The Shark in the Moonless Night

На поле боя, полном расколотых скал и дымящихся кратеров, находились двое людей. Один из них, поверженный, лежал на земле. Другой же победоносно стоял над ним. Ичиго смотрел на фигуру побежденного Айзена. Он увидел, как Хогьеку, отделившись от Сосуке, пролетел прямо перед его лицом, но тут же исчез во вспышке фиолетового света, ослепившего его на несколько секунд. Когда зрение вернулось к нему, Куросаки заметил, что Айзен смотрит на него, не сводя глаз. Парень опустился на колени рядом с ним и задал вопрос, на который хотел знать ответ… —Зачем тебе было нужно становиться богом? — Айзен молча посмотрел на Ичиго, а затем слегка улыбнулся. —Потому что хотел изменить мир вокруг себя, — его глаза уже начинали терять фокус. — Я хотел избавиться от несправедливости в Обществе Душ, от его испорченности и высокомерия, — он откашлялся кровью, отчаянно глядя на Ичиго. — Общество Душ построено на лжи, Ичиго… и тот, кто им управляет… гораздо отвратительнее, чем любой пустой, — ответил он с ненавистью. —Ты имеешь в виду Главнокомандующего? — спросил Ичиго, думая, чем старик заслужил такую ненависть. После этого Айзен захихикал, и Ичиго недоуменно посмотрел на него. —Нет… я имею в виду Короля Душ, — глаза Ичиго расширились. — Он опухоль духовного мира, но дураки из Общества Душ слишком слепы, чтобы это увидеть. Все, чего я хотел, это избавиться от него, — Айзен снова закашлялся, из его рта снова хлынула кровь. — Они тоже не знают, что их ждет… —Стоило ради этого жертвовать тысячами жизней? Стоило ли того то, что ты сделал с Хинамори? — тихо спросил Ичиго, ожидая ответа от совершившего великое зло ради великого блага, и был потрясен, разглядев выражение боли на лице Сосуке. —Я…я не мог найти другого пути… я хотел бы поступить иначе… Но если бы ты видел то, что видел я, и знал бы то, что знал я… Я был в отчаянии… — он замолчал на некоторое время. Ичиго уже потерял надежду на то, что тот снова заговорит; парень уже чувствовал реацу приближающихся союзников. Ичиго попытался встать, но тут Сосуке схватил его за запястье. —Позволь… предупредить тебя, — Айзен посмотрел на него со всей серьезностью умирающего. — Будь осторожен с Обществом Душ и с его лживостью. Наблюдай за тем, что скрывается за их словами. Не позволяй им накинуть на тебя поводок… кха, — Айзен хотел рассказать парню больше, но его время уже истекало. —Зачем ты мне все это рассказываешь? — растерянно спросил Ичиго. —Потому что… потому что… — его тело содрогалось от приступов кашля, —Ты можешь гораздо больше, чем думаешь, Куросаки Ичиго. — И после этих слов на его лице замерла легкая улыбка, а его сознание погрузилось в небытие. Ичиго решил подумать над тем, что сказал Айзен, позже. Он посмотрел на ясное голубое небо, и в его голове промелькнула мысль: «Наконец-то… этот кошмар закончился», — устало подумал Куросаки, прежде чем снова взглянуть на распадающееся тело бывшего капитана. Его тело буквально кричало от боли после сражения, но нахлынувшее облегчение успокоило эти страдания. Война между шинигами и арранкарами окончена. Общество Душ в конце концов победило. Но молодому временному шинигами не суждено было долго наслаждаться вкусом победы. Жертва, которую он принес ради этой победы, уже напоминала о себе, лишая его остатков сил. Мучительная боль внезапно пронзила все его тело, из-за чего парень упал на землю. Боль была настолько сильной, что Ичиго почувствовал, как его сознание покидает его. Последнее, что он увидел перед тем, как погрузиться в темноту, это несколько появившихся перед ним фигур. Куросаки потерял сознание, не успев рассмотреть их. Ичиго медленно приходил в себя. Лежа на чем-то мягком, он ощущал приятное тепло. «Ками всемогущий, пожалуйста, пусть это будет не Тессай», — мысленно помолился он и открыл глаза. К своему огромному облегчению, он увидел незнакомые деревянные стены, пустые кровати и медицинское оборудование, расставленное по всей комнате. «Наверное, я в какой-нибудь больнице», — подумал Ичиго. Затем он попытался встать, но тут же пожалел об этом. Все его тело вздрогнуло от сильной боли. Он не успел прийти в себя, как распахнулась дверь, и в комнату попытались ворваться несколько человек. —Я ПЕРВЫЙ, ЧЕРТ ВОЗЬМИ! — крикнул Иккаку, пытаясь протиснуться внутрь. —Только в твоих мечтах, лысый! — прокричал в ответ Ренджи, ударив его ногой по лицу. —Это очень грубый способ попасть внутрь, не находишь? — сказал Юмичика с самодовольной улыбкой, как будто сам он не делал того же. —Заткнись, урод! — крикнули в унисон Абарай и Мадараме. —Я прирежу вас! — вспыхнув от ярости вскричал Юмичика, бросаясь на дерущуюся пару, превращая все это уже в трехстороннюю стычку. В короткой схватке половина комнаты была разнесена половина комнаты, и единственное, что спасло Ичиго от еще больших повреждений, это… —Я думаю, что ваше поведение недопустимо в госпитале, — в комнате раздался спокойный, мягкий и ласковый голос, от которого у всех тем не менее по спине пробежали мурашки. Ренджи, Иккаку и Юмичика застыли в ужасе, когда в комнату вошла капитан Унохана. —Я думаю, вам не следует беспокоить моего пациента. В конце концов, он только что очнулся, — сказала она с “мягкой” улыбкой, делая акцент на слове “моего”, что слегка обеспокоило Ичиго. Троица офицеров испытала ощущение, будто на них смотрит сам дьявол. —Д-д-д-да, капитан, — пробормотали они, сильно вспотев. —А теперь посмотрим, как чувствует себя пациент, — сказала Унохана, обратив внимание к Ичиго. —Я прекрасно себя чувствую, спасибо, — выпалил Куросаки, пытаясь уклониться от осмотра. —Я так не думаю. Вы пролежали без сознания двое суток, и ваши раны еще не полностью зажили. Вам лучше остаться в постели, — объявила Унохана, улыбаясь ему с намеком на беспокойство в глазах. —Нет, я правда в порядке, лучше просто не бывает, — продолжил отговариваться он, пытаясь встать. —Ичиго, тебе лучше остаться в постели, — ответила она с тем же выражением. По какой-то причине холод пробил парня до костей, когда он почувствовал намек: «Это не просьба» и зловещую ауру, исходящую от Уноханы. —Да, конечно, госпожа, — пролепетал он от страха. —Хорошо. Тогда остальные ваши гости тоже могут войти при условии, что будут хорошо себя вести. Но я думаю, это не будет проблемой, не так ли? — проговорила Унохана, направляясь к выходу. В ответ она услышала хор из «Да!» и «Конечно, госпожа!» После ее ухода комната начала заполняться спокойно входящими людьми. —Ичиго! — воскликнула Рукия, сияя от счастья. —Куросаки-кун! — бросилась к нему Орихиме со слезами радости, причиняя его покалеченному телу еще большую боль. Но, будучи мужчиной, Ичиго терпел и делал вид, что все в норме. —Рад тебя видеть, ублюдок, — сказал Исида с безразличной улыбкой. Куросаки с трудом сдержал желание врезать ему. —Йо, — с легкой улыбкой поприветствовал его Чад, мягко положив руку на плечо. —Ичигооооо! — прочирикала Мацумото, прижимаясь к нему, и принялась буквально душить его. «А вот и мои бедные ребра», — подумал рыжеволосый, чувствуя, как под давлением его кости заскрипели. —Не могу… дышать, — захрипел он и потерял сознание от нехватки кислорода. —Ты угробишь его, отпусти! — закричала Рукия. —Ох, виновата, — ответила Мацумото с невинной улыбкой. —Фуууух… я снова могу вздохнуть, — пробормотал Ичиго. —Мы так волновались за тебя! — сказала Орихиме, вытирая глаза. Все согласились с ней, бросив на парня многозначительные взгляды. —Простите, что заставил вас беспокоиться. Клянусь, я не буду делать ничего подобного в ближайшее время… надеюсь, — пообещал Ичиго с облегченной улыбкой. —Уж постарайся, иначе я лично надеру тебе зад! — воскликнула Рукия с фальшивым гневом в голосе. —А мы добавим, придурок! — одновременно прокричали Ренджи, Иккаку и Мадараме, причем их угрозы уже были вполне реальны. —Я знал, что вы меня любите, — ответил Куросаки с легким смешком, надеясь, что все это снова не перерастет в драку. Позже остальные тоже начали веселиться, отпуская шутки по поводу его состояния, в то время как Иноуэ полностью его исцелила. Однако вскоре смех затих, сменившись напряженным молчанием. —И как все прошло? — тихо спросила Рукия. — Твой бой с Айзеном, — прошептала она, и упоминание имени бывшего капитана тут же испортило атмосферу. —Это было мое самое тяжелое сражение, — честно ответил он, опустив глаза и вспоминая прошедшую дуэль. — Не думаю, что без моей последней техники я бы победил. Надо отдать ему должное, он был… страшным противником, — тихо прошептал Ичиго. —Теперь все в