Икота

Бесцельно пялясь в потолок в течение последнего получаса, Эрен встретил очередное суровое утро еще до того, как дежурный огласил подъем. Ощущалась дикая усталость, вызванная регулярно преследующим недосыпом, но валяться и приходить в себя времени не было, поэтому, наспех собравшись и тщательно заправив кровать, Эрен отправился в помещение замка, определённое отрядом как столовая. Он был первым, кто прибыл, не считая ребят, занимавшихся готовкой и накрыванием завтрака. Несколько деревянных столов уже привлекали внимание светлыми пятнами тарелок с горячей кашей, над которой поднимался ароматный пар и которую Эрен, вопреки недовольству всех остальных, почему-то любил. Никого не дожидаясь, он плюхнулся на привычное место и с аппетитом приступил к трапезе. Еда приятно согревала тело и разгоняла остатки сна, собирая по крупицам охоту жить. Безобразный кофе немного портил впечатление от завтрака, но зато ощутимо бодрил. Эрен уже успел приговорить половину, когда в проёме среди остальных пробудившихся показался капрал Леви. При одном лишь взгляде на сильнейшего воина человечества внутри приятно защекотало. Йегер машинально подскочил, отдавая честь, на что капрал лишь вяло махнул рукой, разрешая сесть на место и продолжить, а сам устроился напротив. Рядом словно из-под земли возникла дежурившая сегодня Нифа, чтобы забрать небольшой мешочек, в котором хранилась каждое утро неустанно притаскиваемая капралом заварка, ибо пить эту, по его собственному выражению, «бодрящую мочу», которую все остальные почему-то называли кофе, он не собирался. Пока Эрен усердно скреб ложкой дно тарелки, стараясь лишний раз не смотреть на капрала, чтобы не усугублять трепыхание бабочек в животе, Леви придирчиво изучал консистенцию собственной порции. Йегер бы не удивился, смутись и приобрети каша от такого взгляда сильнейшего воина человечества более подобающий ей вид. Покончив с едой, Эрен принялся за оставшийся кофе. Пить все залпом было чревато, зато цедить маленькими глотками, прогревая внутренности, самое то. Правда, время от времени он все же морщился — у напитка был слишком своеобразный вкус. Эрен чуть не поперхнулся, когда впервые услышал этот звук. Закашлялся, судорожно ловя ртом воздух, но все же ему удалось довольно быстро восстановить дыхание. Утерев выступившие слезы, он бросил быстрый взгляд в сторону капрала, который сидел с таким же невозмутимым лицом, как зашел, но Эрен давно успел хорошо выучить все оттенки эмоций своего капрала, а потому, особо не напрягаясь, различил в глазах некое подобие замешательства. Заметить-то заметил, но что с этим делать не знал, наивно записав такую реакцию на счет своего приступа кашля. Опасливо отставив кружку с кофе в сторону, парень уже собирался было покинуть столовку и отправиться во двор на тренировку, но снова услышал этот странный звук. Йегер резко обернулся, во все глаза уставившись на Аккермана, который, в свою очередь, поднял нарочито безразличный взгляд на Эрена. — Что-то хотел, Йегер? — холодно осведомился он. Смущенный Эрен хотел было отмахнуться нелепым: «Никак нет, сэр», но не успел — снова послышался этот звук и его источником был никто иной, как капрал Леви. У него была икота. Его плечи через определенные промежутки времени едва заметно вздрагивали, а брови все ближе сводились к переносице из-за процесса, контролировать который он никак не мог, сколь сильно бы не желал. Сложно было сделать вид, что не замечаешь, хоть для здоровья было бы безопаснее, вот только для Эрена сие событие оказалось настолько удивительным, что он так и завис с застывшим на выразительном лице ответом. Леви же упрямо продолжал делать вид, что ничего не происходит, и хмурился он лишь от того, что в столовой слишком сильно шумели. И все же Эрену сделалось настолько странно, что он, не отдавая себе отчёта в том, что делает, начал безотрывно пялиться на совсем слегка дергающегося капрала. Вообще, случилось то, что можно было бы назвать «взглянуть под другим с углом», потому что совершенного солдата и собственного кумира Эрен никогда не представлял обычным человеком. Было до жуткого удивительно осознавать, что