Значит, война!

4 сентября.       Утро понедельника оказалось довольно лёгким. Но чёрт, как же было стыдно перед Итаном. Что я ему скажу при встрече? Что этот поцелуй значил для него? Как мы будем вести себя друг с другом? Он же в первую очередь мой учитель. — Ай хрен с ним, сам виноват, — проворчала я себе под нос. Ну, а что, может он со всеми своими ученицами за углом обжимается, а я винить себя должна?       Дальше всё по стандарту: потянулась, улыбнулась, собралась, позавтракала и вперёд — грызть гранит науки!

***

      Первая половина дня прошла на удивление быстро. Уроки можно было назвать интересными, а все перемены я то и дело старалась не попадаться на глаза Тёрнеру и выслушивала грандиозные планы Адель на мою личную жизнь. — Сара, ты должна его кадрить, а не бесить до трясучки, — читает мне нотации рыжик. — Иначе, он просто прибьёт тебя. — Зай, ну может он ей не нравится, что ты пристала к человеку? — наконец-таки послышалась здравая мысль от Стеф, которая до этого предпочитала не лезть в нашу авантюру. — Ну как Майкл может не нравится? Всё, с завтрашнего дня начинаем осуществлять план по захвату Тёрнера и размазыванию по стенке Рэйчел, — только успела проговорить Адель, и рожа самодовольного придурка осчастливила нас своим присутствием. — Привет, девчонки, меня обсуждаете? — обаятельно улыбается этот проницательный мерзавец во все свои 32 зуба. — Майкл, солнышко, не всё в этом мире вертится вокруг тебя, — пытается не спалиться Адель. — Я бы сказала ничего не вертится, ну кроме Рэйчел, — мы с рыжей переглянулись и довольно кивнули друг другу, а Майкл только задрал нос ещё выше. — Просто девочка восхищена моим умом и внутренним миром, это только вам смазливое личико подавай, — он попытался сделать максимально обиженный вид. — Угомонись, Тёрнер, твоим внутренним миром могут восхищаться только глисты, — съязвила я и Стеф расплылась в улыбке, а Адель только кинула взгляд, говорящий «Мы кадрим его или отшиваем, дура?».       Но Сара — девочка сообразительная (иногда бывает), решила больше не испытывать судьбу и, быстренько распрощавшись, улетела на урок. — Нет, ну что за самовлюбленный болван? Где таких вообще делают? — бурчу себе под нос, выкладывая учебники из сумки. — Сара, ботаника — мой любимый предмет, а из-за тебя я пропускаю важную информацию, — одаривает меня озлобленным тоном Бобби. — Прости, очкарик, — виновато улыбаюсь ему в ответ. — Ладно, всё равно уже прослушал, — начал Бобби. — Мы сегодня с Кэнди и Дереком решили собраться с ночёвкой, ну там посмотреть парочку фильмов, съесть огромную пиццу, ты с нами? — Ещё спрашиваешь? Я там, где жрачка! А кстати, куда приходить-то? — Ко мне домой, родители опять уехали, — грустно вздохнул Бобби. — Жду всех к 17:00, с вас список фильмов, с меня пицца.

