Если ты меня не ждал — разочаруйся

Энджел знал, что нельзя так делать. Знал, что все приведёт к большому провалу. Рано или поздно. — Энджи, дорогуша, ты чего такой загруженный? — Валентино мягко навалился сверху и жарко выдохнул в ухо. — Мне нужно твоё довольное личико, оно дороже стоит. Демон провел горячим языком по ушку и ушёл. Было мерзко. И блядски приятно, потому как тело, не спрашивая разрешения, отозвалось на никчемную ласку. — Черт… Помяни его, и он явится. Вокс, эта заноза в… Самых неприятных местах, снова припёрся к ним на студию. Энджел тут же заныкался в шкаф. Тот прошёл мимо, к счастью первого. Решив, что это отличный повод закинуться чем-то, Даст ушел к автомату с наркотиками. До Аластора он уже не успеет… А под ними даже легче будет говорить.

***

— И что? — Он мне не нравится. — Мне пофиг, — Валентино плавно опустился в кресло с бокалом виски и закинул ногу на ногу. — Энджи хорошо работает, мне этого достаточно. — Он его у тебя уведет, и все, накроется твоя студия без твоего ангела. — Вокси, ты преувеличиваешь. Он преданная псинка, и если я скажу: «к ноге» — он там будет. — Проверим? Валентино клыкасто ухмыльнулся и достал телефон. Номер своей главной сучки был набран, и через несколько секунд из динамиков на громкой связи послышался голос Энджела: — Да, босс? — Крошка, ты где? — Эм… — послышалась какая-то возня, и только после Энджел заговорил: — я… В… В отеле. — Той безумной принцессы? — Да, именно! Снова послышался шорох, а после тихий, неразборчивый шепот. — Малыш, а с кем это ты там? — Один! Слишком поспешный ответ. Вокс многозначительно поднял брови вверх, мол, «сам догадайся, с кем». — Ты мне нужен здесь. — Простите, но я… — Сюда, быстро. — Пожалуйста, у меня выхо… — Двадцать минут. Валентино выключил телефон. Он старался не подавать виду, но в душе закипала злость. Какого ангела? — Думаешь, придёт? — Он знает, что будет, если он не придёт. Вокс, сдаваясь, поднял руки и отвлёкся на молоденькую демонессу, что игриво уселась ему на колени.

***

Энджел второй день собирался сказать ему. Но собираться — не значит сказать. Слишком много проблем. Да ещё и Аластор настоял на том, чтобы он это сделал сам. Ибо все в его руках. И каждый раз Даст прижимался к Радио-Демону, обещая сделать это сразу же при встрече с Валентино, а оказываясь с тем наедине — плевал на все обещания. Но сегодня… Черт, если бы не не этот Вокс, было бы легче. — Энджи? Ах ты ж сука! — Д-да, босс?.. — Пойдём, у меня есть к тебе разговор. — У меня к вам тоже… Валентино властно положил ему руку на плечо и повёл в кабинет. Вот же блять, там сто процентов Вокс! И правда. Этот ублюдок с довольной харей сидел за столом Валентино и скалился на весь свой экран. — А вот и наша первая шлюшка! — А вот и последний телек, который бы я хотел смотреть… — Энджи, некрасиво оскорблять других, — Валентино впился острыми когтями в белое плечико, вызвав тихое шипение снизу. — Тем более, если этот другой — мой друг. — Прос-стите, босс… — Итак, дорогуша, — Валентино прошёл вглубь кабинета и уселся прямо на стол, — До меня дошли вести, что ты в отеле нашёл себе подружку? — Чарли не… — Другую, шлюшонок! — Вокс оскалился и издал неприятные помехи. — Да, да, не принцесску, а некоего демона. — Ну… — Радио-Демона, — с нажимом закончил Валентино. — Может быть… Внутри словно когтями по стеклу провели. Энджел сжался, как мог, и лишь проклинал всеми доступными способами Вокса и его омерзительный рот, что только и мог выливать грязь и помои. Отборные такие, самые ублюдские. — Мне кажется, — продолжил Валентино, — он на тебя плохо влияет. Даст молчал. Ему нужно дождаться конца разговора и лишь сообщить, что он уходит из порно-студии. Босс встал со стола и вплотную приблизился к Энджелу, буквально вжимая того в стену. Но больше него самого давила его аура. Мощная, властная, жестокая… подавляющая. — Я запрещаю тебе даже пересекаться с ним. Когда-то Энджел клялся, что любое слово босса — закон. — Да, босс. А клятва, данная Валентино — нерушима.

***

— Энджел, рад тебя видеть! — знакомо прохрипели радиопомехи над ухом. Аластор опустился с ним рядом на диванчик и, подцепив его личико когтями, повернул к себе. — Ты выглядишь грустным. Что-то пошло не так? Энджел даже сейчас ничего не мог сказать. Язык был до крови искусан, а в глазах уже плескались океаны. — Энджел? — Скажи мне что-нибудь?.. Аластор задумчиво провел костяшками пальцев по щеке. Энджел, прикрыв глаза, отозвался на прикосновение, но с какой-то тихой, немой болью. Сказать? Что ему сказать?.. — Ммм… Энджел, я думаю, что люблю тебя. — А я тебя нет. Энджел, жестоко усмехнувшись, встал и пошёл прочь. Слышались лишь помехи сзади, в которых то и дело проскакивали какие-то растерянные нотки, но… Слезы все-таки градом покатились по щекам. Слезы, что выжигали на лице дорожки. Слезы, от которых едва ли дым не шёл. Горячие, ядовитые… Но такие честные.

***

— Шутка, я тоже тебя люблю… — Ты что-то сказал? — Нет, босс.