даже сильнейшего воина человечества может одолеть такая зараза, как икота. И капрал Леви, хоть и не стал казаться Эрену менее непобедимым, но теперь совершенно точно предстал в другом свете. Аккерман все пытался подавить рвущиеся наружу спазмы, но никак не мог добиться желаемого результата, раз за разом повторяя тщетные попытки. Эрену жуть как хотелось полезть со своим советом глубоко вдохнуть и задержать дыхание, только тогда пришлось бы выдать себя с головой, что заметил. Хотя, по правде сказать, Йегер был уверен, что капрал уже понял, что его раскрыли. Но одно дело — знать, и совсем другое — сказать вслух. Абсолютно увлеченный буквально несколько секунд назад обстановкой в столовой, Леви вдруг поднял свой тяжёлый взгляд, молча требуя объяснений касательно того, какого черта его подопечный так пялился. — Похоже, вас кто-то вспоминает, — неуверенно проговорил Эрен, опасливо всматриваясь в бесстрастное, но все же озадаченное (естественно, для Йегера это было очевидно) лицо. Леви, одарив парнишку ледяным взглядом, таким, которым смотреть мог только капрал и никто другой, открыл было рот для ответа, но вместо колких слов громко икнул. Эрен, уже успевший вжать голову в плечи, предугадывая едкое замечание в свою сторону, услышав, как икнул капрал, глупо моргнул, уставившись на него и едва сдерживая не пойми откуда взявшуюся улыбку, которая так и подмывала схлопотать еще одну порцию неприятностей. Испепеляющий взгляд весьма красноречиво предупредил Эрена о последствиях, и он быстро стушевался, но отнюдь не спешил уходить. Вместо этого снова опустился на лавочку, самый ее край, изучающим взглядом осматривая капрала. — Чего расселся? — сквозь зубы угрюмо поинтересовалась жертва аномального интереса Йегера, таким нехитрым способом, видимо, пытаясь унять икоту. Ну или хотя бы минимизировать нанесенный ею ущерб собственной гордости. — Сэр, может, я могу вам помочь? — собрав яйца в кулак, на одном дыхании выпалил Йегер, решительно глядя прямо Леви в глаза. Капрал не решился лишний раз открыть рот, лишь прищурился, давая понять, что внимательно слушает. Его дыхание стало каким-то прерывистым, а тело напряглось, словно во время схватки. Пока что никто вокруг не заметил разительных перемен в непобедимом капрале, кроме, конечно же, Эрена, который лихорадочно перебирал в голове возможные идеи по избавлению от докучающего недуга, которые знал. — Во-первых, мне кажется, что вам лучше уйти в кабинет, пока никто не заметил, — перегнувшись через стол, заговорщически прошептал Эрен. — Я захвачу вам хлеб с маслом и ваш чай. Вряд ли вы собираетесь есть эту овсянку, — парень взглянул на тарелку каши, к которой капрал, впрочем, как и обычно, не притронулся. В голову сразу закралась мысль, что именно поэтому он такой… Назвать его тощим у Эрена даже мысленно язык не повернулся бы, ибо уже не единожды он был свидетелем безупречного торса своего командира. Но все же силуэт был достаточно тонким и стройным. Красивым. Леви лишь на мгновение дольше обычного прикрыл глаза, глубоко вдохнул, затем выдохнул и кивнул. Абсолютно ничем не выдавая себя и своего смущения, он как обычно вышел из-за стола и неторопливо направился на выход из столовой, держа путь в свой кабинет. Эрен же пристально глядел ему вслед и продолжал сидеть, ожидая, когда наконец-то принесут чай капрала. Нужно было генерировать план спасения капрала Леви от икоты, но в голову лез всякий бред, на который тот вряд ли согласился бы. Способ «напугать», скорее всего, мог обернуться против Эрена. Как можно напугать того, кто сам пугает до чёртиков? — Опять не ел кашу, — с укором в голосе на выдохе произнесла подошедшая с чаем к столу Нифа, резко выводя Йегера из задумчивости. — Даже чая не дождался. — У капрала Леви появились неотложные дела. Я пообещал, что занесу ему пару кусочков хлеба с маслом и доставлю чай, так что, пока я убираю со стола, не могла бы ты все подготовить? Девушка порядком удивилась, но, пожав плечами, мол, не мое дело, оставила кружку с дымящимся крупными завитками пара напитком и отправилась на кухню, собирать поднос с едой для капрала. Эрен, снова оставшись