Проклятые

      — Господин, в Аду становится все больше отнятых душ путём сделок. Их бывшие обладатели ничего не замечают и по-прежнему с диким рвением отдают свою собственность в наши руки.       Красноглазый демон стоял в тронном зале, рассказывая о проделанной работе и достижениях, а за его едва заметным переступанием с ноги на ногу следил Дамадиэль, восседавшей у власти. Рыцарь оперся локтем о ручку трона, в свою очередь ладонью подперев голову, и внимательно слушал докладчика.       — А что по ведьмам?       — Стабильно снабжают нас ресурсом, — чуть подал головой вперёд и ненадолго плутовато улыбнулся подчинённый.       Правитель усмехнулся.       — Хорошо, Жан, можешь идти. Продолжай отслеживание душ.       Демон поклонился и исчез из зала. Мужчина же перевёл взгляд в стену и далее в маленькое окошко. На улице смеркалось. Солнце ушло за горизонт, предоставив борозды правления луне, сиявшей на звёздном небе. Порой её закрывала летающая под дуновение ветра тучка, а потом также исчезала и не мешала освещать округу. Рыцарь вздохнул, вспомнив ночь, когда сидел на крыше дома и размышлял о будущем: какое оно будет? с кем из ордена пути разойдутся? кто останется? Мужчина усмехнулся своим мыслям, продолжая смотреть в окно.       А на его голову внезапно опустился какой-то предмет, отвлекший от прежнего занятия. Дамадиэль тут же ощупал голову и следом перевёл взгляд на улыбающуюся Аммит.       — Шаталась по какому-то базару, нашла эту безделушку, соответствующую твоему статусу.       Демон пошевелил пальцами в стену, и там образовалось зеркало, благодаря ему глава Ада разглядел покупку. Ею оказалась корона, отдалённо напоминавшая прежние века, и была сделана из просто металла, искусно перекрашенного в золото, а между «ветвями» красовались камушки, похожие на бриллианты. Коими, конечно же, не являлись. Однако внешний вид все равно выдающийся.       — Я подумала, раз ты греешь обивку, то почему не погреть твою голову? Или хотя бы украсить.       Дамадиэль щелкнул пальцами, и зеркало пропало, и изогнул бровью на девушке.       — Помнишь, какими были короли, императоры? У них у всех поверх волос красовалась вот эта штука, — она указала пальцем на корону. — И я смекнула, а чем ты хуже? Ведь у тебя даже больше власти.       — Затейница.       Рыцари переглянулись. Демоница не осталась на месте и прошла ближе к трону, посмотрев на правителя уже сверху вниз, но тот плавно усадил девушку к себе на колени, улыбнувшись. Аммит бережно обхватила руками лицо мужчины и чмокнула в губы.       Она отдалилась, продолжая глядеть глаза в глаза, Дамадиэль же снял корону и одел на её голову. Девушка поспешила немного подправить предмет, усмехнувшись.       — Дорогая, если судить по тому, как сие украшение хорошо сидит на твоих роскошных темных локонах, смею предположить, что покупала ты её представляя на себе.       Аммит снова усмехнулась, протянув руку за шею демона и оставив на противоположном от себя плече. Мужчина проследил за ее движением, взявшись за ладонь демоницы и мягко поцеловав. Но тут заявился жданный гость.       — Кх-кх. О, правитель, господин, я с докладом.       Бархатный голос Кроули разразился по стенам тронного зала, обратив на обладателя внимание Рыцарей. Те не сменили позы, и Дамадиэль непринуждённо произнёс.       — Говори.       — В общем, ведьмы стабильно отдают души…       — Это я уже слышал от Жана.       — А… эм… но разве он говорил, что продала душу одна из тех, за которыми мы давно следим?       — Так-так. И что это за ведьма?       — Некая мадам по имени Руби. Недавно отдала частицу себя нашей Астарот.       — У Руби отличный магический потенциал, она за короткое время снабдила охотников информацией об укрытиях демонов. К тому же одна из самых сильных колдуний.       — А что по Ровене? — вдруг встряла Аммит, получив сощуренный взгляд от Дамадиэля, в то время как Кроули едва заметно сглотнул.       — Не располагаю никакими данными о ней. Да и слышу впервые. Она мощная?       Красноглазый изо всех сил отводил любые подозрения пристально наблюдавшей за его действиями Аммит. Вскоре ей наскучило впиваться глазами в мужчину, и она потеряла интерес к делу. Да и Кроули исчез, не получив ответа на свой вопрос. А разве хотел ли он его получить?       — Сам убежал или ты его спугнула? — в усмешке произнёс Дамадиэль, не получая взаимного взгляда.       — Не плевать ли?       Девушка слезла с мужчины и прошлась вдоль зала. Аммит чувствовала скуку. Она обвивала её с ног до головы и никуда деваться не собиралась, потому Рыцарь уже планировала посетить охотника. Однако передумала, ощутив прибытие подруги во Дворец. Та шла где-то в начале коридора, и явно не в одиночку.       Когда рыжая бестия появилась в дверях, обитатели тронного зала оживились, заметив рядом с ней шесть демонов, в числе которых и Нороцита. Те были напряжены, как и глава небольшого отряда.       — Чем вы заняты? — несколько в грубой форме спросила Абаддон, встретив поднявшегося на ноги на ее упрёк Дамадиэля и изогнувшую бровь Аммит.       — А ты куда водила свою свиту?       — Хватит ерничать, подруга, надоедает. Вы бы все равно не пошли со мной, слишком увлечены… друг другом.       Возмущённая Аммит осмотрела демонов рядом с рыжей бестией и обменялась взглядами с Дамадиэлем, затем недовольно хмыкнув и усевшись в кресло у стены, наделив Абаддон тем же пристальным вниманием, что и Кроули пять минут назад.       — Ладно. Я сюда не ругаться зашла. Нороцит, вы можете с остальными передохнуть где-нибудь, — демоница кивнула Рыцарю, и тот спровадил соратников из тронного зала, закрыв двери. Сама же продолжила. — Мы побывали в Вайоминге, которое искали почти пятнадцать дней наши демоны. А добравшись до места, получили в сюрприз невозможность зайти на территорию из-за огромной пентаграммы, обустроенной, не поверите чем, железной дорогой.       — И что в итоге? — заинтересовано выпрямился на троне Дамадиэль.       — Пришлось попросить одну ведьму… которая в будущем отдаст душу, ну неважно. Колдунья прошлась по кладбищу и нашла Врата. Загвоздка в том, что мы не знаем, как их открыть. По идее туда надо вставить какой-то предмет, на котором есть надпись «Не убоюсь зла».       — Ну куда уж без загадок. Кто только это все придумал, — изумилась остывшая Аммит, на что Абаддон пожала плечами.       — Если бы не эта трудность, Лилит уже выбралась бы и сломала печати. А дальше — как по расписанию: её кровь откроет клетку, Люцифер выйдет на свободу, и Армагеддон.       — Но ведь первого демона убить тоже не какой-то проходимец должен.       — Ты прав, но убийца Лилит одновременно и сосуд Люцифера. А его пришлось бы подготовить.       — Кто он?       — Я думаю, — Абаддон уставилась на Аммит, вскинувшей бровями вверх, — это Джереми Винчестер, а Шон — сосуд Михаила.       — Не может такого быть…       — Да, вот так все и совпало, — рыжая бестия издала смешок в сторону задумчивой подруги. — Ты завела игру с потенциальными вместилищами архангелов. Они тебя и тут «не отпускают». Кстати, возможно, разгадка той фразы тоже где-то у Винчестеров. Слишком много совпадений с их семейкой.       С каждым последующим изречением демоницы Аммит кривила лицо, стараясь изобразить хоть какую-то подходящую эмоцию, но кроме того, как закатывать глаза, ей ничего не удалось сделать. Девушке не нравилось, что её потеха обернулась масштабным спецзаданием. Тем не менее, она посерьёзнела в итоге и поднялась с кресла.       — Хорошо, я попробую узнать.