порядке. Ты победил и спас все Общество Душ, — мягко сказала Рукия, обнимая его. «Если бы только это была правда», — Куросаки вспомнил последние слова Айзена о Короле Душ и самом себе. Эти слова будут преследовать его еще долго. Он чувствовал, что от него намеренно скрывают что-то очень важное, но понятия не имел, что конкретно. —Ладно, давайте сменим тему! Ичиго, через два дня Общество Душ устроит грандиозный праздник в честь нашей победы и назначения новых капитанов. Так что одевайся и идем с нами, перед главным празднованием у нас будет частная вечеринка! — воскликнула Мацумото с широкой улыбкой и озорным огоньком в глазах. —Ладно! Сейчас… — Ичиго внезапно остановился, вспомнив слова Уноханы. —Эмм, я пожалуй останусь… еще ненадолго, — быстро ответил он с каменным лицом. —Но почему? С тобой уже все в порядке, ни единой царапины, я полностью тебя вылечила, — сказал Орихиме, нахмурив брови, а затем почувствовала чью-то руку на своем плече. —Не дави на него, ладно? Пусть побудет здесь еще немного, — ответил Ренджи и вместе с Иккаку и Юмичикой бросил на Куросаки понимающий взгляд. —Ладно, давайте дадим Ичиго немного отдохнуть. Встретимся с ним на большом празднике, — сказал Мадараме и начал выталкивать всех из комнаты. Затем он обернулся и, громко сглотнув, пробормотал с испуганным выражением лица: — Береги себя. —Спасибо, — слабо ответил рыжеволосый. Темнота. Это было все, что она могла видеть. Ни звуков, ни запахов вокруг. Она чувствовала лишь оцепенение… как будто погружалась в пустоту. Ее звали Тия Халлибел, Терсера Эспада армии Айзена… В тот момент, когда имя предателя промелькнуло в ее сознании, она мгновенно сбросила с себя оцепенение, а затем почувствовала лишь… Боль. Боль такая ужасная, что она чуть не лишилась рассудка. Каждая клетка ее тела будто кричала в агонии. Хуже всего были ощущения в левом плече и животе. Внезапно воспоминания нахлынули на нее вместе с расплывающейся головной болью. Город… битва…юный капитан-шинигами…двое вайзардов… предательство… жгучая боль от клинка, пронзающего ее живот… а затем только падение… «АЙЗЕН!» — вскипела Тия, чувствуя, как ее захлестывает волна гнева. Он предал ее. Пока она отбивалась от своих противников, Айзен использовал сюнпо, оказался рядом с ней и нанес удар, вспарывая ей живот. Со своей вечной высокомерной ухмылкой Айзен объявил, что Халлибел слишком слаба, чтобы и дальше служить ему. Это, конечно, не очень понравилось девушке. Она попыталась контратаковать, но, к сожалению, уже была под воздействием его Кьека Суйгецу. Ее клинок прошел сквозь одну из копий Сосуке, что подставило ее саму под удар. Айзен пронзил плечо Тии и опустил меч, нанося еще больший урон. Халлибел начала падать, и последнее, что она помнила, это удар о землю. Приведя свои воспоминания в порядок, Тия попыталась встать, но смогла лишь издать мучительный стон из-за усилившейся боли. И все же она продолжила свои попытки, заставляя свое изломанное тело двигаться. С нечеловеческим усилием она поднялась на дрожащие ноги и сделала шаг. С каждым движением ей казалось, будто она вот-вот умрет. Тия чувствовала, как ее кровь стекает по телу, и багровый след непрерывно отмечал ее путь. Это было похоже на сон… или, скорее, на кошмар. Ее зрение затуманилось, голова шла кругом. Но даже в таком состоянии она более или менее наблюдала за окружением. Она чувствовала, что битва бушует, но сейчас ей было все равно. Она не чувствовала реацу тех, кто был ей дорог. Ощущение их присутствия ослабло, пока Тия сражалась с юным капитаном, а теперь совсем исчезло. Эта боль затмевала все остальное, что она сейчас чувствовала. Ее фрассионы, ее друзья, ее семья… исчезли. Теперь она была совсем одна. —Я должна выдержать это, — произнесла она, делая еще один шаг. — Мила Роза, Сун-Сун, Апаччи, я не допущу того, чтобы ваши жертвы оказались напрасны! — она резко шагнула вперед. Тия должна была выжить ради них. Через некоторое время ей удалось добраться до парка. Судя по виду, он был очень старым и почти заброшенным. Она углубилась в него и нашла небольшую поляну с большим деревом посередине. Тия подошла к дереву и прислонилась к нему спиной. Она судорожно вздохнула и начала собирать остатки реацу, чтобы ускорить исцеление. Но человеческий мир был не так богат сырой рейши, как Уэко Мундо, поэтому лечение замедлилось до черепашьей скорости. «Айзен… я обещаю тебе, что покончу с тобой… неважно, чего это будет стоить… я клянусь кровью моих фрассионов» Тия закрыла свои бирюзовые глаза и полностью сосредоточилась на лечении. Великий праздник Общества Душ начался. Хотя вечеринки и попойки начались вскоре после окончания битвы, сегодняшний день был особенным. Официальное празднование началось в полдень, причем некоторые (на самом деле большинство) из присутствующих шинигами испытывали трудности с нахождением в вертикальном положении. Главнокомандующий Генрюсай Шигекуни Ямамото начал мероприятие речью о победе, одержанной совместными усилиями всех шинигами, но в особенности Куросаки Ичиго, чье упоминание вызвало бурю оваций. Затем последовала речь о ценностях и традициях Общества Душ, создавших прочные узы, и, наконец, предупреждение о неконтролируемой жажде власти и том, какие последствия влечет предательство. После выступления он объявил, что церемония назначения капитанов начнется в полночь на холме Сокьеку, и что явка обязательна. —Без исключений, — выделил он, обратив взгляд на группу вайзардов. Затем он пожелал всем приятного времяпрепровождения и отпустил всех шинигами праздновать дальше. —Ничего себе, отличная речь, — заметил Ичиго, направляясь вместе с друзьями к казармам десятого отряда. Мацумото собрала там большую компанию к большому огорчению капитана Тоширо Хицугаи. —Да, хорошо, что тебя выпустили из госпиталя. Иначе ты бы все пропустил, — улыбнувшись сказала Рукия. —И правда, — ответил рыжеволосый, вспоминая часы упрашиваний и проверок, чтобы доказать, что с ним все в порядке. Когда он уже собрался уходить, Унохана посоветовала ему своим обычным “мягким” голосом не слишком переусердствовать на вечеринке. Ичиго все еще подрагивал от пережитого. —В любом случае, давай не будем терять время, иначе опоздаем на вечеринку. Они наверняка уже так пьяны, что не узнают нас, — пошутил Куросаки. —Да ладно тебе, все узнают нашего знаменитого клубничного героя, — ответила Рукия и громко рассмеялась. —Ах ты мелкая… я тебя достану! — крикнул в ответ Куросаки. —Поймай меня, если сможешь. Кто последний до казарм — тот большая и милая клубничка! — закричала Кучики и рванула прочь. —Это мы еще посмотрим! — Ичиго помчался за ней. Пять минут спустя —Я же говорила, проиграешь, — заявила Рукия с довольной ухмылкой на лице. —Заткнись, мелкая, — пробормотал Ичиго. —Ооой, да ладно тебе, Клубничка-кун, мы ведь уже прибыли, — как только Рукия это сказала, из окна казарм вылетело несколько людей. —Тоширо это оценит, — ответил он, и будто в подтверждение его слов раздался громкий рев. —МАЦУМОТООО! —Похоже, вечеринка в разгаре, идем! — воскликнула Рукия и побежала внутрь. —Веди, — ответил Куросаки, следуя за ней. Как только они вошли, они увидели такой балаган, который могли сотворить только сильно напившиеся люди. И конечно, всем этим руководила Рангику… —РЕБЯТА! ЧТО МЫ ДЕЛАЕМ!? — невнятно прокричала Мацумото, раскачиваясь, как тростинка на ветру, и держа в руках внушительную бутылку сакэ. А ее щеки уже налились здоровым румянцем. —МЫ ПРАЗДНУЕМ, ПОЕМ И ПЬЕМ! — толпа радостно загудела в ответ. Ичиго и Рукия заметили, что здесь были люди из разных отрядов. —УБИРАЙТЕСЬ К ЧЕРТУ ОТСЮДА, ПЬЯНЫЕ ИДИОТЫ! — прокричал Тоширо в ярости, но был полностью проигнорирован из-за маленького роста. —Тоши, не будь таким занудой, лучше выпей с нами! У нас здесь лучшее сакэ в Обществе Душ! — воскликнула Мацумото, хихикая. —Я капитан Хицугая! И я не позволю… — Тоширо запнулся, когда Мацумото схватила его и крепко прижала к своей груди. —Ты что творишь!? — кричал он, точнее пытался кричать, тщетно пробуя освободиться. —Тоши, пойми, после такой победы люди имеют право на праздник и снятие стресса от боя. Каждый мудрый капитан время от времени позволяет своим людям расслабиться ради поддержания боевого духа. Получать удовольствие время от времени не так уж плохо. Наверняка Хинамори бы понравилось, если бы ты иногда водил ее куда-нибудь. Так что скажешь, Тоши?.. Эй, капитан? — но капитан Хицугая несколько секунд назад потерял сознание из-за нехватки воздуха. —Оооо, бедный капитан, он наверняка так устал, что