наедине с собой, нехотя встал и, забрав все же свою посуду и нетронутую порцию Аккермана, отнес ее в мойку. Когда вернулся, кружка уже стояла на подносе рядом с тарелкой, на которой вальяжно разместились два ароматных свежих куска хлеба с маслом. Мысленно, за неимением альтернативы, поблагодарив Нифу, Йегер ловко подхватил поднос и осторожным шагом двинулся прочь из столовки. Четкие шаги гулом отдавались от каменных стен широкого коридора, который украшала жутковатая пара выцветших и порядком потрепанных временем гобеленов, призванных демонстрировать радостную жизнь внутри защитных стен. Йегер скептично хмыкнул себе под нос — интересно, что о них думал капрал? Эрен поставил себе заметку однажды, когда они вдвоём будут проходить мимо, спросить, хотя почему-то реакция представлялась ярко, ибо Леви хоть и был для парня воплощением эстетики, сам, насколько было известно Эрену, подобными вещами не увлекался. Ну, разве что фарфоровыми кружками. Но там дело было больше в чае. Поднявшись по лестнице наверх и умудрившись собрать все углы перил, чудом не расплескав чай, Эрен относительно невредимым вынырнул с лестничного пролета и двинулся в конец еще одного, более узкого и темного коридора. Остановившись напротив нужной двери, Йегер на мгновение застыл, колеблясь, но затем занес руку для того, чтобы уверенно оповестить капрала о своем прибытии, вот только не успел — тот распахнул дверь прям у него под носом, встретив хмурым тяжелым взглядом. — Сэр, это я, — сам не особо понимая зачем, констатировал очевидное Йегер. — Вижу, — раздражённо ответил Леви, закатив глаза, и отошел в сторону, пропуская парня внутрь комнаты. Эрен, невольно задержав дыхание, переступил порог, представляя себя самым грациозным официантом в мире, и с удивительной ловкостью мягко опустил поднос на стол, стараясь не задеть его краешком ни один листок бумаги. Довольный выполнением задания, Йегер обернулся, чтобы посмотреть на реакцию капрала на такую безупречную подачу, и тот вроде бы даже все это время смотрел, но весь эффект как ветром сдуло очередное «Ик». Аккерман явно был не в восторге от дурной шутки, которую решило сыграть с ним его собственное тело. — Ну, Йегер, выкладывай, как мне избавиться от этого дерьма, — речь без запинки была достаточно долгой, но вот по её окончании снова раздалось отчётливо различимое «Ик», за которым последовало крепкое ругательство. Эрен с трудом сдерживал улыбку, против воли напрашивающуюся на плотно сжатые губы при виде настолько озадаченного капрала. Бегло осмотрев комнату — то ли просто из интереса, то ли надеясь найти в ней подсказку или руководство к какому-нибудь действенному противоикотному методу, но ничего не найдя — Йегер подошел к мужчине и, осторожно заглянув тому в глаза, настолько уверенно, насколько мог, произнес: — Итак, вдохните глубоко, только медленно, — капрал, проявив чудеса сдержанности и послушания, с трудом сдержав рвущееся наружу раздражение, начал медленно наполнять лёгкие воздухом через нос, делая глубокий вдох. — Хорошо, а теперь задержите дыхание. Какое-то время они молча смотрели друг другу в глаза. Леви понемногу начинал краснеть, но упорно не дышал. Эрен же был занят тем, что беззастенчиво рассматривал капрала, ощущая, как покалывали кончики пальцев в желании прикоснуться. И да, Эрен тоже начинал краснеть, но от мыслей, что уже не в первый раз лезли в голову. Капрал был низким, но красивым. Абсолютно безэмоциональным на первый взгляд, словно ожившая кукла, но на самом деле просто хорошо контролировавшим собственные эмоции. Верным долгу и службе, сильным, самоотверженным и заботливым, хотя, если его не знать, то сразу и не скажешь. Капрала было легко смутить, заметив его икоту или сделав ему какой-нибудь комплимент, даже касательно того, в чем он и правда был хорош, хотя опять-таки, если его не знать, то вряд ли получится заметить то, как ему неловко. Капрал часто оскорблял словами, пускай и не всегда заслуженно, любил испепелять взглядом всякий раз, как его что-то раздражало, а такое случалось довольно часто, но совсем не любил насилие, в чем многие сомневались, особенно после того