***

      Истреблять нечисть. Спасать людей. Семейный бизнес.       Новая ежедневная фраза крутилась на языке всех в доме Винчестеров. Побочной работой они считали всякого рода занятие любой деятельностью, кроме охоты: Сэмюэль занимался элитными сигарами и трубками, выковывал редкие экспонаты, продавал втридорога; Шон и Джереми трудились на заводе по изготовлению металла, где, на их счастье, директор предприятия сделал гибкий график. Работали братья не каждый день, а последние дни они не встречались из-за разного времени работы. Потому оба старались провести свободные часы с пользой: Шон изучал древнюю книгу о сущностях, периодически заглядывая и в дневник Сэмюэля, а вот Джереми… младшего Винчестера не очень интересовала писанина. Он предпочитал трогать, чувствовать, а не представлять и фантазировать.       И потому парень был рад каждой встрече с девушкой, пока остальные заняты работой и не в силах побеспокоить пару. Кэссиди беспрестанно улыбалась, ведь мужчину не интересовал её график, иначе бы ничего не получилось столь плавно. Шоу Аммит прекратилось бы. Но ей повезло.       — Как же я соскучился по тебе, — без остановки целовал возлюбленную младший Винчестер, а она лишь улыбалась, все же не молвив в ответ заветное «я тебя люблю».       Но незадача произошла совершено неожиданно, когда с работы внезапно пришёл Шон. Старший брат портил планы.       — Вот черт…       Джереми недовольно выдохнул, переглянувшись с уверенной Кэссиди, а в комнату вошёл второй охотник. Шон выпал в осадок, когда он увидел, что девушка сидела на его брате и крепко обнимала за спину. Молчание продлилось недолго. Джереми глядел на брата с неудовольствием, а Аммит с наслаждением наблюдала за прибывающим бешенством на лице старшего Винчестера. Тот не стал выяснять отношения и резко хлопнул дверью с обратной стороны, на что девушка не сдержала улыбку. Она обожала ссорить братьев.       — Ну, не злись.       Кэссиди с силой притянула Джереми к себе и поцеловала, вернув улыбку на лицо мужчины.       Ей нравилось играть с их чувствами, однако она помнила сказанное Абаддон и не могла больше ждать. Пока любовник гладил её волосы и впивался губами в шею, она высвободила руку из объятий и вцепилась в его подбородок. Парень не успел ничего понять, когда Аммит запустила дымку внутрь него и строго и властно потребовала.       — Покажи, что видел вчера.       Результат не заставил себя ждать. Она исследовала память Джереми сполна и застала его особое увлечение к новому револьверу Сэмюэля. Благодаря любопытности парня и желанию потрогать изделие, демоница увидела латинскую фразу.       — Не убоюсь зла… — ошарашено выдала Аммит, вернув дымку себе. Она перевела взгляд на нахмурившегося Джереми, хитро щурясь. — Значит Кольт. Интересно…       — Так ты не Кэссиди… Ты и есть Аммит, — ужаснулся охотник, поражено поднимаясь с кровати.       — Нет, нет. Я Кэссиди. Остановись.       Опомнившаяся Рыцарь не дала Винчестеру сбежать. Она притянула его ближе и положила ладонь с обеих сторон головы. Он пытался убрать их, потерпев фиаско. Аммит же заговорила вновь.       — Qui indignum non audeo dicere nomen meum, vel etiam iustus memor me.* Я — Кэссиди, ваша подруга из театра, твоя возлюбленная, — мужчина медленно опустил руки, расслабившись, и на лице стала проявляться прежняя улыбка.       Постепенно младший Винчестер целиком и полностью вернулся в состояние до использования Аммит телепатии. То есть снова считал девушку за ту, коей она не являлась.       — Странно… ощущение, что минуту жизни забыл. Или даже чуть больше.       — У тебя закружилась голова. Жарко, наверное.       — С тобой рядом всегда жарко.       Джереми улыбнулся, в то время как солнечная Кэссиди повторила за ним, и пара принялась заниматься тем же, что и до неловкой ситуации. Однако Аммит уже думала над предлогом, под которым могла отправиться к остальным членам ордена и рассказать правду о ключе.