заснул прямо здесь, — задумчиво произнесла Мацумото, совершенно не понимая истинной причины его обморока. Она подняла его, притащила в спальню и оставила лежать на кровати, предварительно приложив его головой о тумбочку. —Сладких снов, Тоши, — мягко сказала она. Между тем Ичиго и Рукия были только-только замечены из-за того, что алкоголь сильно ограничивал мозговую деятельность здесь присутствующих. —Смотрите, это Куросаки Ичиго! Герой войны, защитник Общества Душ! Герой! Герой! Герой! — начала скандировать толпа, громко аплодируя. Ичиго буквально заставили принять напитки и рассказать всем историю о своей битве. Он, конечно, опустил часть про свои финальные тренировки и разговор с Айзеном. —О, я всегда знала, что тебе суждено стать героем! — сказала Рангику, присаживаясь рядом. Она прислонилась к нему, стараясь сильнее прижаться грудью к его плечу и заставляя его краснеть. — Ты же знаешь, что ты очень симпатичен? — прошептала она ему на ухо, согревая его своим горячим дыханием. Ичиго пришлось постараться, чтобы не ерзать от этого. Он не привык к подобным вещам. —Эй, ребят, я думаю, уже пора идти на холм Сокьеку на церемонию, — внезапно вмешалась Рукия, метнув взгляд на Рангику, которая все еще липла к Куросаки. —А нам обязательно туда идти? — пожаловались некоторые, не желая прерывать вечеринку. —Отличная мысль! — с этими словами Ичиго быстро стал, стараясь унять румянец. Он мог поклясться, что губы Рангику коснулись мочки его уха. — Идем, ребят! —Давайте, шевелите своими пьяными задницами, а иначе я вас заставлю! — воскликнула Рукия, обращаясь к пустой комнате. После слов Ичиго все рванули за ним, полностью игнорируя Кучики. —Подождите меня, идиоты! — крикнула она, следуя за ними. Холм Сокьеку —Теперь, когда спокойствие восстановлено, пришло время заполнить брешь в капитанском составе, — проговорил Ямамото повелительным тоном. — Я назначу капитанов в их отряды. Тот, кого я назову, сделает шаг вперед и возьмет свою капитанскую накидку. —Я назначаю Шаолинь Фон капитаном второго отряда. —Я назначаю Роджуро Оторибаши капитаном третьего отряда. —Я назначаю Рецу Унохану капитаном четвертого отряда. —Я назначаю Шинджи Хирако капитаном пятого отряда. —Я назначаю Бьякую Кучики капитаном шестого отряда. —Я назначаю Саджина Комамуру капитаном седьмого отряда. —Я назначаю Сюнсуя Кьераку капитаном восьмого отряда. —Я назначаю Кенсея Мугуруму капитаном девятого отряда. —Я назначаю Тоширо Хицугаю капитаном десятого отряда. Каждый из названных должен был подойти к Ямамото, поклониться и получить свое хаори. Церемония проходила гладко до тех пор, пока отсутствие капитана Хицугаи не вызвало волнений. В толпе шинигами. —Где носит этого Тоширо? — спросил Ичиго, начиная беспокоиться за него. —Действительно. Опоздать на подобную церемонию — серьезное оскорбление главнокомандующего, — ответила ему Рукия. —Аааа, наверное, он еще… — тут Мацумото замолчала, услышав какой-то звук, странно похожий на ее имя. «Нет, должно быть, показалось», — подумала она. —Так что с ним? —Ну, на вечеринке он поднял шум, так что я крепко обняла его и объяснила, как важно иногда отдыхать. Но бедный Тоши уснул, вероятно, от усталости, — объяснила она с невинным выражением лица. «Скорее, потерял сознание от удушья», — подумал Куросаки, припоминая похожую ситуацию. Он уже начинал понемногу бояться объятий Мацумото. Как только он закончил цепочку своих мыслей о груди Рангику, слегка покраснев, Ичиго увидел, как внезапно появившийся Тоширо шагнул к Ямамото. Быстро поклонившись и взяв свое хаори, тот встал в ряд с остальными капитанами. Куросаки также заметил взгляд Хицугаи, обращенный к Мацумото, который буквально говорил: «Отныне твоя жизнь будет полна несчастий». Флешбэк Тоширо судорожно вздохнул, очнувшись. Заметив, что он лежит на постели… он также обратил внимание на огромную дыру в стене, через которую холодный ночной ветер проникал в помещение. Затем Хицугая посмотрел на часы. —Тринадцать минут первого… — он чуть снова не задохнулся, чувствуя, как в нем закипает ярость. А затем он выпустил ее одним громким и долгим ревом: —МАЦУМОТООООО! Конец флешбэка —Кхм, давайте продолжим, — сказал Главнокомандующий. —Я назначаю Кенпачи Зараки капитаном одиннадцатого отряда. —Я назначаю Куроцучи Маюри капитаном двенадцатого отряда. —Я назначаю Джуширо Укитаке капитаном тринадцатого отряда. Как только Генрюсай закончил, буря аплодисментов обрушилась на назначенных капитанов. Главнокомандующий поднял руку, призывая к тишине и сказал, сбивая всех с толка: —Церемония еще не окончена. После долгих споров с Советом 46 мы решили восстановить Отряд Кидо, — после этих слов все зашептались от волнения и любопытства. —Мы решили передать должность его командира человеку, который доблестно сражался за Общество Душ, помогая нам в победе над нашими врагами, — и тут у Ичиго появилось очень неприятное предчувствие. —Поэтому я назначаю Куросаки Ичиго командиром восстановленного Кидо Отряда, — Генрюсай посмотрел прямо на рыжеволосого. Честно говоря, назвать тишину, наступившую после этих слов, “смертельной” было бы страшным преуменьшением. Даже природные звуки стихли, словно застыв в шоке. «КАКОГО ЧЕРТА!?» — подумал Ичиго, в то время как его зрачки расширились до невероятных размеров. Кто-то подтолкнул его к Главнокомандующему. Куросаки подошел к нему как какой-то робот и отвесил неуклюжий поклон, чуть не повредив себе позвоночник. Он взял хаори и встал в ряд с остальными капитанами (которые, скорее всего, были в еще большем шоке, чем он). Казалось, все затаили дыхание в этой напряженной атмосфере. —На этом церемония окончена. Все свободны. Идите и празднуйте остаток ночи, — заявил Генрюсай, ударив тростью по земле. После этого он быстро спустился с холма. Но никто и не шевельнулся; все смотрели на человека, который был, вероятно, близок к нервному срыву. —Как, черт возьми, это произошло? — Ичиго сейчас чувствовал себя совсем крохотным под взглядами сотен шинигами. Он повернул голову налево и посмотрел на ряд уставившихся на него капитанов. Одни смотрели на него с любопытством, другие — с удивлением, кое-кто — с кровожадным ликованием в глазах, а некоторые — в смятении, раздражении или даже в гневе. —Что? — наконец рявкнул Ичиго, раздраженный их взглядами. —Простите, Ичиго-сан, просто это было очень неожиданно, — вежливо сказала Унохана. — Нас об этом не предупредили. —Не предупредили? Но разве не ваши голоса требуются, чтобы кого-то назначили капитаном? — растерянно спросил парень. —Действительно. Необходимо пройти испытание, получить от нас рекомендации или… убить другого капитана, чтобы получить его звание, — вмешался Укитаке. —Эй, эй, погодите. Я не убивал Айзена из-за звания и, черт возьми, я не помню, чтобы я проходил какие-то испытания! И, судя по выражению ваших лиц, никто из вас не рекомендовал меня… так какого черта здесь происходит? —Мы это выясним, уж не сомневайся, — сказала Сой-Фон, почему-то уставившись на Ичиго. — Здесь наверняка какая-то ошибка. —Кто-то наверное слишком сильно ударился головой. Куда мне пойти, чтобы подать в отставку? — Ичиго посмотрел на капитанов с надеждой. —Куросаки Ичиго, быть избранным в качестве капитана — это величайшая честь, которой может быть удостоен шинигами. Отставка через несколько минут после назначения будет воспринята как оскорбление Общества Душ, — отчитал его Бьякуя. —Забудем на время о чести и гордости и поговорим вот о чем. Как я должен руководить Кидо Отрядом, если я даже не владею кидо!? Даже Унохана-сан сказала, что я абсолютный ноль в контроле над реацу! —Простите, но я не говорила, что вы “абсолютный ноль”, а просто указала, что ваша реацу немного грубовата. Но нет ничего такого, чего нельзя было бы исправить тренировками и медитацией, — улыбнулась она. — Если хотите, я могу научить вас кидо… поверьте, я сделаю вас мастером кидо в мгновение ока… ну или вы умрете в попытках… — все это было сказано с неизменным выражением лица. —Боже, боже, не пугай так парня, Рецу-сан, — вмешался Кьераку. — Послушай, Ичиго, может быть, ты пока просто останешься на этом месте, а мы пока узнаем, что происходит, ладно? Давай не будем действовать поспешно. —Но я не хочу этого! Я хочу вернуться домой, к нормальной жизни. Как я вообще должен совмещать свое существование в двух мирах? —Я уверен, ты что-нибудь придумаешь, — ответил Сюнсуй с обезоруживающей улыбкой. — А теперь иди и наслаждайся вечером. Мы обо всем позаботимся, так что расслабься, — с этими словами он удалился, и вскоре