Первое правило Осаму Дазая

      — Как он?       Лекарь протирает стекла очков, устало вздыхает. Надевает их, поправляет и смотрит на Осаму.       — Мальчик. Альфа. Оба отдыхают. Дайте им время.

⚛ ⚛ ⚛

      — Пап… Ну пап. Папа, ты меня сейчас задушишь, — маленький омега лет семи хлюпает носом, смотря в небо.       — Ну вот зачем ты полез на это чертово дерево? — рыжий крепко обнимает младшего сына, стоя на коленях и с укором смотрит на старшего. Тот водит носком ботинка по земле, опустив взгляд вниз.       — Ну я же на спор…       — Родной, я прошу тебя, — Чуя отодвигает от себя мальчика, чтобы посмотреть ему в глаза. — Прекрати так себя вести. Мне больно каждый раз смотреть на твои раны. Ты…       — Пап… Ты плачешь?       Старший омега и вправду плачет. Хотя можно ли это так назвать? Мужчина полностью спокоен, но слёзы медленно скатываются по бледным щекам.       Оба мальчика удивлены. После появляется стыд. Они бросаются обнимать папу, наперебой прося прощения.       — Что тут происходит?       Все трое вздрагивают от стального тона короля. Принцы пристыженно смотрят куда-то вниз, а Чуя просто старается не поднимать взгляд.       Это Дазая не устраивает. Он обходит младшего короля, но тот утыкается в плечо сына. Шатена это злит.       — Чуя, глаза.       И омега слушается. Потому что невозможно противостоять магии.       Альфа недовольно цокает. Поднимает руку и Дазай-Накахара словно по команде поднимается с земли.       — Что вы опять натворили, Акихико, Юкико? — задает вопрос Осаму, когда Чуя подходит к нему.       Рассказывают не торопясь, периодически останавливаясь, чтобы не заплакать. Через пару минут замолкают, ждут вердикта.       — Вы наказаны. Оба. В комнату, немедленно.

⚛ ⚛ ⚛

      — Ты слишком строг с ними, — Чуя рассматривает супруга через зеркало туалетного столика.       — Я устаю. Ты тоже. Они должны проявить уважение и не мешать нам разбираться с государственными делами, — альфа снимает жилетку и рубашку, стоя к омеге спиной.       — Это дети, Осаму…       — Дети королевской семьи. Оба прекрасно знают про проблемы Кларенса, — мужчина надевает ночные штаны и поворачивается.       — Им не хватает нашего внимания, — рыжий нервно накручивает на палец прядь волос, смотря в карие глаза. Дазай выдыхает и подходит к мужу. Касается губами метки на плече       — Осталось совсем чуть-чуть. Решим проблемы и все вернется на круги своя.       Синеглазый кивает. Встает, лепечет что-то о том, что ему надо проверить детей и уходит. Дазай хмурится. Он знает, что не стоило никого наказывать, но слёзы Чуи злят сильнее всего на свете. Их ему тяжело простить даже собственным детям. Еще и столько дел накатилось…       Накахара заходит в спальню детей. Оба уже лежат, но не спят.       — Ну как вы?       — Хорошо, — тихо шепчет Юки. Акихико молчит, но недолго:       — Отец нас разлюбил?       — Нет! — старший омега реагирует слишком эмоционально. — Он просто устал.       — Почему мы так резко поссорились с Мелромарком? Разве вы с дядей Даниэлем не друзья? — Аки ложится на бок, смотря на папу.       — Правит его муж, а не он, — Накахара улыбается через силу. — Дядя Даниэль ничего не может сделать.       — Неужели он совсем-совсем не влияет на альфу? Неужели они не любят друг друга?       Накахара удивленно смотрит на младшего сына.       — Что-то… Вроде того…       Всем своим видом, мужчина показывает, что не хочет об этом говорить и Акихико одергивает младшего.       Тот понимает мгновенно. Улыбается, складывая руки под подушкой.       — Я рад, что вы с отцом пометили друг друга и заключили брачный контракт. Я тоже хочу такого альфу, чтобы на всю жизнь.

⚛ ⚛ ⚛

      — Нам нужен отпуск.       Осаму падает на кровать и что-то мычит. Ему уже все равно, ведь проблемы улажены, а значит спать можно хоть двадцать, хоть тридцать часов подряд. Сон — единственное, что сейчас важно.       Мужчина уже почти заснул, когда в спальню врывается два маленьких урагана и с разбегу прыгают на кровать. Шатен стонет от отчаяния. Точно, у него же есть дети. Два маленьких монстра.       Оба что-то говорят, Осаму не понимает, что именно. А еще они скачут, как козы на летнем поле, неимоверно бесит. Нет, альфа любит своих детей, они прекрасны, но черт, не сейчас, когда Морфей почти принял его в свое царство.       — Успокойтесь.       Вау, когда последний раз Дазай слышал в голосе Чуи столько строгости? Лет семь назад, не меньше.       Дети и правда успокаиваются, словно кто-то нажал кнопку «выключить». Шатен благодарен. Сон постепенно находит вновь, давая успокоение.       Через некоторое время он чувствует, что дети ложатся рядом, как и Чуя. Это радует.       Теперь все будет хорошо.

