Сон или реальность?

      Как оказалось, строить отношения на похоти гораздо проще, чем на любви. Сразу снижается планка ожиданий от партнёра и требований к себе. Возможно, это звучит цинично, возможно, это так и есть. Но в какой-то момент я просто больше не мог разобраться в своих чувствах и отложил их в сторону. Теперь мне стало легче. Да и Тэ вроде как не против такого расклада, ему нравится, каким я стал. Опрокинув в себя очередную кружку кофе, я заставил тело подняться и направиться в ванную. Все уже давно спали, а мне всё никак, хотя вроде и устал и хочется. Хотя, если быть честным, я знал, почему не мог уснуть. Мне не хватало тёплого тела рядом. Я усмехнулся, да, Чонгук, самое то, после рассуждения о циничности. Во мне все сплелось в такой серьёзный клубок, что я просто уже перестал даже пытаться разобраться в этом. Обилие обязательств и желаний накрыли с головой, и я просто не мог заставить себя, ещё и собственные чувства препарировать. Посмотрев на своё отражение в зеркале над раковиной, я рассмотрел в глазах такую огромную усталость, что поневоле задался вопросом: «А уставал ли я так когда-нибудь до этого?». Не знаю. Набрав в ладони холодную воду, я плеснул себе в лицо, пытаясь то ли взбодриться, то ли просто смыть с себя ненужные размышления. Дверь сзади скрипнула, я вскинул голову.       — Тэхён, — парень сверкал глазами в мою сторону в тёмной ванной комнате, которую освещал только лунный свет, лившийся в окно. — Уже очень поздно, почему ты не спишь?       — Я спал, — усмехнулся в ответ парень.       — Прости, — я несколько смущённо улыбнулся, ему просто нужен туалет. А тут я. — Я уже ухожу, — проходя мимо него, я почувствовал, как меня хватают за руку.       — Я спал, Чонгука, но мне приснился такой сон, что теперь в кровать возвращаться уже не хочется, — Тэ заглянул мне в глаза так просящее, что я просто не мог не обнять его.       — Кошмары? — негромко уточнил я. Его мучили плохие сны в обоих реальностях, это я знал точно.       — Не совсем, — чувствую улыбку в голосе, а потом меня толкают к раковине, заставляя прижаться к ней поясницей. Теперь, когда он прижимался ко мне, я хорошо чувствовал, что именно мешает ему спать.       — Тэхён, — протянул я, пряча улыбку в его волосах, — Что тебе могло сниться, что привело к таким вот последствиям, а?       — Ты, — выдохнул жмущийся ко мне парень, он уже беззастенчиво потирался об меня всем телом, разжигая мои чувства.       Удивительно, но смущающийся и краснеющий от любого шёпота на ухо Тэхён очень быстро освоился со своими чувствами и желаниями в отношении меня. Он не загонялся по этому поводу, просто принял как факт, что желание это есть и его надо как-то усмирять. Всё оказалось до ужаса просто, не только я упрощал всё в своей голове. Я запустил пальцы в волосы парня рядом и жадно поцеловал. Успел уже соскучиться, хотя мы уединялись всего пару дней назад, но я хочу его постоянно. Рваный стон, и я зажимаю его рот рукой, целуя чувствительную шею.       — Нам нельзя шуметь, — шепчу ему на ухо, обдавая его горячим дыханием.       — Не могу сдержаться, — в ответ шепчет Тэхён, вжимаясь в меня своими бёдрами, — И ты не сможешь!       Его рука почти молниеносно пробирается в мои штаны и сжимает чувствительный, возбуждённый донельзя член. Я прикусываю губу и откидываю голову назад, а парень этим пользуется и начинает вылизывать шею, чуть прикусывая, но не оставляя следов. В конце концов, завтра концерт. Какое-то время я позволяю ему позабавиться, но потом резко отрываю от себя, разворачиваю спиной и вжимая в раковину. Тэ разочарованно стонет, но как только я сжимаю его член, пока что через одежду, он толкается в мою руку. От этого становится так всё равно на все планы, что строил до этого, и я просто запускаю руку в его бельё, сжимая влажный от природной смазки член. Я в свою очередь прижимаюсь своим стояком к его ягодицам, мечтая когда-нибудь сделать его по настоящему своим. Тэ дрожит в моих руках, толкаясь мне в руку всё сильнее, и я решаю, что хватит его мучить. Прохожусь языком по его плечу и влажно целую шею, ускоряя движения своей руки в его штанах. На какое-то время мне кажется, что он задыхается, настолько хрипло вырывается воздух из лёгких, но потом ничего. Как только я чувствую его предоргазменную дрожь, то сжимаю волосы на его затылке и притягиваю парня к себе, чтобы поцеловать. Сперма заливает мою руку, а Тэхён вымученно стонет в поцелуй, несколько сильных движений бёдрами и я кончаю, пачкая штаны.       — Ничего себе сюрприз посреди ночи, — улыбнулся я, смывая следы с рук, — С чего мне такой подарок?       — Просто мне захотелось вот так, — краснеет Тэ, когда я смотрю прямо ему в лицо в отражении.       — Ты меня пугаешь, Тэхён, — усмехнулся я, прикусывая губу и заглядывая в глаза этого порочного, как я уже успел выяснить, ангелочка. — Не могу даже представить, чего тебе захочется в следующий раз. А вдруг это будет в людном месте, даже более людном, чем наша общага, где нас в любой момент смогут услышать? Ты будешь стонать так же?       — Чонгук! — я слежу, как поражённо смотрит на меня, как сглатывает, словно ему страшно от этой мысли.       — Прости, — развернувшись, я обнимаю его, даря успокаивающий поцелуй в щёку, — Я увлёкся.       — Думаю, да, — опаляя меня жаром своих щёк, шепнул Тэ.       — Что да? — я расстроился, неужели так перегнул?       — Думаю, что стонал бы так же, — шепчет он и вываливается из ванной, скрываясь в своей комнате. А я остаюсь с обалдевшей улыбкой на лице. Где же я проглядел этого парня? Когда он успел научиться так провоцировать? Завтрашний концерт обещает быть очень интересным.       — Чонгук! — крик Джина заставляет машинально пригнуться, и я не прогадал, над головой пролетает подушка. — Где опять Тэхён?       — А я почём знаю, хён? — я состроил максимально невинное выражение лица.       — Вы сегодня оба странно себя ведёте! — он хмурится и выразительно смотрит в мои глаза, но я держусь образа святой простоты, которая вообще ни при чём. — Чёрт, Чонгук! Он от тебя шарахается, как чёрт от ладана! Хочешь, чтобы я поверил, что ты ничего не сделал?       — Я просто просматриваю твиттер, — в доказательство я показал телефон и устроился так, чтобы видеть всех. Выругавшись, Джин отправляется на поиски.       Да, я действительно просто просматривал ленту новостей, но в перерывах между этим строчил Тэхёну такие провокационные и жаркие сообщения, что нигде, кроме как в туалет, он быть просто не мог. Конечно, я понимал, что он потом отыграется на мне за то, что ему приходится сбрасывать напряжение в туалете этого стадиона, но плевать. Я слишком увлечён, мне это нравится. На какое-то время меня отвлекает Юнги, который интересуется, хорошо ли я помню начало новой хореографии, а потом просит показать ещё раз, слишком уж он волнуется. Пришлось отложить телефон и показывать, а когда появилась возможность вернуться к переписке, то Джин злобно втолкнул в гримерку Тэхёна. Взмыленного, испуганного, растрёпанного Тэхёна, который бросал на меня убийственные взгляды. Пришлось срочно увлечься чем-то другим, чтобы не привлекать внимание Джина ещё больше, а Тэ смог бы успокоиться за это время.       Я честно терпел до самого последнего и подошёл к любимому только, когда до выхода осталось совсем немного. Обнимая его со спины, я почувствовал напряжение в теле парня. Нахмурившись, чуть сжал его плечи, переместил руки и попытался размять неподатливое тело. Но в ответ только ещё большее напряжение. Не понимаю, что происходит? Снова прижавшись к его спине, я чуть слышно спрашиваю:       — Тэ, что не так?       — Не надо больше, — едва слышно, измученно просит парень. А потом сжимает мои руки и пытается отстранить их от себя.       — Тэхён, — такое его поведение не на шутку меня пугает, что я сделал не так? — Объясни толком, я не уверен, что понимаю тебя.       — Не возбуждай больше! — хрипит парень, дождавшись пока Хосок пройдёт мимо, закатив глаза на наши обнимашки, все уже привыкли к такому, не придавая особого значения. — Я действительно ненавижу тебя за это, Чонгук! Ты не представляешь, что было со мной!       — Представляю, Тэхёна, — я чуть отстраняюсь, чтобы он чувствовал себя свободнее, — Я так чувствую себя почти постоянно, когда ты рядом.       — Постоянно? — удивлённо бросая взгляд из-за плеча, он как-то сочувствующе проводит рукой по моей руке.       — И поэтому я больше не буду, честно. Прости, я, наверно, действительно перегнул сегодня, — я склоняю голову, извиняясь.       — Ты же понимаешь, что я отомщу? — вымученно улыбается он.       — Буду ждать с нетерпением, — выдохнул почти ему в лицо, заставляя покраснеть.       — Ребята, минутная готовность! — оповестил всех Намджун, мы быстро собрались в плотный круг, это уже как бы традиция. — Вы все молодцы! Мы все знаем, всё от первой строчки до последнего движения, давайте просто сделаем это хорошо!       — Да! — почти в один голос выдохнули мы.       Выбегая на сцену, я окунулся в крики арми, вспышки арми бомбочек и всепоглощающую любовь. Это действительно было волшебно каждый раз. И сколько бы мы не выступали, в какой бы точке мира не проходил наш концерт, эти чувства, которыми мы обменивались с залом, всегда были неизменны. Этот восторг кричащих девушек, которые смотрели такими огромными глазами, что казалось, в них скрыты другие миры, их открытые сердца и слёзы, на которые просто невозможно не реагировать. И мы даже против воли открывались тоже, хотя поначалу после огромного груза ненависти со стороны остального мира, это было трудно, но мы открылись им. Почувствовали, что такое любовь без условий и ограничений. Просто за то, что мы есть, и нам больше не нужно быть идеальными айдолами с арми, теми, кого мы по праву зовём семьёй, мы могли быть собой. Поприветствовав всех, мы начали петь, потому что понимали, как ценна каждая секунда концерта для этих девушек. Отдавая всего себя выступлению, я не сразу заметил, кое-что занимательное.       Ким Тэхён! Я, конечно, понимал, что местью он насладится сполна и отыгрываться будет на мне не один день, но совершенно не подумал, что начнём прямо сейчас. Тэ умел работать с камерой, это не секрет, и когда он надевал свой особый сценический образ, фанатки просто сходили с ума, но сейчас он творил что-то поистине невообразимое. Из каждого, даже самого невинного, движения хореографии он выжимал сексуальность. Она просто лилась из него неудержимым потоком. Но как только этот засранец заметил, что я наблюдаю за ним украдкой, то всю силу своего соблазнения направил именно на меня. Едва сдерживая себя от опрометчивых действий, я напоминал себе, что арми, конечно, семья и остальные мемберы тоже, но никто не поймёт, если я опрокину Тэ на пол и зацелую до потери сознания. Песня за песней, движение за движением, я терпел своё возбуждение и взглядом обещал Тэхёну мучительную смерть или горячую ночь, я ещё не определился, чего мне хочется больше, убить его или заняться с ним любовью. Как только эта мысль пролетела в голове, сразу произошло несколько событий, которые слились практически в одно, и разобраться, что случилось первым, было сложно. Я сбился с шага, поражённый мыслью о любви, которая вот так просто, мимоходом проскочила в голове. Тэхён, запутавшись в собственных ногах, падает достаточно неудачно на сцену, выбивая из рук Намджуна, который зачитывает свой текст микрофон, создавая этим жуткий звук. Естественно, выступление было прервано. Мы все сразу кинулись к Тэ, который, почему-то, не поднимался.       — Нога! — стонет он, и стон разносится на весь стадион.       Не успели мы кого-то позвать, как его подхватывают под руки два работника сцены и уводят, чтобы оказать помощь. Как артисты, как профессионалы, мы должны были продолжить выступление, но на душе у каждого скребли кошки. В такой момент мы хотели быть рядом. Всегда старались быть вместе, если кто-то травмировался, но просто так прервать концерт мы не имели права. Слишком много открытых сердец перед нами. Мысленно я давал себе пощёчины и подзатыльники, так увлекся собственным возбуждением, что не смог помочь ему при падении. Какой из меня парень с таким раскладом! Я должен быть внимательным и успевать всё, чтобы Тэ больше не пришлось переносить что-то подобное. Конечно, в своём взвинченном состоянии я не думал о том, что Тэхён во время падения находился на другом конце сцены, и при всём желании добраться до него вовремя у меня не вышло бы.       