остальные последовали за ним. Прежде чем уйти, Зараки бросил на Ичиго одну из своих явно кровожадных улыбок, а Сой-Фон продолжала сверлить парня глазами до самого ухода. «Боже, да что с ней такое?» — покачал головой Куросаки. Как только капитаны ушли, его буквально окружила ликующая толпа, захлестнув его волной поздравлений. Через некоторое время он наконец освободился и присоединился к группе друзей, а именно: Иноуэ, Чад, Исида, Рукия, Ренджи, Иккаку, Юмичика и Рангику. —Поздравляю, Куросаки-кун, — сказала Иноуэ, ослепительно улыбаясь. —Спасибо, но я бы предпочел пока что остаться временным шинигами, — пожал плечами рыжеволосый. —Дурак! Разве ты не понимаешь, какая это великая честь!? — Рукия дала ему подзатыльник. —Ау! Больно, между прочим! — прорычал он, массируя ушибленное место. —Ой, ну не будь ребенком, Ичиго! И надень хаори, я хочу посмотреть, как ты в нем смотришься, — невнятно пробормотала Рангику. — Пожалуйста? Ичиго не смог сдержать румянца от ее милой фальшивой надутости и сдался. Он раздраженно натянул хаори и оглядел собравшихся. —Ну вот. Довольны? —Должен признать, тебе идет, — заметил Чад. —Вынужден согласиться, — добавил Исида, поправляя очки. —И ты, Исида? — простонал Ичиго. — Да ладно вам, даже Ренджи подойдет лучше, он хотя бы знает кидо… и не важно, насколько он в нем плох, — ухмыльнулся он. —Ублюдок, не хочешь проверить свои слова? — Ренджи схватил его за подол хаори. —Ох, даже не знаю, лейтенант Абараи, — злобно усмехнулся Ичиго, внезапно почувствовав удовольствие от своей должности. — Разве так обращаются к старшим по званию? В этот самый момент красноволосый шинигами понял, что Ичиго опередил его. —Неет! Он стал капитаном раньше меня! — завопил от досады Ренджи. —Ладно, эта работа становится лучше и лучше, хе-хе-хе. —И не забывай про то, что тебе платят! — прощебетала Рангику. — И довольно много. Ты даже можешь совершить обмен на любую валюту мира живых. —Серьезно? Ладно, теперь все определенно не так плохо. Я получил высокооплачиваемую работу в том, в чем я преуспеваю. —Ну конечно! Как, по-твоему, мы выживали, когда нас послали вам на помощь перед войной? — сказал Юмичика. — Мы ведь полагались не только на людскую доброту и продажу тела Иккаку домоуправительнице. —Я же сказал тебе никогда не упоминать об этом! — рявкнул Мадараме и покраснел. —Фу! Я даже не хочу себе это представлять, — Рукия издала рвотный звук. —Лучше пойдем и продолжим праздновать! —Конечно! — все согласились с ней, шагая обратно в казармы десятого отряда. На следующий день Рукия зевнула, прогуливаясь по улицам Сейрейтея и наслаждаясь спокойным днем. Она решила закончить вечеринку раньше вместе с Иноуэ, Исидой и Чадом, которые вернулись в мир живых. Ичиго, напротив, никак не смог уйти до тех пор, пока последний из празднующих не уснул. Сначала Кучики отправилась вытаскивать его пьяный зад из десятого отряда, но там его уже не было. Ей сообщили, что Хачиген уже забрал его, и они двое отправились тренироваться в кидо. Внезапно воздух прорезал звук громкого взрыва. Рукия рванула к его источнику и увидела Ичиго, вылезающего из дымящегося самодельного кратера. —Я же говорю, у меня не получится! — проворчал Ичиго, гася языки пламени на своей одежде. —Тебе просто нужно сосредоточиться, — напомнил ему со смешком Хачиген Ушода. Ему сообщили, что сам главнокомандующий назначил его личным наставником Ичиго. —Я все еще не понимаю, почему капитаном не назначили вас? Вы же опытный мастер кидо, обученный тем, кто считается в кидо лучшим за все времена, — сказал Ичиго, остывая (буквально). —Действительно, мой сенсей, Тессай Цукабиши-сама лучший в кидо, но тем не менее я вижу, что у тебя большой потенциал. Всего за несколько часов ты научился использовать бакудо и хадо вплоть до 4 уровня. Замечательные результаты для того, кто раньше не тренировался в заклинаниях. У тебя очень хорошие инстинкты, просто тебе не хватает теории. Но нет ничего, что можно было бы исправить со временем. —Вы не ответили на мой вопрос, — заметил Ичиго, немного смущаясь от комплиментов. —Честно говоря, я не хотел быть капитаном, потому что мне не суждено им стать. Я могу научить тебя кидо и выполнять кое-какую бумажную работу, но у меня нет лидерских качеств. А у тебя этого в избытке, — искренне сказал Хачи. —Спасибо, — пробормотал Ичиго, польщенный похвалой. — Так может тогда уже закончим на сегодня? Такое чувство, что мы тренируемся уже целую вечность. —Ни за что! Я ведь только пришла, и, видимо, как раз на самую интересную часть, — прервала его Рукия со злой усмешкой. —Вот именно! Наблюдать за тем, как Ичиго лажает, слишком весело, — воскликнул Ренджи, и остальные хором поддержали его. —Давай, Ичиго! Ты сможешь… хахаха… ты должен просто сосредоточиться… хахахаха… — хохотала Мацумото, очевидно весело проводя время. —Хахахахаха! — поддержали ее хохот Иккаку, Ренджи, Юмичика и Кира. —Ох, ну раз так хотите, сейчас я точно сосредоточусь…— мрачно ответил Ичиго, поднимая левую руку и выпрямляя указательный палец, и начал произносить заклинание: — Сочащаяся вершина помутнения. Сосуд, наполненный безумием… — остальные его слова для других превратились в бормотание. Вокруг Ичиго начал сгущаться черный туман. —Что, черт возьми, он пытается сделать? — спросил Ренджи, начиная испытывать не очень приятное чувство. —Эта поза и текст заклинания похожи на… Куро…хи…цуги, — дошло до Хачигена. — Всем немедленно убираться отсюда! — закричал он в ужасе, чувствуя, как зловещая реацу нарастает. —Бегите к холму! — крикнула Рукия, отступая из зоны поражения. —Спасайтесь! — закричала Мацумото, видимо уже не очень веселясь. —Он с ума сошел! — заорал Ренджи, сматываясь с тренировочной площадки вместе со всеми. —Хехехе… сосунки, — сказал Ичиго, злобно ухмыляясь и останавливая заклинание. — Спасибо за это, Айзен. «Ладно, пора возвращаться домой», — радостно подумал он. —Кхм кхм, — как бы невзначай кашлянул Хачи, постукивая ногой. —Ох, да ладно, дайте мне передохнуть! — взвыл Куросаки. —Я тоже над этим думал, но похоже тебе нужна лекция об опасности кидо такого уровня, — сказал он суровым тоном. —Боже, убейте меня кто-нибудь! — рыжеволосый скорбно закрыл лицо руками. Человеческий мир Около полуночи —Ах, как же хорошо вернуться домой, — счастливо сказал Ичиго, уже представляя себе несколько свободных дней. Планировал он в основном есть, спать, смотреть телевизор, встречаться с друзьями и время от времени проверять местность на присутствие пустых. «Ладно, проверю все в последний раз и пойду домой», — Ичиго напряг свои чувства, пытаясь обнаружить пустых. «Кажется, все в порядке…» — но тут он запнулся, почувствовав, как где-то на краю зоны ощущения реацу показался крохотный сигнал. Только благодаря своим тренировкам он смог его почувствовать; будь он менее чувствителен, он бы его пропустил. Кто бы это ни был, он старался скрыть свое присутствие. «Работа никогда не кончается», — подумал он, двигаясь к цели. Когда он приблизился достаточно близко, то узнал структуру души того, чью реацу почувствовал. Это был пустой… точнее, арранкар. «Похоже, придется разбираться с остатками армии Айзена», — мысленно вздохнул он, приземляясь в пятидесяти метрах от цели. —Не мог найти место получше, чтобы спрятаться? — Куросаки осмотрел заброшенный парк, полный диких зарослей и старых деревьев. —Посмотрим, что здесь такое, — сказал он самому себе, углубляясь в парк. Висящая на небе луна не слишком помогала ориентироваться. Почти все небо было затянуто облаками, что затрудняло продвижение парня сквозь заросли. —Вот дерьмо! — крикнул он, споткнувшись о старый корень и ударившись лицом о ближайший камень. «Отлично, теперь все знают, что я здесь. Вот тебе и элемент неожиданности», — с горечью подумал он, потирая лоб. Он выбрался из кустов и оказался на поляне, посреди которой росла старая сакура. Несмотря на то, что он почти ничего не видел, Куросаки чувствовал чье-то присутствие прямо под деревом. Он встал в стойку, вытянув Зангецу, и медленно двинулся к арранкару. По мере его продвижения выглядывающая луна начала медленно освещать поляну. Когда свет наконец достиг сакуры, он увидел того, кто находился под ней. Это была девушка-арранкар. Необычайно красивая девушка-арранкар… «Так, не думай об этом», — одернул он себя, покраснев. «Зря, здесь есть, о чем подумать», — прошептал его внутренний пустой на задворках сознания. Ичиго и думать боялся о том, что тот хочет сделать с девушкой. Судя по тому, что увидел Куросаки, она была в плохом состоянии. Он заметил