Омежьи истории

      — Я очень плохой мальчик, — сделал вывод Тимми, рассматривая себя в зеркале. — Наконец-то!       Он ещё покрутился, оглядывая себя со всех сторон, поправил короткий топик, полюбовался на крохотную капельку стразика, блестевшую в пупке, и спросил сам себя.       — А что скажет папа? А он скажет, что плохие мальчики должны быть наказаны. А как? Очень просто, придёт сильный альфа и отшлёпает непослушного омегу. Я стану послушным? А фигушки! Не стану. И где мой сильный альфа? А нету пока, тут его нет, а где он? А он…       Тут Тимми задумался, где же можно найти сильного альфу, не на стройке же его искать. Нет, с точки зрения поднять что-то тяжёлое и перенести на другое место — вполне. Но ему-то нужно совсем другое! Тимми подошёл к столу, ухватил бутылку и припал к горлышку… очередной глоток пряного вина хлынул в рот, стёк дальше по пищеводу, добавляясь к другим, уже провалившимся туда. Не первый, ох далеко не первый. И даже не второй. И, судя по количеству бутылок под столом, она тоже была не первая.       Не то, чтобы Тимми часто выпивал, вовсе нет. На самом деле, это вообще впервые, и причина тому была — те самые альфы, на поиски которых собирался пойти омега. Вернее, один единственный, которого сейчас иначе как «козлина вонючий», Тимми не называл. А ведь ещё два дня назад он смотрел на альфу влюблёнными глазами и мечтал, что вот-вот… не пройдёт и… ну в общем очень скоро на пальчике у него заблестит колечко, а рядом будет стоять альфа, защищая от всех бед своим широким плечом.       Основания для этого заключения были: Стэнли, ну альфа который, переехал к Тимми два года назад, почти сразу после того как… ну после совместно проведённой течки. Знакомы к тому времени они были достаточно, чтобы Тимми решился на такое, до сих пор он проводил эти дни в компании здоровенного резинового «друга» и порядком подустал от этой ситуации. Все же знают, что натуральные альфьи гормоны, выделяемые во время гона, помогают справиться с течкой гораздо лучше всяких там химических заменителей. И действительно — куда лучше! И Тимми обрадовался, когда в его доме появился настоящий альфа. И не только из-за регулярного секса, этого как раз можно было бы чуть поменьше. Почему-то вне течки всё оказалось не так приятно, а зачастую вовсе… фу. Но Тимми всё равно старался, ведь альфа в доме это… альфа же! Шкаф передвинуть, полочку повесить, гвоздь забить, кран отремонтировать.       Но, как уже потом выяснилось, поднимать тяжести Стэнли нельзя, что-то там с позвоночником, хотя это не мешало ему тягать при необходимости свою машину. Кран чинить он отказался, потому что не его это дело, заниматься сантехническими работами и не для того он учился в университете целых пять лет. Пусть пэтэушники краны ремонтируют, а Стэнли достаточно зарабатывает, чтобы оплатить неквалифицированный труд. Причём тут квалификация, Тимми не понял, но сантехника вызвал и оплатил замену из собственного кармана. А гвоздь в итоге забил сам, не дождался. И полочку тоже сам повесил, кривовато немного, а и ладно. И дверцу шкафа… ну, не починил, конечно, просто стал ставить рядом стул, чтобы не открывалась. Но всё равно, в доме был альфа!       И Тимми старался, чтобы ему было хорошо. Вставал на час раньше и готовил вкусный и сытный завтрак, каждый день разный — Стэнли не ел два раза подряд одно и то же. Наглаживал его рубашки: в офисе, где работал альфа, были строгие требования к форме одежды. Никаких тебе легкомысленных джинсов или футболок. Торопился домой, чтобы к возвращению Стэнли стол уже был накрыт к ужину. Обязательно два салата, горячее и десерт. И к чаю свежая выпечка… и никаких сосисок или дешёвых макарон! Только нежирное мясо, свежие овощи. Каши тоже не слишком приветствовались, лишь изредка, для разнообразия. Но Тимми было в радость готовить своему альфе — ведь скоро, совсем скоро они заключат брак и заживут ещё лучше. А там и детки пойдут, Тимми уже начал задумываться о малыше. Хорошо бы альфочку, такого же красивого, как отец. И всё у них будет хорошо, Тимми уверен, ведь не зря в кармане у Стэнли лежит алая коробочка с обручальным колечком!       