Отсутствовал Тэ, впрочем, всего две песни. Потом чуть прихрамывая, он вышел к нам и присоединился к выступлению. Как только мы поравнялись в танце, я оказался слишком близко, мне в нос ударил запах заморозки. Одарив его свирепым взглядом, я, к сожалению, не мог утащить этого придурка со сцены сейчас же. Чёртов Ким Тэхён! Обработать ногу сильнейшей заморозкой, только для того, чтобы выступать дальше! Совсем о себе не заботится! Ну ничего, я потом наедине устрою ему разбор полётов. С горем пополам мы закончили концерт, и вроде все были довольны, но как только скрылись из поля зрения камер, я сразу же подхватил Тэ под руку и поволок в гримерку, шипя на ходу, какой он придурок и как я зол на него за то, что тот так сильно истязает своё тело. Послушав нотации абсолютно от всех, он получил столько же обнимашек после, потому что так поступил бы абсолютно каждый из нас, все это понимали. Больше всех, естественно, обнимал его я. Когда мы переоделись, немного остыли и готовы были ехать домой, то я решительно отверг предложение Намджуна помочь и сам обхватил талию Тэ, и закинув руку того себе на плечо, повёл его к машине. Мы почти вышли, но послушался звон и Тэхён спохватился, ощупывая свою руку.       — Браслет! — он шарил глазами по земле в поисках украшения.       — Да и чёрт с ним! — я потянул его к машине, но парень упёрся.       — Он важный, Гук! — умоляющие глаза, которым я никогда не мог отказать, поэтому только со вздохом взглядом прошу помочь Намджуна. Он лишь с улыбкой подхватывает Тэ, а я иду искать пресловутый браслет.       Побрякушка нашлась довольно быстро, поблёскивая, он лежал в нескольких шагах позади. Присев я поднял и присмотрелся к украшению, а потом расплылся в тёплой улыбке. Это дешёвая безделушка, которую я выиграл очень давно и подарил Тэхёну, как самому близкому для меня человеку в группе. Он сказал, это важно. Развернувшись, я уже собирался догнать ребят, но чуть было не наткнулся на какую-то девушку. Сделав шаг назад, я улыбнулся.       — Извини, пожалуйста, — улыбка стала шире, — Ты арми? Мы ещё не уехали, если хочешь, можем сфотографироваться?       — Вот с кем, с кем, а с тобой я бы точно фотографироваться не стала, Чон Чонгук! — звонко выдала она, все замерли. Улыбка сползла с лица. Ну не любит она меня, зачем же так в лицо-то?       — Извини, — натянув что-то похожее на добродушность на лицо, я попытался обойти её, но она схватила меня за руку.       — У тебя была депрессия, да? Почему же ты не сдох во время неё? Что за живучая дрянь?! — я настолько опешил от потока негатива из уст этой хрупкой на первый взгляд девушки, что даже пошевелиться не мог. С одной стороны к нам уже двигались ребята, было неприятно, что они слышат всё, а с другой бежали охранники. — Никому не подходить! — она резко выдернула из кармана баночку с чем-то жидким и подняла руку, чтобы было видно всем, — Если сделаете ещё хоть один шаг, я оболью вашего любимого Чон Чонгука кислотой! — все замерли на своих местах, а эта сумасшедшая снова обратилась ко мне, — Почему же ты не можешь понять своей тупой башкой, что Тэхён не хочет быть с тобой, он любит только Чимина! Ты мешаешь им! Так сильно мешаешь! Но я помогу нашему любимому Чим-Чиму! И ты уже не встанешь на пути!       — Чонгук! — всхлипнул Тэ, вырываясь из рук Намджуна.       — Не отпускай его! — я наконец-то отмер и начал серьёзно обмозговывать, как бы выпутаться и не пострадать.       — Ты мне ещё спасибо скажешь, Тэхён! — взвизгнула она, на последнее его проявление страха за меня. — Ты же знаешь Чимина гораздо лучше! Он тебе больше подходит, чем эта маленькая избалованная сволочь!       Ответить никто не успел. Видимо, кто-то из этих тупоголовых охранников попытался воспользоваться тем, что она отвернулась и, рванувшись, хотел схватить её за руку, но психованная это увидела. С победным «Ха!» она поднимает руку и одним движением выплёскивает содержимое в мою сторону. Закричали Тэхён и Чимин, ко мне рванулся Джин, но никто бы не успел, поэтому я прикрываюсь, пытаясь спасти хотя бы глаза. Последней мыслью перед тем, как меня коснулась жидкость, было то, что не увидеть больше Тэхёна, было бы очень печально. За остальные части тела я не так переживал, а вот видеть его я обязан, иначе жизнь эта потеряет всякий смысл.