ее едва зажившие раны на животе и руке. Он также обратил внимание на ее наряд. На ней был топ с длинными рукавами, который закрывал нижнюю половину ее лица и доходил до груди, заканчиваясь на ее середине и оставляя другую часть ее бюста видимой. Ичиго изо всех сил пытался сдержать румянец, но ее подтянутый обнаженный живот явно мешал этому. Ниже на ней была длинная белая юбка, перетянутая черным кушаком. Парень заметил, что верхняя часть ее бедер также была видна. Но самой заметной деталью были крупные темные пятна. Ичиго понял, что это кровь… много крови. Несмотря на это, он продолжил осматривать девушку. У нее была загорелая кожа, растрепанные светлые волосы прилипли к лицу. Он не мог рассмотреть его получше из-за высокого воротника. Но что он мог сказать точно, так это то, что она смотрела на него с настороженностью и решимостью в глазах. Несмотря на очевидно тяжелые раны, она напряглась, готовясь к защите, будучи загнанной в угол. —Эээээ… привет? — заторможено сказал Куросаки. Услышав эти слова, таинственная девушка попыталась встать, но лишь тихо вскрикнула от боли и сползла вниз. Ичиго попытался поймать ее и чуть не лишился головы. Она отмахнулась от него своим необычным мечом, напугав его до смерти. Клинок был действительно странным; его рукоять была выполнена в европейском стиле, а само лезвие имело пустую область посередине. Арранкарша прислонилась к стволу дерева, шатаясь из-за истощения, но все же держала защитную стойку, хотя и уязвимую. Ичиго заметил, что из-за резких движений некоторые ее раны открылись и кровь заструилась снова. «Она может потерять сознание в любую минуту», — подумал парень, глядя на раненую. Но когда они встретились взглядами, он не увидел ничего, кроме вызова, пронизанного болью. Из-за этого он почувствовал себя немного виноватым, хотя и был лишь косвенной причиной. Желая разрядить обстановку, он убрал клинок и поднял руки в примирительном жесте. Он также немного отступил, чтобы дать ей больше свободного пространства. —Успокойся, я не собираюсь вредить тебе, — спокойно объяснился Ичиго, чем очень удивил девушку. —Тогда… зачем ты здесь? — спросила она после недолгого молчания, в ее усталом голосе слышались нотки недоверия. —Ну… я осматривал местность и почувствовал твою реацу, поэтому пришел проверить. Тия молча наблюдала за ним, на мгновение прикрыв глаза, чтобы унять боль и собраться с мыслями. —Что… что ты теперь со мной сделаешь? — спросила она с болезненным спокойствием, сбив Ичиго с толку. Почему-то он не хотел драться с ней. —Может, для начала познакомимся? Я Куросаки Ичиго, врем… Командир Отряда Кидо, — проговорил он, немного забыв о своей новой должности. —Куросаки… Ичиго, — медленно повторила она, — ты тот самый шинигами, которым интересовался Айзен. —Ага, это я. Могу я узнать твое имя? — спросил он, но после продолжительной паузы уже почти потерял надежду услышать ответ. —Я… Тия Халлибел… Терсера Эспада, — произнеся это, она тут же начала сползать влево. Ичиго понял, что она истратила свои последние силы, и подбежал, чтобы подхватить ее, прежде чем она упадет. К счастью, на этот раз защитной реакции от блондинки не последовало. «Ладно… и что мне с ней теперь делать?» — подумал он, взяв ее на руки. Голова девушки упала ему на грудь, позволяя ему лучше рассмотреть ее лицо. Первое, что он заметил, это глубокие мешки под глазами… и то, что от нее заметно пахло. — «В конце концов, она пролежала здесь несколько дней». С этими мыслями Ичиго направился к единственному человеку, который мог помочь ему сейчас, к Иноуэ. Ранее Боль… постепенно покидала ее тело. Лечение наконец начало давать хоть какие-то результаты. Теперь ее тело онемело. И все же по сравнению с прошлыми ощущениями, это было даже приятно. Тия восстановилась бы быстрее, если бы ей не пришлось отпугивать других пустых, желавших полакомиться ею. Внезапно она резко открыла глаза. «Что… что это такое?» — подумала она, чувствуя чье-то присутствие. — «Шинигами? Нет, больше похоже на арранкара, но…» — она была явно озадачена. «Может, это один из вайзардов? Но эта реацу кажется знакомой… » — размышляла она, надеясь, что ее не обнаружат. Однако ее надежды рухнули, когда источник реацу начал приближаться. «Ну вот и все…» — печальный вздох сорвался с ее губ. Она схватила свой клинок и перехватила его поудобнее. Она не уйдет без боя, как бы ни была слаба. —Вот дерьмо! Она услышала громкий крик из кустов. «Кто бы это ни был, он не слишком утончен», — подумалось ей. Она уже знала, что ее дни сочтены, хотя у нее, вероятно, было еще несколько минут. «И я даже не смогу отомстить этому ублюдку Айзену», — с горечью подумала она, закрывая глаза. Она на несколько секунд погрузилась в воспоминания о своих фрассионах, но даже они были омрачены горечью. Тия желала быть более открытой с ними, может даже участвовать в их постоянных перепалках, которые им самим доставляли огромное удовольствие. — «Теперь уже слишком поздно». Не прошло и нескольких секунд, как она увидела силуэт, выходящий на поляну. Она заметила, что это был парень с рыжими волосами и громадным клинком. На нам почему-то было капитанское хаори. «Такой молодой», — почему то подумалось ей. Тут она вспомнила и другого юного капитана. Рыжеволосый вышел из тени, и на Тию обрушилось осознание. Это был тот самый парень, который сражался с Гриммджоу в Лас Ночес. Уже тогда она не могла понять его происхождения. В его реацу было больше пустоты, чем у других вайзардов. Погрузившись в свои мысли, она почти не замечала его пристального взгляда. Его глаза, казалось, светились в темноте, пронизывая ее душу насквозь. Тие стало немного не по себе. Это было все равно что смотреть в глаза другому пустому. «Должно быть, просто воображение разыгралось. Вряд ли он думает о том, чтобы сожрать меня», — подумала Тия. —Эээээ… привет? — сказал он. Тия попыталась встать, скорее даже рефлекторно. Н тут боль вернулась к ней в полной мере, заставив потерять равновесие. Она заметила, как шинигами рванулся к ней. Буквально заставив свою руку шевелиться, она взмахнула клинком, целясь ему в голову. Если она и погибнет, то только в бою. Но затем она увидела удивление на его лице, будто он и не ожидал контратаки. «Неужели он действительно думал, что я просто сдамся?» — спросила про себя Тия с долей гнева. В последнее время слишком многие шинигами считали ее слабой. Но то, что он сделал дальше, действительно озадачило ее. Он убрал меч и поднял руки. —Успокойся, я не собираюсь вредить тебе, — Тия наблюдала за ним несколько секунд, ища признаки лжи в его словах, но ничего не обнаружила. —Тогда… зачем ты здесь? — наконец спросила она. —Ну… я осматривал местность и почувствовал твою реацу, поэтому пришел проверить, — ответил парень. Тия с трудом верила в такое совпадение. Если он был капитаном, то наверняка получил приказ выследить именно ее. «Наверняка, они не хотят рисков возможной мести», — решила Халлибел, глядя на молодого капитана. —Что… что ты теперь со мной сделаешь? — спросила она так спокойно, как только могла дрожащим голосом. Тия заметила на его лице какое-то внутреннее противоречие, но не чувствовала в нем враждебности. «Странно. Разве он не должен прикончить меня?» —Может, для начала познакомимся? Я Куросаки Ичиго, врем… Командир Отряда Кидо. —Куросаки… Ичиго, — повторила Тия, подтверждая свои прежние догадки, — ты тот самый шинигами, которым интересовался Айзен. —Ага, это я. Могу я узнать твое имя? —Я… Тия Халлибел… Терсера Эспада, — ответила она, даже не подумав сперва. Внезапно ее тело и разум сдались. Тия почувствовала, как все ее тело полностью обмякло. Ее ноги подкосились, и она начала заваливаться набок. Халлибел заметила, как Куросаки бросился к ней. Она закрыла глаза, уже смирившись со своей участью, но вместо боли почувствовала, как его руки обхватили ее. Прежде чем окончательно потерять сознание, она запомнила, как эти теплые руки успокаивающе подняли ее. Настоящее время Дом Орихиме —Я так устала, — зевнула девушка, доделывая домашнее задание. Она откинулась на спинку кресла и потянулась. — Уже за полночь… похоже, пора спать, — Иноуэ сложила вещи в сумку и собралась принять душ. Затем она услышала звонок в дверь. Но кто мог прийти к ней в такой поздний час? —Я иду! — закричала она, направляясь к двери. — А, это ты Куросаки-сан. Что ты делаешь… — Орихиме осеклась, заметив, что, вернее, кого нес Ичиго. —Кто это!? — воскликнула она, увидев израненную девушку на руках Куросаки. Ее некогда белая одежда была почти полностью багровой, не