Нет, омега не рылся в карманах Стэнли — не считал это правильным, просто альфа велел постирать его куртку: какой-то мудак на крутой машине облил его грязью из лужи. Стэнли не виноват же, заговорился по телефону и не заметил, что на светофоре уже горит красный. Ну и пошёл через дорогу, а тот… мог и пропустить, не переломился бы. В общем, куртку пришлось стирать, а перед этим Тимми вынул всё из карманов — ключи, фонарик-брелок, бумажник, какую-то мелочь. И коробочку. Омега как увидел её… аж сердечко захолонуло от радости. Он даже песенку начал мурлыкать, представляя, как Стэнли встанет на колено и произнесёт самые главные слова.       Не вышло. Случайно выпавшая из кармана альфьей куртки коробочка с колечком предназначалась вовсе не Тимми. Узнал омега об этом просто… сначала он подумал, что Стэнли хочет сделать предложение на Новый год, но альфа подарил коробку конфет, дешевых, а эти ещё и со скидкой продают — качество так себе и вкус на любителя. По крайней мере, Тимми не нравится. Хорошо, что альфа никогда не проверял, куда Тимми девает подаренные конфеты. И то, что их съедает старичок омега с первого этажа, не знал. А может, и не хотел знать.       Потом Тимми ждал Дня Влюблённых — а вдруг? Нет, этот день принёс совсем другое известие, не предложение вступить в брак, а совсем напротив.       Всё случилось за два дня до часа Икс, на который так надеялся омега. В тот день он решил приготовить курочку на шпажках и заранее замариновал кусочки. Но когда Тимми пришёл домой, то обнаружил, что… в квартире пусто. Совсем пусто, только лежат в углу неопрятной кучей его вещи, а на кухне остался только колченогий стол и старая посуда, которую давно нужно было выбросить, да руки не доходили. И всё! Ах, да… диван ещё. Тот самый, который был здесь, когда в этом доме появился Стэнли. Когда альфа переехал сюда, он предложил выбросить всю старую мебель, заявив, что привезёт свою. Действительно, привёз… а теперь этого ничего не было. Ничего…       Тимми в растерянности бродил по комнатам, рассматривая яркие пятна на обоях, там, где ещё вчера стояла мебель — Стэнли предпочитал громоздкие массивные шкафы. По углам клубилась пыль, скопившаяся за это время под мебелью. Сиротливо висела занавеска, Тимми купил её летом и выдержал с альфой настоящий бой: омеге понравился весёлый цветочный рисунок.       — Ни записки… ни спасибо… — растеряно проговорил он, поднимая плюшевого медведя, самый первый подарок Стэнли. И единственный, который стоил дороже коробки конфет. — Бедный… тебя тоже бросили.       Тимми подозревал, что только потому, что однажды плеснул на медведя немного кофе — случайно, конечно, а пятно так и не отстиралось и на белой шкурке красовалось коричневое пятнышко. Совсем маленькое и придававшее игрушке забавный вид. Но сейчас Тимми не смеялся, обнял медведя, плюхнулся на матрац и заревел.       Он так уснул на этом матраце, даже не застелив его. Проснулся от того, что солнце нахально лезло в глаза, и поначалу не понял, что же случилось. И только увидев голые стены — вспомнил и… удержался, чтобы не повторить вечерний слезоразлив.       — Ну, нет, — сердито проговорил Тимми. — Вчера я плакал. А сегодня не буду!       Омега шмыгнул носом и поднялся. Альфа, конечно, козёл, но реветь он больше не станет, назло всему! Даже если Стэнли красив как… как… ну… принц из сказки, вот!       — Так… — омега огляделся и решительно проговорил. — Вывез мебель? И фиг с ней…       Слова гулко звучали в пустой комнате, было немного странно и страшно, особенно, когда резко зазвенел телефон. Тимми даже подпрыгнул, ухватился, чуть не уронил, удержал и нажал, наконец, на кнопку, даже не посмотрев кто это. И надеясь, что это Стэнли… передумал? Ох..       — Да?       — Тимми! Привет, лапуля!       — А… это ты, Лаки.       Лаки было имя, а не прозвище, его друга. Разумеется, омеги. Родители у того оказались с приду… чудинкой и назвали сынулю Счастливчиком. И тот полностью оправдывал это имя: закончил школу с золотой медалью, поступил в престижный институт, закончил с Красным дипломом, устроился на отличную работу и влюбился в замечательного альфу, готового носить Лаки на руках.       — А ты кого ждал? Слушай, тут такое дело… — Лаки сделал многозначительную паузу и выпалил: — я выхожу замуж!       — Поздравляю, — Тимми почувствовал, как слёзы снова набежали на глаза. Но мужественно сдержал их: не хватало ещё огорчить друга.       — Так… что у тебя случилось? — вот недаром они дружили с самого детства — Лаки сразу понял, что у Тимми беда.       — Приезжай, — хлюпнул носом омега.       — Жди! — выпалил Лаки и отключился.       А Тимми побрёл на кухню, поискать что-нибудь съестное — папуля всегда говорил, что нельзя отпускать голодным гостя. В пустой кухне не нашлось даже корочки хлеба. Зато на подоконнике в жестяной коробочке остался чай с мятой — Стэнли его терпеть не мог.       — Ну? Рассказывай, — потребовал Лаки уже с порога.       — А что рассказывать? — вяло поинтересовался Тимми. — Заходи, сам всё увидишь.       — Ой, папочки мои родненькие!       Лаки уставился на пустую кухню, рысью пробежался по комнатам, подёргал занавесочку в цветочек… да, ту самую, потыкал пальцем диван и плюхнулся на матрац.       — А где всё?       Тимми пожал плечами.       — А этот где?       Тимми повторил жест.       — Что делать будешь?       Тимми закатил глаза, развёл руки и тяжело вздохнул.       — Так. У меня два пригласительных в Звездочку, и мы идём туда.       Звёздочкой называли бар на грани приличия, на самом деле, он именовался «Одинокая звезда» и туда собирались совершенно разношёрстные компании. Поговаривали, что за барной стойкой есть неприметная дверца, куда разгорячённые альфы уносили свою добычу и… надругались, ой, простите, отлюбливали до визгов. Тимми никогда раньше не ходил в подобные заведения. Да он вообще почти никуда не ходил, на самом-то деле: сначала стеснялся своей неприметной внешности, а когда познакомился со Стэнли и влюбился в него, сразу бежал к нему. К тому же альфа не поощрял напрасную трату времени и денег, как он сам говорил.       А тут пригласительные на двоих, ну как тут отказаться?       — А твой Кевин?       — Ай, я скажу ему, что это ради тебя, — отмахнулся Лаки.       — А… можно?       — Что?       — Ну, тебе… в бар… одному?       — Я же не один, а с тобой, — терпеливо объяснил Лаки. — Всё, готовься, мы идём на вечеринку!       — Сейчас? — охнул Тимми и запротестовал: — Я не могу… я же только что расстался с…       — И что? Теперь слёзы по этому козлу лить? Фигушки! Мы! Идём! Ве-се-лить-ся!       — А что мне надеть? — растерялся от такого напора омега.       — Пошли, посмотрим, что тут имеется из шмотья.       После короткого расшвыривания брючек, рубашек и курточек, Лаки вынес вердикт, что надеть Тимми совершенно нечего и нужно срочно пойти и купить себе новенькую тряпочку.       — У меня денег нет… наверное…       — Почему нет? Ты же вроде недавно зарплату получил?       — Ну, получил, только карточка у Стэнли. Он у себя держал, а мне выдавал, сколько нужно, — промямлил Тимми, уже предвидя реакцию друга. И не ошибся — возмущённый вопль Лаки услышали все соседи вплоть до последнего этажа.       — Что?! Ты рехнулся? Отдавать свои кровные какому-то альфе? Ну, ты… деб… балбес!       Тимми пожал плечами и жалобно посмотрел на друга, потом кивнул, соглашаясь с приговором, и развёл руками. Эту пантомиму Лаки прервал энергичным подзатыльником и велел одеваться и топать следом.       — Балбес… ещё и деньги прос… прое… тьфу на тебя, наивный омега, дитя скромности и дурости…       Лаки шустро перебирал ногами, несясь по улице, а Тимми едва за ним успевал, спотыкаясь через раз. Пришли они в небольшой полуподвальный магазинчик, где можно было одеться хорошо и недорого, но только своим. Эта парочка омег таковыми являлась: владельцем и продавцом там был кузен Лаки, ленивый альфа, с несколько нетрадиционными взглядами на жизнь. Их касаться сейчас не будем, достаточно того, он готов был одеть всех и каждого, до кого смог дотянуться. Дотягивался как раз не до всех, но Лаки у него бывал частенько, а иногда и Тимми заглядывал. Появление неразлучной парочки обрадовало хозяина, а когда он узнал причину, то на стол перед омегами тут же было выложено множество вещей на все случаи и вкусы. Тимми никто не спрашивал, его одевали, раздевали, снова одевали, пока результат не удовлетворил обоих парней.       