Холод пронизывающий до костей

Последний миг… И ты провалишься в такую знакомую темноту… В последний раз посмотришь в такие родные глаза смотрящие с таким беспокойством… В последний раз увидишь брата и сестру… А затем провалишься в небытие… Так думал Гаара когда закрыл своего сына от атаки врага и лежал на его коленях истекая кровью. Человек, пробивший абсолютный щит, лежал безвольной куклой, поверженный силой Магнетизма. — Отец, пожалуйста только держись – скоро придут ирьенины и помогут тебе — говорил паникующий Шинки прижимая, истекающего кровью отца к себе. Гаара напоследок посмотрел на сына и провалился в такую знакомую темноту. — Отец, только не закрывай глаза… Отец? Отец?! — закричал Шинки в попытке дозваться до отца. — Ирьенинов быстрее! Но Гаара уже не слышал его, как и подбежавших Темари с Канкуро, Ирьенинов которые пытались выдернуть его из лап Смерти, и то как его еле живого доставили в больницу… Три дня… Долгих, почти бесконечных, три дня Шинки сидел у кровати Отца… Он все это время сжимал его руку… Руку так горячо любимого человека, который чуть не отправился в лапы Смерти. Человека, который добровольно пожертвовал своей жизнью ради его, Шинки, жизни. Такой бледный будто душа Гаары уже находится у Шинигами. С кровати послышался слабый стон. Шинки вскочил и со скрытой радостью смотрел на отца, который пытался прийти в себя. Огонек надежды зажёгся в его душе. — Отец! — вновь сев, парень чуть сжал руку горячо любимого родителя. Но надежда была напрасна.