говоря уже о грязи и пыли. — Подожди, я видела ее раньше… в Лас Ночес! —Да, ее зовут Тия Халлибел, и она была третьей эспадой. Мы можем войти? Ей действительно нужна твоя помощь, Иноуэ, — настойчиво сказал Куросаки. —К-конечно! Я принесу полотенца, и мы положим ее на диван! —Ты можешь позвонить Исиде и Чаду? Скажи им, что это очень важное дело и они должны прийти прямо сейчас, — попросил он, входя внутрь. Внутри все было так, как он и помнил: стены, выкрашенные в теплый желтый оттенок, несколько картин, деревянная мебель, а посреди гостиной — большой белый диван с множеством подушек, окруженный креслами. Иноуэ вернулась с полотенцами и расстелила их на диване, позволив Ичиго уложить на него раненую. Он старался быть как можно нежнее, надеясь не навредить ей еще больше. Затем парень повалился в ближайшее кресло, измученный, но не от того, что нес Тию. Он размышлял над тем, во что ввязался и как собирался объясняться перед всеми в Обществе Душ. Куросаки взглянул на спящую арранкаршу. При хорошем освещении он мог видеть, насколько раны были серьезны. Вдобавок к этому все ее тело было покрыто синяками и царапинами. «Должно быть, она очень долго страдала», — подумал Ичиго. Он также задался вопросом, как она смогла продержаться в таком состоянии все это время. Прошло почти три дня после боя с Айзеном. Куросаки даже почувствовал уважение к девушке, восхищаясь ее волей… ну и не только этим. Он быстро взял себя в руки, когда Иноуэ вошла в комнату, неуверенно глядя на него. —Исида-кун и Чад будут здесь через пятнадцать минут, — сказала она, переведя взгляд на Тию. —Так что нам с ней делать? — нерешительно спросила она. И то, как Ичиго смотрел на нее… встревожило ее. —Ты можешь вылечить ее? — задал вопрос он. —Ты уверен в этом, Куросаки-кун? —Я… уверен, — ответил он на самом деле неуверенно. Но что-то подсказывало ему, что так было правильно. По крайней мере он на это надеялся. —Хорошо… Сотен Киссюн: Я Отражаю, — произнесла Орихиме, и вокруг Тии образовался энергетический купол. — Это займет некоторое время, Куросаки-кун. —Хорошо, спасибо. Тогда я все объясню, когда придут Исида и Чад, — пояснил Ичиго, устроившись в кресле и не сводя глаз с Халлибел. Хотя он даже не был уверен, что у него есть достойное объяснение. —Ладно, — кивнула в ответ Иноуэ, сосредоточившись на лечении. Через пятнадцать минут в дверь снова позвонили. Ичиго провел пришедших Исиду и Чада внутрь. Когда они прошли в гостиную, последние двое потрясенно уставились на лежащую без сознания девушку. Первым, кто заговорил, был Исида. Как самый спокойный и сдержанный из всех в этой комнате, он высказал самую логичную и правильную мысль, которую сейчас можно было высказать, при этом следя за манерами. —Ты, черт возьми, с ума сошел!? — прорычал он. —Согласен с Исидой. Ичиго, что это значит? — спросил Чадо более спокойным, но также раздраженным тоном. —Давайте я начну с самого начала, — Ичиго со вздохом рассказал им все, что случилось. После этого в комнате повисло неловкое молчание. И снова Исида заговорил первым. —Ичиго… — мягко начал он с сочувствием в глазах, — ты, черт возьми, с ума сошел!? Ты хоть представляешь, что произойдет, когда Общество Душ обнаружит, что ты укрываешь арранкара? Не говоря уже о том, что она третья эспада!? — снова воскликнул Исида с ошеломленным выражением на лице, не веря в глупость своего друга. —А что я должен был сделать, убить ее!? — рявкнул Ичиго, хотя заранее знал ответ квинси, что еще больше злило его. —Да! Она арранкар, враг! —Во-первых, я не убиваю беззащитных! Особенно беззащитных женщин! И если бы я должен убивать каждого своего врага, вряд ли бы мы сейчас разговаривали! — заорал Куросаки в ответ. Почему-то та ярость, с которой он защищал арранкаршу, слегка разозлила Иноуэ, и она не понимала, почему. —Если ты так ставишь вопрос… Полагаю, необязательно ее вот так сразу убивать, — ответил Исида, немного успокоившись и почувствовав себя каким-то уродом. —И что ты будешь делать с ней, когда она очнется? — спросил Чад. Это был главный вопрос, на который Ичиго искал ответ с самого начала. Он понимал, что случится, если ее сдать Обществу Душ. В лучшем случае пожизненное заключение, а в худшем — допрос под пытками с целью получения информации, а затем казнь. По его спине пробежали мурашки. Ичиго сразу же решил, что так он не поступит. Однако она была слишком сильна, чтобы бродить на свободе. Парень совершенно не представлял, что с ней делать. —Я и правда не знаю. Когда она очнется, я поговорю с ней и решу, что делать дальше, — сухо ответил он. Больше никто ничего не говорил, но все смотрели на него неверящими глазами. —О-о-ох… — все четверо подскочили, услышав тихий стон, исходящий от темы текущего разговора. Халлибел слегка приподнялась на локтях и увидела группу из четырех человек, уставившихся на нее. —Где я… — она не закончила фразу, потому что узнала рыжеволосого капитана. Ее глаза расширялись все больше с каждой секундой. —Привет?.. — нерешительно начал Куросаки. Он задавался вопросом, как начать с ней нормальный разговор. Но единственный опыт общения с Эспадой, который он припоминал, это либо сражение, либо преследование (конкретно говоря, Нелл). Но в данной ситуации это бы не очень помогло. Тия недоверчиво посмотрела на него. Она была уверена, что не проснется вовсе или, по крайней мере, очнется в тюремной камере, а не на удобном диване. Не говоря уже о том, что она чувствовала себя… гораздо лучше. Как будто у нее вообще не было никаких травм. Оглядев комнату, Тия решила, что она находится в доме второй присутствующей здесь девушки, так как обстановка была несколько женственной. «Орихиме Иноуэ», — Халлибел вспомнила имя бывшей пленницы. Затем она удивилась еще больше, когда поняла, что она сейчас способна нормально двигаться благодаря ей. Она исцелила ее. Атмосфера нагнеталась с каждой секундой молчания арранкарши. Она оглядывала комнату и здесь присутствующих, оценивая обстановку. Наконец ее взгляд остановился на Ичиго. Парень в свою очередь заметил, что у девушки были бирюзовые глаза. Однако вскоре ее молчание внимание к нему начало смущать его. —Итак… не могла бы ты рассказать, что ты делала в парке? — спросил он с надеждой. И снова повисло молчание. Тия смотрела на него с опаской, словно ожидая атаки. Недоверие на ее лице покоробило Куросаки. —Я не собираюсь с вами сражаться, — наконец ответила она. «Хорошо. Мне показалось, это продлилось почти целую вечность», — подумал Ичиго с облегчением от того, что ему не придется обнажать клинок против нее… пока. —А с кем тогда собираешься? — спросил Исида своим привычным высокомерным тоном с нотками раздражения. Халлибел не ответила, но Куросаки заметил, что ее глаза слегка сузились. «Нехорошо», — он должен был сделать что-то, иначе в случае схватки весь район был бы разрушен. —Ладно, я думаю, этого пока достаточно. Она сказала, что не испытывает к нам зла, так что давайте немного успокоимся, — сказал парень, вставая. — Я отведу ее в лавку Урахары, и там мы решим, что делать дальше, — продолжил он. Халлибел не очень нравилась идея отдавать свою жизнь в руки шинигами, но до сих пор он не показывал признаков злого умысла. Так что пока она могла с этим смириться. —Ты сможешь идти? — спросил Ичиго у Тии. —Да, — ответила она бесстрастным тоном, медленно поднимаясь на ноги. Ее раны полностью затянулись, и одежда тоже почему-то восстановилась. Она сделала мысленную заметку позже спросить шинигами о том, что произошло. Тут она вспомнила еще кое о чем… —Где мой клинок? — спросила она тем же тоном, но реакция находящихся в комнате была как раз противоположной. Исида поднял свой лук и нацелил на нее. Чад укрепил свои руки: одна была белой с красными линиями, а другая — черной с фиолетовыми. Иноуэ поднесла руки к заколкам. Ичиго буквально оказался между молотом и наковальней. —Эй, эй, ребят, полегче! — крикнул он, покрываясь потом. Он явно не хотел оказаться под перекрестным огнем. —Тия… Халлибел… Твой меч у меня, но по понятным причинам я не могу вернуть его. Пока что я тебе не настолько доверяю. Так что мне придется оставить его у себя… на время, — Куросаки надеялся, что девушка не будет оскорблена его недоверием, но с другой стороны он был не настолько глуп, чтобы сразу довериться ей. Обычно, это всегда было его ошибкой (если не считать Нелл). —Понятно, — спокойно ответил Халлибел. То, что шинигами так сразу назвал ее по имени, покоробило ее. Он был не настолько хорошо знаком с ней, чтобы позволить себе такое. Но учитывая