И вот теперь Тимми стоял перед зеркалом и видел совершенно развратного омегу с удивительно блядским выражением в глазах, а Лаки, откладывая в сторону набор косметики, довольно потирал руки.       — Ну, как тебе?       — Я очень плохой мальчик, — сообщил ему Тимми.       — Ура нам! — Лаки повернулся к кузену и хлопнул ладонью по его руке. — Мы молодцы?       — О, да!       — Всё, пошли, пошли… живенько, Тимми, ночь уже началась, а мы ещё не в баре и трезвые, что совершенно неправильно!       И они быстро исправили это упущение: сначала сладкий коктейль с капелькой ликёра, потом с лимоном и водочкой, потом апельсиновый с какой-то пряной ноткой, потом… а потом Тимми обнаружил себя на танцполе, и ноги у него уже горели от неистовой пляски, на талии лежали чьи-то ручищи, сзади притирался ещё один и не просто притирался, а с намёком. С толстым таким и очень выразительным намёком. И Тимми было хорошо! А после ещё одного коктейля стало ещё лучше. Очнулся он носом в матрац, а сзади него так сильно и так правильно вбивался совершенно незнакомый альфа. Тимми повилял попкой, услышал сдавленный рык и… уплыл в нирвану окончательно. Следующее пробуждение было уже не таким радужным.       Солнце нахально светило в глаза, под щекой лежала скомканная футболка. Чёрная. Большая. Пахнущая мускусом и хвоёй. Тимми втянул запах, подумал немного и решил поискать владельца футболки. Ме-е-едленно и осторожно он уселся и посмотрел по сторонам. Комната была насквозь знакомая — его собственная до последнего пятнышка. У матраца валялись чьи-то грубые ботинки, его собственные свежекупленные брючки… из двух частей. Омега печально поднял одну: было похоже, что нетерпеливый альфа просто разодрал брюки пополам.       — Мда… повеселились… а где…       Он поднялся, обнаружил, что спал совершенно голым и замотался в мятую простыню со следами бурной ночи. Откуда-то доносилось басовитое пение и бряканье. Омега почесал живот — сперма засохла и неприятно стягивала кожу, и пошёл на звуки. То, что Тимми увидел, надолго лишило его дара речи.       У плиты стоял шикарный альфа — широкий разворот плеч, узкие бёдра, сильные мускулистые ноги, просто мечта омег старше десяти лет. Мощные бицепсы обвивали затейливые татуировки, а между ягодиц виляли завязки фартука, надетого на голое тело, и Тимми захотелось облапать эту шикарную задницу. Он даже застонал от вожделения и пошевелил пальцами, словно готовясь ощутить ими упругость мышц. Альфа его услышал и кинул короткий взгляд через плечо.       — Выспался?       — Не знаю, — честно ответил омега.       Альфа отложил в сторону нож, выключил плиту и повернулся к нему.       — Иди сюда!       Спереди он был ничуть не хуже, особенно шикарной была поросль на груди, в которую захотелось погрузить пальчики. И Тимми это тут же сделал, удивляясь про себя собственной смелости. И куда делся тот тихий и скромный омега, который зачастую на альфу лишний раз и посмотреть-то боялся? Был, был да весь вышел.       А этот шикарный самец не терял времени даром, нагнулся и так поцеловал, что у Тимми даже колени подкосились.       — Завтракать будешь?       — М? — на альфу смотрели совершенно шальные глаза. И тот понял, что завтрак придётся отложить.       В общем, до кухни они добрались только к обеду. Тимми сидел на коленях у альфы, кусал остывшие гренки и млел от удовольствия. И млел бы дальше, но их грубо прервали. Прервал.       — Ах ты, маленький шлюшонок!       Услышав такое, Тимми открыл глаза и уставился на Стэнли, стоявшего в дверях.       — Не успел я уйти, как ты уже с другим трахаешься. Не зря папенька говорил, что ты лживый сучонок. Правильно я ушёл, правильно!       — Детка, это что за чмо? — лениво поинтересовался альфа.       — Мой парень… бывший, — пискнул Тимми.       — Это он тебя бросил?       Омега кивнул, пряча лицо на груди альфы.       — А давно?       — Вчера. Или позавчера? Я пришёл с работы, а тут пусто и нет никого.       — Пусто? — уточнил альфа.       — Да, он всё забрал, — Тимми ткнул рукой в сторону комнат. — Матрац оставил и стол. И диван. И полочку. И тапок. Один.       — Тапок. Один, — повторил альфа и легко поднял парнишку, пересадил его на своё место и повернулся к сопернику. — А второй где?       — Что? — взвизгнул Стэнли.       — Тапок второй где? Забрал?       — Ддда…       — А сюда зачем пришёл?       — Ззза тапппком…       — За тапком, значит, — ласково проговорил альфа, нависая над Стэнли. — Этот?       И, получив нерешительный кивок, альфа развернул соперника и отвесил ему смачный шлепок злополучным тапком, потом второй, третий, добавляя коленом, пока Стэнли не вынесло из квартиры с грохотом.       — Иди отсюда. Узнаю, что хотя бы на десять метров приблизишься к нему, оторву яйца. Понял?       Судя по тому, как улепётывал Стэнли, альфа объяснил более чем доходчиво. Заперев за ним дверь, победитель вернулся на кухню, уселся и снова затащил омегу на колени.       — Я — Фредди. Крюгер.       — Что? — взвизгнул совершенно ошеломленный Тимми.       — Ага, как в том ужастике. У меня папаша был помешан на этом фильме. Ты смотрел?       — Нет, — пискнул омега.       — И не надо, там такой перс, ужас просто. Вам, нежным омежкам, такое смотреть нельзя. Ты лучше про любовь смотри. Лады?       Омега кивнул, зачарованно глядя на альфу.       — Звать-то тебя как?       — Тимми… Тим.       — Тимыч, значит. Так, работаешь где?       Тимми послушно ответил.       — Мебель есть на что купить?       Тимми помотал отрицательно головой.       — Что так?       — Карточка у него осталась, — пояснил омега.       — Он у тебя деньги забрал? — удивился Фредди. — Вот козлина, зря раньше не сказал, я бы из него вытряс. Так… сегодня у нас суббота, значит, отдыхаем. Ты на службу в понедельник? Лады, тогда ключи мне оставь, я тут пошуршу немного по хозяйству.       — А тебе не нужно на работу? — спросил Тимми.       — Неа, я в отпуске. Мне ещё две недели гулять, мы вчера с ребятами как раз мой отпуск отмечали.       — Понятно, — кивнул омега и робко поинтересовался: — а что мы будем делать?       — Как что? Трахаться, конечно. А в перерывах в магазин смотаемся, пожрать купим. А то я когда голодный соображаю плохо. Ну как тебе план? Клёвый, да?       И Тимми согласился, что план хоть куда. Кстати, в магазин они так и не выбрались — некогда было, просто пиццу заказали… пять… пицц…       А в понедельник альфа натянул на себя слегка помятые шмотки, косуху, тяжёлые ботинки с высокой шнуровкой и усадил пискнувшего от ужаса и восхищения омегу, на мощный байк.       — Прокатимся, детка?       — Ой!       — Юххху!       Наверное, Тимми кричал от восторга, наверное, колотил кулачками по широкой спине, наверное, визжал от страха… наверное… точно одно — своим эффектным прибытием они распугали всех офисных омег и вызвали приступ жгучей зависти сначала у альф, а потом сразу у всех, когда Фредди снял Тимми с байка и вкусно, сильно поцеловал.       — Ты до шести?       — Да! — пискнул Тимми.       — Заеду, жди! — и только рёв расходился волнами.       — Это кто? — прошипел первый красавец их офиса.       — Мой парень, — гордо сообщил Тимми и прошествовал мимо, гордо неся узкие брючки, свободную рубашку и стразик в розовом ушке. А что? Завидуйте молча!       — Круть неземная!       — Сам знаю, — небрежно бросил Тимми.       — А как он… м? — спросил совсем юный стажёр, хлопая густо накрашенными ресницами.       — Как бог!       — И где только таких берут?       — А он эксклюзив, только для меня, — гордо заявил Тимми и уселся за свой стол: рабочий день никто не отменял.       Время до шести тянулось, как давно пережёванная жвачка, пока, наконец, стрелки не встали вертикально ровно, и офисный планктон не устремился на выход. У крыльца уже ждал Фредди, оседлавший байк. Тимми отважно уселся позади него и крепко ухватился за талию.       — Готов?       — Нет!       — А пофиг, стартуем, детка! Ияаааа!       