся и подал сыну игрушку. В камине завертелась высокая стройная фигура в остроконечной шляпе. Через секунду из камина вышла Минерва отряхиваясь и поправляя шляпу. Она удивлённо посмотрела на родителей и малыша.  — Это… Это… Это ч-ч… — запиналась она.  — Минерва, это наш сын-Феликс — спокойно сказал профессор обнимая жену.  — Северус, он безумно на тебя похож — расплылась в улыбке Минерва — Я хотела узнать, когда вы выйдите из отпуска, но раз вы стали отцом, то…  — То я вернусь в школу на следующей же неделе — спокойно сказал зельевар.  — Да, нашему папе стоит вернуться на работу, а то он сойдёт с ума — улыбнулась Гриффиндорка.  — А… Ну раз так, то ещё раз поздравляю — улыбнулась женщина смахнув слезинку.  — Вы не можете остаться? — спросила Гермиона баюкая сына.  — Нет, нет, что ты! В Хогвартсе полно работы! Пол-но!  — Тогда я могу вернуться прямо…  — Прямо через неделю — перебила его Миона — Сейчас ты будешь сидеть с Феликсом, а я схожу поем. Можешь уложить его спать.  — Как?! У меня нет ничего, чтобы сделать это! — выпучил глаза профессор многозначительно посматривая на грудь девушки.  — Укачай его, я в тебя верю. Но не смей трогать усыпляющие! — - пригрозила она и осторожно передала Феликса мужу — До свидания, Минерва — улыбнулась она и вышла из комнаты. МакГонагалл залезла в камин и исчезла в зелёном пламени. Северус посмотрел на младенца пытающегося дотянуться до волос отца. Профессор улыбнулся и поцеловал сына в нос. Он уже мечтал о его первых шагах или хотя бы умение сидеть. Пока малыш только валялся и плакал. Северус сел на кровать с ребёнком в руках и начал качать Феликса. Тот захныкал и откуда то снизу послышался рев Гермионы. Через секунду она залетела в комнату и гневно посмотрела на мужа.  — Почему я не могу нормально поесть?! — спросила она осторожно забирая ребенка.  — Я просто сел! — начал оправдываться мужчина.  — Нужно качать ребёнка, Сев!  — Тебе легко говорить! Вон приклеился уже — зельевар посмотрел в сторону Феликса, который во всю чмокал молоко. Гермиона закатила глаза и легла на кровать. Она протянула одну руку к Северусу и тот лёг возле неё. Гриффиндорка заключила мужа в крепкие объятия и прижал к груди. Мужчина посмотрел на малыша и улыбнулся ему.  — Только не говори, что ревнуешь — улыбнулась Герми.  — Я? Я ревную тебя к этой мелкой мандрагоре? Да никогда! — запротестовал Слизеринец, но девушка перебила его.  — Успокойся, через полгода я отучу его — улыбнулась девушка и начала поглаживать мужа и сына по головам. На удивление они уснули. Оба. Гермиона понимала, что у зельевара была безумно тяжёлая ночь и не стала его будить. Этой ночью Феликс почти не спал и бедный Северус нянчил его до утра. Гриффиндорка осторожно вылезла их под мужа и положила ребёнка в кроватку. Тот посапывая вздохнул и снова провалился в глубокий сон. Девушка посмотрела на близких. Они были безумно похожи даже во сне. Феликс иногда улыбался в точности как Северус.