Конфеты в красном пакете

      Все твердят Сяо Синчэню прекратить общение с ним.       Сун Лань, его лучший друг, с которым он прошел сквозь огонь и воду, с которым он дружил с тех же пор, как научился выговаривать собственное имя, одним вечером вызвался сопроводить Синчэня домой после занятий. Парень преисполнился надеждой – они наконец смогут нормально поговорить впервые за неделю. Но половину пути тот перемывал ему все косточки, читая нотации.       «Зачем ты с ним возишься? Синчэнь! Он отсидел в детской колонии и все равно продолжил наступать на одни и те же грабли! Сюэ Ян никогда не изменится».       Одноклассники на большой перемене подозрительно толпятся в классе, хотя во время отдыха обычно уходят кто куда: в ботанический сад, в столовую поесть, в другие классы к девчонкам и к своим друзьям. А сейчас перешептываются о чём-то усердно и, после нескольких кивков друг другу, подходят к нему с обеспокоенными лицами.       «Йа, Синчэнь, не надо. Будущее своё испортишь. Не верь ему. Сколько волка не корми, а он всё в лес смотрит. Недалёк тот день, когда он сорвётся и тебя покалечит, как и всех остальных. Он не трогает тебя только потому, что отхватить боится от Сун Ланя!»       С А-Цин он обедает на крыше школы. Небо кристально чистое и яркое солнце сильно бьёт по глазам. Девушка рассказывает ему много забавных историй, клянчит обед (конечно же Синчэнь не может отказать) и указывает пальцем на красный пакет, торчащий из рюкзака, с логотипом известной кондитерской компании.       «Конфеты? О, Сюэ Яну?! Серьезно? Гэгэ, ты странный. Отбитые хулиганы и то обходят его стороной»       Учительницы же вздыхают почти театрально и кашляют в платочек, наставническим тоном обращаясь к нему.       «Прелестный, прилежный ученик! И я бы хотела, чтобы ты, мальчик мой, до конца выпуска оставался в числе лучших. Этот Сюэ Ян... Сам знаешь, почему его ещё не выгнали из такой хорошей школы, как наша. А ведь давно пора!»       Сяо Синчэнь знал почему, ведь директорский сын Цзинь Гуанъяо улыбался ему буквально на днях и говорил своим елейным голосом: «Как хорошо, что у А-Яна появляются друзья, помимо меня одного». Парень даже думать не хотел, насколько крепка у них дружба, чтобы смочь удерживать нарушителя_всех_правил в одной из самых лучших школ страны.       Но его невольный друг в лице Сюэ Яна вроде идёт по пути к исправлению. И ему приятно осознавать, что в этом есть доля его участия.       Старшеклассник не был слепым, как считали другие, пытающиеся отговорить его от дружбы с "бесчувственным_психопатом". Он не мог не знать причину, отчего все опасаются Яна. Невозможно не понимать этого, когда при первой встрече тебя угрожают избить и скормить собакам. В памяти ещё свежа сцена, как Сюэ Ян сломал Чан Пину челюсть одним точным ударом и потом порывался вовсе наступить на горло противника в нокауте, но Сяо Синчэнь остановил его самого, его яростные выпады, а потом в медкабинете перевязывал тому "боевые раны" под потоком отборной брани, ибо медсестра отказалась "ещё раз" работать с этим "идиотом". Позже дисциплинарный кабинет в лице почти плачущего Не Хуайсана просит его уследить за "несносным мелким преступником" и от этого просто нельзя отказаться хотя бы из безграничного доверия студсовета к нему. А не оправдывать чьи-то ожидания не в стиле Синчэня.       Виновник же не показал никакого энтузиазма, узнав об этом, что было ожидаемо. Но в следующую секунду Сюэ Ян открыто, прямым текстом посылает его к прадедам, смачно пиная ногой бедный мусорный бак, попавшийся под горячую руку. Сяо Синчэнь, тот, которого все любили и уважали, воспринимает произошедшее как личное оскорбление и начинает негласную тотальную "войну": встречает у дома утром(будит тысячами звонками на номер) и проводит после школы, заглядывает к нему на каждую перемену и усиленно забалтывает бессмысленными разговорами о погоде, о цвете новых носков Вэй Усяня, о политической обстановке в мире, о биоразлагаемом пластике, и даже один раз приглашает в кино на новых Мстителей(не то, чтобы он любил их, но таким оборванцам, как его дражайший опекаемый, обычно подобные фильмы нравятся). Жертва "нападений" фырчит, злится, сопротивляется и чуть ли не плюет ему в овощной суп, но спустя время такого постоянного воздействия начинает таять и поддаваться напору: уже не перечит и не закатывает глаза, когда Сяо Синчэнь уже в какой раз ждёт его у ворот школы.       