На этот раз в магазин они завернули, альфа накидал полную корзину мяса, овощей, поставил упаковку пива, Тимми только охал и пытался остановить этот беспредел. Ну-ну… проще было товарный поезд остановить, чем Фредди. Покупки сложили в багажник и понеслись по улицам города, распугивая законопослушных граждан. У подъезда почему-то стояло ещё пять байков… ровным таким рядочком, а возле них крутилась всякая мелочь, как альфы, так и омеги. И у всех блестели глаза и только что слюни не текли от восторга.       — Здорово, пацаны. Как жизнь молодая? — спросил Фредди, сгружая на землю своего омегу и покупки.       — Не жалуемся, — солидно ответил кто-то.       — Бывайте, — Фредди взял под локоток Тимми и направил его к дверям. — Не тушуйся, топай.       — А они… а ты не боишься оставить… э… байк?       — Здесь? Нет, вон у вас во дворе какая молодёжь, они присмотрят. Так, пацаны?       Его тут же заверили, что всё будет в ажуре, и Тимми послушно потащился за альфой, удивляясь стремительным переменам в своей жизни.       Квартиру он не узнал, даже чуть обратно в подъезд не вышел. Начать с того, что Тимми едва не снесло мощным: The beautiful people, the beautiful people It's all relative to the sizeof your steeple You can't see the forest for the trees And you can't smell your own shit on your knees…*       — Ой!       — Погодь, щаз отключу. Это друганы мои включили, а ты такое не слушаешь, да?       — Друг-ганы?       — Ну, да… да ты в комнату иди, я жратву на кухню свалю и приду, познакомлю.       Тимми послушно протопал в комнату и замер испуганным кроликом. Мало того, что ему показалось, что это вовсе и не его квартира: на стенах вместо розово-золотых обоев, выбранных Стэнли, были наклеены приятные бежевые с неярким рисунком. На роскошном угловом диване — Тимми видел в салоне сколько он стоит! — сидели брутальные альфы в чёрных кожаных штанах, косухах с заклепками, украшенные цепями, черепами и прочими атрибутами байкерской тусовки.       — Ой…       — Фредди! — взревел самый крайний альфа — здоровенный, заросший до самых бровей кудрявой чёрной бородищей. — Твой омежка боится!       — Ай!       — А ты не ори, Косой, не пугай малыша, — мурлыкнул другой альфа, только вот звук был, не как у домашнего котика, а как у тигра.       — Папочка родненький…       — Я за него, — нарисовался сзади Фредди. — Не боись, они тебя не тронут.       — Ещё бы, он же твой, — хохотнул третий альфа.       — Мой, — подтвердил Фредди и притянул омегу к груди, закрывая ручищами. — Знакомьтесь, это Тимыч. Для вас. Для меня — Тимми. Кто так назовёт оборву уши. Мой.       — Да поняли уже!       — Так, теперь ты, — Фредди повернул к себе омегу, чмокнул в нос и снова развернул к гостям. — Косой, Гарм, Дылда, Шрам, Молоток.       — Очень приятно, — пролепетал омега. — А почему они так, а ты Фредди?       — Потому что Крюгер, — последовал быстрый ответ, и Косой подмигнул.       — А что вы тут делаете?       — Обои клеим, — пояснил Шрам. — Нам Фредди свиснул, что тебя альфа кинул и обобрал.       — Козлина, — согласился Молоток.       — Мы же не могли оставить омегу нашего друга в пустой квартире? Не могли? — Тимми помотал головой. — Вот! Принимай работу, детка.       — Ну-ну! — рыкнул Фредди.       — Молчу, понял, детка только для тебя, — примирительно поднял руки Гарм.       — Пива привёз? — уточнил Дылда.       — В холодильнике.       — В холодильнике? — пискнул Тимми, точно знавший, что ещё утром никакого холодильника у него уже не было.       — Так… сегодня мы гуляем, — озвучил планы на вечер Фредди, — а завтра расписываемся.       — А?       — Замуж, говорю, пойдёшь.       — А ты его спросил? — хохотнул Молоток, кивая на разинувшего рот омегу.       — А нах… зачем? Он мой, а я его. Что ещё нужно? Я и колечко купил, во!       И Тимми увидел, как альфа протягивает к нему ладонь, на которой лежало тоненькое колечко со сверкающим камушком.       — Ну?       — Ай! А согласен!       И никогда в своей жизни Тимми не пожалел об этих словах!                                   __________________       *https://www.youtube.com/watch?v=Ypkv0HeUvTc