Сёстры

      Космических городов было на планете всего четыре. Из соображений логистики, все они расположились в одном регионе, на побережье небольшого залива, отделённого от океана крупным архипелагом. При строительстве атмосферы и экосистем, вся транспортировка была организована из этого региона уже на атмосферных летательных аппаратах. Многочисленные станции, разбросанные по планете, работали вахтовым методом – идеальное место для людей, желающих отдохнуть от суеты. Но сейчас многие из них пустовали – работа была сделана.       Готовая для жизни планета пробуждала в людях непреодолимое желание. Кто-то высказывал намерения переселиться туда, даже ценой разрыва отношений с сообществом. Стратегический совет отнёсся к таким желаниям с пониманием, и на предприятиях были организованы производства универсальных модулей колонистов. Элементарный набор инструментов, позволяющий сохранить научно-технический уровень на приемлемом уровне. Такие люди отпускались на Софию с миром. Для тех, кто жаждал знаний, ворота космических городов были всегда открыты. В остальном, они были предоставлены сами себе. Со временем, трудности, с которыми столкнулись переселенцы, поубавили пыл остальных. И человеческий поток практически полностью иссяк. Космические люди довольствовались отпуском на планете. Изначально поселения свободных общин располагались по планете хаотично – в любом достаточно красивом месте. Но суровые реалии жизни вынудили людей сконцентрироваться в регионе расположения космических городов. Таким образом, жизнь кипела только на небольшом участке тропического побережья одного материка и нескольких ближайших крупных островов. Остальная планета была пока ещё не освоена. Регион, населённый людьми, получил название Колыбели.       Изначально имея универсальные модули, общины естественным образом специализировались на каких-то отраслях промышленности, выстраивая сложные и разветвлённые связи. Предприятия быстро росли, повторяя динамику роста населения. Производственные кварталы будущего полиса обрастали домами простых рабочих. Дети, рождённые на планете, были уже не обременены необходимостью иметь всеохватывающее знание, поэтому сложному образованию внимание уделяли далеко не все семьи. Тем более, первые переселенцы были многодетны. Потребовалось немногим более трёхсот лет, популяция значительно выросла, и свободные люди уже себя никак не ассоциировали с космическими.       Сельское хозяйство быстро вышло за пределы первых гидропонных модулей. В регионе появились фермерские поселения, небольшие шахтёрские посёлки и городки с небольшими предприятиями, соединённые сетью обычных и железных дорог. Хозяева заводов и крупных фабрик, дабы не усложнять себе жизнь сложным планированием и логистикой, просто возродили институт денег, за пару поколений превратившись в класс крупных буржуа. Капитал быстро создал вокруг себя полный комплекс атрибутов финансово-денежных отношений – банки, рынки, кланы, мошенников и группировки всех мастей, политиков и различные формы бюрократии. Так же, как и неравенство, которое вскоре стало восприниматься как что-то, само собой разумеющееся. Впервые за многие века человеческое общество вновь столкнулось с институтом развлечений и роскоши.       Общественный уклад был полным хаосом. Свободные города были полисами с разной степенью зависимости друг от друга со сложными цепочками поставок товаров и услуг. Промышленники часто вели борьбу за контроль добычи полезных ископаемых и рынки сбыта готовой продукции, что было прямо связано с влиянием и властью. Эта борьба породила множество официальных и не очень вооружённых группировок, часто никто даже не знал кто и кого в этой каше контролирует. Официальные власти в ответ формировали военизированные полицейские отряды, которые часто могли обеспечить какой-то сносный порядок только в границах полиса. Законы часто действовали только в пределах особо элитных кварталов. В глубинах человеческой иерархии рождалась идеология, как простой способ объяснить происходящее людям, которые не могли, или не хотели разбираться.       Обслуживание сложных, наукоёмких производственных процессов сделало необходимым появление университетов. Для подготовки кадров из местного населения. Именно среда этих заведений впитала в себя мировоззрение космических людей. Образовательные коллективы сформировались в полузакрытые общества со своим специфическим мировоззрением и мотивами. Именно в стенах этих храмов Знания, формулировались основные пути дальнейшего развития свободного общества. Учёные часто выступали по телевидению, поднимали социально значимые и острые проблемы, вели разъяснительные беседы. Разумеется, этим пользовались все заинтересованные стороны, что делало особо выдающихся учёных очень популярными и влиятельными людьми.       В новый мир было посеяно семя нового человечества.       И теперь его ростки предстояло корчевать. Больно, жестоко…. Пока не будет известно, что произошло с Сестрой, и как это можно предотвратить здесь, человечество должно покинуть планету. Десятки миллионов человек нужно убедить бросить свои дома, и перебраться во враждебную, непонятную им среду обитания. Космические поселения с лёгкостью примут такую массу народа. Но людям будет очень тяжело менять уклад.