***

      Отпросившись у родителей на всю ночь, я быстренько собрала нужные вещи: зубная щетка, шорты и майка вместо любимой пижамы, сменная одежда для школы и пара учебников. — Дорогая, я рада, что ты так быстро освоилась и нашла друзей, — улыбнулась мама.       Ага и врагов, и любовь всей жизни, возможно. Кстати это всё в одном очень красивом лице. Молодец, Сара, так держать. Я поцеловала родителей и улетела к очкарику в соседний дом.       Стучу, а в ответ лишь какие-то шебуршания. Разворачиваюсь спиной и начинаю колотить дверь уже ногой, не сильно, конечно. — Эй, Бобби, я не хочу провести ночь на крыльце. — Тогда можешь провести её у меня в кровати, — вдруг распахивается дверь и звучит приятный голос… Майкла? — Лучше в будке с соседским псом, чем с тобой в одном помещении, Тёрнер, — я мысленно пожала сама себе руку в знак уважения. — И вообще, кто тебя сюда пригласил? — А мне не нужно приглашение в собственный дом, — ухмыляется Майкл и делает шаг в сторону, давая возможность мне пройти.       Что он сейчас сказал? Мне же послышалось, правда? Громкие шаги выводят меня из минутного замешательства и перед глазами появляется Бобби. — Очкарик, ничего не хочешь мне сказать? Какого чёрта он тут делает? — я тычу пальцем в сторону зеленоглазого болвана. — Живёт, к сожалению, — мямлит Бобби. — Мы братья, прости, что не рассказал раньше, но я не виноват, он мне угрожал.       Да нет, очкарик, всё в порядке, подумаешь эта заноза в заднице — твой брат. Как вообще у него могут быть родственники? Я б от него избавилась ещё в младенчестве, честное слово. — О’Нил, чё застыла? Тащи свою аппетитную задницу на диван, — Тёрнер кладёт руку мне на талию и подталкивает в сторону комнаты. — Клешни свои убрал, — стараюсь быть абсолютно нейтральной к его прикосновению. — Давай хотя бы сегодня обойдемся без колкостей в адрес друг друга? — Майкл с улыбкой протягивает мне руку. Боже, как я люблю его улыбку. — Посмотрим на твоё поведение, зануда, - я сжала его ладонь. — Ладно, детки, приятного просмотра, если понадоблюсь — я тренируюсь в подвале, — Тёрнер скрылся из виду.       Фильм оказался наискучнейшим, а свою долю от пиццы я умяла буквально за пару минут. Кэнди с Дереком что-то воодушевлённо обсуждали, Бобби был увлечён просмотром телевизора, а я умирала от безделья. — Сара, ты куда? — заметила моё телодвижение Кэн. «Попялиться на Тёрнера старшего, неужели не понятно?» — Я…эм…я в туалет, — растерянно улыбаюсь и убегаю, пока меня не посчитали умственно отсталой.        В поисках подвала я услышала какие-то звуки и решила пойти в сторону источника. Я приоткрыла дверь, играла одна из моих любимых песен Matthew Koma — Kisses Back. Оценив ситуацию, решила устроиться на самых верхних ступеньках винтовой лестницы, вроде как меня не должно быть видно снизу.       Надо сказать, что у семейства Тёрнеров был достаточно приличный тренажёрный зал. Три стены выкрашены светло-голубой краской, темная мебель, стальные тренажеры, яркое верхнее освещение и, конечно же, зеркало во всю четвёртую стену, наверняка чтобы Майкл-нарцисс-Тёрнер мог любоваться своим отражением. Но самое интересное в этом подвале — это сам засранец Тёрнер. К моему приходу он основательно подготовился. Футболка покоилась где-то в углу комнаты, а на теле уже выступали капли пота, но чёрт, как же он сексуально выглядит. — Вот это тело…- слетел с моих губ восторженный еле слышный стон. Широкие плечи, рельефные руки, невероятно прокачанные мышцы торса и спины, упругие ягодицы, которые так и хочется потрогать. Ещё и тату во всю спину. А тату — моя слабость. Я больше не могу на него смотреть. Внизу живота мучительно тянуло и одна рука непроизвольно опустилась и немного отодвинула и без того короткие шорты. — Что же ты со мной делаешь, Тёрнер? — прошептала я, пока моя рука пробиралась под давно намокшие трусики, а пальчики начинали водить по половым губам.       Закончить мне, естественно, никто не позволил. — Ну ты там скоро? — раздался спокойный голос Майкла.       Я резко убираю руку, надеясь, что это было адресовано не мне. Наивная Сара, тут только вы вдвоём. — О’Нил, спустись сюда и повтори, раз очень хочется.       Блять, неужели он всё видел? Какой позор, Сара, до чего ты докатилась? Хотя ему же привычно быть предметом воздыхания, давай, выкручивайся теперь. — Тёрнер, забудь, я просто давно не видела красивых накаченных тел, тем более с тату, это кто? Дракон? — облизнув пересохшие губы поинтересовалась я, точнее, сделала заинтересованный вид. — Пойми, тут дело даже не в тебе. — Хватит препираться, спустись и сделаем это, — он развернулся и начал подходить к лестнице. — Ну уж нет, — вскочила я на ноги. — Лучше стану лесбиянкой, чем пересплю с тобой, идиот.       Я поспешила на выход, пока этот полоумный не придумал ещё что-нибудь. — Скоро ты будешь умолять взять тебя, сладкая, и не один раз! — крикнул мне в спину Тёрнер.       Я вернулась к друзьям. Кэнди уже мирно сопела на диване, Дерек и Бобби устроились на полу, а я, как истинная леди, решила подняться на второй этаж и выбрать себе нормальное место для ночлега.       Долго выбирать не пришлось. В кромешной тьме чьи-то сильные руки схватили меня за талию и прижали к себе. Закричать я не успела чисто физически, мне быстро завязали рот, затем заломили руки за спину и надели на голову какой-то мешок. А я позволила всё это сделать, потому что от шока просто словила ступор. Чувствую, как меня закинули на плечо и куда-то понесли. Кажется, это далеко не невинная шутка кого-то из друзей. Сильные руки перевернули меня практически в горизонтальное положение, уложили в машину и увезли в неизвестном направлении.