Потом Сюэ Ян откровенно теряется и медлит при виде бенто в руках старшеклассника. Сяо Синчэнь пыхтел над ним утром целый час, даже специально встал пораньше обычного. И да, такой презент парень вручал ему впервые. Когда Сюэ Ян принимает его скромную готовку, Синчэнь невольно замечает, как пальцы того мелко подрагивают. После этого дня самого главного хулигана района будто подменили. Он не переменился кардинально, но стал вести себя гораздо спокойнее, что позволило рассмотреть и другие черты его характера, кроме крайней заносчивости и упрямства.       Прямолинейность, бесстрашие и маниакальное стремление держать своё слово. Импульсивность, не причиняющая вреда грубость. Одним словом, юноша с пылким нравом. Такие обычно нравятся другим, если бы только этот в драки не влезал. Хотя, у девчонок он уже был популярен до крайности.       Для спокойного и мягкого человека вроде него Сюэ Ян был своеобразным глотком свежего воздуха. А когда на Сяо Синчэня посыпались удивлённые и благодарные возгласы Не Хуайсана (который буквально спихнул свои обязанности на него) и Сюэ Ян оставался в том же нахальном настрое, но уже без явного стремления почесать кулаки, старшеклассник ощутил доселе невиданное удовлетворение.       Спустя месяцы дружба с главным негодником школы так же укоренилась в его повседневной жизни, как дружба с Сун Ланем. Они постоянно общались на перерывах между уроками, после школы, перед сном. Юноша любит шутить, травить бородатые анекдоты, а ещё пересказывать ему сюжеты просмотренных фильмов и аниме просто потому, что у самого Сяо Синчэня на это времени не хватало. Часто пересказы затягивались на целые часы, но Синчэнь любил подобные этому спокойные вечера, когда из телефона звучит голос в самом разгаре подростковой ломки, а руки выводят ручкой кучу формул и математических уравнений.       Но если для Сяо Синчэня Сюэ Ян круто преобразился из "отбитого хулигана" в хорошего товарища, то для всех остальных он оставался все тем же задирой. Дрался, унижал, устраивал целые гонения над неугодившему ему личностями. И сколько бы все не жаловались Синчэню на поведение парнишки, Сюэ Ян скрывал от него, лгал ему или в крайних случаях очень преуменьшал масштабы сотворённых пакостей. Поэтому парень максимум лишь ругал его и просил больше такого не делать.       «Ну и ладно, зато реально поменьше всякого вытворять стал» – единогласно заключили все, но никогда не забывали хотя бы раз в неделю попытаться отгородить светлого ангела от плохого влияния дьяволёнка Яна. А Сяо Синчэнь думал, что все наговаривали зря из-за хулиганского прошлого и просто не замечали сейчас, как сильно изменился Сюэ Ян.       «Им нужно время, чтобы привыкнуть» – кивал он самому себе и улыбался, неся в руках тот самый красный пакет. Сегодня погода была ясная и безветренная, время близилось к вечеру.       Руки дрожали от волнения, потому что Сяо Синчэнь не мог предугадать реакцию Сюэ Яна. Обычный дружеский презент, но только не от парня к парню в их консервативной стране! В красках представив слетающее с губ Сюэ Яна одно нехорошее слово, начинающееся на букву «П», старшеклассник медленно выдохнул, подавляя порыв выкинуть пакет в ближайшую мусорку или всунуть его первой попавшейся девушке.       Идея подарить именно конфеты к нему пришла спонтанно после случайного обмена любезностями с Гуанъяо. Он ненароком обмолвился насколько Сюэ Ян жаден до сладкого, и такими темпами у него скоро точно разовьётся сахарный диабет. Синчэнь не знал почему, но слова про сладкое взъелись в голову и крутились там заезженной пластинкой. Во время прогулки с Сун Ланем в центре города в какой-то момент обнаружить себя в кондитерской было неожиданно. И раз уж подвернулся случай... Именно поэтому в его руках сейчас покоились дорогие конфеты.       