инцидента между ним и Эреном в суде. Капрал, сам того не ведая, стал огромной частью жизни Эрена, стал тем, от кого она напрямую зависела. И эта связь сейчас отчего-то смущала парня. Он кивнул, давая знак, что можно выдохнуть. Леви не потребовалось повторять дважды. — Ну как? Сработало? — нетерпеливо поинтересовался парень, сделав несколько шагов назад, ближе к столу. — Пока не зн… Ик, — Аккерман досадливо сжал кулаки, и Эрен на мгновение подумал, что капрал сейчас саданет по столу, и начал было волноваться за сохранность чашки с чаем, но тот лишь тяжко вздохнул и отправился к окну, почему-то начав икать еще чаще. — Говно на палочке твой метод, Йегер, — бросил пресно, но Йегер отметил самую малую долю разочарования и, возможно, совсем немного какой-то детской обиды, что казалось совсем уж дикостью, а потому парень решил, что ошибся. При нем капрал уже даже не думал о том, чтобы стесняться, — видимо, икота его успела порядком утомить. — Ну, существует еще много методов борьбы с икотой, сэр, — неунывающе возразил Йегер, попытавшись изобразить на своем лице убедительную обнадеживающую улыбку. Выражение лица парня капрала совсем не вдохновило. — Дай угадаю, старое доброе народное… Ик… гадание на кофейной гуще, — скептицизма у Аккермана было хоть отбавляй. Эрен же был настроен куда более положительно на этот счет. — Эти методы проверены на поколениях, сэр, — с укоризной произнес Йегер. — Да ты что. И что… Ик… предлагают твои шарлатанские методы? — изогнул бровь Леви, опершись бедрами о поверхность подоконника и скрестив руки на груди. Вопреки удивительно пессимистичному настрою, он приготовился слушать. Эрен с трудом сглотнул. Сейчас капрал выглядел как гребаная мечта извращенца, коим он, кажется, теперь официально являлся. Стройное гибкое тело, вальяжно застывшее в грациозной позе, выгодно подчеркивающая крепкую фигуру одежда, сильные руки с голубыми нитями вен, контрастирующие с аристократичной бледностью кожи иссиня-черные волосы, ловящие солнечные зайчики, и вишенкой на торте соблазнительно-недоверчивое выражение лица. Вероятно, соблазнительность Эрен придумал себе сам, вот только даже если это так, то это нисколько не отменяло того, что сердце пропустило удар. Эрен поймал себя, что снова откровенно залипает на стройный стан своего командира, млеет от его тихого, прохладного голоса и начинает воображать себе всякие небылицы. Обычно что-то такое всегда случалось с головой Эрена, когда они с капралом оставались наедине. А если по каким-то причинам тот ещё и касался, эффект усиливался втройне, заставляя тормозить. — Ну… Вы можете пососать… — Йегер, кажется, вообще перестал соображать, потерявшись в своих бурных фантазиях, из-за чего начал делать неуместные паузы, впрочем, капрал никак не отреагировал на это. Вернее, не более, чем на икоту. — В смысле, пососать леденец. Или можно засунуть два пальца в рот, ну, как когда вызываешь рвоту, знаете, да? — последнее предложение заставило Аккермана потерять дар речи. Он шокировано икнул, устремив свой ясный, но невероятно тяжелый, полный праведного гнева взгляд на глупого подопечного. — Эрен, если ты не выдашь сейчас дельную мысль, я заставлю пососать леденец тебя, — и это могло бы прозвучать как попытка флирта, но Леви явно имел в виду не то, о чем мог подумать Эрен. — Виноват, — подняв руки в извиняющемся жесте, хотя скорее целью было защитить себя от возможной атаки, Эрен опасливо сделал шаг назад, словно боялся, что его разрушит тяжёлая аура капрала. Почувствовав себя в относительной безопасности, начал торопливо соображать, что еще может предложить как метод избавления от постигшей Аккермана неприятности. — Ещё на тренировках я услышал от Кита Шадиса, что от икоты можно избавиться, качая пресс или отжимаясь до тех пор, пока она не отступит. Капрал в неторопливом жесте протянул к лицу руку и сжал пальцы на переносице, словно ему было физически больно от всего происходящего. Драматичность и проникновенность сцены рассеял очередной короткий «Ик!», заставивший плечи капрала содрогнуться. Раздраженно скрипнув зубами, мужчина шумно выдохнул. — Хорошо, ладно, — сдался он, и Эрен