Сквозь тысячи километров

Что чувствует человек, которому разбивают сердце?

В ушах стоял звон, который затмевал все остальные звуки, которые извергал окружающий Чимина мир. Юноша понял, что он не мёртв только тогда, когда до его одурманенного разума дошёл звук падающего тела, но это было больше похоже на упавший ошмёток тухлого и обмякшего мяса. Пак не хотел открывать глаз до тех пор, пока кто-то не стал кричать, пока не стала отлично слышна борьба и противостояние. Именно тогда ему пришлось взять себя в руки и по новому смотреть на мир. Тэхён лежал в метре от его ног, в поднятых руках Юнги все ещё был пистолет, Су Ин отползала к стене, видимо Ким всё же смог попасть. Но был ещё один герой всей этой уничтожающей картины. Парень, что уже сорвал себе голос и хватающий Тэ за куртку, волосы, руки. Парень, что молил его открыть глаза. Парень, что не успел попрощаться со своим соулмейтом, который так сильно по нему скучал и пришёл, чтобы вытащить из ада, не смотря на то, что мог погибнуть.

И погиб

Чимин перевёл взгляд с не менее умершего, но только в душе, Чонгука на Юнги. Тот выглядел не менее потерянным, было ясно, что он выстрелил лишь с испугу. В нем сыграл адреналин.

Но это ничего не меняет

Паку не хотелось смотреть. Почему он больше не узнаёт в стоящем неподалёку парне своего Мин Юнги? Почему сейчас этот парень выглядит испуганным, но все же монстром? — Юнги?.. — Чимин сам не понял, как позвал его. Мятноволосый юноша, с дрожащими руками и весь вспотевший, медленно повернулся к нему. Его глаза молили о прощении и пощаде, но Пак не видел этого, он мог замечать лишь чёрный пистолет с ещё не остывшем дулом. Он мог замечать лишь окровавленное тело человека, с которым так и не смог подружиться. Они обещали друг другу сходить выпить.. Несколько недель они сидели за круглым столом, изучали и обсуждали план, мечтали, как вытащат двух страдающих парней из заключения.

Но Юнги убил его

Чимин прикусил губу, чтобы сдержать надвигающиеся слезы и взглянул на Мина в последний раз, перед тем, как бежать. Охрана уже была слишком близко, чтобы медлить. — Прости меня, — прошептал брюнет, смотря на рыдающего Чонгука.

***

Су Ин корчилась от боли ровно до тех пор, пока не отключилась, но Юнги мог смотреть лишь на убегающего парня, который был так ему знаком, но никак не мог понять откуда. Мин стоял в оцепенении даже тогда, когда Чон пытался бить его и выхватить из окаменевших рук пистолет, чтобы прострелить его черепушку. Мин стоял на одном месте и тогда, когда охрана стала уносить мёртвое тело, Су Ин и оттаскивать брюнета в камеру.

Что только что произошло?

Кого он убил?

— Номер 395. Вы хотите чтобы я отвёл вас в палату силой? Не смотря на то, что вы спасли госпожу, я могу применить её, — стоящий напротив блондин выглядел грозно. — Я справлюсь. — Нет, ты не справишься, Мин Юнги, — пациент поднял свои глаза на охранника. — Доверься мне.

***

Телефон, лежащий в кармане разрывался, но Чимин даже думать не мог о том, чтобы поднять трубку. В его голове все ещё бушевал ураган мыслей о Тэхёне, стреляющем Юнги и изнеможденном Чонгуке. Это все, о чем он мог думать, даже внезапно ожившая сестра не занимала его разум. — Чимин, это наверняка Хосок звонит. —водитель кашлянул и продолжил смотреть на дорогу. — Ты Джин, да? — Да, меня зовут Сокджин или же просто Джин. Называй как хочешь, это твоё дело. — Я не помню, как вышел из здания, — голос Пака звучал как-то иначе, но он не мог понять в чем дело. — Это неудивительно, — со стороны водителя послышался нервный смешок. Брюнет решил не продолжать диалог, было трудно говорить. Казалось, что с каждым словом жизнь ускользает из него. Хотя может это и к лучшему? Тогда его больше не будут мучать мысли о Юнги, который стал убийцей. Он не помнил, сколько они ехали, вроде бы половину пути он вообще проспал, но когда в далеке показался дом Чимина, тот уже бодровствовал. Ему хотелось умереть, а не бодровствовать. Ему хотелось умереть, а не спокойно подъезжать к зданию, в котором они с Мином жили вдвоём. — Ты в порядке? — Хосок, что выбежал сразу, как машина остановилась, с трепетом стал осматривать друга, но тот лишь грубо его оттолкнул. — Тэхён не успел мне сказать, но я хочу чтобы ты мне рассказал. Что тебя связывает с этой гребанной больницей? Джин облокотился о капот своего чёрного джипа и прикусил губу, он точно не ожидал, что такая сцена будет разыгрываться при нем. Он даже понять не мог, осуждать ему друга или поддержать его. —Чимин.. Давай ты сначала отдохнешь, ладно? — Просто скажи мне! Я не заслуживаю знать правду? — Я работаю в этой больнице, как и Джин. Меня взяли туда сразу после смерти Ю Сон. Я поставляю туда лекарства, которые трудно достать в Корее, да и вообще везде. — Тогда становится понятным, откуда ты так много знаешь.. — Пак усмехнулся. — Ты знал, что Су Ин жива? — Да. Чимин поджал губы и резко ударил Чона в лицо, позже оддергивая руку и потряхивая в воздухе, чтобы прошло жжение от столкновения с носом Хосока. Джин же даже дёргаться не стал, лишь достал пачку сигарет и закурил. — Я ненавижу тебя. Надеюсь, ты это запомнишь.

