Сёстры

      Жизнь на луне текла по общесистемному времени. И когда дело дойдет до обсуждения Жемчужины, будет уже далеко за полночь. Чтобы не томить себя долгим ожиданием, Дмитрий с Анной поднялись к конференцзалу. Было время обсудить произошедшие события. - Я слышал про нападение на патрули, - подобного рода новости распространялись молниеносно, и у Дмитрия была очень редкая возможность обсудить эту тему с одним из самых осведомлённых на Цитадели. - Мы не сможем остаться в стороне от событий на планете, - пояснила Анна, - а там решения принимают, опираясь на местечковые интересы. Кому-то была выгодна смерть наших людей. Главное, чтобы болезнь царствования не перекинулась на наших управляющих! - Что вы имеете в виду? - Общество на планете глубоко классовое. Это основная черта стихийного социума. Как бы демагоги не называли свой уклад. Феодализм, капитализм, рабовладение. Всегда есть две изолированные группы людей. Господа и «остальные». Люди, волею судьбы оказавшиеся «наверху», живут за счёт других. И могут позволить себе всё! Когда их людоедская алчность переходит все границы, развивается кризис. Устойчивость капитализма, что здесь, что на Земле, обеспечена тем, что господа умудрились убедить людей в том, что деньги и влияние зарабатываются трудом! И рабы считают себя временно бедствующими господами, и не стремятся ситуацию менять! – Анна посмеялась. - Ну да, жить наверху удобно! – Дмитрий согласился. - Наши делегаты ведут дела с господами, и видят, как они живут, - в это момент собеседники подошли к самому краю платформы, и Анна перевела взгляд на планету высоко в небе, - это очень сильный соблазн. Первое передовое социальное государство погибло именно так! Функционеры захотели царствовать, и демонтировали Систему.       Некоторое время они молча любовались видом в глубоких раздумьях. Наконец, Анна посмотрела на Дмитрия: - Они убили и низвергли в состоянии дикости десятки миллионов своих собственных соотечественников... чтобы единицы могли быть королями! Вся планета, до того глядя на них как на маяк, развивая социальные институты, была откинута на сто лет назад, и разорвана людоедами на куски!       На лице Анны редко можно было прочитать эмоции, но сейчас она была напряжена и особо сурова: - Нападение на патрули не было случайным! – продолжила Анна. - В одном из винтокрылов была группа физиков технологов, а их руководитель был в этот же день убит в посёлке недалеко от города! Во втором винтокрыле была группа смежной лаборатории, специализирующейся на нанотехнике для медицинского применения. Оба учреждения утверждают, что выделяли нужные изотопы из обсидиана. Но по регламенту их работ вылет в тот район выглядит крайне скользким оправданием! - Вы хотите сказать…. - Я ничего не хочу сказать, - прервала его Анна, - заявление о неформалах должно прозвучать снизу. Группа должна агитировать в свои ряды. А мы должны доверять рассудительности наших граждан! Иначе этот механизм превратится в инструмент борьбы с неугодными!       Время подходило к полуночи. Необходимо было возвращаться. В зале их уже ждали. Время было позднее и на лицах присутствующих читалась сильная усталость. За столом собрались руководители медицинских, строительных и конструкторских центров. Состав комиссии подбирала Анна, и предложения, которые прозвучат на рассмотрении были её авторства.       Монокультура космических людей Эрманы на сегодня была ещё недостаточно многочисленна для серьёзных проектов, но теперь она лишалась своего главного репродуктивного потенциала! Планета таила в себе опасность. И этот вопрос необходимо было решить как можно скорее. Семь световых лет не были бы препятствием для Земной цивилизации. Подготовить исследовательскую экспедицию такого масштаба там могли бы за месяцы. Десятки тысяч медицинских и образовательных центров непрерывно, как гигантский конвейер, готовили к криоконсервации миллионы человек в год! Верфи астероидов за десятилетие могли полностью подготовить транспортный корабль, а в доках ждали отправки с десяток! Но в распоряжении Софии были только семьдесят четыре корабля, на которых они прибыли. Ещё один был переоборудован в автоматический Пегас, и отправлен к Сестре пять веков назад.       