получил возможность наблюдать, как Леви, оттолкнувшись бёдрами от подоконника и размыкая руки, стекает на пол, приняв упор лежа и начав отжиматься. Йегер поймал себя на мысли, что мог бы вечность смотреть на то, как капрал Леви, стоя в идеальной планке, отжимается, как ходят сухие узлы мышц под одеждой. Убедив себя, что сейчас капралу до него нет совершенно никакого дела, Эрен бесстыдно изучал взглядом каждый сантиметр идеального тела Аккермана, подолгу задерживая его на особо интересующих его частях. — И сколько… ик… мне ещё отжиматься? — сдавленно уточнил капрал, стремительно теряя терпение. — Аа… Эмм… — застигнутый врасплох, Эрен бестолково замялся, покраснев как маков цвет. — Думаю, пока икота не прекратится, сэр. Во всяком случае, нам так говорили. — У меня… ик… нет столько времени, — хмуро отрезал Аккерман, прекращая наглядную демонстрацию того, как должен отжиматься настоящий мужчина, и возвращаясь в вертикальное положение. Педантично поправляя одежду, осведомился: — Какие еще есть альтернативы? — Ну, — Эрен честно попытался задуматься, но в его воображении капрал еще не прекратил отжиманий, отчего мысли парня были направлены в одном определенном направлении, исключая возможность вторжения посторонних. Негромкий предупреждающий «Ик» потребовал взять себя в руки и собраться. Нехотя подчинившись, парень, ритмично постукивая указательным пальцем по подбородку, принялся перебирать в голове варианты, которые имели хоть сколь-нибудь убедительный шанс оказаться действенным методом, — я слышал, что икота может пройти, если проглотить что-то очень горькое. Или кислое. Например, как лимон. Аккерман сморщил идеальный нос. Кажется, ворох идей Йегера начал его порядком утомлять. — И где я, по-твоему, сейчас достану лимон? — Ну, может… — Не может, — сухо оборвал. — Придумай что-нибудь ещё, — капрал скрестил на груди руки и отвернулся к окну, требовательно икнув. Пока Эрен старательно генерировал в голове план по спасению Аккермана от икоты, сам Аккерман то и дело кидал украдкой взгляды через плечо, заглядываясь на чай, который, скорее всего, уже остыл. Он шумно выдохнул, напоследок ещё раз икнув, и развернулся лицом к Эрену, который, как выяснилось, подвис, пялясь куда-то достаточно низко. Бровь выгнулась изящной дугой из-за догадки, которая совершенно точно была верной, но Леви не стал никак это комментировать. Эрен пошел красными пятнами разной степени насыщенности, но, чтобы отвлечь от этой неприятной детали Леви, быстро затараторил — красноречивые поглядывания капрала в сторону чая натолкнули его на мысль. — Можно попробовать выпить что-то, — вторая приподнятая бровь заставила поторопиться и объяснить доходчивее. — Можно просто воду или чай, как у вас. Фишка в том, чтобы пить маленькими глотками, не прерываясь. По лицу Аккермана сложно было что-то сказать, разве что то, что удивляться оригинальности народных методов он устал. Тихий, сдержанный «Ик» послужил подтверждением. — Есть какие-то тонкости, которые мне стоит знать? — решил уточнить он на всякий случай. — Да вроде нет, — задумчиво почесал затылок Йегер, ничего такого не припоминая. Капрал прошел к столу и, взяв обласканную взглядом минутой ранее кружку, принялся пить. Эрен следил за каждым глотком, всеми силами стараясь не прослеживать взглядом дерганье кадыка под бледной кожей, вместо этого нетерпеливо ожидая положительного эффекта. Сам Леви не спускал с парня глаз, постоянно косясь в его сторону. Вскоре чай закончился, и когда капрал отнял ободок кружки от губ, оба напряглись в ожидании результата. — Кажется, сработало, — неуверенно произнес Эрен, так тихо, что казалось, будто он боялся спугнуть удачу. — Кажется, д… Ик… нет. Йегер досадливо закусил губу, едва удерживаясь от того, чтобы не стукнуть кулаком по стенке. Или по столу. Или хоть по чему-нибудь. Леви тоже был раздосадован — Эрен с легкостью угадал его состояние по глазам, хотя лицо оставалось таким же бесстрастным, как прежде. Варианты у парня кончались. Был, конечно, один единственный, старый, как сам мир, проверенный дедами-прадедами, но он искренне сомневался в его действенности на ком-то вроде