***
Спустя некоторое время, ноги всё же донесли Регалиуса до нужной лавки. При открытии дверь громко проскрипела. Регалиус увидел женщину, о которой говорилось в задании. Хоть она и не была абсолютной старухой, её седые волосы давали понять, что ей уже было как минимум за шестьдесят. Она сортировала бутыльки и пузырьки с необычными жидкостями. Судя по всему, ими были различные зелья и снадобья. Некоторые из них светились разным цветом; имели что-то на подобии звёзд, которые мелькали светом в жидкости; какие-то вообще меняли свой оттенок или не имели никакой краски; были и те, что преобразовывали сосуд, содержащий их, в разнообразные геометрические фигуры; порой и висели на потолке; либо же просто не имели каких-либо специфических эффектов. Но Регалиус пришёл суда не для того, чтобы понаблюдать за работой старухи, а по «смертельно опасному», «очень сложному» и «невероятно оплачиваемому» заданию. Он попытался привлечь её внимание театральным кашлем, но к сожалению она этого не заметила. «Видимо возраст даёт о себе знать…» — он подошёл к прилавку и нажал на какую-то кнопочку. Зазвенел маленький колокольчик. В этот раз она услышала это. — Сколько принёс? — голос звучал недовольно. Старуха даже не повернулась к Андре, ему это показалось неуважительным и оскорбительным. Мало того, что ему почти не заплатят за это задание, она ещё и не умудрилась повернуться к нему лицом. — Сколько было написано в задании! Память, что ли, плохая совсем стала, а? Сама не помнишь? — Регалиус сдерзил. Тем не менее старуха проигнорировала его интонацию и просто начала рыться в мешке под прилавком. — Двадцать? Так долго пришлось ждать… — она достала монеты и обменяла их на мешок с головами. — Ну теперь вали давай, мне на тебя ещё тратить время своё… — Эй! Кусок мяса гнилого! Ты чё с этими головами сделаешь? — хоть он и получил своё, ему стало интересно, зачем они ей. Но также, он не собирался говорить с ней уважительно. — Ха? «Кусок мяса гнилого»? Ой молодежь… Совсем не имеете никакого уважения к старшим! — она прокашлялась. — Ежегодный ритуал. Доволен? А теперь вали. — Э! Я не уйду, пока не получу удовлетворительный ответ! — Андре ударил по столу, слегка напугав старуху. — Ладно… раз ты от меня не отстанешь… то я дам посмотреть за процессом… — в её голосе был испуг. Она, кряхтя, открыла какой-то люк, находившийся за кассой, после чего спустилась вниз. — Очередной подвал? У вас всех что, фетиш? Парень последовал за ней. Погреб представлял из себя небольшую комнатку прямо под полом. В середине находился большой котёл с мутной водой, от которого похоже и пошло название лавки. Помимо него у стенок были большие деревянные шкафы, достававшие до потолка. На полках лежали разнообразные сушёные травы, порошки, перья, пустые пузырьки и колбы. Были даже черепа, напоминавшие по виду козьи. В углу комнаты стояли бочки. Логично было бы предположить что с водой. Убедившись, что парень спустился, колдунья закрыла люк. Теперь, если что-то бы и случилось, убежать Регалиус не смог бы. Воспламенив дрова под котлом, старуха закинула в воду жёлуди игнисарбора. Спокойная вода в миг начала кипеть. Помешивая старуха добавляла туда соль. Она в свою очередь выступала в качестве первого основного реагента. Высыпав её, она достала сушёные травы из шкафа, после чего яростно бросила их в воду. Жидкость сразу же изменила свой цвет на коричневый, а соль бывшая на дне, всплыла на поверхность, но она была уже не белого, а чёрного цвета. Через несколько минут помешивания, старуха бросила металлический шар, выступавший катализатором, после чего начала бросать волчьи головы. С каждой головой в вареве, Андре становилось всё неприятнее и неприятнее. Ему было неприятно больше от того, насколько небрежно старуха бросала их, чем