Синчэнь вздохнул уже в пятый раз за одну минуту, и был бы сейчас рядом Ян, то непременно обозвал бы его страдающей девицей с картин эпохи Ренессанса.       Они встречаются в опустевшем стадионе на безлюдных трибунах. Закатное солнце окрасило облака у горизонта в лилово-розовый цвет. Сюэ Ян приветствует кивком и не сводит пристального взгляда с пакета, из-за чего Синчэнь начинает нервничать ещё сильнее. Куда уж больше?       – Это..?       – Конфеты, – затравленно отвечает на ожидаемый вопрос, отводя взгляд. Румянец выступает на бледном лице, отчего Сюэ Ян сразу делает один железный вывод.       И с нахальной улыбкой спрашивает дальше, хотя едва ли можно разглядеть в темных глазах хоть капельку веселья, только пугающий лёд.       – Девушке?       – Тебе, – лицо горит огнём и он спешит закрыть глаза, протягивая дрожащими пальцами пакет.       Глаза Сюэ Яна широко распахнулись, но он этого просто не мог увидеть, ведь крепко зажмурился. Подарок молча принимают, и за этим даже не следует подколов и оскорблений. А Сюэ Ян славился ведь ещё и языком без костей, но сейчас не оборонил ни слова. Синчэнь не понимал – воспринимать его молчание как благословение или наоборот паниковать изо всех сил. Он просто делал то, что должен был – решал задачу по химии, усевшись на стул. Парень не смел смотреть на друга, все ещё преисполненный стыдом и боязнью заметить на его лице отвращение.       Так прошла минута, две, а потом послышалось шуршание фольги. Старшеклассник не удержался и повернул голову. Сюэ Ян закидывал в рот конфету броском верх и, заметив взгляд парня, пальцами показал знак «Ok». Синчэнь улыбнулся, ощущая, как в груди стало на несколько тонн легче. Пока хулиган наслаждался сладким (сердце наполнялось нежным трепетом при виде довольного юноши), другой заканчивал решать уравнения. Они были сложными, поэтому он погрузился в них полностью, с трудом вынырнув из мира формул и цифр, когда Сюэ Ян впритык подсел к нему.       Тот сначала молчал, с любопытством в глазах изучая лицо Сяо Синчэня, что очень смущало, и после заявил непривычно серьёзным голосом:       – Гэгэ, ты мне нравишься.       В замешательстве "гэгэ" ответил сразу же, ибо им ещё не доводилось словесно подтверждать их явную дружбу.       – Ты мне тоже нравишься.       Сюэ Ян нахмурился и заворчал:       – Да не в этом смысле!       – А в каком тогда? То есть, стоп, что за "смысл" вообще?       Юноша цокнул языком и Синчэнь подумал, что тот ещё глаза закатит сейчас, но вместо этого рука потянулась к его затылку и одним рывком Сюэ Ян притянул Синчэня к себе, заставляя наклониться. Мгновенно красные пятна расползлись по лицу и шее. Расстояние между их лицами сократилось до нескольких миллиметров и все это время парень видел, как в глазах Яна разгорался упрямый огонёк. Их носы соприкоснулись, сердце его улетело в центр ада, начиная бешено отбивать спешный ритм.       Нежное, но настойчивое прикосновение к губам дало всё понять. Рот чуть приоткрывается, впуская язык внутрь, и невинный поцелуй превращается в грубоватый, потому что по другому Сюэ Ян просто не умел. Спустя несколько внутренних криков и метаний Синчэнь начинает неуверенно и неумело отвечать, ибо это был его первый поцелуй, чёрт возьми. Сюэ Ян целует его неутомимо долго до дрожи в коленях и тряски в лёгких от недостатка кислорода. Он отстраняется, напоследок мазнув кончиком языка по нижней губе, и не удерживает ухмылки от вида запыхавшегося и крайне смутившегося "друга".       – Понял теперь?       – Да. Мой ответ не изменился.       Ответом служит широкая и светлая улыбка, которую он видел впервые. Сердце замерло. И все сомнения, касающиеся мнения других, последствий их неосторожного поведения, испарились.