капрала Леви. Сдвинувшись с места, Эрен принялся ходить по комнате взад-вперед, наследуя колебание маятника. Не то чтобы он преследовал какую-то конкретную цель или всерьез что-то обдумывал, но нарочно напустил на себя загадочный вид человека, которого вот-вот хватит озарение. Капрал, повторяя глазами траекторию передвижения Йегера, проявлял несвойственные ему чудеса терпеливости к ближнему своему, в глубине души надеясь, что скоро тому полегчает и он угомонится. В конце концов, было в движении парня что-то гипнотическое, приковывающее к себе взгляд, месмерическое. Внезапно Эрен резко остановился перед Леви и прямо в лицо выкрикнул громкое: «БУ!». Результат такого дерзкого решения не заставил себя долго ждать и ничуть не удивил Йегера — все же рефлексы у Леви были отменными, не его вина, что Эрен по своей глупости, пролетев через весь кабинет и затормозив у противоположной стенки, теперь ощущал адскую боль в челюсти и буквально чувствовал, как она опухала. Перед глазами потемнело, но иногда вклинивались яркие вспышки тех самых «звезд», которые Эрен видел в суде. Рука у капрала была на редкость тяжелая. — Твою мать, Эрен! — удивительно эмоционально выругался Аккерман, в два шага пересекая комнату и оказываясь на коленях перед парнем, поразительно бережно, не иначе как забывшись от шока, переворачивая лежавшего на животе Йегера к себе лицом. — Зачем ты это сделал?! Эрен честно попытался прохрипеть в ответ, но у него не получилось, и он безразлично прекратил попытки. Голова раскалывалась, челюсть он почти не ощущал, как и руку, на которую очень неудачно приземлился и которая теперь принялась изводить хозяина тупой ноющей болью, изредка пронзающей короткими, но куда более ощутимыми импульсами. Также удивительно остро ощущалось присутствие капрала рядом, мягкое тепло его тела, бережно сжимавшие плечи сильные руки… — Эрен? — голос Леви почему-то звучал словно издалека и как-то обеспокоенно, ну или Йегеру просто так казалось — все же он довольно сильно ударился головой, а перед этим ему почти сломали челюсть, так что он имел право на галлюцинации. Непонятно чем руководствуясь, Леви приподнял безвольное тело Эрена и прижал к себе, заключая в плотное кольцо из рук. Парень оцепенел, боясь лишний раз пошевелиться и тем самым спугнуть капрала, который вел себя как-то слишком странно, чересчур нетипично для того человека, которого знал Эрен. Не то чтобы Йегер имел что-то против, хотя рука довольно однозначно ныла, протестуя против такого нещадного метода эксплуатации, но было слишком хорошо для того, чтобы обращать на эту боль должное внимание. — Капрал, — сдавленно прохрипел Эрен, когда более-менее пришел в себя. Их взгляды встретились, и Йегер без ошибок прочитал в оказавшихся до неприличного близко глазах капрала удивление и что-то отдалённо напоминающее смущение или страх. А может, и то, и то. И все же он был взрослым и, похоже, решил взять на себя ответственность за текущую ситуацию, сложившуюся по вине безрассудства Йегера. Леви еще несколько секунд пристально вглядывался в раскосые глаза Эрена, пытаясь отыскать там что-то, известное лишь ему, а затем наклонился, привлекая парня еще ближе, мягко прижимая к себе, и окончательно уничтожил разделяющее их расстояние, нежно накрыв губы Эрена своими. Эрен же, справившись с минутным замешательством, вызванным тем, о чем даже мечтать не смел, осторожно, не разрывая неожиданного, но столь приятного контакта, выпутался из объятий и обвил шею капрала руками, стараясь стать еще ближе. Боль от удара словно испарилась, вместо нее внутренности щекотали невесомые пузырьки счастья и восторга. От прикосновений горячих рук по коже волнительно разбегались мурашки, разливалось восхитительное тепло, волнующее кровь. — Капрал, — немного отстранившись, прошептал мужчине в губы парень, лукаво заглядывая в подернутые легкой дымкой глаза, — вы больше не икаете, — ухмыльнулся самодовольно. — Придурок ты, Йегер, — констатировал, покачав головой, Леви, но улыбнулся. Едва заметно, самым краешком тонких губ, но даже этого было достаточно для Эрена, чтобы он почувствовал себя действительно счастливым.