⚛ ⚛ ⚛

      — Вот так. А теперь сохраняй спокойствие, иначе собьешься с цели.       Юноша натягивает тетиву, прицеливается и отпускает конец стрелы. Та, на удивление, попадает в красный круг, но чуть выше чем положено. Хотя радует даже это, синие глаза ребенка загораются, хочется еще.       С отцом побыть наедине получается редко, король занятой человек, хоть и проблем в королевстве нет.       — Отец, я хотел у тебя спросить.       — М?       — Насколько сильной должна быть любовь, чтобы альфа решился поставить омеге метку и заключить высший брачный договор?       Акихико тринадцать, он смышлен не по годам, Осаму знал, что рано или поздно сын задаст этот вопрос.       — Не знаю, — мужчина пожимает плечами, в его руках появляется лук, полностью сделанный из светлой магии и стрела. Он без труда стреляет, попадая прямо в середину мишени.       — Но ты ведь…       — Верно, я сделал это, — шатен поворачивается к альфочке. — Потому что люблю твоего папу. Но описать насколько… Сложная задача. Просто когда-то мы совершили слишком много ошибок и решили, что хватит маяться дурью.       — Ошибок?..       — А для этого ты слишком мал, — Осаму зевает, поднимая корону с булыжника. Протирает платком из кармана и надевает. — Извини, но мне…       — Ваше Высочество!       — Только не говорите, что мир рухнул! Меня не было всего-то полчаса!       Дазай скрывается в замке. Аки остается на заднем дворе.

⚛Тот же день. Вечер.⚛

      — Пап, насколько сильной должна быть любовь, чтобы омега позволил поставить альфе метку и заключил высший брачный договор?       Рыжий удивленно выгибает бровь. Задумывается на минуту, не меньше и выдыхает:       — Не знаю.       Это вводит ребенка в еще больший тупик. Он слишком серьёзно осматривает родителя, думая, что они оба сговорились.       — Если бы он умер, каковы бы были твои действия?       — Я бы плакал. Очень много, но в итоге бы справился с утратой. Наверное, никогда бы не завел других отношений. Не знаю.       — Ты бы не умер за него?       — Думаешь, он бы этого хотел?       Акихико замолкает. Задумывается.       — Послушай, малыш, — тихо начинает омега. — Запомни, пожалуйста, мои слова: тот кто любит по-настоящему, желает чтобы его возлюбленный жил. Да без него, с кем-то другим, но жил. Смеялся, улыбался, дышал. Это очень важно. Поэтому если кто-то просит тебя умереть за него — уходи. Без слов, сжигая все мосты.       — А…       — Да. Мы с отцом совсем другое. Мы свое прожили, счастливо прожили, поэтому да, мы бы умерли за тебя.       Акихико кивает, молчит. Рыжий целует его в лоб, желает добрых снов и выходит.

⚛Следующий день⚛

      — Привет, Аки, Юки!       На обоих принцев набрасывается омежка лет десяти, сзади нее ее младший и старший братья. Оба просто кивают, получая кивки в ответ.       Пока Чуя и Осаму переговариваются с Даниэлем, дети убегают в сад, к озеру. Садятся под дуб, разговаривают о мелочах детства, спорят. Акихико молчит и это замечает Юки.       Смотрит на брата, понимает причину и лишь поддерживающе сжимает его руку. Тот благодарно улыбается.       — Завтра тот самый день, — рыжий мальчик откидывает длинный хвост за спину.       — Да. Отец вновь будет здесь.       — Как думаешь, нам разрешат?..       — Может быть. Завтра увидим.       — Хочу поговорить с тобой наедине, — тихо шепчет Юки. Ему в ответ кивают и он возвращается к разговору с другими.