***

      Свободная Коломна. Крупнейший административный и логистический центр всех свободных поселений. Город расположился в долине достаточно крупной реки, которую так же назвали Коломной. Место, где вырос мегаполис, было не случайным. Регион был богат полезными ископаемыми. Уникальное геологическое строение подстилающих пород позволило замкнуть в пределах небольшого района целый комплекс промышленных производств. Колонисты, переселяясь на планету, выходили из системы снабжения космических предприятий. Всё необходимое им приходилось добывать и производить самим на месте.       Учёный совет Политехнического Университета Свободной Коломны собрался поздно ночью не в полном составе. Заседание даже не протоколировалось. В кабинете сидели только самые преданные сотрудники, которым Антон безоговорочно доверял.       В этом коллективе он мог позволить себе расслабиться. Свободно устроившись в кресле, он сосредоточенным взглядом рассматривал присутствующих. В кабинете царила напряжённая тишина. Людям нужно было дать время переварить информацию и подумать. - Блин, Антон, я в деле! – нарушил тишину один из собравшихся.       Все повернулись в его сторону. - А что? – продолжил Борис. – Меня ещё с вот таких лет, - он показал ладонью рост чуть ниже стола, - гложет судьба Жемчужины. А теперь есть хоть какая-то определённость. Их предложение выглядит вполне рациональным. Если даже есть небольшая вероятность того, что опасность действительно существует, мы обязаны её учитывать. - А дальше что? – прервал его сильно пожилой коллега, сидевший напротив. – Ты же не думаешь, что они тебе рассказали прямо всё? – обратился он уже к Антону. - Не держите меня за дебила, Аркадий Геннадьевич, - улыбаясь ответил он, — разумеется мне всю повестку не доложат. Вот, что мы предприняли бы на их месте? - Разнести здесь всё с орбиты и забыть, - шёпотом донеслось от куда-то из зала. - Мы уже все покойники, - согласился с высказыванием Антон, - нам лишь предлагают сыграть напоследок.       Все молча переглянулись. - И далеко не второстепенную роль, - добавил он после паузы.       Действительно, космические люди, не смотря на холодный, расчётливый нрав и пренебрежение жизнью, отличались от свободных большей гуманностью. И если от них поступило предложение о сотрудничестве, прозвучавший сценарий там как основной не рассматривался. Все сошлись во мнении, что конечной целью является полная эвакуация. Конечно, истинной причиной могла послужить и не катастрофа на Жемчужине. Высказывались и мысли, что Система хочет гомогенизировать общество в системе для следующего этапа – построения цивилизации на планете. Свободные поселения, неуправляемые и не сговорчивые, могли этому процессу хорошо помешать. Но Антону все безоговорочно верили. Если он уверен в мотивах стратегического совета, значит так оно и есть. Как бы то ни было, от команды в зале развитие событий зависят мало, они поставлены перед выбором – участвовать в них, или нет. И теперь им нужно, ни много ни мало, прикрыть все разработки на планете. И это невероятное мероприятие было им по силам. Анна точно знала к кому обращается. - Мы собираемся организовать заговор в масштабах всей Колыбели, - голос руководителя звучал очень уверенно, - если нас раскроют, нам на этот раз точно не жить! Поэтому я предлагаю проголосовать. Мы с вами прошли через многое: и конфликты, и войну, и опалу. Каждому я, не сомневаясь, доверил бы свою жизнь. Без любого из вас наша затея обречена на провал. Если решение не будет единогласным, мы пошлём этих летунов к чёрту!       Следующие несколько минут прошли в напряжённом ожидании. Тайное голосование, подсчёт. Что ж! Антон в исходе не сомневался, важно было чтобы каждый подписался. Тогда уже никто не сможет дать заднюю. - Есть какие идеи? Мы не можем просто сказать людям, что так угодно летунам. Аргументы должны быть убедительны, и мы должны быть способны подтвердить свои доводы. Все процессы, которые мы запускаем, даже косвенно не должны быть связаны с куполами. Иначе люди будут сомневаться, и никто не поверит! - Хм.. – Антон задумался, - дайте подумать. Нам нужна реальная опасность, которая никак не связана с космосом. Что-то наше, земное, что просто находится прямо под нами…. Например, перхлораты. Достаточно распространены в космосе. Могут быть захоронены в глубоких слоях. Под давлением. Такие