свое нынешнее положение, она решила не высказывать это. —Видите? Теперь опустите оружие. Мы с Халлибел пойдем к Урахаре и все обсудим. Так будет безопаснее для всех, — Ичиго особенно выделил последнюю фразу, посмотрев на своих товарищей. Через секунду те опустили оружие. Он вздохнул, слегка разочарованный чрезмерно враждебной реакцией своих друзей, но все же отчасти он понимал их. —Ладно, надеюсь, ты не пожалеешь об этом, — сказал Исида, смерив Халлибел убийственным взглядом. Девушке, быть может, следовало бы и разозлиться. Квинси смотрел на нее, как на какое-то дикое животное. —Будь осторожен, Ичиго, — сказал Чад. «А вот теперь я оскорблена», — подумала Халлибел. Они и правда обращались с ней как с каким-то чудовищем. Да, у нее не было сердца, но она никогда не считала себя монстром. Она никогда не предавала и не предаст тех, кто проявлял к ней доброту. Это было бы ниже ее достоинства. Ичи… Шинигами не причинил ей никакого вреда, поэтому она ответит ему тем же. —Береги себя, Куросаки-кун, — прошептала Орихиме. —Конечно. Ладно, идем, — сказал он и жестом предложил Халлибел следовать за ним. Затем Куросаки, а через секунду и девушка направились к выходу, покидая троицу. —И что нам теперь делать? — обеспокоенно спросил Садо. Он заметил, что Ичиго странно себя ведет, но не мог понять причину. Куросаки слишком опекал эту девушку. —Только не говорите мне, что он теперь по арранкаршам, — сердитым тоном проговорил Исида. —Ни за что, этого не может быть! — быстро воскликнула Орихиме, может быть, даже слишком быстро. Двое парней обменялись многозначительными взглядами. —Не волнуйся, Орихиме. Я не совсем это имел в виду, — объяснил квинси с понимающей ухмылкой. —Конечно, я понимаю, — ответила она, сильно покраснев. Она не могла отрицать, что Халлибел была весьма привлекательна. Даже будучи испачканной кровью и грязью. —Ну конечно, — Чад бросил на Иноуэ еще один взгляд, заставив ее покраснеть еще больше. —В любом случае, сейчас не время это обсуждать! У нас проблемы посерьезнее! — смущенно воскликнула она. —Мы знаем, мы просто дразнили тебя. Я думаю, мы должны внимательно следить за Ичиго и посмотреть, что он сделает с арранкаршей, — сказал Исида. —Может, нам все-таки следует сообщить об этом Обществу Душ? — предположила Орихиме. —Нет. Если Общество Душ узнает, что Куросаки помогает арранкару, у него будут большие неприятности, и его могут даже обвинить в измене. А ты знаешь, какое наказание за это полагается, — ответил Чад, слегка опешив от предложения девушки. —Я знаю, но… это просто неправильно. После того, что арранкары сделали… —Да, но если бы Ичиго просто убил ее, пока она беззащитна, то был бы ничем не лучше их. А нам ведь этого не нужно, верно? —Думаю, ты прав, — ответила Иноуэ, хотя в душе она не была так уверена. —Но в один прекрасный день его мягкость может сыграть с ним злую шутку, — мрачно сказал Исида. —Возможно, но будем надеяться, что это произойдет не слишком скоро. —Ладно, а тогда пока что понаблюдаем за Ичиго, так что, если что-то случится, мы сможем быстро среагировать. —Хорошо. А сейчас давайте разойдемся по домам, — предложил Чад, зевнув. Исида и Орихиме кивнули в ответ, потому что тоже очень устали за сегодня. На пути к лавке Урахары Зима уже медленно отступала, но ночи все еще были холодными. Они шли по окраинному району, полному типичных японских домов на одну семью. Постройки стояли близко друг к другу; они все были построены по одному и тому же образцу на всей территории района. Одноэтажные здания средних размеров с небольшим двором и забором человеческого роста. Все ограждения были соединены, так что улицы выглядели почти как сплошные коридоры. Фонари освещали двоим людям путь, пока они шли в абсолютной тишине. Ичиго заметил, что Халлибел слегка дрожит, и понял, что это из-за ее… весьма легкого наряда. «Странно… она ведь может поддерживать температуру тела с помощью реацу», — подумал Ичиго, прежде чем спросить ее об этом. —Тебе холодно? —Нет, я в полном порядке, — сказала она своим уже привычным бесстрастным тоном. —Я так не думаю, — твердо заявил рыжеволосый. —А ты, я посмотрю, очень внимательно за мной наблюдаешь, — парировала она, заставив Ичиго покраснеть. —Я не… я имею в виду… не в этом смысле… а, неважно. Но все равно, почему ты не согреешься с помощью реацу? — озадаченно спросил Куросаки, пытаясь сохранить самообладание. —Я не хочу, чтобы шинигами заметили меня. Поэтому я подавляю свою реацу, — спокойно ответила она. —А, понимаю. Ладно, тогда придется по старинке, — сказал он и снял капитанскую накидку. Тия смерила его ледяным взглядом, внимательно следя за его действиями. —Воу, полегче! Я просто одолжу тебе свою накидку, чтобы ты согрелась, — сказал он с легкой искренней улыбкой. Девушка долго и пристально смотрела на протянутую одежду, как смотрел бы человек на предложенную ему ядовитую змею. —Не думаю, что это уместно, — наконец сказала она. Она никогда до этого не носила чужую одежду, тем более принадлежащую капитану-шинигами. —Неважно, уместно это или нет, главное, чтобы ты согрелась, — честно ответил парень. Она нерешительно приняла накидку и надела ее. Долгожданное ощущение тепла пришло быстро. —Я тебе… благодарна, — Халлибел чувствовала себя очень неловко в чужой одежде. Ощущение незнакомого тепла накидки тревожило ее, но вовсе не в плохом смысле. Не говоря уже о запахе. Тия обладала гораздо более острым обонянием, чем люди или шинигами, поэтому она точно могла сказать, какой был запах у Ичиго. От него пахло… морем. Этот запах заставил ее вспомнить… кое-что о ее прежней жизни. Но Тия быстро отогнала эти мысли, так как это больше не имело значения. Запах человека мог многое рассказать ей. Например, Гриммджоу и Ннойтора воняли кровью. У Улькиорры не было запаха вовсе. Барраган был похож на дешевый одеколон, который должен был быть дорогим и благородным. А от Старка пахло… старостью. Но запах, окружавший Ичиго, вызывал у нее ностальгию. Она знала, что море может быть тихим и спокойным, а через секунду стать диким и опасным, пожирая все на своем пути. И ей было интересно, являлся ли Ичиго таким человеком. Пока они шли, Тия заметила, что парень собирается с силами, чтобы задать ей еще один вопрос. И судя по выражению его лица, он не знал, как лучше начать. Халлибел мысленно взвесила все варианты и решила, что будет лучше ответить на некоторые вопросы сейчас, когда они одни. И если он что-то задумал, сейчас сбежать будет проще, чем потом. —Ты хочешь спросить меня о чем-то, не так ли? — она застала рыжеволосого врасплох своим вопросом. —Ну… вообще, да, — растерянно ответил он, почесывая затылок. — Расскажи, как ты оказалась в парке? — спросил он неуверенно. Хотя у него уже были мысли на этот счет. Он вспомнил рассказ Тоширо о том, как девушка-арранкар была, вероятно, убита Айзеном в бою над фальшивой Каракурой. —Меня предал Айзен, потому что, по его мнению, я была недостойна сражаться за него. Он ранил меня и оставил умирать. Мне удалось покинуть поле боя и дойти до этого парка. Я осталась там, залечивая свои раны, пока ты не обнаружил меня, — она пыталась сохранять спокойствие, но гнев внутри нее начинал медленно расти. Ичиго отчетливо слышал горечь в ее голосе. И все же его уважение к ней возросло. Получить такие раны и прожить так долго без чьей-либо помощи — это впечатлило его. —И что ты собираешься делать теперь? — Ичиго заволновался, ведь ее будущее зависело от ответа на этот вопрос. Мысль о том, что им, возможно, придется сражаться, печалила его. «Ты слишком мягок, король», — прошипел Хичиго, но Ичиго, как обычно, проигнорировал его. Тиа настороженно наблюдала за Куросаки. Она знала, что ее ближайшее будущее было в его руках, особенно если учесть, что она была безоружна. Она знала, что не может умереть, пока Айзен жив. Она понимала, что он побежден, это было очевидно, но считала, что скорее всего он где-то прятался, а не был убит. И она должна была это исправить. — Как я уже сказала, я не держу зла ни на тебя, ни на Общество Душ, —частично это было неправдой, она все еще была в ярости из-за того, что Ямамото убил ее фрассионов. Но они были врагами, поэтому их убийство было всего лишь его долгом. Хотя она все еще держала в себе гнев по отношению к нему. — Мне нужен только Айзен. Он умрет от моей руки, даже если я тоже погибну, — ее голос сочился ядом. Услышав это, Ичиго внезапно остановился. —То есть ты имеешь в виду, что вытерпела все это, только чтобы отомстить Айзену? — Осторожно спросил он. —Да, — ответила она немного неуверенно, недоумевая, почему Куросаки так внезапно замер. Более того, взгляд, которым он смотрел на нее… это была жалость? Она совершенно не понимала его странного поведения. «Э-э-э... как мне сказать ей, что я уже убил Айзена? — подумал Ичиго, глядя на Халлибел в легкой панике. — Она не воспримет это так легко». Когда молчание затянулось, Тия почувствовала себя еще более неуютно под пристальным взглядом шинигами. Ичиго с трудом сглотнул, неловко потирая шею. Наконец, вздохнув, он решил все же сказать ей. —Халлибел... я не знаю, как это сказать, но... Айзен уже мертв. Ичиго почти физически ощутил ее обжигающий взгляд. —Что...