Теперь я понял, что Деймон нашел в тебе

Первородный и вампирша воевали в гостиной, а точнее только она. — Вы вчера переспали? — древний поставил перед Еленой стакан с кровью. — Зачем ты спрашиваешь о том, что может тебе причинить боль? Разве ты не без чувств? — девушка с недопонимаем подняла на вампира глаза. — Не избегай вопроса. — шатен слегка ухмыльнулся, привычным тоном. — Сейчас ты очень похож на своего ужасного брата. На Клауса! — древнего тут же взбесило такое заявление Гилберт, ведь Майклсона больше всего бесило сравнение с гибридом. И как никак сейчас он способен ранить её, а в знак мести, грозно встав с дивана, быстрым рывком оказался рядом с ней, уже пугая со взгляда. — На Клауса? — Кол надул губки, схватив девушку за горло прижимая к стенке, всё сильнее сжимая горло. — Да! — еле проговорила свои слова Гилберт, чувствуя боль удушья и нехватку воздуха. Древний теперь хотел прикончить её быстрее и зажать дыхание сильнее, но её глаза сверкали от боли и непрошеных слез, напоминая о безумной любви к ней, что послужило её освобождению. — Повторишь это и ты труп Елена. — парень отпустил хватку и бросил её на диван (Как Стефан Кэтрин в начале 2 сезона). Шатенка восстанавливала дыхание всё ненавистнее прожигая его взглядом. Опять попытавшись сбежать в свою комнату, дорога ей была перекрыта первородным, а ведь последний раз так гармонично она шла навстречу к Деймону и эти воспоминания до боли бесили её, одновременно оставляя в ней человечность. С социопатом и древним вампиром, оба из которых неуравновешенны, девушка рисковала получить психическую травму и потерю доброты. — Выпей со мной. — прервал её мысли бесчувственный голос. Водя за руки шатенку прямо к дивану. Гилберт без сопротивлений шла за ним, переходить ему дорогу было глупо и слишком много головной боли, но раздражению от его действий не было предела. Открыв первую бутылку, девушка опустошила её в миг, стоя над душой Майклсона. — Кэтрин, — шатен повернулся к ней, засматриваясь на её положение, где она опрокинула голову и удобно выпивала на гарнитуре. — Я Елена Кол. — она приподняла бровь искривляя улыбку. — Не ври мне. Среди двойников только она могла соблазнить первородных обычным взглядом. — Я и не вру, — её губы плавно накрылись губами древнего, на что она не была в силах не ответить. — но я не Катерина Петрова! — она силой прервала поцелуй, при этом достаточно отступившись от него, но не спуская с него глаз и строя довольную рожу, делая шаги назад. — Ты играешь со мной? — улыбнулся парень, пытаясь следовать за ней. — Возмножно — она знала что рисковала, но ей не оставалось выбора, нет ничего страшнее чем пьяный потрошитель. Водя его за нос, вампирша добилась своего, наблюдая как он к ней подошёл. Свернула ему шею, бросив его на лестницы, тут же пустилась на поиски веревки. Как назло в ближайших комнатах их не было, что заставило её перемещаться с комнаты в комнату. И наконец обнаружив их в подвале, Елена уже направляясь к Колу, успев потерять дар речи, увидев его на лестницах. — Я предупреждал. — девушке сразу пришлось смыться с его глаз, а ему же броситься ей в догонку, дабы отомстить. Бегая в разные стороны. Прячась в каждой комнате, она искала выход из поместья. И каждый поворот по сторонам дома таил в себе страх. Страх увидеть его перед собой, что сразу и случилось из-за не быстрых движений вампирши. После этого перед глазами почернело, отрывками всплыла лишь черная стена. Невыносимая тяжёлая головная боль. Каждая клетка её тела чувствовала как моральную, так и физическую усталость. Ей было трудно определить где она, но в близи слышала шаги вампира и его смех, как только он появился где-то возле неё. — Как ты дорогая? — его голос не сменился. Значит он до сих пор не чувствует, а приманивает её к себе обманом. — Где я? — она и пошевелиться не могла, но зная, что Кай не мог на ней применить подобное заклинание, лишь через несколько минут до неё дошло, что её руки прикованы к полу. — Я понимаю ты без чувств, но какого черта? — голос охрип. — Ты права. Но я бы задал тебе тот же вопрос когда ты мне шею свернула Елена! — всё злее расширяя улыбку, древний подсел к ней на карточках, рассматривая следы своих рук на её шее. Одно его прикосновение к ней вызывало дрожь, дрожь от смешанных чувств. Он знал, что она хотела ему вернуть чувства, ей пришлось, но его безразличие ломает всё. — Уйди Кол, — отвращение было в каждой букве этих слов, но это добивали другие ощущения. — Что с тобой? — вампиру захотелось узнать, что она скрывала, может быть это связано с её отношением к ним. Вряд-ли шатенка скажет правду, пришлось применить внушение. — Я… Я не понимаю зачем я это говорю, но мне страшно видеть тебя таким. — Что ты чувствуешь ко мне? — в его глазах заигрались те огоньки, когда они впервые поцеловались. Этого нельзя было не заметить, он чувствовал что ждёт от неё положительного ответа. — Я думала что не могу любить тебя, но я сдалась, — Ты… Ты? — Да. Я полюбила тебя Кол, я не смогла это предотвратить. — девушка задала глаза, не давая слезам выйти наружу. Ей было больно в этом признаться ему, когда врала самой себе. Она потеряла всех, потерять и их она была не в силах, Гилберт имела право быть счастливой и один день прожить без монстров, но это было невозможно. Главный монстр она сама, те кого она любит. На этом она больше не старалась держаться и пытаться уйти, теперь он умер для неё. Пусть так и останется. § Через час — Да с тобой такое? Как ты мог даже включив чувства позабыть о ней? — крик еретика был слышен до комнаты Майклсона. — Я же говорю не знаю, мне нужно было подумать. — Проваливай. Сейчас. Же. — Нет я пойду к ней, ей нужна помощь, — С какой пустой чашой совести ты говоришь мне это сейчас? — Кай весь срывался на древнего. — Где теперь её искать? — Будет уместно вспомнить, куда я мог деть самое ценное. — Не говори мне, что она спит в твоей кровати, — социопат быстро ворвался в комнату, и тут же почувствовал облегчение увидев спящую девушку в постели. — Чертов идиот! — бросил Паркер, направляясь к кровати в догонку с лревним. — Не кричи я тебя умоляю. — Елена очнулась с очень бледным лицом, не в силах промолвить словечко. — Поспи. — Прости меня, — видна была его искренность, древний тепло поцеловав её в лоб, положив над тумбой несколько пакетиков с кровью. Её глаза медленно закрывались, забирая в мир где можно быть счастливой, даже если на считанные часы. В гостиной Малакай уходил в свои мысли, перекручивая момент когда нашел анцедент. Затем поглядывая на тот рюкзак, в котором он был. Никому не сказал, это было очень осознанно, но также выиграло время для плана увезти Елену подальше. Кто же мог знать, но не осторожность Паркера, даст козырь первородному?