Красный Паладин Регалиус

— [Эльфийский] Интересно, когда вернётся Регалиус. На дворе стояла поздняя ночь. Луна частично освещала комнату эльфа. Сам Ванкощ же беспокойно лежал на кровати. Регалиус был ему ни кем. Ни другом, ни приятелем. Да и не родственником, как минимум ввиду различной расы. На самом деле же, всё что было между ними, так это отношения между продавцом и покупателем, не более. И вправду, Регалиус жил в трактире Ванкоща за оплату. Но даже так, даже за покупную связь, эльф был доволен что именно Андре жил у него, а не какой-нибудь пьянчуга неотёсанный, как раньше. «[Эльфийский] Надо спать… Завтра клиентов ещё принимать.» — он попытался заснуть… «[Эльфийский] Блять, нахуя я сидел с этим мудаком допоздна и говорил за жизнь. Просто бы послал его куда подальше, сказав, что время уже позднее и он должен свалить отсюда. Но нет. Я должен был блин с ним пропустить пару пинт, за старую память. Как же я ненавижу этого светлого эльфа!» Ванкощ бил подушку, разочарованный своей излишней бодростью. Тот, о ком он думал, был никто иной как Лайт, инструктор из «Братства Света». И даже несмотря на его место работы, он был самым частым постояльцем «Хмельного эльфа» из всей старой группы Ванкоща, со времён когда он ещё был авантюристом. Пролежав так ещё около часа, эльф решил заварить себе кофе, окончательно забив на попытки заснуть. — Ручше недоспать, чем переспать. — сказал себе Ванкощ, надевая рабочую одежду.

***

— [Эльфийский] Эй, кусок говна! Ты пропустил местечко. — недовольный гвардеец ударил ногой подростка, чистящего его солерет. Даже если это самое «местечко» и было воображаемым, гвардейцу бы ничего не сделали, так как тёмные эльфы считались низшей расой в социальной иерархии эльфийского государства Тещяприскосировакиема. Что лишь значило, что вот так их бить было легально. Но, в свою очередь же, сам Ванкощ ничего сказать не мог и лишь терпел издёвки. — [Эльфийский] Ну же! Лижи пока не отмоешь! — гвардеец продолжил издеваться и наступил ботинком на голову Ванкоща, заставив его прижаться к каменной плитке. Из глаз тёмного эльфа выкатились слёзы, но в этот раз ему всё же повезло. Пришёл другой мужчина в гвардейской броне и оповестил этого о конце перерыва, тот же в свою очередь недовольно цокнул языком и убрал ногу с Ванкоща. Перед уходом он всё же ударил тёмного в под дых и плюнул ему на волосы. — [Эльфийский] Ненавижу тёмных. Послышался звон около десяти монеток, кинутых на каменный пол. Судя по звуку, они были из дешевого металла, подобного меди. Шаги солерет со временем становились всё тише и тише, но Ванкощ продолжал лить горячие слёзы в скрюченном положении, держась обеими руками за солнечное сплетение.

***

— [Эльфийский] Хороший кофе поможет мне не спать на работе. — энтузиазма в голосе тёмного почти не было, но работать всё же было нужно. «Не каждый же день брать отгул. Нужно ещё налог платить.»       Вспомнив что-то, он начал рыться в выдвижном ящичке барной стойки и достал карманные часы. Толстая стрелка указывала на 5, а длинная на 7 с половиной. «Ну брять, ахуенно» — в понимании того, что лучше было не вставать, Ванкощ закрыл свои глазницы рукой, в разочаровании. В данной ситуации он мог просто пойти спать, но внезапно…       Прогремело что-то громкое вдали от таверны. Ванкощ, услышав его, соскочил со стула. Судя по направлению, звук шёл из Вестфола. Так как «Хмельной Эльф» был где-то в двух сотнях с половиной метров от королевства, рядом со старыми домами, увидеть его источник было невозможно. Сам же звук был чем-то похожим на сильный и быстрый хлопок, сопровождённый характерным эхом. Вскоре стало понятно, где именно это произошло. Послышались крики и ещё несколько таких же хлопков. Эльф осторожно встал на ноги и осмотрелся. Убедившись, что он всё ещё жив, он выбежал на улицу.       Это было неожиданным зрелищем. От стены, что раньше казалось несокрушимой, остались лишь развалины. Каменные кирпичи, ранее составлявшие её, были покрыты чем-то чёрным. Помимо сломанной стены, за ней виднелись бьющиеся воины и горящие дома. С такой дистанции было невозможно понять, кто с кем дрался, но одно было, итак, понятно. Вестфол был атакован.