линзы невозможно обнаружить, и их можно в любой момент вскрыть при работах. Сделаем подлог, напугаем людей ядами, сохранившимися под землёй ещё со времён терраформинга. Люди сами потребуют закрытия шахт – никто не полезет под землю. - Два дня назад на заводе у Извилистого посёлка произошла авария. – Перебил его Борис. - Десятки тонн ПХБ попали в реку, а облако диоксинов накрыло вентиляционные штольни медной шахты. Там будут десятки жертв с нужными нам симптомами, а близлежащие посёлки необходимо будет эвакуировать. Сотни гектар сельхозугодий будут просто непригодны для жизни. Директорат пойдёт на что угодно, лишь бы не всплыло то, чем они там занимались! - Великолепно! Мы используем этот инцидент. Пётр, ты возьмёшь на себя лабораторные заключения. Создай мне иллюзию неожиданного крупного научного открытия. Виктор, проследи, чтобы все тела проходили через твоё патологоанатомическое бюро. Подготовь все отчёты как надо. Саня, на тебе, как обычно, заявления для прессы. Об новой угрозе должны без остановки говорить без исключения все. Много и пострашнее! Аркадий Геннадьевич, за вами министерство, проследите, чтобы в комиссию по расследованию аварии включили только наших людей. Я напишу необходимые рекомендации от университета. Борис, держи руку на пульсе, пусть на заводе всё отрицают, я прослежу, чтобы на объект попали нужные следователи, но такие услуги должны быть хорошо оплачены. И мне нужны пробы для «независимых» лабораторий. Мы должны быть убедительны, ректорат не должен заподозрить ничего. Выступайте от имени своих подразделений. Когда идея закрытия всех разработок дойдёт до законодателей, кризисный штаб должны будем сформировать именно мы.       Конечно, Антон привлечёт и своих боевых товарищей. Такой контингент вопросов не задавал, а для особо упорных оппонентов нужны будут специфические аргументы. Какое бы отвращение он к этим методам не испытывал, таковы правила игры. Но затыкать ненужные рты ему помогут ещё и виновники аварии. Ведь если все подробности вскроются, головы полетят в прямом смысле. А за природную катастрофу отвечать никто не будет.       Ложь, ложь, ложь. Опять. Оставшись один, Антон глубоко задумался. Он понимал, во что ввязывается. Но в то же время это был и вызов его способностям. Будучи ещё молодым студентом, он попал с самую гущу событий первого серьёзного противостояния между свободными и космическими людьми. Возглавив так называемое «рациональное крыло» местного ополчения, он поставил на урегулирование конфликта, противопоставив себя провокаторам, жаждущим крови. И вышел победителем, обзавёлся множеством связей, получил хорошие должности при высокопоставленных чиновниках, обрёл преданных товарищей и друзей в куполах. Конечно, он рассчитывал после этого почивать на лаврах. Заниматься исследовательской работой, писать статьи и быть подальше от политики и интриг. Но игра обладала какой-то непреодолимой притягательностью. Он продолжал крутиться в гуще событий политики и академической жизни Alma Mater. Дёргать за ниточки, выстраивать сложные многоходовые стратегии, толкать убедительные речи и манипулировать людьми. Это получалось. Как далеко он сможет зайти? Перед лицом опасности, нависшей над всей цивилизацией, в нём проснулся азарт. Антон поймал себя на мысли, что он ввязался в это дело больше не для того, чтобы достичь какой-то высокой цели, хотя она и была. От него здесь мало что зависело – стоило на Цитадели смениться настроениям, и сценарий с бомбардировкой мог быть с лёгкостью реализован. Его больше привлекал сам процесс. А может в нём сыграли гены космических предков? Они все были фаталистами. А Антон, оказывается, ещё и авантюристом.       Теперь необходимо продумать плавную и незаметную смену тона его выступлений. До этого каждое его заявление сопровождалось хлёсткими эпитетами в адрес жителей куполов. Он набивал себе очки популярности: обличая угрозу, исходящую от Системы. Теперь нужно представить их оплотом стабильности и надёжности. Будем двигать окно Овертона. Антон набросал себе в голове схему. От очевидной угрозы. Через вынужденных партнёров. К надёжным союзникам, и, наконец, братьям, готовым прийти на помощь. Такая метаморфоза должна затянуться минимум на пару лет. Главное обеспечить себе большое количество подпевающих голосов в истеблишменте. И он уже знал, как это сделает.