***

Юнги пытался спокойно усидеть на месте, пока Намджун рассказывал свою историю. Ну как свою, это была история Юнги до того, как он попал в клинику. История о Чимине и об их любви. О соулмейтах и о Чонгуке, который каждый день боролся с самим собой и с персоналом "BTS". — Могу ли я каким-нибудь образом вернуть свои воспоминания? — Никто не знает. Обычно они возвращаются сами. — Почему ты рассказываешь мне все это? Намджун замолчал и вытянул свои длинные ноги, что явно затекли от долгого сидения на стуле. Его лицо было серьёзным и задумчивым. Джун точно не был похож на очередного злодея или человека, который просто пытается навредить. Юнги видел его переживания. — Не все мы попали сюда по собственной воле. Многих из нас заставили, угрожая. Таким был я, друг твоего соулмейта и ещё несколько людей, работающих здесь. Господин Чха, например. — Господин Чха? — Юн поднял бровь. — Да. Он работает здесь уже лет пятнадцать. Ему уже нечего терять, но он остаётся здесь, потому что ему больше некуда идти. Он уже сам стал частью этой больницы. Мин прикусил губу, только сейчас он заметил, что уже долгое время пялится на свои руки. Ему всегда казалось, что если происходит убийство, то человек, что совершил это будет в крови и в следах своего преступления.

Но самое поганое в том, что Юнги был полностью чист

***

Дверь хлопнула слишком громко, она даже перекрыла грохот от того, что Чимин упал на пол, закрывая лицо руками. Вот только его плач доносился эхом со всех уголков дома и разносил его дальше, вниз по улице, к мостовой. — И тебя, Юнги, я тоже ненавижу, —всхлипывая, прошептал юноша , утопающий в слезах.

***

Мин шёл по коридору, пытаясь не издавать ни звука. Хоть его и допустили до палаты, где лежала Су Ин, ему все равно казалось, что за ним везде следят и слушают каждый его вздох. Ему стоит быть аккуратным просто из-за того, что его мысли не чисты. Юнги тихо открыл дверь ключом, что взял у Намджуна, и вошёл. — Привет, Пак Су Ин. — Номер 395, что ты здесь делаешь? — брюнетка уже очнулась, хоть все ещё и была подключена ко всем возможным аппаратам. — Я пришёл, чтобы убить тебя.

***

Чимин поднялся с пола и пошёл в ванную комнату на втором этаже.

***

Мин вовремя зажал девушке рот ладонью, перед тем, как та собиралась закричать, что есть мочи. — Какая же ты тупая, — он вжал её в больничную койку. Брюнетка, со слезами и испугом в глазах, нервно мотала головой, пытаясь что-то сказать, поэтому Юнги убрал ладонь, подставляя указательный палец к своим губам. — Номер 395.. Юнги.. Я не хотела. Меня заставили, понимаешь? — И поэтому ты получала от всего этого удовольствие? Су Ин усмехнулась и прикрыла глаза. Теперь ей не нужно играть свою роль, притворяться хорошей девочкой и ублажать Мина, чтобы тот даже думать не хотел, чтобы вспомнить своего соулмейта. — И что? Сейчас когда ты все знаешь, тебе легче? — Скажи мне, как вернуть воспоминания. — Тебе будет проще убить меня. Мину это и было нужно.

***

Чимин встал около зеркала и прикоснулся к своим губам.

***

В руках Юнги заблестело что-то, похожее на плоскогубцы, а следом он достал скотч. Рот девушки был заклеен до того, как та стала дёргаться. Одну из рук оказалось труднее связать, как и ноги, но пациенту это удалось. Мин поджал губы и обхватил один из тонких длинных пальчиков девушки. — Начнём с мизинца. Как мне вернуть воспоминания? Юнги отклеил скотч, но вместо ответа получил лишь плевок, вперемешку с кровью. Следом послышался неприятный хруст, скрежет и визг девушки, чей ноготь полетел в угол палаты. По лицу Су Ин катились слезы, крик все не прекращался, но Мину даже не было её жаль. —Как мне вернуть воспоминания?, — скотч вновь был отклеен. — Я не знаю, чокнутый ты ублюдок! Я не знаю!

***

Чимин включил холодную воду и перекрыл отверстие для слива воды.

***

Вопли брюнетки должны были бы доноситься по всей больнице, но это здание хорошо шумоизолировано, поэтому Юнги это не особо мучило, когда он перешёл к левой руке девушки. Закленный рот был лишь спасением для него, чтобы не оглохнуть. Закленный рот был для азарта. — Что я должен сделать чтобы вернуть воспоминания? — он ударил Су Ин по щеке. — Не отключайся, мы не закончили. — Я не знаю.. Именно сейчас Юн почувствовал себя настоящим убийцей, только сейчас, когда его руки были полностью в крови, а следы преступления навечно запечатаны в его душе. Сейчас, когда он чувствовал себя лучше всего.

***

Чимин залез в ванную, начиная дрожать от холода.

***

— Что я.. Мин замер и так и остался сидеть застывшим, смотря куда-то в стену, пока в его голове звучал плач Пака и воспоминания проскальзывали картинками. Сейчас он все вспомнил и чувствовал как тот, кого он любит, делает что-то непоправимое. Юнги быстро встал и вышел из палаты. Добежав до поста выдачи лекарств, где дежурил Намджун, пациент кивнул ему на выход, тому не нужно было повторять дважды. Через десять минут они уже ехали по еле заметной тропе.

***

Чимин погрузился в воду с головой.