***

— Кха-кха. — всё что оставалось Ванкощу, так это пойти домой, кашляя кровью. Слёзы смешались с грязью, но тёмный не стал её убирать. Дрожащей рукой он перебрал монетки, данные им гвардейцем и сжал их с силой. Он устал это терпеть. — «[Эльфийский] Я больше не хочу страдать… Я просто хочу быть счастливым…» Зайдя в ближайший переулок, он сел спиной к стене и сжался как ёжик. — [Эльфийский] За что… За что.? Почему я.? Почему именно я.? Поистине ужасное зрелище, что мог видеть любой прохожий, лишь посмотрев в его сторону. Но никто на него не обращал внимания. Никто. Пока… Наступил вечер. У них была договорённость. Он сможет получить убежище, где ему больше не причинят вреда, взамен на чью-то жизнь. И Ванкощ как раз-таки имел чью-то жизнь в своих руках. Ему дали кинжал. Маленький кинжал, которого должно было хватить для того, чтобы сделать свою работу. Ванкощ зашёл в свой дом, наверное в последний раз. Это был сложный выбор, но в конце-концов он понял, что если не возьмёт этот шанс, другого уже может не появиться. Взяв немного вещей, из тех что у него были, он свернул их в грязный платок и завязал на некрепкий узел. Осталось лишь сделать это… Тёмный подошёл к кровати своей матери. Она спала крепким сном. Ванкощ давно не видел её такой мирной и спокойной. Его глаза хотели всплакнуть, но уже выплакали всё днём. Лишь одинокая слеза смогла вытечь из его правого ока. Такая холодная и солёная. Чистая слеза ребёнка. Но… Всему должен прийти конец. Ванкощ взялся обеими руками за кинжал, боясь того, что он промахнётся. Боясь сделать ей больно. Его руки дрожали, но он знал, что чтобы спастись ему нужно было пойти на предательство. Но он не торопился загнать метал ей в шею. Ему было сложно решить, между своей и чужой жизнью. Проснувшаяся от шума мать положила ему руку на щеку. — [Эльфийский] Вот как… Я понимаю, Ванкощ…       Из глаз эльфа всё же полились слёзы. Он не хотел этого делать, но и хотел одновременно. Ему было очень больно, как внутри так и снаружи. Его руки задрожали ещё сильнее. — [Эльфийский] Не беспокойся обо мне… Я всегда буду с тобой… Просто… сделай это… Он положил свою ладонь на руку матери. Тёплую руку матери. Подросток всхлипнул и ударил её холодным кинжалом прямо в горло…