***

      В куполах новости с Жемчужины восприняли неоднозначно. В обеденный перерыв администратор одной из многочисленных лабораторий, одолеваемый тяжёлыми мыслями выбрался прогуляться по набережной. Михаил хотел покормить чаек, когда увидел на пирсе своего хорошего друга: - Сан Саныч! Какая встреча! – мужчины пожали друг другу руки, и Михаил по-дружески похлопал его по плечу. - Наслаждаюсь видом. Может быть, последний раз, - с грустью заметил товарищ. - Ты думаешь все? Они реально нас вывезут всех?       Некоторое время они стояли, любуясь закатом, молча. Александр был упёртым функционером. В вопросах субординации он был не преклонен. - Как глубоко вы прошли? – невзначай спросил он. - Ещё недостаточно. – Михаил понимал, что этому человеку он не может рассказать всё. Несмотря на дружбу, чувство долга было для него всегда на первом месте. - Заканчивайте свои игры. Никакое любопытство не стоит опасности, которая нам грозит. - Ты считаешь, что в катакомбах действительно что-то есть? Что-то, что не смогут остановить никакие физические барьеры? – Михаил с коллегами обнаружили полости на полукилометровой глубине ещё полгода назад, и его разрывало любопытство. - Не шути со мной, Миша. – Собеседник был очень серьёзен. – Последний раз прошу, как друга, закрывай эту лавочку, а то я вынужден буду сообщить о работах, которые не отображаются в твоих отчётах.       Он развернулся и пошёл в сторону комплекса. - Хорошо, как скажешь, - раздражённо крикнул он в спину Александру.       Михаил проводил удаляющуюся фигуру взглядом. Вот как быть с такими людьми? Он весь такой правильный. Ему прикажут, он соберётся и улетит в космос. И расскажет всё. Даже без всех этих новостей с Жемчужины у Михаила были бы проблемы. За самоуправство. А теперь, возможно, только смертная казнь. На цитадели уверены, что опасность исходит из катакомб. А он скрыл факт обнаружения. И даже пытается пробить туда штольню. Михаил - учёный. У него нет оснований сомневаться, что мы не сможем справиться с чем-то, пролежавшим в земле двадцать миллионов лет. Проблему нужно изучать. Тогда и уходить с планеты будет не обязательно. Он точно не собирается. И у него есть очень влиятельные единомышленники.

***

      В перерыве Емельян выбрался в небольшое кафе в парке. Он был на планете уже неделю, а ещё ни разу не был на море. Слишком плотный график.       Он посмотрел на небо, перекрытое огромным стеклянным куполом. Синева была невероятно приятна для глаз. Не то, что мёртвая и холодная космическая чернота.       Неожиданно к нему подсел высокий мужчина. Емеля вырос в космосе, и, как и все космические люди, высоким ростом не отличался. На внешности персонала куполов же природная среда сказывалась очень заметно. - Как продвигается проект? – тихо спросил он гостя. - Есть ли смысл продолжать? Сколько у нас есть времени? - Можешь не переживать, Миша, мы никуда не торопимся. Просто сделай это для меня. Если там что-то есть, я хочу знать, что это, и как с этим бороться.       Емельян отпил апельсиновый сок и добавил: - Твой друг, Саша, он меня беспокоит. Мы ввязываемся с тобой в очень серьёзную игру, и ставки сильно растут. - Что вы предлагаете делать? - Ты знаешь, что делать. Он не должен создавать нам проблем. - Я буду следить за ним.