ты сказал? — мрачно прошептала она, но ей показалось, что это сказал кто-то другой. В голове у нее все будто перевернулось. — Нет... —Айзен мертв. Он был убит в бою за Каракуру, — теперь Ичиго действительно беспокоился за нее. Со стороны казалось, будто кто-то высосал из нее жизненную энергию. Халибель почувствовала, ноги подкосились, а плечи опустились. Всего тремя словами Куросаки разрушил то, ради чего она все еще была жива. Айзен был убит. Эта фраза повторялась в ее сознании снова и снова. Ее единственная причина жить — месть — теперь исчезла. Все эти страдания были пережиты напрасно. —К-кто это сделал? — спросила она угрожающим голосом. Какая-то часть ее разума уже говорила ей, что это наиболее вероятный исход. Но Тия слишком сильно желала, чтобы Айзен был все еще жив, чтобы убить его собственноручно. «Плохо… все и впрямь плохо», — подумал Ичиго, немного отступив. Халибел подняла голову и посмотрела ему в глаза. В них она заметила замешательство, вину и... страх. Она сразу поняла, что это значит. —Ты... ты сделал это, — теперь она действительно походила на хищника, готового к нападению. Но вместо атаки, которую уже ожидал Ичиго, она открыла гарганту позади себя. Тия повернулась и уже собралась шагнуть внутрь. Ичиго мгновенно рванулся вперед и схватил ее за запястье. —Отпусти меня, — сказала она таким тоном, от которого даже ад мог бы замерзнуть. Ичиго сглотнул, но крепко все еще крепко держал ее. —Уэко Мундо патрулируется шинигами. Ты погибнешь, если вернешься туда, — предупредил он. —Мне все равно, — Тия посмотрела ему в глаза. Ичиго почувствовал укол боли, когда увидел ее пустой, отстраненный взгляд. Ей действительно было все равно. — У меня больше нет причин жить, позволь мне самой заботиться о себе до тех пор, пока я не умру. Наверное, это были самые грустные слова, которые Ичиго когда-либо слышал. От ее тона ему стало еще хуже. —У тебя точно есть причина для того, чтобы жить дальше! —Ты забрал ее, — прошептала она. Тия снова попыталась выдернуть руку, но Ичиго держал ее железной хваткой. — Отпусти меня! —Нет! — Куросаки притянул девушку к себе. Из-за скользкого тротуара и приложенной силы Ичиго поскользнулся, увлекая ее за собой. Так что теперь они оба лежали на земле, а Тия была сверху. Ичиго мог бы даже насладиться этим положением, если бы не кулак, который угрожающе быстро приближался к его лицу. Он отклонил голову в сторону, избегая удара. Он четко слышал, как тротуарная плитка треснула под ударом. Но тут он увидел, как Халлибел тянется за своим оружием, закрепленным за его спиной. Действуя быстро, он вывернул ноги и сумел перенести их вес, оттолкнув Тию от себя, а затем мгновенно прижав ее к Земле. Теперь он сидел на талии девушки, крепко держа ее за запястья. —Тия, успокойся! —Не смей называть меня по имени! — рявкнула она, сопротивляясь. — Отпусти меня! —Нет, до тех пор, пока ты не успокоишься, Ти... Халлибел, — Ичиго поправился, не желая злить ее еще больше. Тия постепенно успокоила дыхание. Она пыталась сдержать свои эмоции, но это давалось тяжело. Она была усталой, сердитой, расстроенной и одинокой одновременно. —Ты забрал все, что у меня осталось... — прошептала она. Ичиго почувствовал, как ее напряженное тело расслабилось. — Почему ты не можешь понять? —Понять что? — спросил он, боясь услышать ответ. Глаза Тии были настолько полны боли и отчаяния, что ему захотелось утешить ее... если бы он только знал, как. —Ты думаешь, что позволить мне... нет, заставить меня жить — милосердно? Я потеряла своих фрассионов, как и всех моих товарищей. Мой дом, вероятно, уже превратился в руины, так что у меня никого не осталось и мне некуда идти. А ты украл мою месть. Скажи мне, по какой причине я должна жить? — агония в ее голосе убивала Ичиго. Сейчас она смотрела даже не на него, а будто в пустоту. — Просто позволь мне положить конец страданиям, — она перевела свой рассеянный взгляд на него с молчаливой мольбой. Только сейчас Ичиго понял, как прекрасны ее глаза, даже когда они полны печали. Ичиго медленно отпустил ее, но она даже не потрудилась встать. Она просто лежала и смотрела на него, молча умоляя сделать это. Убить ее. Ичиго стиснул зубы, проклиная Айзена самыми страшными ругательствами. Ему хотелось убить его снова за то, что он причинил такую боль девушке, которая сейчас лежала у его ног. —Спасибо, — он услышал тихий шепот и увидел, что Тия закрыла глаза. К своему ужасу он понял, что она неверно истолковала его выражение лица. Она думала, что Ичиго все же решился убить ее. Приняв свое окончательное решение, он опустился на колени и просунул руки под ее спину и колени, поднимая ее, как жених поднимает невесту. Ее глаза резко открылись, и она посмотрела на него в абсолютном шоке. —Что ты делаешь? — спросила она, готовая сопротивляться, даже несмотря на усталость. —Я отнесу тебя к Урахаре, а там мы тебе как-нибудь поможем, — сказал он. Девушка была потрясена до такой степени, что даже не сопротивлялась. Несколько мгновений Тия молча наблюдала за ним. Она не могла понять, зачем он это делает. Помогая ей, он абсолютно ничего не добьется, более того, из-за этого у него могут быть неприятности. Через несколько минут ее любопытство взяло верх. —Но почему?.. Разве я не была твоим врагом? — тихо спросила она. — У тебя нет причины, чтобы помогать мне. —Моим врагом был Айзен, и я делаю это не для своей выгоды. Я делаю это, потому что это правильно, — уверенно ответил он. — Никого нельзя оставлять в таком одиночестве. —Может быть, я это заслужила? — ответила она, склонив голову ему на грудь. Она смотрела на свои руки и поэтому не заметила румянца на его лице. —Ты не кажешься плохим человеком, Халлибел-сан. Я встречал много разных арранкаров и могу сказать, что только некоторые из них были такими, как ты… хорошими людьми. Они замолчали на несколько минут. Когда они почти дошли до Урахары, Тия снова заговорила: —Тогда ради чего я должна жить? — спросила она и возненавидела за это сама себя. Она казалась такой потерянной и слабой. Тия не хотела бы заслуживать жалости, но понимала, что получит ее, особенно задавая такие вопросы. Она закрыла глаза и снова попыталась успокоиться. Она была потеряна, и ей некуда было идти. Для чего ей было жить? —Даже не знаю, — честно ответил Куросаки. Его слова даже не причинили ей боли. — Но я помогу тебе найти его! — продолжил он вдруг с такой силой, что она посмотрела на него широко раскрытыми глазами. Его карие глаза были так полны страсти и решимости, что ее лицо почему-то вспыхнуло. —Так что не сдавайся, Халлибел-сан! Я помогу тебе найти причину, чтобы жить. Я обещаю тебе! Так что пока мы ее не найдем, живи! Я уверен, что твои фрассионы не хотели бы, чтобы ты сдалась так легко! — горячо сказал он. — Они хотели бы, чтобы ты пошла дальше и нашла свое счастье! После его тирады Тия потеряла дар речи. В глазах этого парня было столько силы. В его голосе было столько уверенности, что она почти поверила ему. Но она так устала терять тех, кто был ей дорог… —Не теряй надежды, Халлибел, это самое худшее, что может случиться, — мягко сказал Ичиго, видя, что блеск в ее глазах, вызванный его речью, начинает угасать. — Я обещаю тебе, что все будет хорошо, — с этими словами он еще крепче прижал ее к себе. Тия с трудом сглотнула, не в силах произнести ни слова. Может быть, это был просто результат физической и умственной усталости, но она верила ему. Она верила, что все будет хорошо. Халлибел делала один дрожащий вдох за другим, пытаясь успокоиться. Она вцепилась в край его одежды, находя утешение в том, что хотя бы этот человек был искренним и настоящим, а не какой-то фальшивкой. Любая другая девушка уже рыдала бы, но она упрямо сдерживала слезы. Ичиго дал обещание... обещание, что он поможет ей пережить эти тяжелые времена. Кому, вы спросите? Вообще говоря, никому конкретно. Только самому себе.