***

      Ванкощ, увидев всё что происходило устало вздохнул. — Помимо того, что я встар рано, кто-то ещё и начар войну… Ну ёбанный. В нём не было никакого страха из-за того, что он мог потерять свой дом, а может даже свою жизнь. Он просто поднялся обратно в свою комнату. Но не для того, чтобы снова лечь спать…       В его комнате всегда стоял стул. На нём лежала старая экипировка Ванкоща со значком из люкстена и классовым значком. Она была слегка пыльной, ведь она лежала там давно. Ему просто лень было её убирать. Рядом стоял и его заказной посох из золота, с янтарём и аметистами на верхушке. Судя по нарастающему гулу, к таверне тоже кто-то шёл. Видимо они не хотели оставить и камня на камне от Вестфола. Правда… Подойти ближе, чем на пятьдесят метров им было невозможно, ведь из неоткуда, вокруг постройки образовался желтоватый барьер из магии. Хозяин таверны сегодня не будет обслуживать посетителей. Он вышел на улицу.       Взгляду Ванкоща предстал маленький отряд, что из-за размера можно было сравнить с разведывательным. Это были не люди или дворфы, не драконоподобные, электро или даже не наги. Это были змееподобные. Судя по некоторым из них, не только змеи пошли против королевства. Также были и гномы. Но, Ванкощ лишь усмехнулся. — И что же вы тут дераете в такой ранний час? Таверна же ещё не открыта! Но им было не до юмора. Змеелюды обнажили клинки, а гномы навели на него арбалеты. — Как ты думаешь, сссранный эльф? СССколько ты проживёшь, пока мы будем тебя пытать? — шипение змеелюда было угрожающим, но только не для Ванкоща. Он лишь демонстративно зевнул, показав, что ему было неинтересно их слушать и достал свою игнисарборовую трубку. — Как вы думаете, смогу ри я вас перебить, также быстро как и зажечь эту трубку? — сказал он и положил её себе в рот. Ответа не последовало, но эльф уже зажёг табак в трубке. Вдруг, из глаз змеелюдов и гномов вырвались длинные языки пламени. Они начали слепо кататься по земле, в надежде хоть как-то спастись. Их крики были похожи на те, что сейчас раздавались в центре Вестфола, но в этом случае Ванкощ не собирался их спасать и лишь смотрел на них, с отвращением. Вскоре огонь полностью поглотил их тела вместе с одеждой. Эльф мог бы продолжить смотреть на это зрелище, но ему ещё нужно было спасти его соседей. Перед тем как уйти, он посмотрел на того змеелюда, что заговорил с ним и плюнул в его направление. — [Эльфийский] Обидно вообще-то. Ванкощ должен был спасти союзевцев в его квартале, ну, а если получится и весь город. Хоть он и мог спокойно положить на них болт, хоть он и мог защитить лишь свою таверну, у него было чувство долга. Долга перед жителями этого города, этого королевства. Да и тем более он был обязан по "Договору Авантюриста", который обычно никто не читает. И даже если он и был бывшим авантюристом, он всё равно должен был помочь своему королевству. Даже если это королевство было ему не родным.

***

      Убив свою мать, единственного близкого человека, что у него был, Ванкощ обнимал её холодное тело, из которого лилась кровь. Спустя несколько десятков минут, он всё же смог взять себя в руки и оттащить себя от неё. В последний раз посмотрев на свою мёртвую мать и дом, где он раньше жил, Ванкощ вытер слёзы и со своими вещами вышел за дверь. Там уже стоялка девушка, оперевшись о стенку, с которой он заключил договор. Её лицо было скрыто под колпаком, так, что можно было увидеть лишь очертания. Увидев заплаканное лицо эльфа, она ухмыльнулась. — Не беспокойся, дорогуша. Боль от потери лишь временная. Тем не менее, будущее тебе важнее жизни кого-то, кто тебя здесь удерживал. Ну ладно. Достаточно разговоров. Нам нужно спешить. Она взяла Ванкоща на руки, поняв что сам он пойти не сможет из-за только что пережитого. Так как он был исхудавшим от голода, она легко его подняла. — Паровоз скоро отбывает. Если хотим успеть, то нам нужно поспешить. Девушка по-матерински положила эльфа к себе на спину. Пара скользила из переулка в переулок, избегая взгляда гвардейцев, охраняющих территорию сильнее, чем днём. В конце концов они попали в место, знакомое эльфу, как никому другому. На чёрном рынке было много эльфов, людей, змеелюдов, но больше всё же первых. Придя туда, девушка сняла колпак и поставила Ванкоща на землю. — Ну вот, пришли! — Но… Это же чёрный рынок… — Да! Это и есть твоё «будущее»! Но Ванкощ не успел даже визгнуть, как в его спину вонзили кинжал, покрытый ядом. Эльф упал на каменный пол, девушка же позвала кого-то по имени 'Сорск', после чего эльфа взял на руки громила, что обычно стоял на входе и смотрел за порядком. И кто в конце концов предал и кто был преданным?