Огонь и вода

      Молчание затянулось немного дольше, чем он себе представлял. Девушка все смотрела на него, ожидая момента, когда он уйдет с её пути. В то время, как её брат и вовсе утратил интерес, и вновь залез в свой телефон пролистывать инстаграм. — У тебя есть два варианта: или ты уйдешь с дороги или я сожгу тебя, — звучало вполне агрессивно, поэтому парень тотчас отошёл в сторону. В столь обаятельной внешне девушке скрывалась нешуточная агрессия и ярость. Это несомненно смутило парня, но ему нужно было выполнить свою миссию. — Постойте, — они вновь обернулись. Свет над ними начал мерцать все больше. — Я в курсе, кто вы такие. Также я был уведомлен, что вы ожидающие души, поэтому я пришел к вам по другому вопросу.. — Ожидающие души? Мы ждем уж очень долго, спасибо, что напомнил еще раз. Ты не первый наш ангел смерти, и вряд ли последний, так что обойдемся без формальностей. Убирайся отсюда, — внезапно Сокджин остановил свою сестру. И хоть парень не проявлял никаких признаков заинтересованости до этого, теперь он перехватил инициативу в свои руки. — В чем дело? — крайне серьёзно произнёс он. — Решением небесного сообщества было принято, что я буду проживать на одной территории с вами. В связи с долгим сроком ожидания, моя задача не только провести вас в мир духов, но и помочь со снятием проклятья. — Конечно же мы не можем отказаться? — с вздохом произнес он. Видно, что Джину это не понравилось также сильно, как и его сестре. В последнее время и он, и Дженни утратили веру в спасение, поэтому перестали искать пути к разгадке своего наказания. — В противном случае вам будет закрыт путь искупления, а также усложнено пребывание в мире живых. — Добро пожаловать, Чон.       Дженни широко распахнула дверь их квартиры. Было темно. Внезапно по всему дому зажглись свечи. Чон почувствовал поток тепла. Пол в коридоре был устлан тысячами свечей, что переливались и отзеркаливались от мраморного пола. Девушка швырнула свои сапоги куда-то вбок, и за ними последовало и пальто. Она проходила все дальше и дальше, зажигая все больше и больше свечей. Весь пол был устелен черным мрамором, что придавало квартире некой загадочности. В доме не горела ни одна лампа, только свечи. Зайдя вовнутрь квартиры он увидел, что дальше прямо посредине стоит огромный фонтан. Вода в нем непрерывно выпускала потоки вверх, после чего изящно спускалась вниз. Квартира была немного мрачной, и присутствие этих двоих лишь усугубляло атмосферу. — Моя сестра слегка чокнутая. В квартире не работает электричество. Когда она дома, то свечи всегда горят. Днем можно открыть шторы, но в её присутствие я бы этого не делал. Она быстро выходит из себя. Я поселю тебя в другой части квартиры, заботиться о себе будешь сам, и проблемы свои тоже решай сам, — Сокджин уводил его все дальше и дальше от гостиной. В целом квартира имела мрачные тона. Кругом были старинные картины, антиквариатная мебель. Периодически можно было заметить вазы с цветами, которые едва ли могли выжить в столь мрачной атмосфере.       Дверь за ним захлопнулась и Джин поспешил в другую часть дома. Когда шаги за дверью утихли, то Чон оглянулся вокруг. В комнате было все необходимое для существования, даже выход на балкон. Распахнув дверь, Чон почувствовал свежий воздух. Парень почувствовал облегчение, но все еще чувствовал страх перед этими двумя. Никто не знает, что от них можно ожидать. Ранее в круг его обязанностей входило лишь перенос душ из этого мира в мир духов. Он никогда не видел демонов, и тем более никогда не контактировал с ними.       Джин уже несколько часов кряду просматривал телепередачи, не обращая внимания на свою сестру. Дженни же допивала уже вторую по счету бутылку с вином. Она никогда не разделяла страсти своего брата к этим идиотским телепрограммам. Они с братом всегда были такими. Какой бы не был год, их интересы всегда отличались. Они были разные, отталкивались и притягивались одновременно. Словно огонь и вода. Инь и янь. Белое и черное. Такие разные, но навсегда вместе, скованные проклятьям. — Чон-и, не присоединишься к нам? — прокричала она так громко, что парень едва ли не подскочил на месте. Чем дольше он не откликался, тем сильнее становился огонь в его комнате. Приоткрыв дверь своей комнаты, он вновь увидел её. Сняв своё красное пальто и подобрав волосы в пучок, она выглядела уже не так устрашающе. — Мне скучно. — Я мог бы составить вам компанию. — Я ведь уже говорила, обойдемся без формальностей. Ангелы смерти люди давно умершие. Можешь звать меня Джен, — она протянула ему бокал с вином, после чего надпила немного из своего. Свечи вновь заиграли пламенем. «Она и есть огонь, ошибки быть не может», — промелькнуло у него в голове. — Ты выпила все это в одиночестве? — Мы можем выпить хоть все наши запасы. Мы не пьянеем и не чувствуем вкуса алкоголя. Братец провинился лет так сто назад, и, как ты сказал, наше пребывание в человеческом мире слегка усложнилось. Можно вечность пить и никогда не напиться вдоволь. Кушать сколько угодно, но не почувствовать насыщения. Вечная жажда и вечный голод, — ухмыльнулась она, и допив свой бокал, кинула его прямо в брата. Тот в свою очередь оставался спокоен и непоколебим. — Зато ты не стала вечной алкоголичкой благодаря мне, — Джин резко встал со своего места. И поцеловав свою сестру в лоб, направился в свою спальню. Закрывая за собой дверь, он лишь кивнул Чону. — Разве тебе не также скучно, как и нам? В этом мире скука смертная, — она направилась на диван, где ранее сидел её брат. Внезапно в её глазах промелькнула тоска и обида. — Что тебе дозволено? Ты спишь, чувствуешь? — Мне казалось, что вы находитесь в мире живых достаточно долго. Думал, что ты знаешь все о таких, как я. — Обидно, Чон-и, — она лишь демонстрационно надула губы, — тебя приставил к нам, а ты даже не прочитал наше «резюме». В этом мире у нас нет никаких воспоминаний. Как только человек умирает, и такие, как ты, забирают его в мир духов, то все воспоминания о нем уходят. Мы живем без прошлого, без воспоминаний о чем-либо. Вести дневник запрещено, снимать и фотографировать также. Знать, что существует ангелы смерти — позволено, помнить что-либо о них — запрещено. — Мне следует лучше ознакомиться с вашим делом, чтобы в будущем помочь вам искупить вину, — положив ноги под себя, он чувствовал вину перед ней. Внезапно из грубой девчонки она превратилась в ранимую девушку. «Она такая молодая, так рано умерла». — Плевать. Ты можешь заниматься своими обычными делами, пока не окончишь срок своей службы. Нам торчать здесь еще целую вечность, — разозлившись на саму себя, она вскочила с дивана. Схватила недопитую бутылку с вином и скрылась в неизвестном ему направление. Мгновение. Вдруг стало снова темно. Свечи перестали гореть.