от них самих. Добавив последнюю голову она снова всё перемешала и начала что-то говорить на непонятном для Андре, языке. Жидкость в котле начала стремительно выкипать, а соль начала увеличиваться в размерах и приобрела аметистовый оттенок. Дождавшись конца преобразования, она достала из шкафа пузырёк и в очередной раз прочитала что-то похожее на заклинание. Преобразовавшаяся субстанция взлетела в воздух и залетела в сосуд. Регалиус ни разу не видел алхимика за работой и был потрясён увиденным. Хоть используемые ингредиенты и были ужасными, зрелище было просто потрясающим. — И для чего это нужно? — Андре заинтересовало, окупило ли это затраченные ресурсы или нет. Он сбросил свой наигранный грубый тон. — Ах. Это так называемая «королевская соль». Наркотик, который аристократия часто использует, — равнодушным и до боли рутинным голосом ответила она. Её слова застали Регалиуса врасплох. Все его ожидания были разбиты, а затраты всё же не стоили того. Ему стало обидно и он рассердился. Если бы он себя не удержал, то он бы избил эту ни в чём неповинную старушку со злости, но в этот раз, он сумел с собой совладать. Он молча открыл люк и вышел из лавки. Внутри себя же он орал и хотел ломать всё. «РАДИ НАРКОТИКА?! РАДИ НАРКОТИКА УБИВАТЬ НЕВИННЫХ ЗВЕРЕЙ! РАДИ БЛЯДСКОГО НАРКОТИКА!» — На его поясе висел мешок с деньгами, а в душе появился повод ненавидеть вестфоловцев. Ему не оставалось ничего, кроме как, пойти домой. Он был вне себя. «Это того не стоило. Совершенно не стоило.» Даже войдя в таверну он пытался сдержать свой гнев, чтобы не сломать ручку. Сейчас, ему нужно было лишь утонуть в алкоголе и забыть об этом вечере. Утонуть в амброзии, купленной на головы «животных», что раньше были такими же как и он, союзевцемами, и забыть этот несчастный вечер. Посетителей, как обычно, было не так уж много. Парню было всё равно на их количество и он просто сел на своё любимое место. Ванкощ поставил только что протёртую пинту перед ним и сделал ему Л-уар Кросс. Для них этот напиток стал ассоциироваться с «Ну, как всё прошло?». Регалиус понял намёк без слов и устало вздохнул, после чего залпом осушил свою пинту, заставив свои внутренности гореть. — Не наговорился с клиентами? — он показал ему пустую пинту, после чего эльф налил ему 99-го. — Типа того. Принести твою игнисарборовую? Ири ты не будешь курить? — ему хотелось разговорить Регалиуса. — Ну, поговорить мы сможем и потом… Я как-то не в настроении, — он в свою очередь отразил желание эльфа. — Хм, ну радно, раз уж ты не хочешь говорить, то можешь писать, — Ванкощ демонстративно посмотрел на мел, справа от Регалиуса. Он его заметил и удивился. — Откуда у нас мел? — Птичка-синичка принесра тебе чтобы ты рисовар на стенах. Шучу. Кто-то забыр его тут, — каким-то образом слова Ванкоща показались Регалиусу смешными и он засмеялся. Видимо уже опьянел. — Ну ты загнул! — парень отпил пива. — Маэстро шуток в вашем распоряжении, — эльф сделал жест, как будто снял перед Регалиусом невидимую шляпу. Это тоже заставило его усмехнуться, но Ванкощ не собирался останавливаться и решил его окончательно добить. Он посмотрел в свою воображаемую шляпу и снова надел её на голову, после чего сказал: — А шряпа-то как раз. Это был окончательный апперкот, который Регалиус получил. Он начал бить по столу и со смеху упал со стула. С пола послышалось пьяное и негромкое: — Не зря тебя кличут «Весёлый». Таким образом Ванкощ сумел поднять Регалиусу настроение и также стереть плохое воспоминание хорошим смехом. В конце концов парень рассказал что произошло, после чего наконец ушёл спать. Он ожидал что сегодня он увидит сон о прошлом…Пожалуй… Хотя. Нет. Этого недостаточно. Я хочу увидеть что-нибудь поинтереснее для того чтобы он узнал больше. Региус Ляпис