Всегда

Чуя ненавидел Осаму с первой встречи. Все: от манеры говорить, до прически заставляло Накахару сжимать кулаки, борясь с желанием ударить. Пять чертовых лет они были напарниками. Казалось, что эти двое самые разные люди на свете. Если мы спросим у каждого члена Портовой Мафии: — Что вы думаете об этих двоих? Вам ответят: эти двое словно лёд и пламя.

***

Чуя отказывался принимать то, что, казалось, было очевидно: он ВЛЮБИЛСЯ. Бесповоротно и совершенно, как ему казалось, безответно. Наученный горьким опытом жизни Чуя ожидал подвоха. Страшная мысль о уходе Осаму которую Накахара прокручивал в голове стал правдой. До сих пор Чуя гадает что стало причиной этого поступка.

 — Ублюдок!

Скотина! Тварь! Крики сотрясали пустую квартиру. И лишь стены были свидетелями той боли которую он не показывал никому. С этого момента чувство чувство любви в себе Накахара подавлял с помощью стакана. Первая неделя была самая тяжёлая.

***

Четыре года...... Казалось, боль только начала утихать и воспоминания о Ому стали стираться из его головы, но у судьбы на это были свои планы. Мафия была вынужденная объединиться с агентством. Встреча с заставила подкоситься ноги и до крови закусить губу. Ведь они были на поле боя в том чувство это непозволительная роскошь. Казалось что, этот инфантильный ублюдок даже не заметил, что прошло уже четыре года. Конечно такому как Дазай, никогда не понять что такое чувство как любовь вообще существует на свете. — Чуя, я хочу сказать кое-что прежде чем умру..... — Голос Дазая едва слышен, — Я люблю тебя Накахара Чуя. — Прости за то что бросил… — Даже видя все чувства которые ты испытывал ко мне я все равно оставил тебя одного. Кх кх сказать дальше ему помешал кровь которая хлынула изо рта. — Заткнись! Ты и так потерял много крови! Просто… подожди пару минут и помощь будет на месте! Все будет хорошо, но Осаму не слушал его — Я просто испугался своих чувств, сбежал как трус поджав хвост. Собрав последние силы, Дазай коснулся щеки Накахары и сказал: — Прости меня, Чуя, я ухожу первым. Очнулся Чуя только тогда когда его в крови собственного возлюбленного нашли ящерицы. Следующие несколько недель он не выходил из своего дома не на шаг. Ком в горле мешал дышать не то что пить. Он так и не смог простить себе смерти единственного человека который смог затронуть его сердце. Постепенно это превратилось в затяжную депрессию отсутствие желания жить все чаще давало о себе знать. Вскоре начали появляться первые мысли о реальном суициде, но каждый раз рука Накахары не решалась нанести заветный удар. Как будто сам Осаму с того света говорил «не нужно живи тебя прошу».