Если мы отправляем туда исследовательскую экспедицию, эти люди должны иметь шанс выжить, то есть размер популяции должен быть достаточным для воспроизводства. Все расчёты и исследования были доступны в банках данных. Без доступа к планете, в космосе, эффективность подготовки к криогенике была около десяти процентов. Мощности медицинских исследовательских центров могли выйти на тысячу пациентов всех возрастов в год примерно через лет двадцать, учитывая подготовку нужных специалистов, и развёртывание всех необходимых производств. Это означало, что мы будем замораживать примерно по пять человек в год. И для комплектования экспедиции в десять тысяч человек у нас уйдет примерно две тысячи лет.       Две тысячи лет мы будем накапливать замороженный экипаж в одном из транспортных кораблей. Такое маленькое количество объяснялось наличием всей инфраструктуры и полностью терраформированной планеты в пункте назначения. Экспедиция не будет озадачена масштабным строительством. Все силы должны быть направлены на исследования. И огромные передатчики будут непрерывно посылать отчёты на Софию.       Корабль достигнет цели примерно за тысячу лет. Если экипаж выполнит свою задачу, и найдет причину гибели Жемчужины и мы сможем разработать методы борьбы с ней, на Софию мы сможем спуститься только через тридцать веков! - Ребята полетят вслепую? – резюмировал кто-то из зала. – Они не будут знать состояние конструкций и систем. - Хорошо бы посылать людей волнами, - предложил Дмитрий, - но первые будут, по сути, смертниками! - В этом есть смысл, - согласилась Анна, - но запас транспортных кораблей у нас ограничен, а строить их мы ещё не в состоянии. - Кроме того, - вмешался руководитель лаборатории генетики и предимплантационной диагностики, - у нас ещё нет опыта подготовки людей к криоконсервации. Мы не можем гарантировать, что первые замороженные проснутся. - В чём будет самая большая проблема? – обратилась к нему Анна. - Первый этап, - ответил тот, - я не уверен, что мы вообще за разумные сроки сможем воспроизвести матрицу со всеми цитокинами. Это больше искусство, чем наука! Дальнейшая подготовка — это просто механическое введение каналов. - Анна Сергеевна, разрешите? – руку поднял один из делегатов конструкторского бюро. – Если это поможет, у нас есть один готовый такой эмбрион.       В зале неожиданно стало невероятно тихо, и все посмотрели на говорящего. От неожиданного внимания он очень засмущался, и вжался в кресло. Члены комиссии всем своим видом требовали пояснений: - Ну, на одной из стоянок, - неуверенно продолжил он, - на семнадцатой, кажется, один из руководителей отдела криоконсервации случайно обнаружил по ошибке попавший в хранилище экспериментальный эмбрион. Мы об этом знаем потому, что он записал в хранилище признание в любви своей супруге! - Да, да! – С восторгом подхватил кто-то ещё. – Я видел это видео! Это было невероятно мило! Барышня была реально хороша! Жаль, что жила двести тысяч лет назад на какой-то безымянной планете!       Присутствующие в зале, до того клевавшие носом, заметно повеселели и оживились. Эта история была известна многим. Странно, что описанный в ней эмбрион не пришёл в голову сразу!       Подобрать суррогатную мать, и закончить начатое можно было уже с помощью технологий, имевшихся в наличие на Цитадели! Если всё пройдёт удачно, за семнадцать-восемнадцать лет можно было подготовить этого человека и корабль для первой, одиночной, разведывательной экспедиции. Отработать все этапы, и уже через десять веков получить первый отчёт. Если он удачно доберётся до цели, переданные им данные будут иметь невообразимую ценность для тактики дальнейших действий!       Предварительные исследования выявили парадоксальную устойчивость эмбриона к вмешательству и криопроцедурам. Никто не сомневался в том, что он переживёт перелёт, и поэтому с тем, чтобы для этого человека выделить целый корабль все сразу согласились. Кроме того, транспорт будет снабжён всеми мыслимыми датчиками и исследовательскими приборами, дронами для обследования строений и кораблей в космосе и на астрономических телах, автоматами с искусственным интеллектом, способными подключиться к функционирующим компьютерам и системам, если такие будут найдены. - Решение принято! Приступайте к работе! – резюмировала Анна.