Baron Samedi

      Звук деревянной двери и железного замка заставили меня вздрогнуть. Крупная дрожь начала бить мое тело, в голове все было как в тумане. Еще час назад я сидела в теплой мягкой пижаме в своей уютной комнате, а теперь, абсолютно обнаженная, стою, прижавшись к ледяной стене, в старом мрачном сарае.       Я попыталась собрать все оставшиеся силы, несмотря на невыносимый страх. Нужно было выбираться из этого жуткого места. В полумраке я начала искать глазами свою одежду, однако та магическим образом бесследно исчезла. Тогда я попыталась открыть дверь, затем окно, но все мои усилия обернулись крахом.       Мной овладела паника, слезы затуманили взгляд. Ноги так сильно тряслись, что мне пришлось сесть на пол, обхватив коленки руками. Я долго находилась в таком положении, пока мои пальцы не стали неметь от холода. Каким-то образом мне удалось подняться на ноги, и я тут же принялась искать что-нибудь, что поможет мне сбежать отсюда. На полке с инструментами лежали гаечные ключи, молоток, отвертки и целая куча гвоздей и гаек. Схватив молоток, я направилась к окну. С двух ударов я разбила стекло и, отбросив инструмент в сторону, начала выбираться на свободу.       Пока я вылезала из окна, острые концы разбитого стекла прорезали мне руки и бедра. Я опустила ноги на сырую, холодную землю, на которой были осколки. От резкой боли я наклонилась назад и уперлась ладонями в разбитое окно. Острая боль пронзила мое тело, я зажмурилась и громко вскрикнула. Напрасно. Открыв глаза, я увидела прямо перед собой Барона Самеди. Он молча смотрел на мое окровавленное от порезов тело. От ужасно сильной боли в моих глазах начало темнеть, я почувствовала, как начинаю падать, а теплые сильные руки подхватывают меня.       Пока он нес меня на руках к большому трехэтажному поместью, я ощущала, как крупные капли крови стекают по обнаженному телу, навсегда сливаясь с землей. Так странно, но в этот момент я не чувствовала ни боли, ни холода, ни страха. Прижавшись к груди Барона, я ощущала только магическое тепло, разливающееся по моей коже.       Подойдя к дому, Барон взмахом кисти распахнул дверь, и вошел внутрь. Это был просторный старинный зал с высокими колоннами, выполненный в классическом стиле. Пройдя во вторую комнату, по-видимому, это была гостиная, Барон аккуратно опустил меня на мягкий диван. Как только он убрал руки, я почувствовала, как острая боль начинает возвращаться. Я сжалась, пытаясь справиться с мучительными ощущениями, но боль только усиливалась. Тогда Барон Самеди сел рядом и коснулся моей руки. Он медленно проводил пальцами вдоль порезов, и раны моментально начинали заживать. Закончив с ладонями, Барон коснулся моей груди и опустился ниже к бедрам. От этих прикосновений у меня перехватило дыхание, но я попыталась подавить свое возбуждение, нарастающее внизу живота, продолжая послушно наблюдать за происходящим. Его теплые длинные пальцы долго скользили по моим бедрам, заживляя особенно глубокие порезы, а я понемногу теряла контроль над своими чувствами. В какой-то момент мое возбуждение стало настолько сильным, что перед глазами все начало расплываться, и я невольно представила, как его пальцы входят в меня.       Барон резко оторвал руки и посмотрел мне прямо в глаза, отчего я почувствовала, как начинаю заливаться краской. Казалось, он прочитал все мои мысли. От смущения я отвела взгляд, и, спустя пару мгновений, Барон снова опустил руки на мои бедра. Каждое его прикосновение было сладкой пыткой для нас обоих. Воздух был таким густым, что стало нечем дышать. И в этой удушающей тишине все вокруг утратило всякий смысл.       Мне хотелось, чтобы это продолжалось вечно. Но когда Барон Самеди закончил, полностью исцелив мои порезы, то резко поднялся с дивана и, не говоря ни слова, вышел из комнаты.