⚛Вечер⚛

      — Тебе нравится, Мелисса?       — С чего ты взял?       Братья в спальне старшего, тот расчесывает рыжие волосы младшего и собирает в косу.       — Ты на нее странно смотришь, — младший принц поворачивается к брату.       — Ничего такого. Она слишком гиперактивна. Мне не по душе. А ты, что, ревнуешь?       — А даже если так, то что?       Шатен удивленно выгибает бровь. Рассматривает младшего, пожимает плечами.       — Мы всегда будем вместе, мы же родственники.       — Мы не истинные родственники. Пожалуйста, не забывай об этом. Родители фактически нашли меня на улице, так что…       — Не говори глупостей. Ты слишком мал, поэтому тебе кажется, что это любовь, но нет. Привязанность, — зеленые глаза напротив загораются раздражением.       Юки до безумия похож на Чую, вот только этого ребенка нашли на улице. В нем нет магии, об этом знает все королевство. Он словно лишний на празднике жизни, но каждый раз Осаму и Чуя доказывают обратное.       Бывший Накахара больше не смог родить. Сказался стресс во время беременности первым, удивительно, что Акихико вообще родился здоровым.       Дазай еще долго не мог отойти. Ведь это его вина, что больше возлюбленный не сможет родить. Младший король так не считал.       Когда Акихико исполнилось семь, под колеса кареты правителей попал маленький омега. От роду ему было всего три года, позже узналось, что родная мать выкинула его на улицу.       Чуя быстро привязался к ребенку, как и Осаму.       Мальчик был копией рыжего, только зеленые глаза делали его особенным в семье королей.       — Хорошо, я спать. Приятных снов, братец.

⚛Спустя почти пять лет⚛

      Акихико спускается с корабля, ища глазами карету. Он не видел родителей очень долго, ведь когда-то уехал в Элкию, после признания брата.       Ему уже восемнадцать, взрослый, сильный альфа, но все еще не нашедший свою судьбу. Омеги эгоистичны, им нужны лишь деньги и престол. Альфы его не привлекают, а гаммы и беты… Нет. Юноше нужна омега. Такая, как его папа, настоящая.       — Аки!       Чуя стал немного ниже сына и последнего это веселит в какой-то степени. Объятья родного человека радуют.       — А ты с каждым годом все ниже, да, пап?       Рыжий дает ему подзатыльник, зло что-то бурчит. О да, рост — его слабое место.       — Зато все такой же страстный, — Осаму пожимает плечами, смотря на сына.       — Ему не обязательно знать подробности нашей постельной жизни, — шипит синеглазый.       — А я еще в подробности не вдавался, — самодовольная улыбка.       Юноша смотрит на родителей, которые в шутку ругаются.       Удивительно, королю уже сорок восемь, а он все еще такой же красивый, словно двадцать лет назад. Да, морщин стало немного больше, а еще шатен стал мудрее и рассудительнее.       Чуя меняться и не думал. Все такой же, хоть сорок три, хоть восемнадцать. Только стал чуть выше, но дела это особо не меняло.       — А где же, Юки?..       — Ах, точно. Юкико, иди сюда, солнце.       Один из слуг подбегает к карете и открывает дверь. Альфа удивленно выдыхает.       Младший брат изменился до неузнаваемости. Исчезли детские черты лица, волосы собранные в хвост уже почти доставали до копчика. Теперь это не был мальчик — юноша, выглядящий на шестнадцать в свои четырнадцать.       Настроение, что было нормальным, начало падать после того, как принц услышал шепот за спиной. Конечно же народ собрался здесь, чтобы поприветствовать его, но…       «Принц Акихико смотрит на него, не как на брата», «Тебе-то что? Даже если и так, они не родные, им можно», «Младший принц с каждым днем все краше, скоро приедут свататься»       — Здравствуй, Аки.       — Здравствуй, Юки.       Шатен протягивает руку, желая коснуться омеги, но тот отходит на шаг назад. Альфа зло сжимает кулак и прячет взгляд под челкой.       Родители мгновенно замечают напряжение и приглашают детей в карету. В тишине семья Дазай доезжает до замка.

⚛Вечер⚛

      — Я говорил, что так будет.       Осаму кивает, прижимая супруга к себе. Молчит, думает.       Они с Чуей давно поняли, что из-за не кровной связи, их дети могут… В какой-то степени воспылать друг к другу чувствами.       — Я не собираюсь им мешать, если что-то такое произойдёт, — Дазай утыкается носом в рыжие волосы, вдыхает запах грозы.       — Я тоже, но теперь у меня чувство, будто мы растили Юкико для Акихико. Но это ведь не так!       — Не думай об этом, — шатен закрывает глаза. — Сегодня полнолуние.

⚛Ночь⚛

      Старший принц незаметно пробирается в сад, к лунному пруду. Он сам не знает зачем ему видеть свое будущее. Альфа никогда этого не хотел, но сейчас…       Юноша не спеша подходит к самой воде. Сначала рассматривает луну. Светит ярко и облаков нет. Удивительно.       Посмотреть в озеро страшно. Узнавать правду — тем более. Вот только…       Синеглазый смотрит в воду. Сначала ничего не видит, уже хочет выдохнуть спокойно…       Его окутывает видение, а когда он все же отрывается от его созерцания, рядом стоит Юкико.       — Ну и что ты увидел?       — Я так понимаю тоже, что и ты?       — И что делать будем?       Старший принц Кларенса пожимает плечами. Но зато одно он знает точно: какое бы ты решение не выбрал от судьбы — не сбежать.

Возможно они сойдутся, будут жить счастливо. Возможно разойдутся, наплевав на предсказание. Что с них взять? Но это уже будет совсем другая история…